Зазеркалье. Часть 2

примечание: автор в курсе, что близнецы старше Гарри на 2 года, но у меня АУ, поэтому годик скинем:) Если не подготовленный человек оказался бы в нашей скромной обители примерно через две недели после моего занимательного разговора с Малфоем, Панси и близнецами, этот несчастный решил бы, что попал в филиал психиатрической больницы. Картина такая: я, стоя у стены, пытаюсь расшибить себе лоб, дабы прекратить свое бренное существование. Драко с кружкой успокоительного ходит по гостиной кругами, кажется не зная, то ли выпить все самому, то ли помочь нуждающимся. Фред, не реагируя на внешние раздражители, смотрит в камин, словно пытаясь зажечь огонь силой мысли. Рядом с ним сидит Джордж с улыбкой клинического идиота. Блейз раскачивается в кресле приговаривая: — Как мы это расскажем остальным, они нам не поверят? И только два остальных члена общества психов на выезде выглядели относительно пристойно. Это Джон Грин, который вовсе не Джон, и совсем даже не Грин, и Гермиона. Мой учитель, чтоб его дементор поцеловал, довольный, точно в руки ему попал философский камень с подробной инструкцией по созданию, устроился на диванчике. И улыбался, гад такой, глядя на наше безумие. А Гермиона, опять что-то строчила в тетрадке, изредка поднимая на остальных глаза: — Мистер Пруэтт, может все же расскажите, как так вышло, что... А начиналось все хорошо, впрочем, у меня всегда так. Любая авантюра, приключение, все изначально выглядит неплохо. Философский камень? Да запросто, подумаешь песик, шахматы и зелья непонятные. Тайная комната? Вообще мелочи жизни, а василиск милая зверюшка. Турнир — ерунда. Дракон отличное начало дня, озеро придает бодрости. Министерство — приятная прогулка, а зеркало... хотя да, с зеркалом я прокололся особо. Ну, в общем, и в этот раз все выглядело примерно, как всегда. Для начала, я совершенно забыл расспросить Джона, знал ли он о моей связи с кем-то или нет. Ну, вылетело из головы, бывает. Тем более, когда на голову сваливается столько информации. Да тут ещё на следующий день прилетают близнецы. Угу, в прямом смысле, они решили не тянуть, красиво обставив свой уход, рванули из школы. Предварительно написав слезливое письмо, примерно со следующим текстом: мы мирные маги, а ваша войнушка нам надоела, она мешает заниматься музыкой, рисованием, танцами, а уж как мешает строить личную жизнь, даже не представляете. Поймите нас правильно, очень уж не хочется проводить вечерок с красоткой или красавцем зная, что на следующий день по его душу могут прийти авроры. Да-да, уважаемый директор, увы, нам с братом нравятся мужчины постарше, да поспособнее в магии, а уж если чистокровный попадется, все — сразу пропадаем. Но вы же сами знаете, чистокровных, сильных волшебников в светлом ордене и не осталось почти. Разве что Вы, но мы думаем, наше предложение по совместному время проведению, Вам придется не по душе. За сим кланяемся в ноги и отправляемся на континент. Во Франции, говорят, сейчас отличная погодка. Счастливо оставаться. Как-то так они написали, увы, точный текст остался на столе Дамблдора, а мне достался лишь урезанный вариант. Точнее Блейз в перерывах между хохотом попытался воспроизвести написанное письмо. Остальные даже не сделали попыток. Им стоило лишь вспомнить первую строчку, как нападал хохот. Гермиона и та, краснея от смущения, смеялась не меньше Малфоя. Честно сказать, Драко я таким ни разу не видел. В общем, оставив письмо директору, устроив буквально фейерверк в Большом зале, Фред и Джордж красиво по вскакивали на метлы и отбыли в неизвестном для Ордена направлении. В тот же вечер, усталые, довольные и слегка пьяные они завалились