"Don't pity"

Play now: Daughter - Burn it Down.

"Мы пришли к решению," И тогда

"что люди перестанут испытывать негативные эмоции". весь мир перевернулся. "Все люди подвергнутся тщательному осмотру," И тогда "чтобы создать лекарство, которое полностью нейтрализирует адреналин и норадреналин - гормоны, что отвечают за ярость и страх". мир стал "счастливым".

"Мы не гарантируем, что результаты появятся сразу. Возможно, что некоторые погибнут. Мы не гарантируем, что исчезнут такие люди, которые подвластны негативу. Но мы делаем это во благо человечества. Мы делаем это, чтобы спасти мир". Мир убил миллионы жизней.

***

      Такой красивый двухэтажный дом. С белыми стенами, нежно-голубой крышей и большими окнами. С аккуратным газоном и небольшим садом на заднем дворе. С будкой для собаки около входа и надувным желтым бассейном, в котором плавали резиновые игрушки. Этот дом навивал тепло и уют, многие дети с восхищением посматривали на него, мечтая, что у них будет такой же, когда они вырастут и заведут семью.       Жаль, что теперь все это горит большим огнем. Стены почернели, крыша обвалилась, будка и вовсе перестала существовать (вместо нее какие-то угли). В саду нет больше красивых роз и декоративных деревьев. А лужайка давно перестала быть ухоженной, ведь теперь на ней разведены грязные следы от пожарных и медицинских машин.       Пожарные тушили дом около получаса и, когда им удалось победить мощное пламя, то они сразу же направились в развалины. Они не думали, что кто-то был там, но их надежды сломались тогда, когда в запертой спальне были найдены три обгорелых тела.       - Что? - задыхается. - Что случилось? - Слезы не перестают течь по лицу. В легких не хватает воздуха. В горле ком. Маленькие трясущиеся пальчики держат оранжевую баночку с белыми кружочками. Слабые ноги не могут удержать резко потяжелевшее тело. А когда на траву кладут три трупа, девочка и вовсе переходит на крик. Протяжный, вызывающий дрожь, крик.       - Не прикидывайся, что ничего не знаешь, отродье, - таких, как она, могут узнать сразу же. Им характерны красные опухшие глаза и бледная тонкая кожа из-за постоянных препаратов, что они вынуждены пить.       Девочка подходит к телу ее четвероногого друга и тянется пальчиками к обугленной, местами слезшей, кожи. И нет, это не вызывает жалость. Это заставляет взрослых людей выворачиваться наизнанку от ужаса.       - Это же не самоубийство? Прошу, скажите, что нет. Это случайность? Или кто-то специально устроил поджог? - она не в силах смотреть на тела родителей и ее любимого четвероногого Сэмюэля. Не может. Не хочет.       - Отойди от них! - мужчина хватает девочку за руку и грубо оттаскивает от тел. А она вновь кричит, и мужчина вынужден сделать шаг назад. Он боится, а все смотрят на него так, будто он герой, спаситель. Он не находит сил подойти к ней заново. Боится. Боится этого маленького существа, что всего лишь просто кричит от досады и потери. Так кричит животное, которое сбили и оставили умирать на дороге с переломанными конечностями. А потом это животное находят хищники и, наконец-то, оно обретает долгожданный покой. Но девочка не находит его и продолжает бороться с этой болью.       