Чёрная Книга Infinity Effect

Шепард шёл за Удиной, направляясь по помещениям Башни Совета. Да, у них таки всё получилось, и Совет теперь действительно согласился на встречу с ними, чтобы разобрать это всё. И, разумеется, вдали от шума и посторонних, которым не следует знать о решении прежде, чем оно не будет принято. Впрочем, это не освобождало от того, что в этот момент их сопровождал целый конвой из гвардейцев Совета, которые были готовы просто всех прибить, если бы что-то пошло не так. Учитывая, что он с остальными только вчера устроил в клубе Фиста... это не было лишено смысла, хотя бы символический конвой. Он не сомневался, что может сделать одного. Как и Андерсон. Но их тут больше... И остальные тоже чувствовали витающее за спиной напряжение. По крайней мере, почти все довольно удивлённо осматривались по сторонам от вида покоев Совета, за исключением тех из СБЦ и Удины, который просто всем своим видом, казалось, излучал спокойствие и равнодушие, но сам он знал, что посол просто держится лучше их всех. — Шепард, я не совсем уверен, что стоило брать с нами их всех, — он обернулся, глядя на всю ту команду, что они привели за собой. — Нет, я не спорю, что они были вполне полезны, но... разговор с Советом с глазу на глаз — точно не то, где от них есть толк. Шепард от подобного только хмыкнул. Уильямс и Аленко он взял сюда даже скорее для массовки. Может быть, они и были хороши в бою, но тут... он им строго сказал просто стоять с умным лицом и ни в коем случае не задавать никаких вопросов, или вообще помалкивать. А остальные... они тут уже нужны были для дела. Как свидетели, которые помогли бы ему доказать правоту. — Они нам нужны, — он пожал плечами. — Сами подумайте, нам ведь нужно загнать этот Совет в угол, так ведь? Вот и выложим им сразу все калибры... — ну, а если и этого не хватит, то ему конец. — Да, да, но это всё больше походит на какую-то грёбаную шутку. Ну, сами знаете, пошли на заседание Совета посол Альянса, четверо морпехов, кварианка и... — он выдохнул, но всё-таки говорил с заметным недовольством. — С другой стороны, вынужден признать, что учитывая все авантюры, вы так ни разу крупно не облажались, даже несмотря на всю вонь от ваших дел. — Просто посмотрите сами, — он бросил взгляд, — Тали добыла доказательства и может всё по порядку расписать. Гаррус связывает нас с ней. А этот салар... он подтвердит, что её данные правдивы, если им будет недостаточно проверки РАА... — медленно по порядку перечислял детали их плана Шепард, пока что всё сходилось. — Хех, — посол ухмыльнулся. — Ну, капитан, вам же, должно быть, известно, что РАА подпишет вам что угодно. Хоть херню про пять выстрелов в сердце, после чего выбрасываются из окна, пробив стекло, — и поднял палец. — И Совет это тоже знает, та... Он хотел уже было сказать что-то ещё, но послышался мягкий и достаточной высокий голос: — Советники ждут вас, — сказала подошедшая к ним асари, как узнал Шепард, та самая ассистентка Тевос... вот и будет её ждать довольно неожиданный сюрприз, едва всё закончится. — Пройдёмте за мной. И указала на одну из дверей. Вообще, следует отметить, что здешнее убранство действительно разительно отличилось от Зала Совета. Тот был больше похож... ну, на какой-то античный храм, как будто его создатель действительно стремился выделиться, показать своё собственное превосходство. Подтекст на подтексте и тому подобное. Эти комнаты... они выгляди все ещё дорого — чёрт, да он за всю жизнь не наскребёт даже на одну комнату тут, — но вместе с этим... эта роскошь была какой-то строгой и не столь бросающейся. В конце концов, быть может, они кажутся и претенциозными дураками, но таковыми ведь не являются, и точно не будут всё время ходить в регалиях, ну, или что там у Совета. Все трое Советников уже были тут, притом всем своим видом подчёркивая неофициальность встречи. Единственным, кто был в чём-то похожем — Валерн, такой же просторный балахон. Спаратус вместо привычного мундира во вполне гражданской одежде. И Тевос в... вечернем платье. Ну, конечно, не ради них, скорее всего, какой-то приём или светский вечер, с которого она только что вернулась. И никого в комнате, кроме их троих. О да, он мог сразу оценить этот жест — разговор без лишних ушей и без чинов, разумеется, абсолютно секретный. Ну что же... по крайней мере, не придётся превращаться в такое же посмешище, как при официальном приёме. Едва они зашли, как все трое быстро осматривали их, стараясь сохранять спокойствие. Единственный, кто действительно смутился — Спаратус, когда уставился на Вакариана, плотно прижал мандибулы, но всё-таки промолчал. — Доннел, ты говорил, что твоим людям удалось найти доказательства, которые вы так искали? — неожиданно мягко и благожелательно раздался голос Тевос. Спаратус отвернулся от Вакариана, чтобы продолжить за асари. Уже не так «по-свойски», а более фамильярно, чем при Совете. — Угу, и прошло меньше часа с момента, когда мы разыгрывали весь этот фарс, — с голосом, полным едкой желчи, сказал турианин. — Однако тут появляешься ты и сообщаешь, что тебе удалось заполучить доказательства, — при этом его голос так и сочился сарказмом. — Ты понимаешь, что это «немного» странно? Посол на это только фыркнул и отмахнулся, садясь в одно из кресел, вроде тех, где сидела эта троица. Кажется... по крайней мере, он начал понимать, что тут и к чему. Угу, да, игра на публику со всех сторон. А вот все остальные на подобное общение смотрели чуть ли не с