ко мне. Джон к тому времени ушел по своим делам, тащить двоих парней пришлось мне самому, но зато новоявленный учитель не увидел какие у его ученика примерные друзья. То-то он бы удивился, сам-то считал, что на них можно положиться и они все такие правильные, сознательные товарищи. Уложив полувменяемых близнецов в свободной комнате, я спокойно отправился по своим делам, ещё не зная, что спокойной жизни, хотя какая она спокойная, пришел окончательный и бесповоротный конец. * * * Честно говоря, я возненавидел наш план уже через пару дней. — Я не хочу идти в банк, я не хочу принимать наследство, да не хочу я так выглядеть! — это был самый цензурный вопль, который слушали Фред с Джорджем. — Ну, Гарри, герой ты наш, потерпи немного. Немного, где немного? Я уже два часа сидел в маггловском салоне красоты и ждал, когда меня, по мнению близнецов, приведут в порядок. Сначала были линзы, потом прическа, отчего-то обстригать отросшие волосы мне категорически отказались. Фред пояснил: — Наш любимый белобрысый сказал, что все уважающие наследники таких древних родов носят длиннющие волосы это... — ... отражает их статус, — тут же подхватил Джордж. — А ещё тебе идет. Смирившись с длинными патлами, иначе я их и не называл, я покорно позволил запихать себя в новые шмотки, а завыл только тогда, когда эти два умника опять вернулись в салон. Где шепотом пояснили: — Легранды все как один золотистые блондинчики, так что придется тебя перекрасить. На первое время потянет. Моё предложение просто магически изменить цвет волос, было отвергнуто тут же. Ну, конечно, два-три заклинания и маскировке конец, а артефактов меняющих внешность у нас нет, может, у меня где-то в сейфах и завалялось, но: — Артефакт можно отследить, и будет странно, зачем это мистеру Легранду такая игрушка и что он пытается скрыть. — Оно тебе надо, лишние вопросы? Доводы железные, я даже покивал: конечно-конечно чего уж переживу, подумаешь, какая малость, стрижка, косметические процедуры, линзы, которые мешаются, шмотки неудобные. Ну не привык я в таком ходить. Растянутые футболки и удобные джинсы, а поверх мантия, вот обычный костюм. Уж точно никаких брюк, рубашек и туфлей. Про галстуки и пиджаки я вообще молчу. Хотя здравый смысл подсказывал — наследник богатого рода должен выглядеть соответствующе. Поэтому я, повозмущавшись, успокоился, ровно до того момента, как увидел себя в зеркало. Дементоры в тот момент представились мне милыми созданиями, а их поцелуй просто благодатью. — Это не я, — хотелось кричать, но вышел сиплый шепот. — Ты-ты, — обрадованно улыбнулся Джордж. — Точно, ты. Но хорош, да? — мечтательно вторил ему Фред. А мне уже в тот момент хотелось побиться головой об зеркало, мешал только страх, вдруг опять окажусь в темнице по ту сторону стекла. Кажется, паранойя росла и крепла. — Я не пойду в банк, я не хочу наследство, верните мне меня, — дальше впервые за долгое время, я чуть не разорался на весь магазин. Спасло лишь осознание того, что привлекать внимание магглов нам совсем не нужно. Да и администратор салона подскочила: — Вас что-то не устроило? Наш мастер не справился с задачей? Пришлось уверять женщину, что все в порядке, просто мы не ожидали такой великолепной работы. И, конечно, расскажем знакомым о таком чудесном месте. Женщина расплылась в улыбке и предложила карточку постоянных клиентов. В общем, расстались мы довольные друг другом. Точнее Фред, Джордж и та дамочка были довольны, а я находился в ступоре. — Да ладно, Гарри, отлично получилось, теперь тебя точно никто не узнает. Разумеется, я сам себя узнавать перестал. Чего уж о других говорить. Зато в банк я впервые шел спокойно. И даже сумел