Единение

Время никого не щадит: оно старательно затирает признаки существования абсолютно любой вещи, и лишь памятники могут на время искусственно замедлить процесс исчезновения. Вчера Вондер нашёл кусок заржавевшей железяки на поверхности пустынной планеты, и вновь ненужные воспоминания затормошили голову Странника – раньше, казалось, вот-вот вчера, она гордо поблёскивала на корабле одного из Величайших злодеев во всей Галактике – Лорда Хэйтера, а сейчас разлагается без дела, без хозяина. Жаль только, что уже никто не помнит старину Хэйти и тот самый корабль – как-никак прошло почти тысячелетие: его нет уже лет этак, семьсот-восемьсот или, может, даже больше. А мистер Пиперс и Сильвия ушли и того раньше – примерно девятьсот. У Вондера всегда были проблемы с подсчётом дат. Вондеру уже давно стоит привыкнуть, что они смертные, которым суждено было прожить всего лишь крупицу тех событий, которые происходят вокруг. Вондеру пора бы уже перестать выть и метаться – это естественное событие для любого живого существа – смерть, которая, увы, ему недоступна. И только для Билла тоже не существует такое понятие, как «забвение». Для таких вечных существ как Вондер и Билл, время – пустой отзвук, ненужные числа в циферблате, всего лишь динамичные события, движущиеся вперёд. Время может только менять локации и лица, но для них – оно бесполезно, оно обходит их стороной, словно боясь изменить что-то в их чертах. Ровно тысячелетие они идут вместе, бок о бок, два бессмертных существа, рассекая просторы Галактики. И Вондеру кажется, что только ему и Биллу суждено оставаться вместе всегда, крепко-накрепко связанными в его голове. Только вот не оба они избрали такую судьбу, а Вондер. Вондер виновато улыбается, сталкиваясь с демоном взглядом – ему жаль, что он так поступил с ним, но обещание нужно исполнять: Билл выйдет только тогда, когда он полностью станет хорошим, но только вот, Вондер знает, что это невозможно. Это всего лишь глупая отговорка, чтобы скрыть свой тщательно запрятанный в закоулках сознания эгоизм и чувство одиночества. И истина тут довольно проста: он не хочет, чтобы Билл покинул его, как остальные смертные покидали Вондера в течение всей его долгой жизни. Билл же давно ничего не говорит ему в ответ и уже не жалуется на оковы. Порой он просто проходит мимо огромных воспоминаний Вондера, судорожно перебирая и разглядывая каждое, или плавно передвигается сквозь ровные дома, выстроенные из самочувствия Вондера, пролетает между ними, будто бы древнее приведение, так и не обретшее покой. Возможно, он просто смирился с тем, что ему не измениться. Шляпник любит Демона Разума – он притягивает цепи к себе сильнее, и демону приходиться повиноваться и двигаться ему навстречу. Шляпник буквально обрушивает целое цунами из эмоций на своего пленника – он дарит свою безграничную любовь и ласку Демону совершенно безвозмездно – иначе просто не на кого. Шляпник медленно душит его, боясь потерять контроль. Шляпник живет ради Демона. И Демону это нравится. Старый же, наверное, испепелил бы даже за мысль об этом. Возможно, Сайфер стал слишком «смертным», но впервые, вместе с горечью неприятных эмоций, к нему приходит ощущение нужности. Не той, которая появляется у него, когда его призывают – там он нужен только на время и по делу для исполнения желаний глупых мешков с мясом – а именно той, безвозмездной нужности, при которой достаточно его самого, чтобы составить компанию этому непонятному сумасшедшему Вондеру. Нет, он действительно опустился на уровень глупых примитивных созданий. Другого объяснения не найти, если он покорно держит цепи данные ему Шляпником. И Биллу даже не жаль.