распахнутыми глазами, кроме Зоры, но её матовый шлем мешал вообще что-то понять. — Я сам к этому дерьму не причастен. Нет, честно, — он, сдаваясь, показал ладони. — Тевос, можешь даже не пытаться меня затащить, чтобы влезть в голову. Я не меньше вашего удивился, что этот Шепард, — он обернулся и бросил взгляд на него, — сумел вытворить подобное. Впрочем, думаю, вы уже ознакомились с тем, что ваши разведки имеют на него, так что это не самая ненормальная хрень, которую мне приходится разгребать. Взгляды всех трёх Советников тут же переместились и... чёрт, это вообще-то донельзя неприятно, когда на тебя смотрят, словно ты какая-то добыча. Примерно как голодные кошки на сметану. — Да и, в конце концов, разве это не вы сами так многозначительно отложили заседание по поводу Шепарда на день позже. Как будто я поверю, что для вас это всё неожиданность? — тут же спросил посол. — Вешайте лапшу своим избирателям. — Мы действительно предполагали нечто подобное... — медленно, даже слишком медленно для салариан, сказал Валерн. — Ожидали, что капитан-лейтенант примет что-то, учитывая биографию. Было бы крайне неудобно изменять своё решение. Мы были правы, но результат... оказался неожиданным. А Тевос тем временем указала на ещё одно кресло, приглашая уже его самого: — Капитан, присаживайтесь. Уверена, что нам предстоит достаточно долгий разговор, — а пока он следовал её предложению, продолжила: — Прежде всего, должна отметить, что мы впечатлены вашими действиями. Альянс действительно не без причин рекомендовал вас в Спектры, хотя это превосходит наши ожидания... — Капитан Андерсон, при всех разногласиях с вами, — сказал турианин, — вынужден признать, что ваш протеже весьма впечатляет. И ведь каким сладким голосом говорили, с такой тёплой улыбкой. Учитывая лицемерие Совета, его просто передёргивало от этого, равно как и от столь грубой лести. Хотя следует признать, что он и сам не ожидал подобного результата, но ведь они-то этого не знали! — Благодарю, — ну что же, раз вы хотите играть в это, пусть! — Техники Совета провели экспертизу Маяка? — спросил он один из интересующих вопросов. — Мы пригласили специалистов из университетов Манновая и Серрайса, — слегка склонил голову Валерн. — К сожалению, полное обследование не закончено. Полностью восстановить причину неполадок очень трудно. Нам осталось очень мало. Но пока что они склоняются к мысли о том, что повреждение было вызвано тысячелетиями хранения в плохих условиях и неосторожной активацией. Один ваш учёный уже точно его активировал. И, возможно, Балак. Так что... вероятнее всего, вина не на вас. Он медленно кивнул, обдумывая это. Хм... они, выходит, так и не получат ничего из маяка, а из всей Галактики только трое знают хоть что-то. Он, тот учёный с Иден Прайм и Балак. Значит, разговор пока что шёл ему на пользу... — Быть может, тогда рассмотрим то, ради чего мы тут все собрались? — спросил Андерсон. — На тему Балака и всего, что нам удалось найти о нём? Все трое Советников тут же бросили на него взгляды, лишённые хоть какой-то доброты. — Да, капитан Андерсон, — всё-таки произнёс турианин, спокойнее усаживаясь в кресле. — Совету будет крайне интересно это всё выслушать. В конце концов, именно поэтому вас не арестовали, едва вы вышли из посольства, — он легко отмахнулся. — Кроме того, надеюсь, у вас есть объяснение, по каким причинам двое сотрудников СБЦ согласились помочь вам? Особенно Вакариан, учитывая, что вам прямо запретили хоть как-то лезть в это расследование. Офицер тут же буквально вытянулся по струнке: — Возможно, какая-то ошибка, Советник, — рапортовал он. — Мне так и не пришёл ни один официальный документ, который снимал бы меня с этого расследования либо же снимал с меня выданные Советом и директором полномочия. А Адгербал согласился помочь мне по личной просьбе, в свободное после работы время. А говорил-то как, словно действительно верил, что они и не должны к нему иметь никаких претензий. Нет, а что, формально-то всё по правилам... Правда, Спаратуса это не слишком-то впечатлило, судя по тому, как он прижал мандибулы. В отличие от Валерна, который молча чуть склонил голову под углом, — если он не ошибался, у них это выражает... одобрение. А вот над этим он бы задумался, как только они выберутся. — Так каким образом вы встретились? — как будто они как раз на этом прервались, напомнила им Тевос. — И как познакомились с гражданской Мигрирующего Флота, миз... — сказала она, переведя взгляд на неё. — Зора, — слегка робко ответила она, заминая пальцы. Все трое на долю секунду раскрыли глаза, ну, или сощурили, смотря, что у них считалось признаком удивления, но затем там же мелькнул огонёк совсем неподдельного интереса. — Меня... нашёл на Цитадели офицер СБЦ и помог спастись от напавшего батарианина, пытавшегося убить с Иллиума, — тихо заговорила Зора, чувствуя себя неуютно под такими взглядами. — Однако погиб, сказав, что доктор Мишель мне поможет. — Нам это известно, — выдохнул турианин. — Вакариан сообщил нам о вас, мисс Зора. И заодно об офицере Эзно. — Простите... — со стороны раздался кашель, это был Андерсон. — Вам удалось узнать, он действительно погиб? Несколько личное, но я знал его по службе во флоте. — Хм... — Спаратус смерил капитана долгим и пронзительным взглядом, словно не доверял. — Нет. Мы его так и не нашли. Его тело куда-то пропало, и на станции после того, как Зора скрылась, его никто не видел. А что вы делали, капитан Шепард? Сам же Джейсен, по