Оh, boys

      Чимин сидел за барной стойкой и пил дешевый алкоголь. На самом деле, он не привык задерживаться подолгу в таких местах, но ему захотелось побыть наедине с собой. На дворе уже светало, но Пак по-прежнему смотрел в несуществующее пространство. Казалось, что парень находится не здесь, и рядом нет толпы кричащих людей, которые напиваются до потери пульса и бегут в ближайший мотель, чтобы удовлетворить свои никчемные и грязные желания. Юноше нравится находиться в таких местах, где много народу, и где никто не замечает тебя среди этого шума. Если сидеть в пустой комнате, эффект будет иным. Там ты ощущаешь всего себя. А здесь его словно переносит в другое место, где он вроде не один, но в то же время нет никого, кто бы смог его потревожить. Закон всемирного тяготения Ньютона не работает в таких местах. Нет никакого притяжения между ним и этим местом. Наоборот. Чимин исчезает в пустоту пространства, где время летит довольно быстро. Здесь у него получается забыть о том, что происходит за пределами этого заведения. Он не напивается и не бастует, как другие, но ему иногда любопытно посмотреть на этих людей. У кого-то нет денег, кому-то изменила жена, а другим исполнилось восемнадцать лет, и они решили узнать, что такое взрослая жизнь. Все пришли сюда, чтобы забыть о своем грехе, либо прибавить еще один пункт к остальным. Так или иначе, счастливых людей здесь ты не увидишь точно. Возможно, поэтому ему нравится сюда приходить и оставаться трезвым, потому что он понимает, что таким потеряным чувствует себя не он один.       Хосок не звонил, да и не нужно, ведь тот знает, что совершил предательство и виноват в этом. Возможно, ему будет стыдно даже отправить сообщение о том, как ему жаль, но... Чимин совершенно же никому не нужен. Никому. Он грустно улыбается и бродит по пустым темным переулкам, устремляя взгляд в звездное небо, немного щурясь от яркого света фонарей. В руках бутылка пива, а в другой руке сжат телефон. Он просто надеется. Ему нужна поддержка. Родители в истерики спрашивают, где был Чимин, пугливо смотря на бутылку и его безумную улыбку, но тот вяло отмахивается и в обуви проходит по коридору, направляясь в свою комнату. Закрывает дверь и ставит бутылку на стол, падая на чистую постель. Чимину хочется с кем-нибудь обсудить свое отчаяние. В ком-то веки он желает избавиться от себя, пустив по ветру осколки своей сущности. Но поскольку у него нет никого, кому бы парень мог об этом рассказать, он делится всем с самим собой. То есть пускает по кругу свой траур, отдавая свои же страдания своей же печали, тем самым приумножая ее. — Сука! — прошипел Чимин в полный голос, отчего разговоры за дверью притихли. — Почему в-вам бы. ик. просто не оставить меня в покое? А? — монотонно высказался Пак. — Только не сейчас, прошу... Родители, кажется, отлипли от сына, оставив его наедине со своим горем, а Чимин, укутавшись в плед, закрыл глаза и заглянул в глубины своего сна. Это была иллюзия его жизни, где все вокруг было связано с сюжетами фильмов, просмотренных за день. Их было так много, что он не знал, на каком остановиться. Хотел почувствовать себя другим человеком, с другой историей, но с собой в главной роли. Парень так устал от повседневной рутины, что хочется хотя бы на пару часов оказаться чем-то большим, чем просто незначительным винтиком в этих часах. Если их невозможно остановить, если батарейка его часов все еще не может закончиться, он попробует хотя бы ночь уделить своим несбыточным мечтам. Приключения, любовь, драма. Столько возможных историй всяко лучше простого отключения мозга. Будет гораздо больше пользы от того, что его подсознание хотя бы на восемь часов погрузится в то, что ему самому не в тягость. После таких снов утром дышится как-то легче. Появляется настроение, которое держится с ним максимум весь день до следующей очередной ночи. Когда ты, как говорят, спишь крепко, подобно младенцу, то время пролетает слишком быстро. Ты не успеваешь заметить, как много упускаешь, просто закрыв глаза и открыв их. Ты не можешь увидеть ни звезд, сияющих в пик своего величия, ни луны, что следит за ними, как за собственными детьми. Ты упускаешь шанс на жизнь, когда просто отключаешь свет, не думая ни о чем. Со временем такой образ жизни гонит тебя в безразличие. Лишившись воображения, люди становятся взрослыми. И, кажется, очень многие в наши дни взрослеют раньше, чем это было бы необходимо...