выглядеть достойно аристократа, наверное, ну я так думаю. Просто, когда оказался в Гринготтсе и потребовал управляющего, представившись Леграндом, все посетители, как-то очень уж странно на меня смотрели. Точнее попытались слиться со стенами, столами или колоннами. Только единицы постарались сделать вид, что ничего особенного не произошло. Мне повезло, встречать меня вышел Гупртих, он расплылся в довольной улыбке: — Так вы решились, очень рад. И проводил меня к, как он выразился, самому главному по ритуальной магии. Я ведь, представившись Леграндом, на тот момент им ещё и не был. Но это частности. Сначала была долгая и нудная бумажная работа, где от меня потребовалось подписания десятка бумаг. Близнецов, кстати, со мной не пустили, оставили в комнате совещаний, ага у гоблинов и такая есть, сказав, что к моим друзьям есть парочка вопросов-предложений. Сразу после подписания нужных документов, где зачем-то поддался уговорам и в качестве Лорда Поттера перевел все свое имущество и деньги, на другой счет, владельцем которого должен стать Дамиан Легранд, но не сразу, а через пару лет. Зачем это было нужно, я не узнавал, просто согласился бездумно. Вот же глупец, надо было сразу разобраться, глядишь очередной новостью в дальнейшем, было бы меньше. Но тогда, я измотанный Фредом и Джорджем, замученный бесконечными уточнениями гоблинов, хотел лишь одного — быстрее закончить. Потом домой, подальше от живых существ, забиться под одеяло и крепко уснуть. Вот только ритуал пройти и все. Ну да, ритуал. Если кто-то вам предложит принять чей-то Род. Подумайте раз сто, прежде чем соглашаться. Во-первых, это очень неприятная процедура, во-вторых, болезненная, в-третьих...чего уж говорить, лучше описать. Меня отвели в странное помещение, оставив там вроде как готовится. Почему странное? Ну, представьте пол, стены и потолок абсолютно черные, ты просто не понимаешь где находишься, а единственный источник света — маленький светильник, что парит рядом. Не знаю, сколько времени там провел, но внутренние часы кричали чуть ли не о годах. Хотя мы потом прикидывали, выходило не больше пяти минут, если только гоблины не владеют какими-то особыми временными техниками. А может там была какая-то особая магия — я не проверял. Даже даром не догадался воспользоваться. Возможно, испугался, возможно, потерялся в пространстве. И пробудь я там действительно пару дней, точно сошел бы с ума. Тут вам и пыток особо не надо, просто помещаешь человека в подобную комнатку и все. Через пару часов он признается в убийстве Короля Артура с подробным описанием оного. В общем, место жуткое, но самое интересное ждало впереди, за мной пришел незнакомый гоблин и жестами попросил следовать за ним. Не знаю как, но я понял — надо молчать и лучше не пытаться пользовать своим даром вообще. В полном молчании мы шли по полутемным коридорам. Множество поворотов, развилок, захотел — не смог бы запомнить дорогу. Да я и не пытался, смысл? Коридор закончился неожиданно — небольшой дверью в стене, даже мне пришлось наклониться, чтобы не стукнуться головой. Это с моим-то ростом. Явно для гоблинов строился зал, я так было решил, пока не оказался внутри. Потолок терялся где-то там наверху. Стены расписаны рунами, больше половины символов я даже не видел никогда, не то, что знал бы их значения. Хотя, часть из рун была все же была узнаваема. И мне честно стало не по себе, так как ни в одном мне известном ритуале и заклинании никогда не используются вместе такие противоречивые изображения, как смерть и жизнь. Да и слишком уж подозрительно, если в простом, как мне говорили друзья, ритуале вхождения в род присутствует руна смерти, к чему она там? В