большей части, старался не выдавать удивления. Ибо вот как раз Андерсон этой новостью был едва ли не шокирован, и это лишь давало им новую кучу вопросов. Тали просто ошиблась, не разбираясь в анатомии людей? Но почему тогда о нём никто не знает? Или он соврал, чтобы... Из всего этого выходил десяток разных гипотез. Но прямо сейчас перед ним был Советник, и он не ждал. — Мы встретились с офицером Вакарианом ещё до заседания и узнали, что у него были какие-то улики. После заседания Совета я связался с источником информации на этой станции, дабы найти его, — сказал Джейсен, не сомневаясь, что они могут раскопать про Занна, но незачем им помогать в этом. — А он как раз направлялся в клинику доктора Мишель. — Да, Совет уже ознакомился со свидетелями, — произнёс Валерн. Джейсен кивнул, снова переходя к своей части рассказа: — После клиники мы отправились к Фисту, о чём вы, вероятно, уже знаете, — о да, даже для Нижних Районов подобная бойня необычна. — Возможно, вам известно, что этот Фист — один из представителей Серого Посредника на Цитадели, к которому обратилась преследуемая наёмниками Балака Тали'Зора, надеясь обменять информацию на убежище. Однако оказалось, что и с ним тоже договорился Балак, дабы уничтожить информацию, а нападение на клинику, чтобы скрыть следы. — А что с тем кроганом? — после некоторой паузы произнёс Валерн, окинув взглядом всех. — Нам известно, он тоже участвовал в нападении. Но из всех, он единственный, кого нет. — Заполучил Фиста и оставил мисс Зору нам, — Джейсен пожал плечами. — А мы спасли её и доставили в посольство Альянса. Что было дальше, думаю, вы прекрасно понимаете, — он обернулся. — Извините, мисс Зора, не покажете нам ту запись? Молодая кварианка несколько секунд слушала его, словно в трансе, а затем рассеянно кивнула и закопошилась пальцами в уни-инструменте: «— Я получила донесение, от наших агентов у Совета. Аелла сообщает, — на этом моменте он мог видеть, как округлились глаза у Советницы, — что люди нашли протеанский Маяк, на одной из своих колоний». Впрочем, следует признать, что не только Тевос сейчас была шокирована от этого голоса асари, остальные советники тоже были удивлены. Даже Валерн широко распахнул глаза, кажется, шокированный услышанным. «— Новый протеанский Маяк? Неизвестный нам? Он нам необходим, быть может, именно там содержатся сведения о расположении Канала». «— Да, однако, всё хуже... Совет сумел выторговать его у людей, — послышалось батарианское рычание, но вскоре утихло, — они намерены отправить за ним Серна на каком-то человеческом корабле...» «— Сарен? — с лёгким интересом произнёс бывший Спектр. — Он... никогда не был фанатом Совета. Это... может быть полезно. В любом случае у нас мало времени, нам нужно любой ценой заполучить этот Маяк». Небольшая пауза, а затем он продолжил. «— Эти отбросы из Терминуса будут рады дать мне кого-то, если я пообещаю уколоть Альянс... и Назара тоже говорит, что лучше скрывать гетов. А Сарен... если всё пройдёт хорошо, мы ударим первыми. Если не очень, я знаю его и смогу убедить принять нашу сторону, он видит, к чему всё идёт, и увидит, что именно возвращение Жнецов спасёт нас всех». Лица всей этой троицы... они были просто невероятными. Тевос... ну, она практически побледнела. Если так вообще можно говорить про синекожих, у которых цвет лица почти не меняется, однако он был совершенно уверен, что та практически побелела. Спаратус плотно прижал свои мандибулы к челюсти и вцепился когтями в подлокотники кресла, сохраняя полную неподвижность. Единственный, кто сохранял спокойствие — Валерн, но даже он плотно сжал губы и держался за подбородок, смотря на это. — Спектр Фасулатик, — Тевос всё-таки подавила удивление и застучала по уни-инструменту, вызывая кого-то, — пожалуйста, задержите мою ассистентку. Послышался чей-то короткий ответ, а затем она снова вернулась к своей обычной расслабленной позе. О да, вряд ли она так уж поверила им, но в конце концов... если это так, то именно во время их разговора она должна попытаться сбежать. Ну, уже лучше — не игнорировала в лоб. — И можете, пожалуйста, показать тот проект, что вы сделали? — послышался голос посла Удины, он даже не пытался скрывать лёгкого злорадства. — Карту расположения всех известных платформ гетов. Тали послушно выполнила его слова, выводя объёмную карту всей Галактики с заботливо расположенными на ней красными точками разных размеров и яркости. Все советники, как заворожённые, смотрели на эту карту, со смесью удивления и недоверия к столь неожиданным сведениям. — Данные взяты с внутреннего компьютера мобильной платформы гетов. РАА провело исследование, это действительно техника гетов, и мы готовы поручиться в их достоверности. А также пригласили сотрудника СБЦ, чтобы и тот провёл независимое исследование. И показал на Адгербала, переводя всё их внимание на начавшего быстро тараторить саларианина: — Я изучал гетов. Университет Манновая, один из курсов. Я не специалист в этом области, однако уверен в этом. Основано на сильно модифицированной архитектуре гетов и квариан. Кроме того, сохранены сами программы гетов, хотя полностью лишены доступа. Он уже знал, что всё это просто загоняет Совет в угол — они начали палить сразу из больших пушек, и этого оказалась достаточно, чтобы сбить их с толку. Какие-то свидетели или что-то тому подобное? Нет! Чуть ли не планы самих гетов по вторжению в Траверс. После паузы, растянувшейся на несколько долгих, неловких секунд, всё-таки