Чёрная Книга Infinity Effect

Кое-как всё-таки выбравшись из мед-блока Нормандии, пока Уильямс всё ещё сидела под пристальными взорами Чаквас, видимо, явно желавшей перейти к инвазивным мерам, Шепард устремился вниз, к инженерам. В конце концов, он всё-таки был в первую, вторую и третью очередь именно солдатом, а если уж Адамс и остальные решили по возможности докопаться до гетов… На корабле царила какая-то тихая подавленная атмосфера. Никто не ожидал, что всё закончится вот так. Да, это задание с самого начала, откровенно говоря, попахивало, особенно учитывая всю секретность, а уж тем более Спектра у них на борту. Сарен всё-таки уже успел запомниться всем, как та ещё задница, но задницей он был крутой. Один день — и этот матёрный сукин сын мёртв, равно как и Джекинс, оставленный на Иден Прайме, — именно там его дом, — да ещё и несколько аркологий уничтожены вместе с десятками тысяч человек. Нужно быть чёртовым любителем ну очень чёрного юмора, чтобы после этого отмачивать шуточки, примерно такого уровня, что можно уже и в нос от подобного получить. Однако внизу, в трюме и инженерном отсеке, жизнь всё время буквально била ключом, тем более что именно у них-то нет времени погружаться в депрессию, у них всегда была работа. Однако сейчас всё дошло абсолюта, как будто все старались утонуть в работе, чтобы не задумываться над происходящим. Едва каплей вышел из лифта, как его тут же кто-то чуть не сбил, да ещё в качестве извинений что-то пролепетал, даже не повернувшись в его сторону. Оказалось, это был из техников, который куда-то спешил, неся в руках сразу несколько инструментов. Вообще, как он помнил, именно тут, в ангаре, было много интересного. За спиной двери вели в инженерный отсек, а вот тут и так уже были стояки с оружием — вплоть до ракетных установок. Ну и всякие шкафчики и прочие грузы, что были на корабле. А заодно и М35 Мако, их бронетранспортёр. Обычно именно тут же большую часть времени проводили и десантники. Но сейчас, в дополнение ко всему этому, в том же ангаре было несколько десятков сваленных гетов и пара Шипов Дракона, которые как раз и привлекли инженеров, что сейчас разобрали часть из них на винтики. Чёртовы техники… Шепард прямо сейчас мог видеть безумные огоньки в их глазах, ведь именно им в руки первыми попали детали этих роботов, которых более трёхсот лет никто не видел. Да, кое-что они везли в качестве доказательств Совету, оставшееся на планете заберёт себе Альянс, но ещё и они же должны будут сделать первые отчёты по гетам, чем собственно все и были заняты — О, капитан Шепард, — раздался почти сонный голос человека весьма и весьма средних лет, однако в глазах блестели те же самые огоньки. По лицу сразу можно было видеть, что он действительно разбирается в своём деле, а не попал на этот корабль за подвешенный язык. Это был Грег Адамс, главный инженер их корабля. — Капитан Андерсон послал за отчётом по этим жестянкам? Он толком так и не успел с ним поговорить, прежде чем не началось всё это «веселье», но учитывая, что Андерсон сам взял его к себе на Нормандию… такая рекомендация для Шепарда однозначно вызывала уважение. И это не считая того, что он служил на любом типе кораблей: от дредноутов до этого фрегата. — Нет, — усмехнулся Шепард, глядя на кучу обломков. — Скорее, профессиональный интерес. Что-то интересное раскопали? Как их убивать, например. — Вечно вам бы только кого-то взорвать… — Адамс тут же улыбнулся, доставая с одного из контейнеров какой-то дат с чертежами и схемами. — Ну, что могу сказать, эти серые и белые геты — ничего особенного. Мы тут разобрали пару, достали старые кварианские схемы, общая конструкция не слишком-то изменилась, компоновка примерно такая же. Однако над начинкой за триста лет они серьёзно поработали, например, вместо гидравлики у них теперь искусственные мышцы. А вот тут ещё и анализ уязвимых мест. Шепард глянул на дат, с интересом углубляясь в чтение. Ну да, у гетов было достаточно мозгов, чтобы не размещать процессоры в голове, вместо этого единственное важное место — сам корпус, всё остальное обезвредит, но не убьёт. Притом, похоже, даже голову отстрелить можно — стрелять будут по данным от соседей. Но в целом… да, компоновка за эти века почти не изменилась, да, усовершенствовали, но и Галактика на