ритуальном зале у Сириуса такого не было точно. — Мы очень рады, что вы согласились на нашу помощь. — Гупртих появился неожиданно. Я даже вздрогнул, когда он заговорил. — Прошу в середину зала, — продолжил гоблин. Пока я шел к центру, понял — мой провожатый куда-то исчез. А стоило оглянуться, как Гупртих тоже ушел. Я остался один, совершенно. Дальнейшее, сложно описать словами. Стоило встать точно в центре, как вокруг меня замерцали руны, символы и странные огоньки. Дальше помню только чей-то шепот, словно он читал незнакомое заклинание. А потом пришла боль. Скручивало, хуже Круцио. Казалось, внутри все разрывалось на части. И ещё огонь, словно в кровь кто-то добавил раскаленное железо, и оно бежит по венам. Очнулся я на диване, на лбу холодная повязка. Обычная комната: стол, стул, диван и шкаф с какими-то папками. За столом сидел Гупртих и с улыбочкой так: — Рад приветствовать нового Лорда Легранда. — И вам не хворать. Сколько я был без сознания? — голос хриплый, я бы не узнал даже. — Всего пару минут, — гоблин продолжил улыбаться и даже из-за стола не поднялся. — Хотите сейчас ознакомиться со всем списком вашего нового имущества? Я, Мерлин тебя раздери, хочу спать. Причем желательно в своей постели. — Нет, буду признателен, если вы его вышлете по почте. — Конечно, как распорядитесь. И ещё, Гарри, точнее, — гоблин сверился с бумагами. — Дамиан, вы подумали о нашем предложении о сотрудничестве, а так же о покупке необходимого вам предприятия через наш банк? — Разумеется, мой наставник очень просил за оформлением сделки обращаться именно к вам. А друзья как раз должны были рассказать, в чем суть, — я попытался встать. И о чудо, это почти удалось. Слабость никуда не делась, но сидеть я мог. — Да-да, они поведали о вашем решении. Мы думаем оно весьма мудро. Со своей стороны сделаем все так, что никто не узнает, — ещё одна странная улыбка. — Сегодня же прибудет поверенный, представляющий интересы нужного вам издания. К завтрашнему вечеру договор будет готов. Мы вышлем вам его для подписания. Собственно, очень бы хотелось встретиться с вами после, как я уже говорил, мы надеемся, вы примете наше предложение. Будто теперь у меня есть выбор. Гоблины редко помогает просто так, точнее никогда. Можно я посплю, а? — Что требуется от меня? — Не сегодня, но в ближайшее время, — Гупртих наконец вылез из-за стола и подошел к дивану. — У нас есть некоторое количество хранилищ, которые уже никому не принадлежат, наследников нет и не будет. Но вот беда, они отказываются подпускать хоть кого-то, кто идет, скажем, с корыстными целями. А вы можете изменить свои эмоции как угодно. — Понятно, на днях обязательно загляну к вам. Что-то ещё? Гупртих задумчиво потер край подбородка и, перестав улыбаться, тихо произнес. — А личную просьбу можно? Я искренне удивился, но кивнул. — Дамиан или как вы хотите, чтобы вас назвали? — Джей, да, зовите меня Джей, — я очень кстати вспомнил обращение Джона. — Джей, мы не знаем, чем может закончиться современное противостояние, но очень бы хотелось, чтобы Чтец и его друзья остались на стороне магии, — говоря это, Гупртих заглянул мне в глаза. И что-то такое было в его лице, не знаю, а может я просто переволновался, иначе с чего бы: — Клянусь магией, что всегда буду поддерживать волшебные народы, на какой стороне бы не пришлось сражаться. Чем-то горячим стиснуло запястье, я с недоумением посмотрел на руку. Словно золотистая лента-браслет, мигнула и пропала. Гупртих потрясенно покачал головой: — Простого обещания бы хватило, Лорд Легранд. А потом задорно, если к гоблинам это применимо, улыбнулся и теплее произнес: — Мой народ не забудет доверия Чтеца. А вам