Me Before You

Солнечный луч, ловко огибая препятствие в виде лёгких ситцевых занавесок, проникнул в комнату и невесомо поцеловал маленького спящего альфу в сомкнутые веки. Мальчик смешно сморщил нос, затем открыл огромные карие глаза и счастливо улыбнулся. Предстоял замечательный день, ведь Чанёль собирался ехать за город на День рождения лучшего друга Бинха, с которым, из-за недавней болезни последнего, он не виделся около двух месяцев. Сладко зевнув и потянувшись, малыш встал, заправил кровать и отправился в ванную приводить себя в порядок. После водных процедур Чанни вернулся в комнату и принялся надевать красивый костюм, предусмотрительно выглаженный еще с вечера заботливым папой. Закончив с приготовлениями и критично осмотрев свое отражение в зеркале, мальчик удовлетворенно кивнул. Каштановые, немного волнистые волосы были уложены в аккуратную причёску (да, мальчик знал толк в парикмахерском искусстве); классический костюмчик тёмно-синего цвета, белая рубашка, чёрная бабочка и лакированные туфли-всё сидело идеально и Чанёль казался фарфоровой куколкой, вышедшей из-под руки умелого мастера. Даже смешно торчащие уши не портили картину, а только добавляли шарма и без того безумно очаровательному альфе. Ещё раз удостоверившись в своей неотразимости, малыш спустился вниз, где на кухне его ждали отец и папа за завтраком. Увидев свое чадо, папа издал восторженный вскрик и едва не пустил слезу, а отец, приобняв сентиментального супруга за плечи, одобрительно кивнул и пригласил сияющего от радости сына за стол. С завтраком было быстро покончено и вот уже семейство направлялось к машине, так как несмотря на ранний час, ехать предстояло долго. Чанёль сидел на заднем сиденье и, прижавшись к окну носом, разглядывал пролетающие мимо пейзажи. Всё-таки лето-чудесное время года и посмотреть было на что. На голубое, без единого облачка, небо. На высокие зеленые деревья и сочную траву, на заливные луга, покрытые ковром разноцветных цветов, на диковинных бабочек и птиц. На передних сиденьях мирно беседовали о чём-то своём родители. Их тихие голоса и спокойная обстановка сделали своё дело и малыш, сам того не заметив, провалился в глубокий сон… Собственный громкий крик заставляет альфу резко подскочить. И он не сразу понимает, что находится в своей холодной постели, в обшарпанной комнате, которая за последние три года так и не стала ему домом. И так каждую ночь. Каждую грёбанную ночь он видит один и тот же сон, обрывающийся на таком прекрасном моменте… В какой-то степени Чанёль благодарен той случайной отключке, которая уберегла его от визга тормозов, скрежета мнущегося металла и пронзительного крика испуганного до ужаса папы… Чанёль обхватывает руками голову, и вцепившись в волосы пальцами, заходится в истеричных рыданиях. Прошло столько времени, а он по-прежнему винит во всём себя, хоть и не сделал ничего плохого. Повинен пьяный омега, который забыл включить фары и в густом тумане был совершенно незаметен. Но Чанёль бьёт себя по и без того синюшным коленям и остервенело кусает губы. К счастью, вскоре силы покидают его и альфа, оторвав голову от стола, о который бился ещё секунду назад, смотрит в окно, которое открывает вид на чудесный садик у параллельно расположенного дома и является единственным украшением убогого района. Но Чанёль ничего не видит. Так же, как и не чувствует запах дыма, доносящегося снизу, где уборщики жгут осеннюю листву. Та авария забрала у Чана не только родителей и его прежнюю беззаботную жизнь, но и шанс начать новую… ведь как инвалидам счастье не положено… Так думает альфа, потирая воспалённые от слёз и недосыпа слепые глаза и шмыгая ничего не чувствующим носом.