К дому подъезжает черный Lexus LX, за тонированными окнами нельзя понять, кто в машине, но главному офицеру не составить труда догадаться. Он прощается с одним из работников и стремится к дороге, останавливаясь около мусорных баков, чтобы дождаться прибывшего. Машина тормозит в нескольких метрах от офицера, выключаются фары. Минута, и из транспорта появляется высокий молодой парень, с идеально уложенными черными волосами. На глазах у него очки в круглой оправе, на лице - усталая и изнеможенная улыбка. Явно он не рад причине приезда в столь поздний час. Одет парень не по погоде: при температуре +17, на нем темное пальто, благо не застегнутое, под ним виднеется белый медицинский халат и белая футболка, на руках черные кожаные перчатки, а на ногах темные джинсы и черные берцы. Либо надел, что попалось под руку, ведь в весьма непредсказуемую весеннюю погоду теплая одежда точно не висит в гардеробе, либо он мерзлявый.       - Вы же были ее лечащим врачом? - слету, задает вопрос офицер. - Доктор Кристиан, вы же занимались ее состоянием?       - Офицер Линч, вам тоже добрейшего вечерка, - улыбается врач белоснежной улыбкой и снимает с себя одну перчатку, чтобы пожать руку собеседнику. Офицер же мнется несколько секунд, но пожимает руку.       - К сожалению, у нас нет времени на формальности, - офицер ставит руки по бокам и нервно топает ногой, - почему же таблетки не помогали ей? Почему агрессия не была задержана?       - Дети всегда активны и тем, кому не помог NHC, приходится в разы сложнее. Уж если некоторые взрослые могут погрустить или разозлиться на пару минут, то дети - тем более. Они воспринимают любую информацию или жест в разы тяжелее. Я могу предположить, - парень тяжело вздыхает, - что ее родители все же могли накричать на нее. Или того хуже. Поэтому и произошел, так называемый, взрыв.       - Но ведь они заключили договор, что до совершеннолетия будут воспитывать ее в спокойствие и заботе. Утверждали это. Каждый месяц проходила проверка, и ничего не предвещало беды.       - Знаете ли, офицер, - прервал врач, - не все могут жить спокойно, зная, что их ребенок в любой момент может зайти к ним в спальню и зарезать с улыбкой на лице. Вы бы могли так жить?       - Но мой ребенок не монстр.       - Вам просто повезло в этой жизни, - врач махнул рукой, тем самым показывая, что диалог закончен. Он натягивает обратно перчатку и потирает руки, будто согревает их. Парень направился к девочке, что так отчаянно вырывалась из хватки пожарного, лишь бы быть рядом с телами.       - Сэр, уберите, пожалуйста, свои руки от ребенка. Не видите, что ей тяжело? - он кладет свою руку на плечо ребенка и слегка тянет ее на себя. Пожарный сначала непонимающе смотрит на мужчину, но после поднимает руки в знак примирения, извиняется перед ним и уходит к товарищам.       - Амелия, милая моя, прошу, перестань плакать, - врач садится на корточки перед девочкой, закрывая своим телом носилки с идеально белыми простынями, и начинает аккуратными движениями вытирать слезы с ее глаз.       - Дядя Эл... - Амелия начинает еще больше плакать и обнимает доктора так крепко, на сколько позволяют ее силы. Мужчина обнимает девочку, и в ответ ловит на себе взгляды, полные страха и переживаний. Они все боятся.       Девочка делает маленький шажок назад и трет глаза ладонями, но, как только слышит позади своё имя, сразу же оборачивается. Около соседнего дома стоит девочка со светлыми волосами. Она в тоненькой пижаме и, кажется, слегка дрожит. Но от холода ли? Амелия сразу же начинает махать рукой знакомой, и на ее лице царит легкая улыбка.       - Это твоя подруга? - Аллен поднимает руку в знак приветствия, но светловолосая малышка сразу же оступается и машет на прощание, направляясь к себе домой.       - Наверное, ей спать пора, - грустно говорит Амелия, - что ж, мне тоже пора. Я, наверное, пойду домой, а то родители заждались, - девочка хочет уже идти в сторону развалин, как чужие руки быстро перехватываются ее, и перед девичьим лицом снова появляется врач.       - Дядя Эл, мне правда пора... - растерянно начинает Амелия, но ее прерывает уверенный голос.       - Нет-нет, подожди, малышка. Я договорился с твоими родителями о внеплановой встрече. Нам надо поехать ко мне.       - Но сейчас же так поздно, - девочка смотрит на мужчину с непониманием.       - Не переживай, твои родители тебя не потеряют. А сейчас иди в мою машину и, пожалуйста, не оборачивайся, - девочка неуверенно кивает, но все же направляется к машине врача. Ей не нужно повторять дважды или трижды - она не обернётся.       А тем временем мужчина подходит к оранжевой баночке, что лежит на траве, и берет ее в руки, пару раз покручивая меж пальцев. Таблеток осталось больше, чем должно было быть. Он тяжело вздыхает и достаёт из пальто телефон, включая диктофон.       «Нападение совершено в следствии физиологического аффекта. У пациента наблюдается ретроградная амнезия, вследствии которой нельзя установить хронологическую последовательность нападения. Пациент эмоционально и психологически нестабилен в период частичной ретроградной амнезии, наблюдается импульсивность; в период полной ретроградной амнезии спокоен и четко выполняет поставленные условия». Мужчина посмотрел в след девочки: у нее усталая походка, руки опущены вдоль тела и болтаются из стороны в сторону, голова опрокинута вперед. Она не обращает внимание на окружающих вокруг, ей чуждо, что рядом бегают медики и пожарные, которые заняты своей работой. Но даже при такой тяжелой работе они умудряются обратить внимание на десятилетнего ребенка и обойти его стороной. Аллена это возмущает. Мужчина вновь преподносит ко рту телефон и добавляет: "Невнимательность к окружающему".       Он оборачивается и смотрит на дом, что уже успел стать родным. За десять лет он был тут так часто, что уже успел стать не просто гостем, а частью семьи. Он видел все: радость родителей, а после их переживания и страх; видел постоянное счастье Амелии, которое переросло в непонимание и грусть. Видел, как стареет Сэмюэль. Он возил его в ветеринарную клинику, когда родители были на работе, а Амелия звонила ему. Плач и дрожащий голос - все, что слышал Аллен. Девочка не могла объяснить, что происходит. Но, после пятиминутных успокаивающих слов врача, который попутно уже заводил машину чуть ли не в тапочках, она рассказала, что ее любимый песик не ходит и еле дышит. Он помнит, как укладывал Сэмюэля на заднее сиденье машины и мчал со всей скорости в клинику, держа руку не на коробке передач, а на коленке ребенка, чтобы та чувствовала поддержку. Он помнит все семейные посиделки, на которых был, как свой. Помнит долгие вечера, когда рассказывал Амелии сказку на ночь, чтобы она уснула. Помнит все, и от этого становится тяжелее.       Он смотрит на дом, что уже успел стать родным. Точнее на то, что осталось от него.       А в этот момент Амелия сидит в машине и не поднимает головы. Она крутит в дрожащих ладонях серебрянную зажигалку и не понимает, откуда он у неё взялся.