пора, друзья уже волнуются. Действительно, меня уже заждались крайне радостные близнецы. Они успели обо всем договориться с гоблинами, которые в свою очередь подготовили документы для покупки газеты и, неожиданно, дома, задним числом. Причем на подставные лица. Точнее газету на подставное лицо, а небольшое поместье в пригороде Лондона купил сам Лорд Легранд. Правда, пару недель назад, но кого волнуют формальности? Я сначала не понял, вот зачем мне ещё один дом, когда тут и так их куча, если вспомнить наследство богатеньких родственничков. Дурсли бы удавились, точно. Но мне, как недалекому, объяснили, что не может новоявленный Легранд позволить себе жить в гостинице, а снимать жилье не комильфо. Угу, дом покупать просто так это нормально, а ненадолго снять жилье не вариант, не понимаю я этих аристократов. Ну, Мерлин с ним, в тот день мне было уже плевать, дом, значит дом, а хотите можете даже Хогвартс купить в кредит, мне все равно. Чего, мы хорошие клиенты, нам гоблины скидку дадут. Что значит не продается? А если хорошо подумать? И тогда нет? Жаль, ведь хотелось же. Стольких проблем лишись бы сразу. В общем домой мы отправились довольными и уставшими, точнее, довольными были близнецы, а уставшим и вымотавшимся был, безусловно, я. И тогда я ещё не знал, чего ждать от жизни. Подумаешь в род вошел, посчитал это простой формальностью, завалился спать, предварительно показав Фреду с Джорджем где гостевые спальни. А ночью... пришли сны. Незнакомые мне люди, неизвестные места и моря, просто океаны чужих мыслей, воспоминаний, знаний. Мне казалось, я падаю с обрыва, тону в бирюзовой глубине. Как вообще смог проснуться, не пойму. Последнее что помню ярко перед пробуждением, взволнованное лицо, очень знакомое, только я так во сне и смог узнать кто это. Точно знаю, он меня звал, просил остаться, а я не смог. * * * — Гарри, Гарри. — Джей, очнись, слышишь! — Нет, меня здесь нет, совсем нет. Дайте поспать, а. — Сколько можно, и так почти пять дней спишь — Чего? — я подскочил на кровати. Ой, мамочка моя, напротив в уголке, жмутся близнецы, а рядом с кроватью на стуле сидит обеспокоенный Джон. Причем он растерян, считает себя виноватым, хочет... Так, стоп, где мой браслет? Хорошо, нашелся на кровати, и я быстро, пока толком не проснулся, натянул его на руку. Сразу стало спокойнее. — Что происходит? Оказалось все, как впрочем и всегда, более чем весело. В понедельник, сразу после банка, я отправился спать и спал ровно до сегодняшнего утра. А на календаре уже суббота. Да что за жизнь-то? Собственно, Джон сначала не паниковал и даже успел с моими друзьями подружиться, заодно привить им нелюбовь к учителям. Грин он такой, если берется учить, то все пиши пропало, становишься его рабом. Ранний подъем, поздний отбой и тренировки-тренировки. Фред и Джордж, взвыли на второй день. Они все надеялись, что я очнусь и спасу их от тирана. А я, такой бесстыжий, продолжал спать. Фред умудрился Драко написать, спросив, что случилось со мной. Но Малфой успокоил, по его словам подобная реакция организма — нормальное явление. Был бы я младше, таких проблем не возникло, а чем старше маг, тем больше заморочек. Разумеется Драко не так написал, он там чуть ли не научную выкладку сделал, полагаю без Гермионы дело не обошлось. Близнецов он успокоил, но от Джона их это не спасло. Кстати, почему это мой учитель решил поселиться в нашем доме? А как же его работа? Ах, он решил взять отпуск, интересное дело, нас кто-то спросил? Ах, нужен наставник, да ладно, жили как-то раньше. Что значит, я не разберусь один? Так, стоп, какая такая связь? Что значит, расскажет вместе с остальными? Оказывается буквально через пару