В аду

Если быть точным, Храм Красного Дракона — это целый храмовый комплекс, состоящий из основного здания и строений поменьше. Они занимали колоссальную площадь, что венчала вершину горы, паря над всем Замком и Кууто. Вместо обычных факелов, здесь использовали целые жаровни, и посему с освещением всё было в порядке, хотя и без них сейчас и так было светло из-за полной луны, заливавшей всё вокруг голубовато-призрачным сиянием. Хак не прогадал со сменой караула, и поэтому они успешно пересекли площадь, хоронясь в тени зданий. Все мощеные дороги от Храма, разумеется, вели вниз. Вот только, когда они добрались до лестницы, стража уже полностью сменилась. Но они предусмотрели и это, прежде чем покинуть Храм, проникли в подсобку для храмовых служек, где стащили и одежду, и мешок, и даже верёвку. Йона и Зено избавились от лохмотьев, а вот Громовому Зверю не повезло: он был слишком крупным, и ему пришлось оставаться в своей неизменной синей одежде. Верёвку, с помощью которой они спустились со стены, пришлось оставить, и это, конечно, в конце концов, привлечёт внимание, но с этим уж ничего не поделаешь… Главное, что они спустились с территории Храма, и оказались, собственно, в самом Дворце. Его ансамбль был густо застроен, и здесь было больше возможностей передвигаться незаметно, хотя и охраны было гораздо больше. И это их изрядно задержало. Они спрятались в тесном и тёмном закутке, пока совсем рядом проходила пара дозоров. Они, должно быть, были приятелями, так как вместо того, чтобы разминуться, начали лясы точить. Хак ругнулся, крайне нелестным словом поминая их «дисциплинку». Он тихо интересуется у Зено, помнит ли он ещё о каких подземных или потайных ходах. Жёлтый Дракон даёт путанный и невнятный ответ, из которого следует, что они должны быть, но он пока не может вспомнить конкретно где. Наговорившись досыта, караульные отправились в дальнейший обход, и троица смогла покинуть закуток. Хак неплохо разбирался в планировке Замка, но, всё же, недостаточно хорошо, и посему полнолуние им было отчасти на руку, ибо Храм, вздымающийся над Дворцом, служил, своего рода, ориентиром. Они, всё-таки, натолкнулись на пару солдат, и им несказанно повезло, что их всего было двое, ибо меньше четырёх человек в дозорах не бывает. Хак вырубил их почти тотчас же, приложив, головами друг об друга. — Эй, помоги, — шепнул Хак Зено. Вдвоём они затащили этих бедолаг под крытую галерею. Не самое лучшее место, но выбирать не приходилось. А вообще, хорошо, что они так с ними столкнулись, ибо открылась прекрасная возможность переодеться в караульных. Однако не тут- то было: их форма для Хака оказалась маловата, а для Зено и Йоны, наоборот, была большой. Но парой мечей Громовой Зверь разжился, и на том спасибо. Бежать дальше, хоронясь и сгибаясь в три погибели. Возможно, им стоило и дальше путешествовать подземельем, без опасения быть схваченными, но память Зено ещё была расплывчата, и есть риск, что они будут блуждать там очень долго.

***

Хак крепко держит дрожащую ладошку Йоны. Отчего она дрожит? От холода или от волнения? Ночь была тёплой, и на ней сейчас была форма храмового служки их полушерстяной ткани. И хотя эта одежда и болталась на ней балахоном, девушка всё равно казалась очень милой. После того, как они покинули Храм, Йона не проронила ни слова, зачарованная ночным небом и луной. И правда, она давно уже ничего такого не видела. Интересно, каково ей сейчас? Да и Зено… Кстати, где он? Что за… Хак резко остановился, и Йона налетела на него. Он же только что был рядом, ковылял позади?! Девушка, наконец, оторвавшись от созерцания луны, тоже заметила пропажу. — Зено? Где… — Хак вовремя зажал ладонью ей рот. — Извини, — шепнула девушка. — Но Зено… Мы не можем без него уйти. Хак чертыхнулся, и они осторожно возвращаются назад. Пройдя до угла одного здания, они слышат торопливый топот, а затем показывается и сам Зено, которого Громовой Зверь чуть ли не зарубил. — Где ты был?! — шипит Хак. — За тобой что, глаз да глаз нужен? Но тот не обращает внимания на злого молодого генерала, и взволновано тараторит: — Вспомнил! Снова вспомнил! Идём! Идём! Хорошее место! И там чисто! И рванул туда, откуда примчался. — Постой… Чёрт! — Зено! — Йона вырывая руку у Хака, мчится за ним следом. «Они что, сговорились?!» Хак бежал за ними следом, про себя ругаясь, и готовый, если что, уже сражаться, ибо натолкнуться на кого-то, таким образом, было бы в порядке вещей. Однако, к Зено, священному воину-дракону, похоже, благоволили небеса, иначе как объяснить, что, даже не думая об осторожности, без происшествий довёл их до какого-то малого святилища, ибо путь, и правда, оказался чист. Хак уже давно заприметил эти часовни, ибо их было полно, как и в самом Замке, так и в городе. Они не охранялись и не запирались, и посему они без труда проникли внутрь.