***

      Утро Амелии начинается со сборов вещей, которых не особо много. Она достает из комода небольшой рюкзак и складывает в него пару джинс и футболок вместе с нижним бельем и носками. Сверху она пытается запихнуть всю краску, которая у нее есть, но понимает, что места не так много. С горем пополам ей приходится выкинуть те баночки, которые почти пустые. Сердце щемит оттого, что она могла ими еще рисовать и рисовать, но лучше уж забрать ту, в которой краски больше. За баночками идут кисти и пару альбомных листов. Больше забирать нечего, поэтому Амелия выносит рюкзак и мольберт в коридор, чтобы после работы быстро забрать его и выселиться, как этого и требуют соседи. Уже на работе она подумает о том, кому можно продать эту затхлую квартирку и как разместить объявление.       Пока девушка собирается на работу, то замечает в заднем кармане джинс небольшой квадратик и вспоминает о вчерашнем мальчике. Похоже, что мысли о выселении затмили все вспоминания о нем. Она аккуратно достает его и долго рассматривает, словно впервые. Амелия обещает себе, что первым делом, как только сможет, навестит его, а вторым - обязательно повесит этот рисунок на стену, когда найдет себе новое жилье.       "От лучшего друга Скотта для лучшего друга Амелии"

***

      Ее опять отчитывают за то, что она не делала и даже к чему была непричастна.       Упала коробка? - Отродье!       Разбился товар? - Отродье!       Не заводится мотор? - Отродье!       Не найдены документы? - Отродье!       Это прозвище уже как второе имя. Уже такое родное, хоть и неприятное.       Заведующий не терпит такого и щедро назначил ей неделю без обедов и дополнительных часов без доплаты. А все из-за чего? Точнее из-за кого? Какой-то толстый бородатый мужик решил, что это будет смешно. Смешно смотреть на выживание других. И сегодня, пока все едят вкусные супы, она питается очередным яблоком, которое любезно принес Коди, даже когда его не просили.       Амелия понимает, что не сможет за сегодняшний день найти себе небольшое жилье, тем более пока она на работе. В голове крутится мысль о том, что все же ей придется жить на улице. Да еще и этот Коди, который вечно что-то хочет спросить, хоть и знает, что ответа не последует. Раздражает до безумия.       Во время обеда у Амелии появляется идея о том, что можно проверить склад, вдруг найдется какое-то помещение, в котором можно пережить такой сложный период. Шансов практически нет, но нужно хоть что-то предпринять.       Девушка выходит в коридор, якобы направляясь в туалет, и быстро бросает взгляды на незнакомые двери, каких здесь немного. Она не теряется и выбегает быстро на улицу, чтобы обойти склад. Вдруг есть какая-то пристройка. Но таких здесь не находится. Отчаяние и страх, вот что сковывает сейчас девушку, когда она вновь думает об улице. Жить хочется, несмотря на постоянные переживания и стычки с неизвестными людьми.       Сегодня воскресенье, поэтому ночных смен не должно быть. Амелия думает о том, что можно спрятаться в раздевалке, во время вечернего обхода, чтобы проверить, что скрывается за неизвестными дверьми. Это единственный шанс, за который надо цепляться.       Девушка возвращается к работе и замечает, что проверяющие косо поглядывают на нее. Долго она была в туалете, по их мнению. Весь оставшийся день происходит без происшествий и без бесполезных разговоров от Коди.