пошевелился Спаратус, заговорив: — И, как я понимаю, это не единственный экземпляр данных... — опустошённым голосом произнёс он. — Мы отправили копии по КМК на Арктур, — произнёс капитан Андерсон. — Сейчас они... примерно в нескольких десятках копий, в том числе и полностью отключённых от Сети. Спаратус коротко кивнул, готовый... рассмеяться. Хоть скорее от того, что проиграл: — Во имя духов, капитан, браво. А то я было уже задумывался пристрелить вас и скормить красивую легенду, — и говорил-то он при этом так спокойно... впрочем, никто лишний бы тут и не услышал. — Хорошо, тогда я надеюсь, что правильно понимаю вас и ваш ход мыслей... начинаем торговаться? А вот это ему уже куда больше нравилось! Шепард даже не удержался от слабой улыбки. Самая плохая часть уже закончилась — им удалось убедить их начать задумываться хоть о чём-то. Теперь осталось лишь договориться о цене. — Мы хотим ваш флот в Траверсе, — сразу же бросил Удина. — Чтобы защитить наши колонии от других нападений гетов, а лично мне кажется, что они, вместе с грёбаным Балаком, не остановятся на Иден Прайме. Нам не удалось найти доказательств готовности «Свободного Хар'шана» начать войну, но геты уже вторглись, так что... Джейсен даже удивился от подобного, но тут же вспомнил — лучше начать переговоры с заведомо невероятного, а уже затем сбавлять цену. Советница Тевос буквально на секунду сощурилась, слушая его слова: — Абсолютно исключено, — отмахнулась она, со строгостью в голосе. — Ввязывание в полномасштабную войну... оно не выгодно. Ария всё ещё ревностно оберегает свои территории, компаниям Республик не выгодна война. И общество тоже её не хочет. Особенно если она ведётся где-то на другой стороне Галактики, непонятно ради чего. — Но вы сами знаете, что будет, если Альянс это опубликует, — посол даже не спрашивал, утверждал. — Можете говорить что угодно, но вы обязались защищать Альянс. Все ваши чёртовы государства. И тут уже прямое вторжение армии в Пространство Цитадели. Тевос погрузилась в раздумья, но вместо неё заговорил турианин: — Нет! — твёрдо ответил он. — Вы, духи пусть вас поберут, знаете, что за бомбу вы держите в своих руках. Даже Иерархия не может сейчас начать новую войну, не говоря уже о том, что и Протекторат совсем не будет рад. Даже в таком случае мы не будем позволять начинать галактическую войну ради одной человеческой колонии. Или двух. Или десятка, — Спаратус небрежно отмахнулся. — Ваши крошечные поселения не стоят войны ради них. — Тогда дайте нам возможность самим выполнить вашу работу! Вы ещё потребуйте от нас уступок за то, что мы убираем за вами дерьмо, — тут же вспылил Удина. — Коли вы сами не можете справиться со своей работой... Ох, я забыл, это не нам указывать... Но от этого суть не меняется. Дайте тогда НАМ расконсервировать свои флоты, ввести их в Траверс, раздавить любых гетов и всех с ними. Советники переглянулись между собой. Да, каждый знал, о чём говорит посол. У Альянса было шестнадцать дредноутов, вдвое больше, чем он мог иметь. Но излишек был законсервирован на Арктуре, таково было условие вступления в Пространство Цитадели. Совет вовсе хотел их уничтожения, люди же отказывались, уверенные в скором вступлении в Совет. Это было компромиссом. Теперь же им придётся либо проделать это самостоятельно, уступив Альянсу, либо уступить Альянсу по одному из ключевых требований, а там уже и триумвират дополнится четвёртым членом. Совет силён, но он уже не может позволить себе играть против всех одновременно. — И вы тогда сделаете то же самое, — спокойным голосом заключил Валерн, словно утонув в своём балахоне. — Участие ваших сил развяжет настоящую войну. Совет окажется втянут, если он, конечно, позволить это. Да, мы получим отсрочку. На несколько месяцев. Это бессмысленно. Мы не можем себе позволить подобное. — А нам что делать?! Вам самим прекрасно известно, какой поток дерьма обрушится на нас, если мы не сделаем ничего. Верховный адмирал намерен любой ценой добиться какого-то решения. И если это повторится — то всё дойдёт до того, что Альянс выйдет из Пространства Цитадели. А что будет дальше — вам самим известно. Так вы хотя бы получите эту отсрочку, рано или поздно это всплывёт. Да чёрт побери, я держу вас за яйца... ну, или что у вас, однако, вы ведёте себя так, словно это не имеет никакого значения. После этого напряжение в воздухе можно было буквально ножом резать. Атака на Иден Прайм уже нанесла огромный удар рынкам Земли, ведь это доказывало, что у Альянса проблемы с защитой своих колоний. Но выход человечества, а следом и батариан, из пространства Совета, да ещё со скорой потерей контроля над Траверсом... После подобного во всей Галактике настанут очень весёлые времена. — Мы можем согласиться на что-то, не привлекающее внимания, — тихо вмешалась Тевос, — чтобы не спровоцировать никого... Альянсу не впервой участвовать в таких войнах, ведь так? — вопрос был явно риторическим, и Удина лишь тихо фыркнул в ответ на него. — Кроме того, мы можем отправить за ними Призрака, который нашёл бы их и избавился. Чёрт, этот Удина с самого начала знал, чем закончится эта встреча! Или, по крайней мере, был уверен в этом. А вот теперь он, кажется, понимал, к чему весь разговор вёл Удина. Прекрасно понимал, что все остальные варианты не допустит Совет, но всё-таки прошёл через них, чтобы в итоге он согласился на то, что окажется компромиссом. Например, назначить Спектром его... а коли уж зашла речь о них, то... почему