***

      Чемоданы уже давно готовы и все с хорошим настроением, кроме Чимина, который ходит как в воду опущенный со своими мешками под глазами. Отец брезгливо смотрит в его сторону и в сотый раз повторяет, что не таким он его растил, а мать только натянуто улыбается и выталкивает двоих на выход, чтобы отец не трогал сына за его глупости. На улице дождь, немного прохладно, но не настолько сильно, как у Пака на душе. Машина трогается, а Чимин тупо глядит на свои 59% и жалеет, что утром не поставил на зарядку. Голова до сих разрывается после алкоголя, но он взял с собой на всякий случай ещё две таблетки. Они проезжают частный дом Хосока, и Пак видит, как тот в окне играет в карты с парням, смеясь до слез, хлопая в ладоши и ярко улыбаясь. Пак искренне рад за него и мгновенно прощает за предательство, обман и боль, котороя была ещё в прошлом. Виднеется Намджун, стоящий около бара с пышногрудой брюнеткой, которая так и липнет к нему, а тот лишь с ухмылкой на лице оттягивает короткую юбочку вниз, довольствуясь надутыми губками. К ним подбегает парень с широченной улыбкой и протягивает горячий напиток Киму, тот принимает в ответ и кивает на чёрную мазду. Чимин узнал в этом высоком парне Джина, перед которым ему до сих пор стыдно. Кажется, что все словно в тумане, потому что на следующем повороте он видит Юнги. Он плачет. Ладонями размазывает слезы по щекам и видит его опухшие красные глаза. Впервые. Машина стоит на светофоре, поэтому Чимин может последний раз взглянуть на такого родного хёна, который медленно переставляет свои ноги, запинаясь. Лицо печальное, и это Паку делает только хуже. Грудную клетку словно разламывают по полам, слезы застревают в горле, а в мыслях вертится только одно: «открыть дверцу машины, кинуться в объятия и простить, простить со слезами на глазах и тихо-тихо сказать, как безумно он его любит.» Машина трогается, и Чимина разрывает снова, когда Мин поднимает голову с грустными капельками-глазами и устремляет взгляд в окно. Все замирает на мгновение. Юнги тянет руку и делает шаг вперёд, и Чимин делает тоже, только прислоняет ладонь к запотевшему окну, дыша через раз. Машина заворачивает за угол, и все потухает внутри Пака. — Чиминни, мальчик мой, почему ты плачешь? — с тревогой спросила женщина, смотря на дрожащего и скулящего сына в салоне. — Сынок... — Нет... мам, пап... у вас просто сын такой дурак, такой идиот... — рваным голосом произнёс Чимин, прикрывая рот рукой, сильно жмурясь и сгибаясь по полам. — В чем дело... Чимин, мы же волнуемся, расскажи нам. —обернувшись, спрашивает мужчина сына, но тот лишь отрицательно мотает головой и говорит, что все нормально. Родители обеспокоенно переглядываются друг с другом, и отец только пожимает плечами, останавливаясь у обочины. Мать садится на заднее сидение к Чимину и крепко прижимает его к себе, успокаивая своим тихим и ласковым голосом, раскачиваясь, словно укачивая маленького ребёнка, и нежно гладит по мягким волосам свое чадо.

***

      В доме, в который вернулась семья Пак, все осталось прежним. Без уборки здесь не обойтись, как никак три года прошло. Вид из балкона на бушующее синие море - очень прекрасное зрелище. Вдохнув полной грудью соленый воздух, Чимина зовут прогуляться по магазинам, и тот соглашается. Семья заходит в разные магазины и покупает все нужное для дома и еду на вечер, также приободряют сына, что могут сходить на выходных в аквапарк, а на следущей неделе и в гости к дяде. Все замечательно, Чимин счастлив быть с родителями, которые уже и забыли о его пьянки и о слезах. Отец уехал по делам, а мать с сыном стали прибираться и отмывать все начисто. Чимин включил музыку, а мать пританцовывала легкими движениями, вызывая смех у Чимина. Оба закончили за 3 часа, и теперь готовят мясное рагу. Чимин бы никогда не подумал, что работа у родителей пойдёт под откос, и им придётся переехать в Пусан. Чимин, конечно, согласился переехать, а родители и не против, ведь рядом сын, да и меньше будут переживать за него.