***

      Смена заканчивается. Амелия сидит около своего шкафчика и ждет, когда мужики покинут раздевалку, чтобы спрятаться где-нибудь в темном углу и переждать обход.       Так она сидит около часа, пока последний рабочий не выходит и не оставляет ее одну. Девушка вскакивает с места и подходит к запримеченному темному уголку, между стеной и крайними шкафчиками. Здесь стоят ведра и швабры, поэтому она их слегка отодвигает вперед и садится за ними, надеясь, что проверяющий пройдет мимо. Она закрывает ладонью рот и ждет.       В коридоре слышны шаги и пару голосов. О чем они говорят - только им известно. Дверь в раздевалку открывается, и у Амелии сердце замирает. Кто-то ходит вдоль скамеек и светит фонариком. Шаги прекращаются меньше чем в двух метрах до потайного угла. Но человек резко разворачивается и стремится выйти обратно в коридор. Сегодня ей повезло, но повторится ли это снова, если девушка найдет себе здесь временное жилье?       Просидев еще минут десять, Амелия все же выходит из раздевалки и, убедившись, что никого нет на складе, начинает ходить от двери к двери, заглядывая во все помещения. Большинство дверей закрыты, но за некоторыми находятся различные офисы, в которых явно днями и ночами кто-то проводит время. Надежда угасает с каждой минутой.       Она замечает дверь, которую, как помнит, никто и никогда не открывал. Девушка пару раз дергает ручки и толкает дверь, но безуспешно. Дверь закрыта. Постояв пару минут около нее, ей приходит мысль о том, что ключ от двери может быть в кабинете заведующего. Хоть бы он только был не закрыт. Амелия движется по коридору в сторону кабинета и тихо, словно боится, что ее могут застукать за проникновением, открывает его. Ей удается это сделать с первого раза, даже не применяя усилия.       Кабинет не такой большой, как думалось, но здесь располагается достаточно дорогой мебели, чтобы подумать, что здесь заседает сам начальник склада. Она впервые видит такое для нее богатое пространство. Аж отпадает всякое желание покидать его. Девушка подходит к стеллажу с книгами, папками и различными статуэтками, проводит рукой, замечая, что здесь идеально чисто и нет ни единой пылинки. Такое бывает? Амелия вчитывается в названия книг и понимает, что многие слова ей незнакомы. Но она не боится предположить, что это как-то связано с торговлей и деньгами. Напротив большого рабочего стола стоит кожаный диван и нет сил сопротивляться. Девушка аккуратно садится на него и будто проваливается в нем. Для счастья нужно не так уж и много, а Амелии и вовсе посидеть на мягком диване, которых никогда не видела. Она облокачивается и закидывает руки на спинку, наслаждаясь таким моментом. Можно было бы вечность так просидеть, но время показывает одиннадцать часов и нужно быстрее проверить, что это за комната, вдруг это то, что может послужить недолгим укрытием.       Амелия нехотя встает с дивана и подходит к столу, открывая все ящики. Где-то канцелярия, где-то какие-то бумаги. Она уже и надеется найти ключи, но зависает, когда открывает очередной ящик и находит там пачку перевязанных банкнот и записку "на лекарства". Глаза загораются и девушка, трясущимися руками, поднимает их. Все банкноты по сто долларов, а их здесь десятки. В голове крутятся мысли о том, что их не следует брать, но сердце кричит: "Разве заведующий заметит, если пропадет лишь две-три купюры?". Соблазны, одни соблазны, но Амелия думает, что сердце говорит правильно. Ему почти ничего с этого не будет, а ей это может упростить поиски квартиры. Девушка долго не думает, аккуратно достает две купюры и кладет их в задний карман джинс. Также немедленно она кладет пачку на место и закрывает ящик. Ее здесь не было, они ничего не видела и не знает.       Амелия открывает последний ящик и находит там связку ключей. Надежда умирает последней, и есть шанс, что здесь будет тот ключ, ради которого она пришла. Девушка выходит из кабинета и идет, нет бежит, к той двери. У нее от нетерпения уже голова болит. Первый ключ - мимо, как и последующие шесть, но на седьмой случается чудо - замок открывается! Амелия толкает дверь, и в нос резко ударяет запах сырости. В ноздрях щекочет из-за пыли. Что ж, сюда не заходили месяцы уж точно, а ей не привыкать.       Тут стоит по меньшей мере три больших стеллажа до потолка, забитые различными инструментами. Наверное это служит чуланом для неиспользуемых материалов или того, что уже сломалось, но возможность починить есть, да руки ни у кого не доходят. Пол, как и стены, каменные и холодные. Где-то можно заметить подтеки с потолка и паутины. Но уж если сюда давно никто не заходит, так почему же не пережить здесь максимум неделю, пока кто-то не решит сдать или продать девушке квартиру? У нее есть меньше нескольких часов, поэтому лучше варианта не найти.       Амелия смотрит на дверь и видит защелку, что не может не радовать. Она выходит из чулана, направляясь к выходу, не забыв оставить связку ключей там, где ей место.