месте не стояла, так что убить их можно. — Достали схемы? — всё же, нахмурившись, спросил Шепард. — Откуда? — Из Интернета, — хмыкнул техник. — Схемы самих платформ гетов ещё с Утренней Войны можно найти там, никому они так и не были нужны с тех пор… К нам тут ещё заглянул один из парней с мостика с лиянфс коммом, подключился к их «мозгам», увы, ничего интересного, там уже всё отформатировали, да так, что ничего не восстановить. Ну да, точно, это же не секрет, как вспомнил Шепард. В конце концов, у Альянса тоже есть свой гет, подарили асари, один из тех, что был в их пространстве до Утренней Войны, просто пустая платформа. Всё-таки геты это искины, а не металл, и вот сами роботы до самого нападения никого не интересовали. — Куда интереснее кое-что другое, — Адамс махнул рукой, ведя его к одному из контейнеров, в котором лежал знакомый гигант в матово-белой броне, с огромной дыркой в груди. — Тут уже кое-кто их окрестил Праймами… О, а вот и ты, чёртов гигант… Когда-то он был почти раза в два выше, с огромным пулемётом наперевес, способным просто смести обычного солдата, превратив ошмётки его тела в экзотичное произведение искусства на ближайшей стене. Прямо говоря, на его взгляд, это не та участь, что ему нравилась, так что тогда он выглядел намного более устрашающим. Теперь же от него остались просто одни обломки. Внутренности торса были буквально разорваны от выстрелов. Выпустив полную термоклипсу из дробовика в упор, он не просто превратил в разбитые платы всё внутри, но и пробил ещё и сквозную дыру. А вся остальная броня была испещрена царапинами от его пуль. Теперь-то он уже не поднимется, хотя и завалить его тогда тоже было не слишком-то просто. — Что, в честь тех старых игрушек? — усмехнулся Шепард, с другой стороны, надо же было их как-то называть. — Ну да, — тот ответил такой же усмешкой и пожал плечами. — Мы пролистали всё, что нам известно, но до изгнаний квариан, да и в той войне упоминаний о таких громадинах не было. Похоже, что это целиком гетское изобретение, сделанное после той Войны. Каплей тут вопросительно глянул на него. И что в этом такого? На его солдафонский взгляд в нём не было ничего особенного, такой же гет, просто больше, толще броня, да ещё в руках такая пушка, что способна кого угодно просто разорвать на куски. — В том-то и дело, что этот Прайм был сделан как-то… ну, небрежно. Суставы, бронепластины на груди — такое чувство, словно это детские болезни техники. Сами знаете, любой не до конца обкатанный в бою прототип неизбежно столкнётся с этим, — он оглянулся по сторонам. — Капитан, в отчёте я об этом упоминать не буду, так как это лишь мои догадки, но… кажется мне, что геты не готовились к войне последние триста лет. По крайней мере, к наземной войне. Сказанное заставило его тут же нахмуриться, но он только кивнул. Это делало всё ещё более запутанным. После всего произошедшего геты не занимались разработкой оружия? Хотя бы новых платформ. Ну да, это было единственное объяснение, однако ему стало почему-то неуютно от этой мысли. Например, так как же этому Балаку удалось заполучить на свою сторону гетов — не в этом ли корабле дело? — а заодно ещё и понимание, что уж роботы-то должны будут запомнить этот урок, и в следующий раз Прайм может быть не таким сыры. — А что с обычными пушками? — спросил капитан, покосившись на оружейный стеллаж, в который уже засунули пару десяткой тех самых винтовок, что были у гетов. Адамс показал на один из столов, где лежала одна из этих винтовок, только разобранная на запчасти. — Если честно, то там-то, по сути, ничего необычного, — он пожал плечами. — Ну, тот же нулевой элемент. Хотя я уверен, что там есть пара вещей, которые можно будет позаимствовать, например, система охлаждения, их термоклипсы действительно эффективнее, да и система гироскопов тоже весьма хороша. Куда важнее другое, — Адамс взял одну из них. — Оружие гетов — тоже геты. Шепард удивлённо покосился на него со взглядом «Отлично, меня заинтриговал, а теперь колись», и инженер продолжил: — В их оружии в принципе отсутствует что-то вроде спускового крючка, — показал он, — но у них есть процессор. Похоже, для гетов это оружие — такая же платформа. Сами роботы наводят их, а оружие само стреляет, как только наведут. И также со всем остальным. Ну… по