часов Гермиона, Драко и Блейз посетят нашу скромную обитель. Ещё с ними хотела увязаться Панси, но ей пришлось срочно ехать домой, что-то там с болезнью матери. А брать кого-то ещё было слишком подозрительно, особенно из гриффиндорцев. По словам Добби, неожиданно появившегося в гостиной, во временя позднего завтрака, выходило, что Дамблдор пристально следит за всем львиным факультетом. Одной Гермионе повезло, её родители как бы прислали письмо с просьбой отпустить дочь на этот уикенд домой, вроде семейное торжество. Интересно, действительно так или опять друзья подсобили? Но подумать над этим я не успел. В дверь поскреблись. — Сиди, мы сами, пусть будет сюрприз. Близецы подскочили, кинулись открывать, а я непонимающе уставился на довольного Джона. — Какой сюрприз? — Ты, — просто ответил мне Грин. И тут до меня дошло, никто же не видел как я стал выглядеть, они и так-то к моим белым патлам привыкали, а тут опять перемены. Да уж, знал бы я тогда, что внешний вид это такая малость. Но, фурор произвел. Когда все расселись в гостиной, я представил Джона Грина. Гермиона кивнула, Блейз улыбнулся, а Драко пораженно уставился на моего учителя. Кажется, Малфой уже тогда понял кто перед ним. Это я как жираф, пока дойдет. — Кстати, можешь снять кулон? — Кулон? Какой кулон? — удивилась Гермиона. Но я не обратил на неё внимания, зато удивленно посмотрел на Джона и уточнил: — Ты же говорил, что он меня защищает от магических поисковиков. — Защищал, — подтвердил Джон. — Но теперь в нем нет нужды. — Почему? Я ничего не понимаю, он же мне сам его дал, буквально в тот же день, когда я рассказал всю свою историю, точнее почти всю. Маленькая фигурка волка на неприметной цепочке, та самая, что была портключом. — Потому что от магического поиска он защищал Гарри Поттера, но Гарри Поттера больше нет. Есть Лорд Легранд и может ещё Блэк, я так понял, что ты успел и с Блэками что-то провернуть. Я, кажется, ничего не понял, зато Малфой проявил чудеса сообразительности. Он тихо выругался на французском, а потом уже по-английски добавил: — Как мы забыли об этом. — Ой, — Гермиона зажала руками рот. — Я ведь должна была предупредить. — Да уж, сглупили мы, — Блейз смутился и отвел взгляд. Только мы с близнецами недоуменно переглянулись. — Может, хоть кто-то внятно объяснит, что вообще происходит. — Ну, Гарри, ты только успокойся, — осторожно начала Гермиона. И мне сразу расхотелось успокаиваться, я в тот же момент понял: вот оно, началось. — Понимаешь, тут такое дело...— продолжала Гермиона. — Как только ты полностью входишь в род с помощью одного из древних ритуалов, то теряешь магическую связь с тем родом к которому принадлежал ранее, номинально ты... — Больше не Поттер, — перебил Гермиону Блейз. — Но это не исключает... Следующие слова долетали до меня словно через магический туман. Вроде слышишь, понимаешь, но не воспринимаешь сказанное. Да, я не Поттер, совсем, совершенно. Гарри Джеймс Поттер умер в тот момент, когда в зале ритуалов на свет появился Дамиан Легранд. Мое имя исчезло с родового древа, стерлось оно из книги Хогвартса. Некого больше искать, все, конечная станция. Теперь все сочтут меня мертвым. Это ведь хорошо, правда? Тогда почему так холодно стало в комнате, отчего я не могу нормально дышать? А ведь я и магию свою ощущаю иначе. Если раньше она теплой волной разливалась под кожей, то сейчас приятной прохладой струится по всему телу. Как раньше не заметил? — Гарри, эй, ты как? — кажется, это Джон пытается меня вернуть из мира воспоминаний. — Я? Нормально, не каждый день умираешь, хотя мне ли об этом рассуждать, да, ребята? Шутка получилась так себе, на меня смотрели с сочувствием. Только