бы и нет? — Не получится, — спокойно возразил Шепард. — Та асари... это же Матриарх Бенезия, так ведь? Её участие в этом автоматом вычёркивает всех Спектров из асари, — он сделал короткую паузу, девая возможность ответить, но Советники молчали. — Да и сам Балак имел связи как минимум с Сареном, а что относительно других? Кроме того, не уверен, что Альянсу есть вообще повод доверять Спектрам Совета, учитывая, что расследование Совета было закончено всего через тридцать часов... Вторую часть о том, что ЕМУ потребовался всего час, чтобы найти доказательства, он не высказывал. — И, таким образом, вы оставляете нам только один приемлемый вариант... — склонив голову и расплывшись в улыбке, сказала асари. — В конце концов, корпус Спектров уже признал вас как подходящего для оценки... — Исключено! — тут же зарычал Спаратус. — Люди обменяли эту возможность на Маяк. И где теперь Маяк? Посол лишь фыркнул от подобного. И где же хвалёная турианская честь, когда они торгуются из-за подобного? Лишь ещё одно свидетельство лицемерия Совета. — Может, вместо Маяка мы не будем оглашать вот это, — Удина наглядно продемонстрировал им тот кусок гета, с усмешкой. — Да брось, Спаратус, никого в этой комнате такое решение не устраивает, но в равной мере, так что по человеческим понятиям — это идеальный компромисс. Дайте нам ещё возможность отправить туда тихо пару эскадр, а не целый флот, и мы разберёмся вместо вас с вашей же проблемой. Чего вы ещё, чёрт возьми, можете желать? Турианин в ответ на это лишь склонил голову, даже не имея возможности что-либо произнести. — Приемлемый выбор, — кивнул салар. — Кроме того, мы обеспечим вас всем необходимым. Включая поддержку ГОР. Чем быстрее этот инцидент будет закончен, тем проще Цитадели будет выйти из него. Правда, у самого Шепарда не было ровным счётом никакого хорошего предчувствия, от мысли о том, что ему предстоит сотрудничать с ГОР. Но сейчас... улыбаемся и машем. Улыбаемся и машем! — Есть ещё один вопрос, — всё продолжал Валерн. — На записи упомянуты Жнецы? Каким образом они связаны с этим? Да, это относится к протеанам, но тем не менее... — Ни малейшего понятия, — пожал плечами Андерсон. — Никто в Альянсе не знает, как с ними связаны эти Жнецы. Да, вот тут они действительно ничего не знали. Жнецы? Ну да, в школе коротко затрагивалась их история, по крайней мере, то, что известно о них. Пятьдесят тысяч лет хорошо уничтожили значительную часть остатков культуры и технологий. А это... больше всего было похожее на авраамический миф об Апокалипсисе, впрочем, что-то подобное есть и у зороастрийцев. Ну, придут силы зла в виде огромных роботов... Главное отличие — никакого хорошего конца не будет, всё закончится истреблением. В последние поколения, когда они вымирали от внутренней войны с генетическим оружием, у них даже была массовая истерия, когда они действительно поверили в это... Если бы не ханары, то его даже удивило бы, что столь религиозный вид вообще может выйти в космос. Хотя ничего удивительного — у них и так на глазах буквально рушился мир, за считаные годы многомиллиардные миры вымирали, тут у кого угодно крыша съедет. — Возможно, он действительно верит в существование Жнецов? Не знаю, равно как и что это за Канал такой, — пожал плечами Джейсен. — Но одно точно — Жнецы эти как-то связаны с протеанами, равно как и эти Маяки, так что, скорее всего, и Канал тоже. Саларианин кивнул так, словно он только что произнёс нечто донельзя очевидное. — А что касается Маяка? — тут же спросила Тевос. — Так или иначе, Балака интересовал именно он. И помимо него, а также сумасшедшего археолога — вы единственный, кто помнит. Любая кроха информации может быть полезна в этом деле. Шепард тут же повернулся к послу, спрашивая взглядом «Им выдавать всё?», на что тот достаточно уклончиво повёл взглядом. — Ничего, — вздохнул Джейсен, разводя руками. — Одни образы, размытые, больше по ощущениям всё. Единственное, что там было... — после этих слов все трое советников тут же пристально уставились на него. — Этот корабль. Тот огромный корабль — он был в том видении. — Протеанский? — тут же спросил Валерн, но, не дожидаясь ответа, продолжил: — Или предпротеанский? В любом случае слишком много неизвестного. Нет, для общественности — всё так же флагман гетов. Вы согласны поддержать, посол, — Удина кивнул. — Тем не менее это тревожно. Благодарю вас за те данные, которые удалось получить о корабле. Практически по всем параметрам он превосходит лучшие корабли, в том числе и Путь Предназначения. — Таким образом, как вы можете видеть, посол, — Тевос склонила голову, указывая на Валерна. — Попытка противостоять ему в лоб в любом случае обречена на огромные потери. Помимо прочих политических причин. И учитывая его скорость, Совет точно не может собрать достаточный флот, чтобы нанести ему удар. Так что отправка Спектра на лёгком корабле, вероятно, единственный вариант, который у нас вообще есть. Удина слушал всё это с поджатыми губами, но спокойно принимал, теперь не их черёд устраивать выволочку. — Что же, как я тогда понимаю... у нас есть кандидат в Спектры, один из лучших наших военных, — он смотрит на Шепарда. — И с другой стороны, у нас есть Нормандия. Быстрый и скрытный корабль, лучшее из того, что может предложить сейчас Альянс, полностью укомплектованный, — ну, к этому у Джейсена были возражения, но не тут же выкладывать. — Таким великолепным образом мы можем пройти к соглашению. Первой склонила голову