крайней мере, так в теории, это только наши размышления. Шепард снова кивнул, обдумывая это. Да, они тут явно проделали образцовую работу, копаясь в схемах всех этих роботов. И да, подход гетов к оружию был действительно оригинальным, хотя идея спорить с собственной винтовкой всё ещё казалась ему… ну, мягко говоря, сумасбродной. Как будто это какая-то сказка с говорящими мечами. — Что-то ещё? — спросил он, всё ещё думая, что для следующей встречи будет нелишним с собой захватить ракетные установки или что-то ещё большое и желательно противотанковое. — Никак нет, — покачал головой Адамс, осматриваясь по сторонам. — Разве что, капитан, можете в следующий раз доставлять нам эти обломки в каком-то… более целом состоянии? — сказал он с хитрой ухмылкой на губах. — А то, знаете, после ваших пуль копаться в изрешечённых микросхемах — то ещё удовольствие. Он уже говорил, что обожает этих жестянщиков? Впрочем, их любили как в N, где почти любой в какой-то мере был одним из них, так и в остальных частях Альянса, да и не только там. Сам Шепард прошёл курс военного инженера, но одно дело уметь работать со взрывчаткой и системами взлома и совсем другое — термоядерный реактор космического корабля и системы маскировки. Так что ни одна армия, в том числе Альянса, не могла обойтись без них. — А как эта птичка летает? — Шепард откинул взглядом ангар. — Не будет какой-то неожиданной поломки, и не разнесёт нас равномерным слоем между орбитами? Адамс только покачал головой и, махнув рукой, повёл его за собой в инженерный отсек. Спасибо двадцать третьему веку, тут уже в случае любой поломки не надо лезть с гаечным ключом ремонтировать всё. Впрочем, учитывая, что у них тут термоядерный реактор, а они летают на огромном куске металла в космосе… в общем, если у них тут будут действительно серьёзные поломки, то они вряд ли и выживут. Небольшая платформа была ярко освещена, все техники сидели за панелями, регулируя работу систем корабля. А Шепард через стекло мог видеть само ядро нулевого элемента, светившееся холодным голубым светом. Именно та штуковина, что и позволяла этому куску металла как подниматься с планет, так и лететь на сверхсветовой скорости. — Сами посмотрите, — с нескрываемой гордостью в голосе сказал он. — Это лучше, чем я ожидал от первого серийного корабля. По-хорошему, тут, конечно, надо ещё подкалибровать, но даже так тут ядро и реактор такие, что и иной крейсер обзавидуется. Шепард только кивнул в ответ. Ну да, вполне ожидаемо, ядро нулевого элемента тут было самым большим во всём флоте, по сравнению с массой самого корабля. И мощность тоже самая высокая. Что сказать, тут всё действительно было просто превосходно, Альянс, конечно, порой делает свою работу просто отстойно, но если требуется — способен выдрать всё до блеска. — Что-то ещё? — переспросил он. — Хоть какие-то проблемы с экипажем? Или какие-то поломки? — Нет, — и снова та же самая тихая гордость. — Андерсон дал мне возможность забрать всех находящихся тут с Токио, так что будьте уверены — никаких проблем не будет. А так-то с поломками… как уже сказал… тут нужно доработать настройки, но в целом всё практически идеально. Адамс сразу же производил впечатление человека честного и способного заняться нужным делом, не тратящего времени зря, не пытающегося задурить голову. В общем, он вполне нравился самому Шепарду, по крайней мере, довериться ему во всём, что было связано с этим кораблём, он был полностью готов. Впрочем, будем честны, сам каплей знал, что тот просто отличный специалист в этой области, имел даже докторскую степень, а это уже о чём-то да говорит. — Что же, в таком случае, надеюсь, сработаемся, — протягивая ему руку. Тот ответил рукопожатием, крепким, да, чуть грубоватым, но твёрдым и тёплым. Он уже обдумывал происходящее, однако едва выйдя из лифта, чуть не врезался в Уильямс, которую, похоже, всё-таки отпустила Чаквас. Та рассеянно и слегка неуверенно отошла на пару шагов назад и удивлённо посмотрела на него, но затем тут же заговорила слегка сбивчивым голосом. — О, капитан Шепард, извините, что я вас задерживаю, но… в общем, спасибо вам за всё, что вы сделали, — с трудом проговорила она, ей явно не доводилось говорить подобное раньше. — Ну, что вы спасли мою жизнь. Ох… чёрт, он понимал, к