И лютый зверь жалости не чужд

***

      Мегаскоп горел уже довольно долго, и Исааку была видна фигура Анны-Генриетты, которая нервно ходила из стороны в сторону в магическом «окне».       Король не торопился принять княгиню, и чародей вполне понимал почему.       Правительнице Туссента откуда-то стало известно, что Детлафф Эретайн был пойман, но после отпущен, в связи с какими-то новыми обстоятельствами. Анариетта была в ярости, о чём незамедлительно желала рассказать Сигизмунду Дийкстре.       Наконец, бывший шпион всё-таки соблаговолил появиться в зале с мегаскопом и зашёл в своё «окно».       — Вы солгали мне! — сразу бросила в лицо мужчине княгиня. — Вы отпустили убийцу! По какому праву?! Вы обещали передать его в руки правосудия Нильфгаарда!       — Ваша светлость, — почти равнодушно ответил ярившейся женщине Сигизмунд, — успокойтесь. В ходе расследования было выяснено, что и в этот раз и тогда, пять лет назад, Детлафф Эретайн действовал не без причины. В гибели вашей сестры виноваты лично вы. Ибо вы и только вы приказали укрыть Сианну от разозлённого вампира, который очень чётко указал, что произойдёт, если она не явится на разговор с ним.       — Да как вы смеете?! — Анна-Генриетта аж побелела от гнева. — Это чудовище чуть не уничтожило город со всеми его жителями!       — И в этом тоже только ваша вина.       — Я требую его выдачи Империи, иначе, я буду вынуждена написать своему кузену о том, что вы покрываете преступника!       — Я не знаю, где он сейчас. Это Редании более не касается. Вы же вольны делать всё что угодно. К тому же, если Эмгыр ничего не предпринял пять лет назад, то с чего вы взяли, что станет сейчас?       — Неслыханная наглость! — теперь княгиня начала краснеть. — Вы ещё услышите обо мне!       Анариетта резко развернулась и вышла из магического круга. Мегаскоп в Туссенте погас.

***

      — Вы уверены, что поступили правильно? — осторожно спросил придворный чародей короля. — Очень бы не хотелось ссориться с Нильфгаардом. Особенно сейчас, когда он подступил к нашим границам.       — Успокойся, — Дийкстра потёр переносицу, — дай мне перо и чернила. Я напишу Эмрейсу и поясню ситуацию, пока эта дура ему чего не наплела. А что до Детлаффа — вампиры в любом случае отмазали бы его. Да и по сути: в первый раз он был обманутым влюбленным мужчиной и поступил так, как любой другой на его месте. Здесь же, видя, как он привязан к этой девушке, странно, что всё прошло так. Практически безболезненно. Он сумел вырвать возлюбленную из рук похитителей и бежал сразу же, как предоставилась возможность. За это его можно только похвалить.       — Но погибли люди. В том числе и двое сыщиков, — попытался возразить Исаак, уже достав перо с чернильницей и поставив её на рабочий стол короля, когда они дошли до кабинета Сигизмунда.       — Безусловно: Винсент и Блоха — большая потеря. И с точки зрения мозгов, и со стороны финансов. Но все мы смертны. Они сыграли необходимые роли. И в их гибели нельзя винить Детлаффа. Они пострадали из-за него, но не от его рук. Все выжившие солдаты подписали договор о неразглашении того, что случилось в поместье Валентайн?       — Да, маги блокируют их воспоминания о том, что произошло в имении вампиров.       — А Владек?       — Вы же разрешили ему не забывать.       — А, да. Ну, пусть живёт с этим.

***

      Капитан Владек в сотый раз перебирал документы допроса. Старый маг был непробиваем. Даже придворный чародей короля Редании не мог выудить из него то, что требовалось.       Мужчину каждый раз передёргивало на одном моменте, учитывая тот факт, что при допросе он присутствовал.       «… Вам не было жаль людей, которые из-за ваших действий пострадали в Новиграде? О чём вы думали, разозлив такое могущественное существо, как высший вампир? Ведь даже лютый зверь жалости не чужд…       — Я — чужд. Так, значит, я не зверь…»       Это были последние слова чародея.       Владек вздохнул и посмотрел на приказ о переводе в Третогор.       «Повышение. Или изгнание? Видимо Валентайн настоял на том, чтобы меня убрали из города. Что ж. Пусть так и будет».

***

      Драко сидел на небольшой лавочке в саду поместья.       Он чувствовал себя гораздо лучше. Магическая кровь помогала больше, чем кровь низших собратьев. Ливия была при нём как ходячее лекарство, которая сейчас лежала неподалёку на траве, восстанавливаясь после очередного укуса вампира. Его отрава на неё не действовала, и отходила она от порций высасываемой крови довольно быстро.

***

      Солнечный свет падал на спящего мужчину, освещая часть лица, шею и обнажённое плечо.       Когда в дверь комнаты на постоялом дворе кто-то постучал, Детлафф было зашевелился, но тут же со стороны стенки отозвался девичий голос:       — Спи. Я открою, — Сашэ выбралась из объятий вампира и, накинув легкую сорочку, позевывая подошла к двери.       Щёлкнул, открываясь замок.       — Да? — девушка рассматривала нежданного гостя. — Вы ищете кого-то?       — Ищу, — раздался до боли знакомый Эретайну голос. — Своего друга. Его зовут Детлафф. Я разыскиваю его с тех времен, когда он ушёл из Туссента. Он ведь здесь?       — Детлафф, — эльфка повернулась к возлюбленному, — тут к тебе какой-то человек. Кажется.       Вампир уже сидел на постели:       — Это не человек, Сашенька. Это мой кровный брат Эмиель Регис Рогеллек Терзиефф-Годфрой. И заявился он из самого Нильфгаарда.

Конец