Тевос, демонстрируя своё согласие с этим, затем скрестил руки Валерн, и наконец расслабил свои мандибулы турианин. Все они согласились с их предложением. Вот и превосходно. — В таком случае... во имя духов, покончим с этим скорее, — практически прошипел Спаратус. — При возможности, сегодня. Проведём всю эту публичную хрень, скажем... — он развернул уни-инструмент с расписанием, — через три часа. Можете отправляться обратно, а вот детектива Вакариана... — он тут же бросил на него взгляд, — я попрошу остаться. Гаррус ощутил на себе всю тяжесть взгляда Совета, едва Советник Валерн и Адгербал вышли из кабинета и захлопнули дверь. Когда на тебя смотрит бывший генерал Иерархии, который действительно воевал когда-то раньше, при этом практически не скрывая ярости — трудно не бояться. Но Вакариана даже больше беспокоила Тевос, у неё... о нет, не было злости, скорее, лёгкое раздражение, но учитывая, что она Матриарх... это не помешает ей одним движением руки переломать ему кости. — Во имя духов, что ты утворил, Вакариан?! — буквально одним движением взлетел Советник Спаратус, шипя от ярости. — Ты только что... — Я не нарушил ни буквы приказаний... — было произнёс Гаррус и тут же ощутил, что это была катастрофичная ошибка. Едва ему стоило только заговорить, как оба глаза советника тут же уставились на него, а зрачки превратились в две почти вертикальные полоски. — Буквы, да? — тут же сказал он, и его явно не интересовал ответ. — А подтекст ты можешь понимать, или ты намеренно игнорируешь его? Вакариан, я тебе прямо сказал, что у Совета были свои планы, и ты всё равно ослушался, а теперь... — Подожди, — произнесла всего одно слово Тевос, потирая переносицу. — Дай хотя бы ему высказать свои оправдания, прежде чем отправлять на лечение... Где-то глубоко внутри он выдохнул, благодаря духов за возможность хоть что-то сказать. А у него было что, например, о самой идеи того, чем сейчас занимался Совет. И сам Гаррус тоже заметил, как спокойно Валерн увёл Адгербала, и почему-то ему казалось, что его появление тут с самого начала было с одобрения Советника. Но прекрасно понимал чем для него обернётся это. — Это всё равно попалось бы людям, — он обернулся и показал на дверь, откуда они вышли только что. — По-вашему, если бы я ничего не делал, это остановило бы их? Да, наверное, замедлило, но если эти данные верны, то они бы вскоре снова наткнулись на гетов, и не оди... Спаратус резко взмахнул рукой, прерывая его на полуслове. — И ты хочешь сказать, что разбираешься в этом лучше, чем Совет? Мы, туриане, построены на доверии к тем, кто разбирается лучше нас в чём-то, именно это позволило нам выжить, а ты... Вакариан, да знают духи, ты не в первый раз творишь подобное, равно как они же знают, что именно оттого, что твой отец когда-то был лучшим, тебя ещё не вздёрнули. — А что ещё остаётся? — тут же переспросил он. — Вы намного больше меня знаете и скажите мне, что я был неправ. Что мои действия принесли больший вред. Или что я хоть где-то нарушил закон. Советник Спаратус, я с вами не согласен на тему правил и подчинения, но я не меньше вашего надеюсь защитить всех на этой станции. Последние слова были произнесены с каким-то даже чрезмерным пафосом, от которого и самому Гаррусу становилось не по себе, и даже Советник смутился. А Тевос тем временем поднялась с кресла и направилась к одному из столов, где как раз стояла бутылка вина. — Что думаешь? — бросила она. — Мне кажется, он весьма искренен. — А что тут ещё думать? — покачал головой Спаратус, снова оглядывая его. — Этот Вакариан заносчив, высокомерен и опасен, но одного я признаю — он безоговорочно верен, по крайней мере, сейчас. И куда нам тебя, такого «героя», девать, а? — последние слова были точно обращены к нему. — Вакариан, на твои прочие выходки смотрели сквозь пальцы не только потому, что ты был хорош, но и потому, что это были дела Цитадели. А не сношения с разведкой Альянса. Теперь для тебя служба в СБЦ заказана. И ты сам загнал себя и нас в это дерьмо варрена. Эти слова были для него... ну, просто как ударом в грудь. Когда он шёл на это, то делал, прекрасно понимая, что его могут просто отдать под трибунал, ну, или пристрелить... можно было сказать, даже готов к этому. Но они просто хотели... заплатить ему и вышвырнуть на пенсию, показательно, а затем притворяться, что его нет. Может быть, и правда, что Советник называл его высокомерным, однако Гаррус был не готов, что его просто вычеркнут и забудут. — Ты же знаешь, что это совсем не обязательно, — неожиданно заговорила Советница, и оба турианина тут же устремили взгляды на асари, отпивающую из бокала. — Из этого весьма щекотливого положения, — последние слова были произнесены так, что Гаррусу стало не по себе, — есть не только один выход. Гаррус от подобного... с трудом удержался, чтобы не распахнуть пасть. Он всегда с сомнением смотрел на Спектров, во многом из-за таких, как Балак или Сарен, настоящих мясников на службе правителей, но в то же время... это была возможность наконец-то не чувствовать на себе вечного надзора огромной бюрократической машины. И был удивлён не только он. Спаратус издал звук, больше всего напомнивший что-то средние между рычанием и тем, что люди назвали бы фырканьем. Казалось, для них его сейчас просто не было, во всяком случае, они не старались показать себя кем-то вроде примарха или президента, как на публике, нет. Скорее, наоборот — полностью открыты. Возможно, просто потому, что для них один