***

      - Скажи мне, Амелия, - как-то слишком серьезно начинает доктор Кристиан, и девочка слегка напрягается, - у тебя бывала такое, что ты что-то забываешь? - вопрос пугает малышку, ведь она так старательно пыталась скрыть это, чтобы не тревожить родителей. В какой же момент ее раскусили?       - Я так не хотела об этом говорить, - девочка смотрит на мужчину, и в ее глазах читается полнейшая потерянность, - Я заметила это, когда полностью забыла тему по математике. Она буквально пропала. Потом я не помнила, как оказывалась в своей комнате, хотя совершенно недавно шла домой с Лией. И я стала забывать про таблетки, - Амелия начинает лазать по карманам и, когда понимает, что баночки нет, вскакивает с дивана.       - Не переживай, я нашел их на траве, - врач ставит баночку на стол, и девочка облегченно выдыхает, - Амелия, скажи, твои родители знают о твоей забывчивости?       - Я... - она запинается, у нее начинает болеть под ребром - я не знаю, - чешется локоть, - мне кажется, что они подозревают, - сводит коленку. Девочка тихо шикнула от резкой боли по всему телу и закрыла лицо руками, - можно мне пойти домой, дядя Эл?       - Амелия, - и тут мужчина теряется, - Амелия, понимаешь, - не знает, как ей сказать об инциденте, - твои родители, они - нервно дергает заусенец, и на пальце появляется маленькая капля крови. Не хочется ломать жизнь девочке, но он не понимает, что она уже сломлена.       - Им пришлось уехать ненадолго, - и выдыхает. Амелия поднимает голову и вновь смотрит на врача с непониманием, - возникли неожиданный обстоятельства, которые требуют скорейшего решения. Они сказали, что не знают, когда вернутся. Поэтому они так же попросили меня забрать тебя на время.       - Я наверное опять забыла. Они скорее всего мне говорили, что уедут.       - Возможно.       В кабинете повисает молчание. С каждым днем жизнь Амелии катится ко дну. Постоянная ложь вокруг, постоянное непонимание того, что происходит. Постоянная ненависть ни с того, ни с сего. Ей кажется, что жизнь превратилась в круг событий, которые никогда не меняются. Амелия не понимает, что же это за застой? Почему она не движется вперед, а только назад? Столько вопросов, которые она еще не понимает, в силу своего возраста, но она так хочет их решить. И надеется, что дядя Эл поможет ей с ними.       - Не переживай только, у меня дома не хуже. Ты привыкнешь, - мужчина видит, как ей тяжело. Он подходит к девочке, присаживается рядом на диван и приобнимает ее, - у меня есть младший брат. Он очень хороший малый. Я думаю, вы подружитесь, - Амелия смотрит на Аллена, и выдавливает из себя улыбку. Мужчина успокаивается. Он идет за свое рабочее место и, обратив внимание на оранжевую баночку, говорит:       - И да, родители просили тебя не забывать пить их, - он достает одну таблетку из баночки и дает девочке, - особенно сейчас.       Амелия глотает таблетку и старается отвлечься от таких неожиданных событий. А может вот она, дыра в круге, которая как раз приведет ее к новым событиям и возможностям? Может именно сейчас жизнь наконец-то прекратила этот застой и решила, что пора бы девочке двигаться вперед?       Из-за приоткрытой двери Аллен замечает темную макушку и большие голубые глаза, которые оценивают нового жильца в доме. По его взгляду, Аллен понимает, что мальчик не очень-то рад видеть девочку, из-за которой его старший брат постоянно пропадал. Врач надеется, что дети поладят, и не будет ссор. Этого только ему и Амелии не хватало.       Его брат не болен, он полностью вылечился еще два года назад. Но Аллен не смог стать хорошим старшим братом для своего младшего, потому что именно в этот момент у него начинали зарождаться мысли о неизлечимости Амелии, которая стала, как родная племяшка, или даже сестра. Его брат не получал того должного внимания, какое обычно получают дети в этом возрасте от родителей и близких. Но не в этом случае, не с работой Аллена и не с его переживаниями к чужому ребенку.