***

      Пак сильно переживал, как на него отреагируют ребята из его курса. Вдруг не захотят подружиться? Вдруг он им покажется стремным и вообще... он стеснительная натура, поэтому будет сложно завести диалог. Чимин приятно удивился, когда все кинулись к нему, расспрашивая, что он учился в Сеульском университете, на что он смущенно улыбался и кивал, от чего все завидовали и говорили, что тоже бы хотели, ведь это так круто. Чимин только пожимал плечами и рассказывал, что в Сеуле не так сложно учится. Ким Тэхён — очень странный парень, который убегает от преподавателя, да так, что пятки сверкают, с едой в руках и широченной улыбкой. Произошло все спонтанно с этими двумя, когда Чимин случайно столкнулся с ним в коридоре, а тот немедля взял его за руку и побежал прочь от мужчины, громко смеясь. А Ким Сокджин — очень милый и добрый хён, но часто ругает Кима за то, что тот вообще не объясняет декану причину его тупого поведения и кормит своей едой двоих младших. Чон Чонгук — их староста, который тайно влюблён в Тэхёна. Чимин это давно заметил, и частенько посмеивается, говоря, что все получится, но тот лишь смешно протестует руками и мило смущается, бубня себе под нос. Люди здесь попроще, чем в Сеуле, чему и рад Пак.

***

mishlawi - adventure.       Однажды он понял, что такое быть в порядке. Спустя долгое время внезапно все утихло. Впервые Пак решил, что не стоит в этом копаться и стараться понять, почему стабильность вдруг посетила его голову. Шла вторая неделя спокойствия, и он был разумен, как никогда прежде. Он чувствовал, что что-то пойдет не так, если он не зацепится за ниточку, которая сделала его таким, но он боялся ее оборвать. Чимин боялся, что если он снова начнет думать об этом, ему не вернуться в свой новый тихий омут, потому что он не знал, как тернистая дорога привела его к ровной. Потом он решил смириться с этим и идти дальше. Но в самый неожиданный для него момент все, будто бы вернулось вновь. Дамбу прорвало, потому что она не имела корней. Ведь он боялся углубляться в данную ему на время тишину, чтобы закрепить ее, ибо в любой момент это равновесие могло разрушиться, если бы он позволил себе вспомнить себя прошлого хоть на минуту. Теперь же от того отпуска в три недели у него остались лишь отрывки ощущений, за которые он цеплялся. Демоны вырвались наружу и не давали Паку покоя, пытаясь помешать строительству новой стены от них. Парень, который стоял недалёко от него, оживленно разговаривал с другими парнями из его курса, смеясь о чем-то с ними, оголяя свои десна и белоснежные зубы, одновременно жестикулируя. Светлые вьющиеся рыжие волосы, маленькие темно-карие глаза и миловидная улыбка на лице. Светлые рваные джинсы на худых ногах и чёрная толстовка с неразборчивым на нем белым иероглифом. Кто-то из толпы выкрикнул: «Мин Юонг! Бездушная ты задница!» И кинулся к нему, резким движением руки лохматя его шелковистые волосы, громко заливаясь смехом, пока второй бубнил, прося помиловать и отпустить. Чимин окаменел в какой-то важный для него момент. Эта точка должна была быть для него отправной, но что-то тогда его остановило. Воспоминания еле заметны. Он постоянно бегал от одного вопроса к другому, чтобы, наконец, обрести себя. В нем появилась какая-то странная надежда, которую он не в силах передать словами. Будто что-то зашевелилось спустя долгое время. И хотя кости ломит от непривычки, он все равно продолжает идти. Лабиринт становился все интереснее. А он чувствовал, что когда-то через это уже проходил. Внутренний голос твердил ему: «Остановись. Ты можешь пожалеть.». Но он дотошно хотел узнать, что прошлое скрывает за своими простынями. Он, как сумасшедший, искал ответ. Тогда Чимин еще не знал, что самое ужасное ждет его в конце этой игры. Это было всего лишь его бурное воображение. Все это время он думал, что скитается по неизвестному ему миру, а оказалось, что и его он создал когда-то сам. Это ловушка, которая намеренно ломала его голову, чтобы он не разочаровался в себе. Прошлый он построил эту западню, чтобы в будущем не встретиться с ним снова, но встретился с мальчиком в рваных джинсах и с рыжими волосами, с тёплой улыбкой. У другого глаза были пропитаны болью и холодом, он был забитым и не понимал для чего живёт, зачем существует, но так искренне плакал и понимал, что совершил ошибку, потому что поздно понял, что влюбился. Чимин вместе с ними негромко рассмеялся и продолжал наблюдать, облокотившись бедрами о подоконник, вспоминая грустное мокрое, совсем безжизненное лицо Юнги, который прошептал губами, еле разлепляя их друг от друга, но Чимин разобрал сказанное: «Не уходи, Чимин. Не уходи. Не оставляй меня одного...» Парень и не заметил, как начал махать ладошкой рыжему, на что другой, увидев это, приятно удивился, но тоже помахал в ответ, с такой чистой и лучезарной улыбкой, которая теперь поселилась глубоко в сердце Чимина.

Возможно начать все сначала, только теперь без обмана и искренне.

ㅤㅤ