Драко прищурившись, усмехнулся: — Собственно в чем проблема? Ведь ты успел магически связать себя с родом Блэков, уже в тот момент именно Гарри Поттера не стало, появился Поттер-Блэк, точнее Блэк-Поттер, если я не ошибаюсь в Вальпурге, разве не так? Это он у меня спрашивает? Если у меня, то откуда мне-то знать. — Я в этих ваших магических играх ни гиппогриффа не понимаю. А разъяснять никто не спешит. То какая-то связь с магом обнаруживается, то выясняться, что простая процедура вхождения в род обернется полным в него принятием. Почему гоблины ничего не сказали? — Потому что это гоблины, Гарри. Они всегда и из всего извлекают выгоду. А сотрудничество с родом Леграндов куда как нужнее, чем с Поттерами. Они же не зря сначала предложили все имущество Поттеров перевести. Ну и Блэком ты остался. Джон как всегда в своем репертуаре, говорит с успокаивающей улыбкой на губах, а в глазах грусть. Но при этом я ощущаю его безграничную радость. Интересно, ему Поттеры чем-то насолили, или он тоже строит свои планы на Легранда? — А почему Блэком он остался и при чем тут упомянутая связь? Кстати, что за связь, я ничего не знаю. — Гермиона, быстро подхватила инициативу в игре задавания вопросов. — Блэк, потому что, во-первых, магический крестный Гарри Сириус, а то это не просто статус на бумажке, во-вторых, род передается по отцу, а значит потерять можно только его, в данном случае родство с Поттерами исчезло. В-третьих, Гарри успел провернуть один ритуальчик ещё раньше. — Ничего я не проворачивал, это все Вальпурга, — я попытался внести ясность. — Пусть Вальпурга, хотя она вообще-то умерла, — съехидничал Джон. От него я не ожидал подобного. — Портрет остался, — возмущению не было предела. Джон примирительно поднял руки: — Верю-верю, деятельная женщина при жизни, такой и после смерти осталась. Если вернуться к вопросу родства, ритуал, по указанию Вальпурги, не ввел Гарри непосредственно в род Блэков, а просто сделал его, как бы попроще вам мисс объяснить, скажем, старшим наставником. И не имеет значения кем останется наш Гарри, примет ли иной род или имя. Он магией завязан с родом Блэков. Полагаю, Вальпурга стребовала ещё какое-то обещание, так? Все дружно посмотрели в мою сторону. Дико захотелось провалиться на месте, но я мужественно сдержался и просто сполз по стене на пол, где, обхватив голову руками, сдавленно произнес: — Один из моих наследников войдет в род Блэков, кто будет его или её матерью не имеет значения. Ума промолчать про помощь Сириусу у меня неожиданно хватило. — Почему матерью? — Малфой тихо хихикнул. — Я, кажется, понял, как ты связан с Ним. — Вот, кстати, что за связь? И кто этот Он? — напомнила о своем вопросе Гермиона. Я даже руки от лица убрал, чтобы на Джона посмотреть. Потому что именно с его стороны почувствовал удивление и, кажется, недоверие. Не к кому-то конкретному, а словно к себе самому. Глазам он, что ли, своим не верит. И словно в подтверждении моих предположений, Джон поднялся с кресла и подошел поближе. Провел рукой у меня над головой, прямо перед глазами застыла, переливаясь всеми возможными цветами, небольшая сфера. — Быть этого не может, — восхищенно прошептал Джон. — Да чего, не может-то? Теперь уже и Гермиона подошла поближе, а за ней потянулись близнецы и Блейз. Только Малфой, опять тихо выругался и со словами: — Я за успокоительным, — покинул комнату. — А я требую объяснений, — нетерпение и раздражение в голосе я даже не пытался скрыть. Джон тяжело вздохнул, как-то воровато оглянулся на всех присутствующих и начал объяснять. — Связь, что у тебя с ним, не родственная, а, как бы сказать точнее, нечто вроде связи между двумя душами. Магглы