чему это идёт дальше. Голова и так болела, да его сейчас, похоже, вдобавок дополнительно окунут в такую лужу политического дерьма, что никто не сможет дышать. Уильямс… будем честны, судя по тому, что было на Иден Прайме, она была отличным солдатом. Да что там, у неё был настоящий талант. Но по сравнению с ним не так нахлебалась, чтобы спокойно переносить это, ну, не на поле боя, а уже после. — Не надо, я просто выполнял свою работу. Мне же за неё всё-таки платят, — Уильямс тут же хохотнула от такой шутки, хотя он не назвал бы это слишком смешным. — Хотя, на мой взгляд, Альянс мог бы и повысить мне плату за подобное. Чёрт, а он не мог не признавать, что Уильямс смеялась просто заразительно. Было в этом что-то глубинное, что так и притягивало. Какая-то энергичность, яркость и страсть, в общем, что-то похожее на глоток красного вина или лучи южного Солнца. Впрочем, следует отметить, что она в то же время была вполне похожа как раз на Кармен, так что ничего удивительного. Однако всего через несколько секунд эта вся энергия тут же померкла под вернувшимся грузом грусти. — И ещё… — продолжила она, — позвольте мне сказать… в общем, жаль, что так вышло с Дженкинсом. В конце концов, он ведь был в вашем отряде. Голос был тихим, подавленным. Впрочем, после всего произошедшего оно и было не удивительно. Многие получают после подобного нервный срыв, ночные кошмары на всю жизнь и расстройство психики, так что Уильямс, по сравнению с ними, держалась весьма хорошо как тогда, на Иден Прайме, так и тут, всё-таки был в ней какой-то огонёк. — Ничего страшного, — ответил он спокойным голосом.— Скорее, уж это вам нужно говорить соболезнования. В конце концов, вы ведь, похоже, достаточно давно знали свой отряд и сейчас единственная выжившая из них. От этого скисшая Уильямс подняла на него глаза, видно было, что всё это продолжало давить на неё точно так же, однако теперь она себя собрала достаточно, чтобы казаться уверенной. — Это… если честно, у меня такое впервые. Ну, знаете, я ведь служила только на таких тихих колониях. А тут весь отряд… Ох… Шепард понял, что затронул больную тему. Нет, ладно, это вообще омерзительное ощущение, кого-то терять. Особенно после этого лично писать родственникам. Хуже только одно — лично им это сообщать, сам Шепард был счастлив, что ему ещё не выпадала эта участь. Капитан как-то рассказывал, насколько это погано в форме стучаться в двери дома, встречаясь взглядом с людьми, у которых из-под ног буквально выбили опору. Хороший урок, чтобы научиться ценить жизни членов своего отряда. Уильямс, в какой-то мере, пожалуй, даже было хуже. Она осталась одна, всего за несколько минут бросившись бежать, никто из отряда не выжил. Тут уже недалеко до вьетнамского синдрома, когда именно себя винишь во всём произошедшем, а дальше чаще всего тебя выкидывают из армии по шестой статье. Так что он всё-таки решил ей что-то сказать, понимая, насколько тяжело ей должно быть сейчас. — Уильямс, вы не виноваты, — она было собиралась сказать что-то, но тот продолжил, не давая ей вставить слова: — На войне всегда так, что-то идёт к чёрту. Плевать, какой у вас план, насколько вы хороши — что-то обязательно пойдёт не так, даже если вы считали, что готовы ко всему. А на этот случай у нас вообще не было никаких планов. Так что я уверен, что вы сделали всё, что только могли, но иногда единственное, что вы можете сделать при поражении — выжить. — Да, спасибо, — она снова улыбнулась, только теперь улыбка была слегка натянутой и грустной. — Говорите прямо как мой дед, он тоже всегда говорил, что хороший солдат должен убивать врагов, а не умирать сам. И вы тоже кавалер Звезды Теро, так что для меня это очень много значит. Убить молотильщика из лёгкого оружия… Он только покачал головой, и она об этом знает. Хотя… Шепард мог вполне понять её. Её преследовали те, кто считал деда героем, ждали от неё того, что сделал легендарный предок. Сам же Шепард… ну, будем честны, о том случае помнило намного меньшее количество, но всё равно, многие считали его героем, несмотря на всю эту бойню. Хотя одно счастье, что они не слишком-то много знали обо всех остальных его делах, но это уже РАА, на то это и внешняя разведка, что должна действовать скрытно. — Чушь собачья, — отмахнулся Шепард, пожимая