Дитя Природы

Глава 13 Со стоном падаю на мягкую траву. Смауг — садист. — Что, уже все? — красивый, бархатный голос сейчас сочился ядом. Я скривилась, но послушно начала подниматься. Передо мной стоял мужчина лет пятидесяти — шестидесяти, с лёгкой сединой среди густых и длинных смоляных волос. Высокие скулы, волевой подбородок с ямочкой и легкая щетина. Точеные, тонкие брови и мощный нос с горбинкой. Янтарные глаза смотрели на меня с прищуром. На редких пластинах чешуи отражалось солнце. Поза обманчиво-расслабленная: мощные руки сложены на груди, а мышцы по всему телу расслаблены. Вот только при любом намеке на угрозу он превратится в смертоносную машину. Человек стоящий передо мной — Смауг. Да-да, это Смауг. Для меня самой это было неожиданностью. Большой неожиданностью. Но тогда я подумала, что так даже лучше. Ага, щаз. Он мог залезть куда угодно и выковырять даже из самых труднодоступных мест. Иногда, мне кажется, что он повесил на меня маячок, чтобы всегда быть в курсе моего местонахождения. Я прокляла тот день, когда попросила его обучать меня. Это было моей самой глупой идеей. Это была идиотская идея в кубе. Потому что с тех самых пор я ничего, кроме боли во всем теле, не ощущаю. Изредка мне удавалось сбегать в Лориэн. На неделю, не больше, но какая это была неделя! Первые пару дней я отсыпалась. А после Мирфэя расталкивала меня и втягивала в какие-то весёлые игры, названия которых я не могу запомнить. А в последний день Мирфэя вместе со своими братьями затаскивали меня к себе домой и устраивала вечерние посиделки. Мирфэя — мечтательница. Она любит забираться на маллорн и мечтательно закатывать глаза, поглядывая на закат из-под опущенных ресниц. Когда она мечтает о великой любви, её щёк касается лёгкий румянец, а глаза смотрят куда-то вдаль. Когда она мечтает отправиться в путешествие, то её глаза озорно блестят, а губы растягиваются в широкую улыбку. Она мечтает научиться пользоваться мечом и луком, но знает, что ей этого не позволят братья, поэтому она лишь украдкой подглядывает за ними во время их тренировки, думая, что они не замечают, а после, ночью, развалившись на кровати представляет себя на их месте. Её братья — Полдон, Нарамакил, Анарендил и Ниэллон. Полдон — самый старший из них — возглавляет один из патрульных отрядов. Нарамакил и Анарендил пошли той же дорогой и стали войнами и лишь Ниэллон, самый младший в семье предпочел воинскому делу, домашний быт. Он частенько помогал с тяжёлой работой по дому, за что Мирфэя очень благодарна ему. Их семья была действительно большая. И мне очень жаль, что я не могу познакомиться с их родителями. Уверена, они были прекрасными эльфами. Дело в том, что их мать погибла во время войны, а отец не смог это пережить и уплыл в Валинор. Так они остались впятером в одном доме. Мирфэя и Ниэллон взяли на себя обязанности по дому, а Полдон, Анарендил и Нарамакил защищали их. Под ногами хрустнула ветка, и я вздрогнула. Слишком глубоко ушла в себя и совсем не смотрела, куда иду. Смауг прав, я сегодня очень рассеянная. Легко перепрыгиваю через небольшой ручеек и иду дальше, в глубь леса. За десять лет проживания Смауга в Фангорне много чего произошло. И дракон прямо или косвенно был причастен к этому. В первую очередь это коснулось меня и леса. Наша связь окрепла и окончательно установилась. Теперь при желании я смогу узнать, что происходит в любой части леса, даже если я буду далеко. Вообще первое, что сделал дракон — это укрепил мою связь с лесом. Первым этапом были медитации. Первые месяцы тренировок моим девизом было — медитации — наше все! Я медитировала все время. Смауг гоняет тебя по лесу? Медитируй! Древень рассказывает о деревьях? Слушай и медитируй! А потом пересказывай. Выдался выходной, но тебе нечем заняться? Медитируй! Единственное время, когда я не могла медитировать — это время сна. Хотя, как я подозреваю, он был мне не особо нужен. Все прекратилось также внезапно как и началось. Просто в один момент Смауг внимательно посмотрел на меня своими шикарными золотыми глазами и выдал: — Достаточно. Переходим на следующий этап. То, что происходило дальше, я бы с радостью забыла, но понимание того, что это было необходимо, заставляет хоронить эти жуткие воспоминания глубоко внутри. Где-то рядом с моим личным безумием. Учитель тогда сказал, что: — Ты должна понять и принять весь Лес, а не только его часть. Именно так я оказалась в самой безумной части леса без возможности вернуться обратно. Конечно, я могла вернуться обратно, вот только все мои прошлые и будущие тренировки просто бы потеряли смысл. Смаугу в общем-то все равно, вот только я сама же сделаю себе хуже. Именно поэтому я осталась там. Это были самые страшные полтора года моей жизни. Мне понадобилось полгода чтобы привыкнуть и подстроиться. Все остальное время я выживала и впитывала в себя атмосферу места. Сначала я боролась, пыталась ее отвергать, подстроить под себя, но ничего не получалось. Однажды я проснулась с мыслью, что, если не можешь остановить безумие, возглавь его! Только в моём случае эта задача усложнялась тем, что мне нужно было ещё и сохранить рассудок. В этом мне очень помогали медитации. Я буквально не выходила из неё первое время, вот только это не могло продолжаться долго. И мне пришлось выйти из своей скорлупы. Стрелы давно кончились, кажется уже на второй день, а новые я не могла сделать. Чаще всего из-за того, что мне не хватало на это время. В конце четвертого месяца затупились все мои ножи и кинжалы. Моим оружием стало все, до чего я могла