говорят — люди предназначенные судьбой. И если вы закрепите связь, то разорвать её будет невозможно. — Что значит, закрепим? — Побледнев, уточнил я. — Вариантов несколько, например: спасешь ему жизнь, причем совершенно бескорыстно, а он в ответ должен будет сделать нечто похожее. — Ой, да ладно, Гарри, ты же не будешь спасать жизнь... — начал было Фред, но осекся, заметив выражение моего лица. — Поттер, ты же несерьезно, но даже если так, то он точно не будет помогать тебе. Я побледнел ещё больше. А Блейз решил уточнить: — Он — это кто? — Темный Лорд, я полагаю, — неожиданно засмеялся Джон. — Ну, надо же, я всегда считал Тома умным мальчиком, а он оказывается ещё и у магии на особом счету. — Почему на особом и что значит считал?— машинально поинтересовался я. — На особом, потому что такая связь, возникшая у вас, большая редкость и удача. Магия сама выбирает, от желания связанных ничего не зависит. А в последний раз подобная магическая привязанность, назову это так, официально зафиксирована много лет назад, между известным всем Гринденвальдом и Дамблдором. На этих словах мы дружно выдохнули и пораженно переглянулись, а Джон насладившись успехом у слушателей продолжил: — Насколько я знаю, из достоверных источников, именно Геллерт спас жизнь Альбусу, тем самым отдав все карты ему в руки. Их дуэль не имела смысла. Гринденвальд не смог бы убить Дамблдора. Результат дуэли был предрешен. На счет второго вопроса, я знаю Тома давно, скажем так, юноша не раз наведывался к нам в поместье, все звал в свои ряды, но Пруэтты не принимают ни чьих сторон кроме своей. Простите, — Джон повернулся в строну застывших Фреда и Джорджа, — ваша мать и моя младшая кузина по совместительству — исключение. Собственно, поэтому её и изгнали из рода. Вот после этих слов в гостиной и стало твориться не пойми что. В тот день мы толком и не поговорили, слишком все были поражены свалившимися новостями. Малфой вообще в одну глотку чашку успокоительного навернул, когда я заговорчески-истерическим шёпотом поведал ему, что оказывается уже успел закрепить связь. И пророчество вместе со Светлой стороной могут катиться в Запретный лес лягушек ловить. Зато на волне последней новости касающейся меня любимого, как-то позабыл — пророчество всяко неверно, так как Гарри Поттера не стало. Спасибо Роми хоть на этом. Удружил дядюшка или кто он мне там. Но пока я пытался излить душу Малфою, тот отрубился прямо на ковре, и Джон, оглядев гостиную, предложил все разговоры оставить на завтра. — Тем более, твоим друзьям не обязательно возвращаться в Хогвартс, я правильно понимаю? — Да, мистер...— Гермиона запнулась, не зная как обратиться. — Джонатан, мисс, зовите меня именно так. Надеюсь ваши друзья тоже не торопятся, — выразительный взгляд в сторону Драко, даже я заметил из своего угла. — О, нет, не думаю. Официально, с недавнего времени, нам разрешено покидать школу на все выходные. Если подать просьбу от родителей. — Вот как? Раньше такого не замечалось. Гермиона пожала плечами и поудобнее устроилось в кресле: — Новое правило, утверждено советом попечителей. — Нет, я определенно недооценил Тома Риддла, мне он нравится все больше, — с этими словами Джон поднялся с дивана и, галантно поцеловав руку Гермионы, направился к выходу. По дороге ему пришлось перешагивать через меня, ведь с пола я так и не поднялся. У стены оказалось очень удобно сидеть, особенно когда на твои колени завалился накаченный по самое не хочу успокоительным сам Драко Малфой. — Удачной ночи, ученик, — подмигнул Джон. Ну, то есть не Джон, а Джонатан Пруэтт, но я настолько привык, к его маггловскому псевдониму, что боюсь, будет сложно перестроиться.