плечами и прислоняясь к стене. — В этом нет никакого героизма, на моём месте любой попытался бы сделать то же самое. Кто такой герой? Разумный исключительной смелости и отваги, — хотя, если после этого не выживают, то это называют глупостью. Да, выжить тогда он сумел, но это всё было ни в коем случае не героическим. Просто это означало, что он был одним из самых опасных сукиных сынов в Альянсе. Любой на этом месте попытался бы выжить, просто у него это получилось, хотя тогда умер весь его отряд. Когда на дюжину человек нападает молотильщик, никто уже не думает о других, лишь о себе. А его после ещё и называли героем. Но Альянсу был нужен герой, возможно, с большой буквы. Они быстро использовали его для плакатов агитации, ведь это такой прекрасный повод… Да, это было чертовски сложно, ничего, требующего столь высоких моральных качеств. С другой стороны, именно после этого его загребли в разведку. — Чёрт, лейтенант, — Шепард огляделся по сторонам. — Простите за бестактность, но предлагаю, как выдастся возможность, сходить в бар. Мне уже приходилось самому проходить через это, так что, если вы захотите поговорить, я всегда к вашим услугам. Уильямс долго и пристально смотрела на него, как будто думая о том, что это может быть и какой-то обман. Но всё-таки кивнула, чуть резче, чем должно, но уверенно. Чёрт побери, она была не так уж и младше его самого, но всё же, по сравнению с ней, он почему-то чувствовал себя умудренным опытом ветераном. С другой стороны, пожалуй, он уже попал в достаточное число переделок, чтобы быть именно умудренным опытом ветераном. — Ладно, пойдёмте наверх, как я понял, Нормандия уже приближается к Цитадели. Как могу судить, вы никогда там не были, — он улыбнулся. — Уверяю, вживую она выглядит даже лучше, чем в Интернете. — О… я… не думаю, что мне там место, — осторожно сказала она, но сам Шепард тут её прервал: — Не надо, я тут старпом, — он снова посмотрел на лестницу. — Уж на это посмотреть вы вполне можете. В конце концов, вы же тут не под конвоем. А затем вслед за Уильямс пошёл вверх по лестнице, понимая, что ему чертовски везёт. Чаквас — безусловно прекрасный врач, перед Адамсом он снимал шляпу, да и Уильямс производила совсем не то впечатление, что он мог бы ожидать. Нет, ладно, он и так собственными глазами видел, что она действительно вполне заслужила назначения куда-то дальше, а может быть, и получения звания A3-4, — после окончания всех связанных с этим курсов, — уж точно намного выше, чем её B5. Однако никакого зашкаливающего самомнения, которое он мог бы ожидать от такой золотой молодёжи, тут не было, напротив, Уильямс была полной противоположностью. Правда, была одна вещь, при мысли о которой самому каплею становилось неудобно. Неужели он стал настолько старым, чтобы давать кому-то наставления? Нет, во имя всех богов, надо будет определённо хорошо выпить, как только это всё закончится. Шепард прошёл через весь БИЦ, там точно так же все занимались своими делами, тем более что они двигались как раз через один из самых заполненных уголков Галактики, так что работы сейчас было навалом. — Лейтенант Моро, — сказал каплей пилоту, что вечно сидел в своём кресле, — как идём к Цитадели? Из-за спинки кресла поднялась рука пилота, на взгляд самого Шепарда, чертовски тонкая и хрупкая. Впрочем, сам-то пилот и так почти не выбирался из своего кресла, а когда выбирался, казался самому Шепарду каким-то болезненным карликом, едва ли доходившим ему до плеча. Если он не знал, что тот такой отличный пилот, то даже не подумал бы, что тот попал во флот. Странно вообще, что в двадцать третьем веке кто-то мог родиться с такой болезнью. Однако голос его был бодрым и живым. — Всё превосходно, мы сейчас прямо в туманности Вдовы, — отмахнулся он. — Капитан тут минут десять назад препирался с пограничниками местного флота, пока те не узнали, что мы сюда везём. В соседнем кресле сидел тот же Аленко, мельком Шепард заметил, что на ноге у него всё ещё повязка, однако быть помощником пилота ему это сейчас уже не мешало. Тот быстро бросил взгляд на них и заговорил: — А, вот и вы, капитан. Мы сейчас как раз приближаемся к главной обители паразитирующих на остальной Галактике, посмотрите, я выведу вам экран. На одном из экранов, на смену типичной абракадабре пошло