Семь смертных грехов

      Ким Намджун по праву гордится собой. Обладатель незаурядного интеллекта, лучший студент, будущий наследник огромной корпорации, разве это не повод для гордости?       Еще будучи совсем маленьким альфой, Ким привык к тому, что его успехам радуются и папа, и отец, а еще хвастаются своим гениальным сыном перед друзьями семьи. И он не виноват, что, повзрослев, стал самовлюбленной заносчивой сволочью, таким его сделали самые близкие и родные люди, таким он был в глазах многих. Но все же подавляющее большинство (в основном юные омеги) считали его примером для подражания, мечтали завести с ним знакомство, желали погреться в лучах его «славы» и в упор не видели его недостатков.       Намджун привык пользоваться всеми благами, что прилагались к статусу наследника, и не видел в этом ничего необычного. Он мог позволить себе сорить деньгами отца, не опасаясь получить выволочку от родителя, для него он всегда мог с ходу придумать достойную отговорку, и отец верил. Это тоже было предметом гордости Кима.       Каким странным образом судьба свела его с друзьями, оставалось для него загадкой. Ну, ладно Юнги, его семья не многим уступала семье Ким, и в общем они были одного поля ягодки. Да даже приторно-сладкий омега Сокджин, вполне вписывался в его мир, ибо также мог похвастаться хорошей «родословной». Каким же образом втиснулись остальные, он не понимал, но принял, и даже чувствовал себя в их окружении комфортно.       Неожиданно свалившуюся популярность он также принял стоически, хотя считал это все « жутко неудобной хренью». На первом месте у него была учеба, пусть он и любил иногда оторваться с друзьями, это нисколько не отвлекало его от поставленной цели: стать лучшим из лучших, занять, со временем, пост отца и преумножить состояние семьи.       Новая учебная неделя началась просто отлично, в холле университета вывесили список лучших студентов, Намджуну даже не пришлось проталкиваться сквозь толпу, образовавшуюся у доски объявлений, он и так был уверен, что занимает первое место. Поэтому он просто прошел мимо, слыша, как за спиной вздыхают омеги, восхваляя его красоту и ум.       В студенческом кафе его ждали друзья, туда он и направился, на выходных они неплохо оторвались в одном андеграундном клубе, и сейчас было бы кстати обсудить прошедшее выступление. Да, помимо всех своих значимых достижений, в жизни Кима присутствовала любовь к музыке, и, конечно, в этом он тоже хотел быть лучшим. Но, так как перед ним стояли совсем другие цели, музыка так и осталась в категории увлечений, чем-то, что можно будет потом вспомнить через много лет.       В кафе было многолюдно, впрочем другого ожидать и не приходилось, стоило их компании там появиться, как туда же стекались их «поклонники». Все были уже в сборе, не хватало только самого Кима. — Давно пришли? — вместо приветствия спросил альфа, занимая свое место за столиком. — Да не так чтобы очень, но достать нас уже успели, — Мин практически растекся по своему стулу, Нам все время удивлялся, как тот, при всей своей нелюбви к ранним подъемам умудрялся вполне неплохо учиться, и даже добиваться каких-то успехов. Вообще, если бы парень проявил чуть больше усердия, то вполне мог бы по соперничать за первое место в рейтинге с самим Кимом, но природное нежелание вкалывать делало его середнячком. Единственное, что могло расшевелить этого парня — музыка, стоило Мину взять в руки микрофон, как он тут же преображался, становясь совсем другой личностью. Кто знает, если бы не семья, которая была категорически против увлечения младшего сына, может Юнги смог бы добиться больших успехов в этом, а так ему приходилось заниматься любимым делом украдкой. — Брось, Юнги, ну, чем тебе мешают наши поклонники, вполне себе нормальные ребята, — при взгляде на Сокджина, Ким с трудом мог сдержать гримасу отвращения. Все эти ужимочки, и губки бантиком, и оленьи глазки жутко бесили. Вообще Нам не понимал, что в прошлой жизни он сделал плохого, чтобы в этой заслужить такого истинного?! Обладатель совсем не омежьей фигуры, любитель всей этой мимимишности, раздражал безмерно, и представить себя рядом с ним Намджун не мог. И почему ему не достался такой омега, как тот же Пак? Вот на кого приятно посмотреть: милый, но не приторный; скромный и при этом чертовски сексуальный, а как танцует, глаз радуется, не то что Джин, у которого, похоже, обе ноги левые. Такой, как Чимин, идеально бы дополнил Кима, и в свет с ним выйти не стыдно. В общем, истинного Нам упорно не признавал, и даже демонстративно развлекался с другими омегами, не заботясь о чувствах того, кого выбрали для него высшие силы. — Да, хён, их внимание так приятно, разве нет? — Ким Тэхён, этот парень по первости жутко бесил Намджуна, своей неуемной активностью и не соблюдением каких-либо рамок приличия. Но, со временем, как-то притерпелся, и некоторые выходки младшего даже находил забавным. В их компании он был кем-то вроде клоуна, и на пару с Хосоком постоянно вытворяли такое, что не смеяться было невозможно. — Тэ, тебе бы лишь внимания побольше урвать, — Чимин очень трогательно прижимался к боку своего альфы, и при этом не забывал стрелять глазками направо и налево, как в нем уживались две такие противоположности оставалось загадкой. Но этот ангелочек, сохраняя верность Мину, умудрялся сводить с ума всех окружающих альф. — Кстати, Мини, ты-то мог бы про внимание промолчать, кто на этих выходных зажигал на танцполе так, что потом пришлось чуть ли не силой к выходу пробиваться? — Хосок, как всегда, светил своей улыбкой во все 200, и порой вызывал желание поискать спрятанный выключатель, чтобы притушить немного излучаемое дружелюбие. Сам же устроил с Чимином танцевальный батл, и отжигал ничуть не меньше. И не смотря на то, что природа создала его бетой, в тот вечер не мало альф были бы совсем не прочь поразвлечься с ним.       Самый младший в их компании, Чонгук, привычно сохранял молчание, омега жутко не любил показывать свои чувства на людях, расслабляясь лишь когда они были одни. Вот тоже природа пошутила, соединив скромного Чонгука с сумасшедшим Тэхёном, который, из любви нарушать любые границы, не отлипал от своего омеги ни на минуту, заставляя того краснеть и сопеть, как злобный ежик. И вот же парадокс — Гук, обладая не слабым таким мышечным рельефом, каким омеги похвастаться не могли, смотрелся вполне гармонично, и чувства неприятия не вызывал, не то что Сокджин. При мысли о нем Нам внутренне содрогнулся. Нет, с этим надо что-то делать, в его идеальную жизнь неидеальный Джин совсем не вписывался.       Просидев с друзьями несколько часов, болтая обо всем и ни о чем, Ким направился домой, где его ждал неожиданно неприятный разговор с отцом. Глава семейства поставил сына перед фактом, ему выбрали пару, и вот создатель явно мстит бедному Наму, так как выбор отца пал не на кого-нибудь, а на чертова Ким Сокджина…       Гордящийся своим красноречием, и умением манипулировать людьми, Намджун так и не смог переубедить родителя, поэтому предстоял ему мучительный ужин в обществе семейства Ким, ради «знакомства» с будущим супругом…