***

Я смотрю, как Зено копошится в узкой комнатёнке часовни, что-то разыскивая. Неужто, опять вход под землю? Хака это тоже интересует, на что мой дракон отвечает, что «ход хороший», он без проблем выведет за пределы Замка. Раз так, а я Зено верю, то грех этим не воспользоваться, ибо так будет безопаснее и быстрее, хоть и под землёй. Немного побродив под звёздами и луной, я уже воспринимаю это почти без содрогания. Узкая дверь в святилище была чуть приоткрыта, и лёгкий порыв ласкового тёплого ветерка мягко овеял меня. Конечно, он принёс на своих крылах запах дыма, но… кое-чего ещё. Едва уловимый запах чернил и… чей-то зов. Волосы на затылке стали дыбом. Что это?! Я, не веря своим чувствам, уставилась на дверь. Кто-то меня зовёт. Молит о помощи… Я перевожу взгляд на Зено и Хака, что присоединился к нему к поиску рычага или чего другого, что откроет люк в полу. Делаю шаг назад. Ещё неосознанно. Я… должна… идти. Меня умоляют о спасении. Это так странно, но я не могу, да не хочу этому противиться. Ведь именно для этого, я две тысячи лет назад спустилась на землю. Чтобы спасать и защищать. Ведь, кто кроме меня… Я незаметно выскальзываю из святилища, понимая, что это опасно, но всё равно иду, поглощенная этим необычным чувством. Дитя Зари… Моё второе «я», мой отец и мой брат. Переродившись в человека, он, в отличие от меня, так им до конца и не стал. Будучи "пробуждённым" и, став неотрывной и второстепенной частью меня, Йоны, Дитя Зари одарил меняя этой странной способностью. Интересно, куда она меня приведёт? Тот, кто звал меня, оказался совсем неподалёку, через здание от святилища, и это был… Мои ноги прирастают к мощеной дорожке. Это он меня зовёт, просит о помощи?! Хотя, чему я удивляюсь? Я чувствовала, что это неизбежно, хотя и не стремилась к встрече, осознавая всю её опасность, и, в первую очередь, для Хака и Зено. А теперь, получается, я подвела их? Но могла ли я знать, что ноги сами понесут меня к нему? Или, всё же, могла? Су-Вон был не один, а с охраной. Они замечают меня, окликают и начинают целиться из лука. Но я, почти не обращаю на них внимания, сосредоточившись лишь на нём. Су-Вон, как и я, облитый лунным светом, был как на ладони. Почему он стоит мраморным изваянием, прижав руку к груди и закрыв глаза? Но это продлилось мгновение, ибо он поднимает веки, и сразу видит меня. Насколько я могу судить, его выражение лица не меняется, но я скорее ощущаю, чем вижу, как он задерживает дыхание. — Йона? Су-Вон делает жест, приказывая стрелкам опустить луки. А у меня перед глазами, тем временем, проносятся воспоминания, связанные с ним, моим бывшим возлюбленным. Воспоминания полные боли и ужаса: убийство отца, клетка, страдания Мин-Су и, наконец, мои руки по локоть в крови. Су-Вон, ради своего извращенного развлечения, сделал меня убийцей. Да… Я помню это слишком хорошо… Однако, — странное дело, — во мне уже не было ненависти. Её место заняла… Что это за пронизывающее чувство? Неужели… жалость? — Йона, — Су-Вон делает осторожный шаг ко мне, — ты жива, и ты вернулась… Хочешь убить меня? Он, должно быть, замечает меч в моей руке. — У тебя кровь… Ты ранена? С моей ладони капает, но я продолжаю безмолвно разглядывать этого человека, словно увидев его