Вакариан буквально был никем. — Мы тут выставили уже одного бунтаря, а ты предлагаешь отметить ещё и второго? — абсолютно не скрывая скепсиса, спросил Спаратус. — Нет. Но... — она снова обвела его долгим взглядом, — в конце концов, ведь его отец легат, а Федориану вроде не нужен лишний шум... Вакариан непроизвольно сжал мандибулы. Он просто ненавидел, когда-то кто-то использует его отца, говоря о нём. В конце концов, Гаррус был готов самостоятельно ответить за собственные поступки, а они просто указывают ему этим «сиди и ничего не делай, ведь любые твои дела будут говорить не о тебе, а об отце, ведь ты никто». — С другой стороны, он уже доказал, что достаточно хорош, ведь так? — после секундной паузы Спаратус кивнул. — Я уверена, что он найдёт себе новую цель, особенно если мы его вышвырнем, и мне не хотелось, чтобы его получил кто-то ещё. Советник снова смерил её долгим недоверчивым взглядом. Вакариан мог бы буквально поклясться, что видел, как в его голове сейчас пробегают импульсы. — В любом случае мне не нравится эта идея, — уверенно заключил он. — И уж тем более сейчас, когда у всех на устах то, что он натворил. — Отправьте меня за Балаком, — неожиданно для себя произнёс он первую же пришедшую в голову мысль. — Если вы говорите, что я вляпался, то дайте мне самостоятельно очиститься. Если вам нужен герой, то дайте поучаствовать в его убийстве. В любом случае вы ведь собираетесь отправить Шепарда за ним. — Умный... — медленно произнесла Тевос, а на лице у неё появилась довольная улыбка. — Тас, я же говорила тебе, что у нас есть выход... и более того, он сам до него додумался. — Да, — мрачно проговорил Советник, — и я не хуже тебя знаю, что у меня тоже нет других вариантов, которые были бы хоть как-то приемлемы. Но в любом случае я не намерен устраивать всё это, пусть Вакариан сам договаривается с Шепардом. Шепард медленно поднимался по ступеням на постамент перед трибуной Совета. Кто бы его ни сделал, явно был создан, чтобы просители казались ничтожными по сравнению с Советом. Шепард же надеялся, что сейчас он поднимается как триумфатор или, по крайней мере, выглядит именно так. Со всех сторон на него смотрели десятки камер, наверное, где-то это всё даже показывают в прямом эфире. А учитывая, что всё это целиком и полностью политика, политика и ещё раз политика, то он должен был выглядеть именно так. Всем своим видом показывать, что люди ничем не уступают. — Капитан-лейтенант Альянса Наций — Джейсен Шепард, — на весь зал зазвенел серебром властный голос Тевос, не имевший ничего общего с тем, что было с глаза на глаз, — выйдите вперёд. Ему очень редко доводилось в подобном участвовать. Будем честны, во внешней разведке очень редко удаётся участвовать в церемониях, но специально для этого он нарядился, буквально на парад, собственно, и иных вариантов-то не было. Парадная абсолютно чёрная форма со сверкающим серебром погонами просто не может выглядеть не впечатляюще. В Альянсе такая у всех младших офицеров. Чёрная от мундира до блестящих от полировки кавалерийских сапог, — да, просто отвратительно неудобно, но на то она и парадная. И вдобавок добавил к ней все награды, что у него были. Собственно, он оценил всю пользу от того, что к пурпурному сердцу выдают листья, а не новую медаль за каждое ранение, иначе был бы просто увешан подобным. И заметнее всего — голубая черезплечная лента, на которой сверкала Звезда Теро, высшая награда Альянса. Выглядело донельзя старомодно, но именно для подобного они и создавались. Джейсен чётко зашагал вперёд, словно на каком-то параде, между рядов гвардейцев Совета, что сейчас в такой же парадной форме стояли справа и слева, по двое от каждого вида Совета. Как раз под напряжёнными взглядами как телекамер, так и достаточно быстро собравшихся дипломатов и тому подобных персон, что внезапно оказались на Цитадели. — Капитан-лейтенант, Совет Цитадели рассмотрел вашу кандидатуру, — заговорил Спаратус предельно скрипучим голосом, словно олицетворение бюрократии. — И вынес решение. Джейсен знал, что сейчас каждый взгляд сосредоточен на нём, так что стянул берет и коротко склонил голову перед и так возвышающимся Советом. Теперь остаётся только махать и улыбаться, добро пожаловать в корпус рейнджеров, тем более что тут уже есть один Валерн. Турианин в, на редкость, аскетичном мундире Иерархии, а не своих обычных одеждах — понять бы только, что этим хочет сказать Совет... — одобрительно склонил голову. А явно отрепетированную речь тут же подхватил Валерн в очередном балахоне, но на этот раз без узоров. — Наши цивилизации верны в своём стремлении бороться за порядок в Галактике и защитить права своих видов и всех разумных существ в Галактике. К сожалению, мы часто расходимся по мнениям о том, как этого достичь, но наша решимость от этого не становится слабее. Угу, как же, бороться... Он превосходно знал, кто именно всеми силами поддерживал Свободный Хар'Шан. Впрочем, всё это лишь концерт для публики, и Совет как обычно заводил привычные для себя речи, которые устарели века назад. — Наши виды во многом отличаются друг от друга, наша история шла совсем иначе, но у нас и у человечества есть одна общая вещь, — это уже громко, на весь зал «говорил» Спаратус. — Мы ненавидим предательство. Ка'Хаирал Балак, первый батарианский член Спецкорпуса, уже предал доверие и не выдержал возложенного на него бремени, он обвинён в предательстве, терроризме, убийствах и государственной измене. Тут же со всех