***

      Амелия живет в своем новом жилище по меньшей мере пять дней. Она заранее приходит на работу, чтобы никто не заметил, откуда она выходит; и остается последней в раздевалке, чтобы также спрятаться в том самом углу и после уйти к себе в укрытие. Каждый вечер она думает не только о том, где купить новую квартиру, но и том, как продать старую. Она написала объявление о продаже и каждый раз боится подойти к заведующему, чтобы попросить его о копиях. У нее много причин не подходить к нему: начиная с простого отказа и заканчивая увольнением. Не в том девушка положение, чтобы разговаривать с начальством. Но надежда угасает последней, поэтому, взяв всю волю и смелость (если она еще осталась), она подходит в один день к мужчине, заранее написав просьбу на листе, и идет к нему после смены.       Мужчина восседает за своим рабочим местом и копошится в каких-то бумагах, не обращая внимание на Амелию, которая три раза постучалась в дверь и все же решилась зайти в кабинет. Рядом с заведующим лежит та самая пачка купюр, которую совсем недавно лежала в руках девушки. Она сглатывает корм, и ей сразу хочется во всем сознаться, потому что она не может видеть этот грустный взгляд мужчины. Но желание отпадает также моментально, как и появляется.       - Тебе что-то нужно? - не отрываясь от бумаг спрашивает он.       Девушка медленно подходит к столу и кладет на него лист, аккуратно толкая в сторону начальника. Он никак не реагирует долгих тридцать секунд, а после недовольно выдыхает и берет его в руки. Он читает долго, вчитывается в каждое слово, перечитывает его, а после выдает:       - Там ксерокс, - показывает пальцем, - делай что нужно и проваливай. Я занят, - он отдает Амелии лист и утопает с головой в документы. Девушка впервые видит такую машину и не имеет ни малейшего представления о том, как ей пользоваться. Она подходит к ксероксу, но мысли у нее не о том, как справится с ним, а о спокойной реакции заведующего. Так просто? Или она пришла в нужное время, в нужное место? Скорее всего второе.       Амелия смотрит на машину и нервно сжимает в руке объявления. Ей страшно, что она может что-то сломать, и тогда ее точно уволят. Может лучше просто уйти и повесить это одну маленькую злосчастную записку на дверь квартиры? Неплохой вариант, но точно не действенный.       - Ты еще тут? - устало спрашивает начальник. Амелия тихо мычит в ответ. - Боже, ты хоть что-то умеешь? - вскрикивает он и резко встает из-за стола. Он подходит к ксероксу и грубо отталкивает девушку, забирая у нее объявление. - Сколько нужно? - Десять. Показывает Амелия на пальцах.       Мужчина поднимает крышку, кладет объявление и быстро нажимает на какие-то кнопки, после чего ксерокс начинает работать. Пару минут, и он ей протягивает готовые объявления.       - Все, иди занимайся своими делами, мне не до тебя, - кидает он и возвращается к работе. Амелия спешит удалиться из кабинета, пока он не сказал что-либо еще.       Весь вечер Амелия ходит по городу и развешивает объявления на столбы. Когда она слышит посторонний шум и голоса, то старается как можно быстрее отдалиться от них. Лишь бы не заметили. Девушка доходит до дома и поднимается на свой этаж, но останавливается, когда замечает какую-то женщину около ее квартиры. Та оборачивается и смотрит на Амелию с осуждением.       - Ты что тут забыла? Тебе ясно было сказано уйти отсюда, - женщина ставит руки по бокам и смотрит с еле скрываемым вызовом. Амелия протягивает ей объявление и та, быстро прочитав его, без единого слова обходит девушку, пихнув ей лист в руки, и идет наверх.       Амелия приклеивает листок и, взглянув на дверь квартиры, в которой успела прожить достаточно лет, чтобы привыкнуть, направляется к выходу. Хоть здесь и нет теплых воспоминаний, но она все равно родная. Рядом находится такой любимый супермаркет, где работает Лия, и так грустно покидать эти улицы. Вдруг она не сможет найти квартиру поблизости, и будет только единственный вариант - на другом конце города. Девушка не хочет об этом думать, но нет сил сопротивляться мыслям.       "Продается. Квартира не в очень хорошем состоянии. По поводу продажи приходите на склад по улице *****.       Амелия.

***

"Мы официально заявляем,"

И тогда,

"что наш проект сработал на отлично".

сто лет назад,

"В мире не будет больше агрессии".

все стало другим.

"Мы шли к этому очень долго. Понесли колоссальные потери".

Но мир не стал лучше.

"Мы можем жить в спокойствие и в мире".

Мир не стал другим.

"Но помните,"

Мир стал более скрытным.

"Что все же остались те, кто подвластен негативу".

И в таком мире жить страшнее, чем раньше.

"И их надо уничтожить".