впервые. Хотя… возможно, так оно и есть. Как-то я назвала Су-Вона «пустоглазой тварью», однако сейчас на самом дне его глаз, пустых и тёмных, что-то всё же было, едва тлеющее. Страх? Мольба? Надежда? — Почему ты молчишь? — Он медленно, но верно приближается, вместе со своей стражей. — И твои волосы… Они так быстро отросли. — Су-Вон, ты хочешь, чтобы я тебя спасла? Он замирает, и хотя лицо его всё также не меняется, он, всё же, произносит следующее: — Не понимаю о чём ты. Это очевидно, что он не осознаёт, будучи живым мертвецом с почти прогнившей сердцевиной. Во мне нет к нему ненависти, ибо слишком сейчас ясно вижу, что он и так наказал себя достаточно, даже не понимая этого. Таким, как он, жизнь не в радость, они живут словно по инерции, и спасение подобных людей заключается в смерти. Именно об это молит каждая его клетка. — Взять её, — тихо молвит Су-Вон. — Но постарайтесь, её сильно не ранить. Вся четвёрка стражей повели себя слаженно и профессионально: один быстро натянул стрелу, два других обнажили мечи, а четвёртый затрубил в рог, призывая ближайшие дозоры на подмогу, дабы я не смогла сбежать. Я отпрыгиваю в последний момент от стрелы, что чуть было не попала мне в бедро, и тут меня настигает первый солдат. Я подрезаю его, раня в ногу, а затем скрещиваю клинки с его подоспевшим напарником. Разумеется, он был гораздо сильнее, ведь я, всё же, девушка, и от этого удара, я не смогла устоять на ногах. Но упав, я откатываясь, и вновь поднимаюсь, и делаю быстрый рывок вперёд, и вывожу из строя ещё одного солдата. Моя кровь кипит, почти также, как на Арене, хотя я и «делала там шаг назад, уступая». Здесь же, наоборот, Йона впереди, а Дитя Зари рядом и позади одновременно. Сейчас во мне нет его силы, зато остались умения, въевшиеся в мою плоть и душу, хотя мне, всё равно, предстоит ещё многому научиться самой. Но мои дела явно были плохи: над плечом просвистела ещё одна стрела, и если бы меня хотели убить, то, несомненно, у них бы это уже получилось, и ещё сюда бежала бряцающая оружием подмога. Третий из охраны Су-Вона подсекает меня, и я роняю меч. Меня бьют по лицу и я падаю… Ещё немного и меня скрутят… Но тут кто-то сбивает с ног ударившего меня человека. Сильная рука подхватывает меня, и задрав голову, я вижу Хака, словно выросшего из- под земли. Он прижимает меня к себе, и одним скользящим движением ранит одновременно двух солдат из подмоги. Он… был очень зол. Раздаётся высокий и зычный голос Су-Вона, приказывающим всем остановиться. Он выходит из-за спин воинов, которые всё прибывают и пребывают. Здесь их уже точно где-то десятка два. — Хак, — говорит Су-Вон, — ты жив. Он переводит быстрый взгляд с Хака на меня, и обратно. — И что это значит, генерал Сон Хак? Помогаешь преступнице, безумной убийце? Хак скалится, и меня прошибает холод от этой звериной ухмылки. — Да, она безумна. Но ты, оказывается, ещё более безумен, Твоё Императорское Величество, — с издёвкой отвечает Хак. — Ты безоговорочно веришь ей? Неужели ты настолько сильно уже любишь её? — Именно. Люблю. Ещё вопросы есть? Моё сердце подпрыгивает, а колени слабеют, но Хак держит крепко. Су-Вон прикрывает сузившиеся как щёлки глаза, и отдаёт приказ: — Убить предателя. А преступницу захватить живой.