изображение медленно появляющейся из-за туманности Цитадели. Вот и отлично… Он много раз читал о ней, об этом месте, хотя, пожалуй, о нём знал даже самый плешивый ворка во всей Галактике. Цитадель. Официально признанная точка 0-0-0 для всей Галактики. Сверкающий город из стали и стекла для миллионов его обитателей, летящий сквозь бездну космоса. И величайшее из всех достижений протеан, что дошло до наших дней, если не считать сети ретрансляторов. А также столица Пространства Цитадели, ах да, простите — «цивилизованного космоса». Ну, по крайней мере, так заявлял Совет Цитадели, считая всё это великим достижением. Хотя единственное, что они сделали — построили все эти города на обломках руин цивилизации, намного превосходившей всё, что только знал кто-либо из живущих ныне. И именно эти обломки и стали важнейшей станцией во всей Галактике. Хотя ему всегда казалась, что она просто невероятно похожа на Вавилон 5. Бросьте, там тоже был своей Совет из нескольких космических сверхдержав, управляющий Галактикой, — правда, тут человечеству ещё так и не удалось попасть в этот Совет. Плюс, самая огромная космическая многокилометровая станция — центр торговли, дипломатии и культуры. Дом вдали от дома для дипломатов, торговцев, авантюристов, странников и преступников. Миллионы разумных в оболочке из миллионов тонн вращающегося металла, одни во мраке космоса. Да, далеко не всегда безопасный, но зачастую именно происходящее тут удерживает мир в Галактике. Ничего похожего? Уильямс же смотрела на экран, вернее, на пролетающие мимо корабли, а отсюда открывался прекрасный вид на вечно находившийся на рейде флот Цитадели. Разумеется, в основном корабли рас Совета — острые, с крыльями корабли туриан, элегантные, гладкие крейсеры асари и вытянутые, сглаженные фрегаты салариан. Это был действительно огромный флот, с которым мог бы встретиться разве что первый флот, защищавший Землю. — Вау… — только и смогла выдать Уильямс при виде флагмана этого флота. — Посмотрите, какой он огромный! Даже сложно поверить, чтобы кто-то построил такого монстра… Да один его выстрел, и… он пробьёт любой корабль Альянса. Ну, если не учитывать его флагман — Путь Предназначения. При одном взгляде на него что-то в груди шевельнулось у самого Шепарда, вспоминался тот огромный чёрный корабль. И во всей известной Галактике Путь Предназначения единственный, кто мог бы сравниться с ним по размерам, хотя Шепард сомневался, что тот способен так же сесть на планету. Однако даже так он был способен встретиться сразу с несколькими дредноутами, а уж про ту громадину и не хотелось думать. — Пф… размер — это не главное, — выдал Джокер, а у Шепарда почему-то появилось настойчивое желание выдать пошлую шуточку. — Альянсу одна большая махина банально не нужна. И это тоже была правда. Флот Альянса создавался банально для совсем иных целей, чем охрана одного места. У человечества была огромная часть Галактики, которую нужно было защищать. Тут нужны не дредноуты, а крейсера и фрегаты. Это война не линейных кораблей, а патрулирование целых секторов, кардинально иные задачи. — Будем надеяться, что это задницы на Цитадели послушают нас, — тихо проговорил Шепард. — И он будет на нашей стороне. Если Балак напал на Иден Прайм, то это, безусловно, очень плохо. И увы, то, что у Альянса не было ничего, способного ответить тому кораблю — проблема в первая очередь Альянса, а не какой-то другой расы. «Проблемы индейцев шерифа не касаются». Ну что же, похоже, Альянс намеревался убедить Совет, что как раз его эти проблемы тоже касаются. А дальше уже и весь флот. — Так, так, так… Хорошо… — Джокер погрузился в своё копания в системах Нормандии, выходя на разговор с диспетчерами. — Цитадель-главная, это ККА «Нормандия» SR-1, запрашиваем разрешения на посадку. Шепард, смотря на приборы, мог видеть, как Нормандия лавирует в плотно заполненной туманности, где в любой момент времени двигаются тысячи кораблей. От тех самых военных кораблей, до простых транспортников, доставляющих на Цитадель жизненно важные вещи, вроде кислорода или воды, в конце концов, снабжение такого гиганта — то ещё дело. — Вас понял, конец связи, — снова раздался голос Джокера, который, видимо, как раз и закончил с диспетчерской и направил Нормандию к сияющему кольцу Президиума.