дотянуться. В том числе и энергозатратная магия. После каждого большого выброса магии мне жутко хотелось есть. Вот только что? Этот вопрос настиг меня на седьмом месяце. До этого я экономила как могла всю еду, что была у меня с собой, но она не бесконечна. Вода у меня закончилась уже на первой недели, так что я ещё в самом начале нашла более менее чистый источник воды, поэтому с этой стороны все было стабильно. Я голодала. Моей выдержки хватило на три месяца. У меня не было ни оружия, ни еды, ни нормальной одежды. Я не могла нормально поспать, так как оставаться на одном месте дольше, чем на два часа было чревато последствиями. Если на меня наткнется какая-нибудь тварь, то сбежать не получиться. Драться придётся в любом случае. С той лишь разницей буду ли я уставшей после погони или же полной сил. Так долго продолжаться не могло и я это прекрасно понимала. Рано или поздно, но я бы сорвалась. Что, собственно, и случилось. Я не помню, что происходило в те месяцы. Да и не хочу. Просто в один момент я отключилась, а когда пришла в себя, то была в незнакомой мне части леса, а вокруг меня лишь трупы существ, которых я боялась и убегала. Сама же я была полностью нагая и в крови. Своей, чужой. А где-то в глубине моего сознания появилось моё личное безумие, которое мне ещё предстояло научиться контролировать. Сначала было сложно. Я то и дело теряла связь с реальностью, но после долгих проб и ошибок я всё-таки нашла ту золотую середину, что позволяла мне находиться в сознании и управлять своим телом. Поначалу я все так же боялась тварей, обитающих в этой части леса, но после с удивлением поняла, что могу справиться с ними голыми руками. Тело действовало на одних рефлексах, приобретенных в момент моего беспамятства. Также решился вопрос с едой. Я ела то, что было. Сначала я пыталась приготовить, вот только разжигать огонь было равно самоубийству, а ничего другого я придумать не могла. Я давилась, но ела. Мне было противно от самой себя, часто мелькали мысли о том, чтобы при следующем нападении не сопротивляться и позволить себя убить. И когда я уже была близка к этому, связь с лесом натянулась. Именно в этом момент Фангорн перестал только тянуть мою магию. Он начал отдавать мне свою. И я зацепилась за это. Связь с лесом стала моим якорем, и я смогла не только принять, но и контролировать своё безумие. Через неделю меня забрал Смауг. Еще около года я приходила в себя. Я не отходила далеко от источника. Рядом с ним я чувствовала себя в безопасности. Я, наконец, могла расслабиться. Тот год ни дракон, ни энты меня не трогали. А потом встал вопрос ребром о доме. Все же Смауг — не я. Мне, в принципе, все равно где спать. Но не дракону. До этого он молчал и ждал пока я соображу сама, а потом я попала в безумную часть леса и мне тем более было не до этого. Это был уже косяк Смауга. В общем, вопрос нужно было решать и решать срочно. И решение я нашла в Лориэне. У меня не было хоть какой-нибудь рабочий силы, а потому нужно было что-то такое, что не требовало бы строительства. И… почему бы нет? Я спросила у энтов возможна ли моя задумка. Через месяц мне ответили, что, да, теоретически это возможно. На практике пока ещё никто не пробовал. Моя идея заключалась в том, чтобы вырастить дерево — дом. При определённой подпитки магии деревья могут достигать поистине исполинских размеров. Мой выбор пал на вяз. Именно его мы посадили на источнике леса. Вообще источник находился на поляне, посреди леса. Там же был небольшой пруд. Именно на этой поляне я и посадила вяз. Я постоянно подпитываю его своей магией, чтобы ускорить процесс и внушить мысль, что он должен быть домом мне, энтам, драконами и другим. Рядом с саженцем мы положили яйца дракона. Я как раз сейчас иду именно туда. Сейчас Смауг учит меня владеть всеми видами кинжалов и ножей. Потому что меч — это не моё. Именно так он сказал, когда увидел все мои потуги совладать с огромным двуручным мечом. Правда, выход нашёл Нарамакил, когда узнал о мой проблеме. Он где-то достал короткие парные клинки. Они настолько лёгкие, что их вес почти не ощущается в руках. Именно эти клинки стали моим основным оружием на пару с луком. Когда об этом узнала Мирфэя, то жутко обиделась на брата и месяц игнорировала его существование. Мне было неловко из-за того, что я стала причиной их ссоры, поэтому пыталась всячески помирить их. В итоге, Мирфэя обиделась и на меня. Но все закончилось хорошо, так как Мирфэя всё-таки была взрослой эльфийкой и все понимала. Но это не мешало дуться на нас и быть чуть-чуть ребенком. Я опять слишком сильно погрузилась в воспоминания, что совершенно не заметила, как дошла до Источника. Солнце уже стало медленно катиться в сторону горизонта. Я обвела поляну взглядом и остановилась на вязе. Сейчас он уже мало напоминал тот саженец, что я посадила весной несколько лет назад. Дерево вымахало и уже было около четырех метров в высоту. Это очень, очень, быстро. Губы растянулись в счастливой улыбке. Я подошла к вязу, села на землю и откинулась на него спиной. Прикрыла глаза и стала наслаждаться потоками магии, что проходят сквозь меня. Смауг недоволен моей малой проводимостью магии. Как и я. Именно поэтому я постоянно пытаюсь выпускать свой максимальный предел в пустоту. Это развивает мои проводные способности и резерв. Хотя он и так у меня большой, но лишним все равно не будет. Слух уловил лёгкий, почти не слышимый шелест крыльев. На одну из веток приземлилась Букля. Приятное тепло разлилось по всему телу. Я и сама не поняла, как задремала.