***

На пару мгновений я невольно замираю от восхищения. Хак и правда был могучим и искусным воином, однако, уже намётанным взглядом, я поняла, что меч для него весьма непривычное оружие. Хак было задвинул меня за спину, но я и не думала там прохлаждаться. Подхватив свой меч, я сражаюсь бок о бок с ним, и какое-то время он помалкивал об этом, ибо противники наседали. И хотя многих уже вырубили, новые солдаты бегут со всех сторон, стремясь взять нас в клещи. Хак велит мне бежать к тому святилищу, а он отвлечет стражу. Он серьёзно думает, что я, втянув его в такие неприятности, так его брошу? Ну уж нет! Решение принимается молниеносно. Оно безрассудно, но… меня же надо захватить живой, верно? Хотя получится ли у меня? Вдруг раздаётся душераздирающий вопль Зено, что без труда перекрывает гул сражения. От него стынет кровь в жилах. Часть нападающих отвлекается на моего дракона, что с ходу врывается в толпу, беспорядочно размахивая мечом, и это дало мне шанс. Су-Вон не покинул это место, наблюдая за битвой, с парой охранников. Зря он остался. Они явно не ожидали такого манёрва, как и Хак с Зено, что вопили мне что-то вслед. Я успеваю ранить одного воина в руку и приставить остриё клинка к шее Су-Вона, который будто оцепенел под моим взглядом. Я восклицаю, надрывая глотку: — Немедленно остановитесь! Иначе ваш Император умрёт!!! Мне не пришлось повторять дважды, и битва затихает. Воины опускают оружие, и отступают. Я быстро захожу за спину Су-Вона, и хватаю его за длинную косу, и оттягиваю голову назад, что бы мне было удобнее. Бросаю быстрый взгляд в сторону друзей. Зено… ранили… Я скриплю зубами, хотя и понимаю, что он уже, скорее всего, исцелился. А Хак… Облегченно перевожу дыхание. С ним всё в порядке, как бы это удивительно не было, учитывая с каким количеством людей ему пришлось сражаться. Хак воистину невероятен! Я волоку за собой не сопротивляющегося Су-Вона, и подхожу к Хаку и Зено, отгоняя расступающихся солдат. Путь к часовне был свободен. — Зено, ты открыл ход? — Открыл, — вместо него, отвечает Хак. — Только смотрите без шуточек! И не смейте идти за нами! — угрожаю я, невольно подражая манере Хака. Мы отходим к святилищу.

***

Зено первым влетает в часовню, а я с заложником последней. Хак захлопывает дверь, и запирает её с помощью залитого кровью, зазубренного меча. Окон, кстати, здесь не было. Лунный свет свободно струился сквозь проём в потолке, и падал на чернеющий зёв узкого люка. — Его же можно закрыть изнутри, Зено? Воин-дракон энергично кивает. — Как всё, однако, удобно сделано, — замечает Хак. — Но меня больше волнует, что ты намереваешься делать с ним? — Спускайтесь! — велю я. — А я за вами… Хак хотел было возразить, но встретившись со мной взглядом, помедлив, кивает, и бесцеремонно сталкивает Зено в люк, и спрыгивает туда сам, напоследок встревоженно взглянув на меня и на моего заложника. Он очень переживал, и в тоже время… верил в меня. — Что такое, Йона? — наконец, подаёт голос Су-Вон. — Разве ты не хочешь убить меня? Да, я могла запросто сейчас убить его, не сопротивляющегося и оцепенелого, тем самым его спасая. Одно движение, и его глотка перерезана. То, о чём я, полная ярости и желания и мстить, и спасать, грезила на самом дне своей личной преисподней. Но… что будет потом? — Я не могу убить безоружного… Хотя дело не только и не столько в этом. Это, конечно, неважно, но знай: я прощаю тебя, Су-Вон. Однако, когда-нибудь мы обязательно с тобой вновь встретимся, и тогда всё и решится. Я не знаю, что с тобой случилось. Не знаю, почему ты стал таким… Возможно, убить тебя было бы милосерднее и… проще. Но я не могу это сделать, ибо верю, что ты ещё можешь быть по-настоящему спасён. Я толкаю Су-Вона в спину, и прыгаю в люк, прямо в объятия Хака, что обеспокоенно поджидал меня.

***

Я падаю на землю, но быстро поднимаюсь, чтобы увидеть, как закрылся люк сдвинувшимся изваянием. Мои ноги подкашиваются, и я оседаю, прижав руку к груди, где суматошно, стремясь проломить рёбра, бьётся сердце. Позади разлетается в щепки дверь, и часовню забивают солдаты. Они толпятся вокруг, и что-то кричат. А я чувствую, как по моей щеке стекает что-то тёплое. Касаюсь лица, и вижу влагу на ладони. Я… не должен… так делать. Я так уже не могу… Ведь я давно мёртв изнутри, а маски не могут плакать. Я быстро выпрямляюсь во весь рост, и брезгливо стираю влагу со щеки. Отрывисто приказываю: — Здесь должен быть некий скрытый рычаг, открывающий ход под землю. Ищите его!