Вспомнить все.

Как бы Виктору не хотелось, но вновь пришлось отпускать от себя Юри. Сезон начался, и Кацуки надо лететь в Токио на квалификацию. Расставание было до трепета нежным. – Ты пройдешь, Юри, – ласково прошептал Виктор, обнимая своего любимого. – Непременно,– улыбнулся японец. Токио встретил суматохой и большим скоплением людей практически везде. По приезду в гостиницу Юри отзвонился Виктору и завалился спать. Смена часовых поясов пока еще плохо на него влияла. Но спать долго ему не дали. Приехал его лечащий врач, Алекс, дабы удостовериться, что с его подопечным все в порядке. Не смотря на раннее пробуждение, Юри был рад видеть Алекса. До первого этапа соревнований оставалось несколько дней. Кацуки откровенно нервничал. Было страшновато после столь долгого вынужденного перерыва выходить на лед, под взгляды многотысячной толпы. Костюмы были заранее вытащены и развешаны в гардеробе. Постепенно нервное напряжение проходило, пронося невероятное спокойствие. И как итог Юри блестяще откатал обе свои программы, заработав высокие баллы. Правда, пришлось немного поспорить с местными врачами. Они утверждали, что обезболивающие таблетки, что иногда пил Кацуки, являются допингом. Юсупов как врач и друг объяснял местным врачам, что без этих таблеток Юри не продержится долго при сильнейшей головной боли. Были проведены тесты и медики отстали от бедного измученного фигуриста. Следующим этап был как и в прошлый раз в Москве. Прилетев с утра пораньше и засалившись, Кацуки решил побродить по окрестностям, пока была такая возможность. Москва только первое время пугала его своими размерами и вечным движением, которое не прекращалось даже ночью. Постепенно Юри привык к этому, и жить тут стало намного проще. Через день соревнования. От мысли, что придется соперничать за медаль с Виктором, становилось немного грустно. Но ведь не этого ли хотел сам Юри еще до встречи с Никифоровым? Именно этого. И теперь главное не испугаться и откататься так, чтобы все ахнули от восторга. В гостиницу он вернулся только после обеда. Переоделся и пошел пробовать каток. Лед его принял как родного. В голове звучала уже ставшей родной музыка для проката. Плавные и спокойные движения для разогрева мышц. А затем полноценная тренировка. День выступления. С самого утра Кацуки был немного на взводе. Алиса, которая пришла поддержать своего друга, успокаивающе на него смотрела. – Юри, ты справишься! – уверенным тоном произнесла она, пока наносила последние штрихи на лицо Кацуки. Сделать небольшой макияж было идеей Алисы, дабы более выгодно подчеркнуть образ, который выбрал Юри. Немного подвести глаза черным карандашом и бледно-розовый блеск на губы. Полюбовавшись на деяние рук своих, Алиса пришла к выводу, что Юри неотразим. И гордо сообщив ему об этом, удалилась на зрительские места, где ее уж ждал отец. Юри должен был выступать четвертым, сразу после Криса Джакометти. Первым катался Пхичит, вторым Юрка, а Виктор последним. Юри смотрел прокаты других фигуристов с замиранием сердца. И вот, наконец, назвали его фамилию. Скинув с плеч спортивную куртку, он уверено вышел на лед. Зал замер в ожидании. Виктор встал около бортика и смотрел на своего любимого. Отмечая попутно его необычный образ. Черная рубашка с алыми вставками и черные брюки. Отросшие волосы были собраны в низкий хвост и перевязаны алой лентой. Встав посередине катка Юри, вытянул руки, в стороны дожидаясь, начала трека. Заиграло «Танго Смерти». Юри поднял голову и опустил руки и начал свой танец. Зал замер. Юри катался один, но у Виктора было чувство словно на льду сейчас двое. Никифоров волновался за прыжки, но Кацуки сделал их более чем идеально. Спирали перемежались со сложными дорожками шагов, а затем переходили в прыжки. И вот последний прыжок – четверной флип совпал с последними аккордами и Юри, встав на ноги и проехав немного, упал на колени и прогнулся назад. Зал сидел тихо, а затем раздался шкал аплодисментов. Отдышавшись Юри, подъехал к бортику, где встретился взглядом с Виктором. – Это было потрясающе, солнышко,– ласково проговорил Никифоров и улыбнулся. – Посмотрим по баллам, так ли было хорошо,– ответил Юри и подмигнул. Сев в уголке слез и поцелуев Юри замер в ожидании оценок судей. 99,77. Увидев эти оценки Кацуки, наконец то смог нормально вздохнуть. Осталось посмотреть выступление Виктора и можно отправляться в номер отдыхать. Переобувшись, Юри встал у бортика в ожидании проката Вити. Нервное напряжение никуда не делось, но в душе, отчего то стало спокойнее. Изредка Юри на себе ловил удивленно - злобные взгляды Плисецкого. И вот объявили фамилию Виктора. Юри припал к бортику в ожидании. Виктор выехал на лед как король. Коим собственно он и являлся на льду. Заиграла музыка Вивальди « Времена года» и Никифоров начал свой танец. Юри как завороженный смотрел на своего танцующего Виктора. А потом неожиданно развернулся и пошел прочь. Добежав до раздевалки, он облокотился о стену и медленно осел. Голова вновь разболелась. Нашарив в кармане спортивной куртки блистер выдавил таблетку и, запихнув ее в рот разжевал, морщась от горького вкуса. Когда боль немного отпустила, Кацуки встал, и пошатываясь дошел до лавки. Эта головная боль была как всегда не вовремя. Юри с ужасом подумал, как бы он катал программу, если бы боль настигла его на льду. Посидев еще немного, Юри отправился в гостиницу. Если что, то Виктор все поймет. Придя в номер Юри завалился спать. Разбудили его нежные поглаживания по голове. Сонно щурясь, Кацуки открыл глаза и улыбнулся. На его кровати сидел Виктор. – Солнышко, ты так быстро убежал, что-то случилось? – взволнованно спросил Никифоров глядя в любимые глаза. – Голова разболелась,– признался Юри. – Не хотел омрачать твое чудесное катание своими гримасами боли. – Чудо мое,– Виктор потрепал Юри по голове и нежно поцеловал. – Как голова сейчас? Болит? – Уже нет. Я принял лекарство и отоспался. Все хорошо Вить, честно. Никифоров обнял Юри и прижал к себе. – А как ты попал в мой номер?- неожиданно спросил Юри. – На ресепшене попросил второй комплект. И мне не смогли отказать. Они проболтали еще несколько часов, обсуждая катание соперников и их программы. А затем Виктор ушел к себе в номер. Надо отдохнуть. Ведь завтра еще и тренировка перед вторым прокатом.