сторон раздался лёгкий гул. Все собравшиеся тут, в отличие от значительной части населения, точно так же понимали, что это лишь формальность. Но оба батарианских спектра были больным местом для Совета, и если те завернули в эту сторону, то всё мгновенно становилось намного интереснее. — Он объявлен преступником во всём Пространстве Цитадели, — объявила Тевос. — Но благодаря вам удалось вскрыть всю глубину его предательства. Мятежный Спектр сговорился с гетами, уничтоживших миллиарды наших собратьев, квариан, ради своих неизвестных целей он предал не просто Совет. Своими поступками объявил себя врагом каждого живого существа Галактики, всему виной его порочность. Отныне любой, кто будет замешан в сношениях с ним, будет признан в той же мере виновным во всех его преступлениях. — Капитан Шепард, — снова заговорил Валерн, — вы проявили беспримерные героизм и способности на Иден Прайм, защищая мир и всех его обитателей от напавших террористов, а также от бывшего члена Спецкорпуса, Ка'Хаирала Балака. Все трое Советников практически одновременно коснулись пультов, ставя, так сказать, последние подписи под его назначением. Джейсен сейчас мог бы буквально поклясться, что весь свет в зале падал исключительно на него. Разумеется, это было не так, но настолько пристальным было внимание. — Решением Совет Цитадели вы наделяетесь всеми правами и привилегиями члена Специального Корпуса Тактической Разведки Цитадели. Голос Советницы Тевос буквально заполнял всё вокруг, Джейсен мог бы сказать, что слышал его со всех сторон, словно это был кто-то свыше. Если то, что было раньше, было, так сказать, прелюдией, то теперь уже наступила формальная часть. — Спектров не тренируют, а выбирают, — буквально провозгласил саларианин. — Все они доказали свои способности в боях и в выполнении особых поручений. И своими поступками доказали верность, что ставит их превыше любых званий и должностей. Спектры — символ решимости для каждого разумного. — Спектрам уготовано тяжёлое бремя. На них лежит обязанность сохранения мира и процветания во всей Галактике. Они наша первая и последняя линия обороны как от внешних врагов, так и от внутренних. Безопасность и благополучие всех нас в их руках. Спектры — щит всей цивилизации. Сам Шепард даже не слышал голоса Спаратуса, он уходил куда-то в ультразвук, и лишь переводчик услужливо выдавал его голос. — Спектры приносят в жертву собственную свободу, собственные желания и стремления ради выполнения долга. А будет на то нужда, ещё и приносят величайшую жертву. Они наш карающий меч, дарующая длань и примиряющие уста. Спектры — проводники воли всех живых, — и буквально заполнявший голос как будто отступил, исчез, не оставив и следа. Джейсен едва уловил почти неслышимый на фоне того, что было раньше, голос Советницы. — Вы первый Спектр-человек, капитан Шепард, это великое достижение как для вас, так для всего вашего вида. На секунду Шепард замешкался, но тут же вспомнил, что это сейчас он должен был сказать. У каждого из видов, имевших своих Спектров была фраза, которую произносили в такой момент. Всегда что-то на основе принятого в их армии. Однако тут со всем этим безумием просто забыли утвердить хоть что-то. — Служу Альянсу и Галактике, — тут же гаркнул он, взглянув в глаза Советникам. Ну вот и славно, теперь он... нет, не галактический Джеймс Бонд, скорее уж Каратель, только работающий на кого-то. — Ваше первое задание, как Спектра Совета — отправиться в Траверс на поиски Ка'Хаирала Балака, — от его слов Валерн сощурился, однако не произнёс ни слова. — Он прячется от правосудия, так что вам позволено использовать любые средства для его ареста или, при малейшем неповиновении, устранения, прежде чем он вновь поставит под угрозу благополучие Пространства. Совет передаст вам всю имеющуюся у него информацию. Джейсен откозырнул и, развернувшись чуть ли не на пятках, отправился назад, где его уже ждали. Приглашённые гости со всех сторон смотрели на него, казалось, никто даже не смел аплодировать или делать что-то ещё, просто смотрели. Подобное внимание просто било в грудь, но с другой стороны, он уже вытерпел подобное, когда его награждал сам Дрэшер, это не хуже. Безусловно, это всё не его. Да что там, ему по большей части просто не повезло оказаться в определённом месте и в определённое время. Но он прекрасно понимал, что обществу нужен герой, нужен символ, за которым можно будет идти... даже если тот того не заслуживает. И если потребуется, он готов принять это на себя. Именно поэтому сейчас он — триумфатор. А внизу его уже ждали. Андерсон в таком же мундире и с ничуть не меньшим числом наград устало улыбался. — Вот теперь и ты вляпался, — бросил он, отчего Шепард фыркнул, угу, очень хороший способ приободрить. — Ладно, зато теперь тебе никто точно не будет мешать устраивать представления. Джейсен только покачал головой от его слов. Аленко и Уильямс точно так же стояли, с разных сторон, все в сером, — последняя и вовсе у кого-то его взяла, ибо про свой по итогам Иден Прайм уже все забыли. А заодно Удина в голубом, в конце концов, до назначения он ведь был контр-адмиралом, а боевые награды напоминали, что он так же, как и Андерсон, начинал во время Войны. — Неплохо, капитан, вовсе не плохо, — тихо бросил Удина, но Шепард видел у него самодовольную и даже злорадную улыбку от чувства собственной победы, которую тот совершенно не скрывал. — А теперь ко мне в посольство, если вы не против, поговорим о кое-чём важном.