Дитя Природы

Глава 20 Я медленно брела в сторону лагеря. Мы в Лориэне и только что разговаривали с леди Галадриэль и владыкой Келебраном. Разговоры с этой эльфийкой всегда были изматывающими. Не потому, что кто-то из нас испытывал негативные чувства, вовсе нет. Взгляд. Он не был тяжелым, просто… он был понимающим. Словно Галадриэль знает обо мне все. Он проникает в свежие раны, вскрывает только-только зажившие. Обводит старые шрамы. Напоминая. Заставляя вспоминать все то дерьмо, что произошло. И демоны, что до этого были запрятаны в самые дальние уголки души, за огромные железные двери, вновь поднимают свои отвратительные головы и скалятся. Это напрягало. Встряхнула головой, желая вытряхнуть из себя все эти мысли. Думая об этом, я делала только хуже. Я прислушались к лесу, аккуратно прикасаясь к нему, но ответом мне было лишь равнодушие. Усмехнулась. Ничего другого я и не ожидала. Лориэн…. Он никогда не был ко мне враждебен. Но это не значит, что лес питает ко мне какие-то светлые чувства. Сначала он был насторожен, а после ему стало все равно. Впрочем, несмотря на то, что здесь живут одни из самых близких мне эльфов, я никогда не задерживалась здесь надолго, не смея переступить определенную черту дозволенного. Я не найду здесь покоя. Солнце уже было почти за горизонтом, когда я подошла к поляне, на которой был расположен лагерь. Я устало потерла плечо и размяла шею. Напряженность волной прошлась по моему телу, заставляя мышцы напрячься, причиняя боль. С наслаждением снимаю часть брони и аккуратно складываю ее рядом с колчаном и луком. Стоило мне укрыться плащом и устроиться поудобнее, как я тут же провалилась в сон. Из мягкой пустоты я вынырнула медленно, но не спешила открывать глаза, наслаждаясь приятной слабостью. Эти ощущения разительно отличались от вчерашних. Я даже руки в кулак сжать не могла. Я довольно улыбнулась и устроилась поудобнее, не собираясь вставать. Втянула лесной воздух, наслаждаясь свежестью, прислушалась к лесу. И порядком удивилась, обнаружив, что я не одна. Внутренние часы подсказывают, что солнце уже давно встало и я думала, что все разбрелись по своим делам. Видимо, я ошибалась. Повернув голову, я открыла глаза. И увидела Леголаса. Ох, ладно. Эльф сидел, прислонившись спиной к дереву. И дремал. На его лице не было уже привычной напряженности, лишь расслабленность и умиротворение. Я разглядывала лицо эльфа, скользила по знакомым чертам и не узнавала. Передо мной сидел не взрослый, закаленный в боях эльфийский принц, а молодой эльф, юнец. Подросток. Ком встал в горле, не позволяя нормально дышать. Щемящая нежность, вперемешку с другим, незнакомым, но уже привычным чувством затопили меня с головой. Легкий румянец тронул мои щеки, и я поспешно отвела взгляд, а потом и вовсе перевернулась на другой бок. Руки, спрятанные под плащом, сжались в кулак. Я знала название этого чувства, но не смела даже в мыслях произносить, боясь, что кто-то узнает, поймет. Только я могла так смачно вляпаться в Леголаса! Я не собираюсь кричать о своих чувствах, выставлять их напоказ. Привлекать к себе внимание. Я знаю, что ничего мне не светит. Потому что слишком много стоит между нами. Кто он и кто я? Да, я не девчонка с улицы без имени и дома, да даже не из знатной семьи. Я — Хранитель Леса. Я не просто равная ему, на данный момент я даже выше. Но толку-то? Он намного старше меня. Многие скажут, что есть пары, у которых разница в возрасте больше десятка лет. Но здесь пойдет речь не о человеческих годах, а о столетиях. И ладно бы, черт с ними. Я бы не парилась на этот счёт, будь я старше на пару тройку сотен лет. Потому что сейчас я все еще самый настоящий подросток. Вот скажите мне, о чем могут разговаривать взрослый с давно сформировавшейся личностью мужчина и вспыльчивый, зачастую неуправляемый, подросток, у которого ветер в голове? Я не обольщалась на свой счет. Я все тот же подросток, с ветром в голове, вспыльчивостью и неуравновешенностью. Умноженной на сумасшествие. На первый взгляд, да и на второй, я кажусь адекватной лишь по той причине, что умею держать свои порывы в узде, жестко фиксируя все свои действия, слова. Довольно редко позволяя себе необдуманные действия. Это была лишь одна из причин и не самая веская. Еще одной из причин были время и место. Сейчас шла война. А на войне нет места любви. Да и, как я уже говорила, — я Хранитель. А это куча обязанностей и огромная ответственность. У меня просто нет ни времени, ни сил на все эти любовные переживания, страдания и надежды. Все это я прекрасно понимала, принимала и не надеялась ни на что. Плыла по течению, не собираясь что-либо менять. Вынырнув из тяжелых мыслей, я с досадой осознала, что от утренней истомы не осталось и следа. Скинув плащ, я села. Потерла заспанные глаза и ещё раз мельком посмотрела на Леголаса, замечая то, на что до это не обратила внимание. Одна его нога была согнута, а другая, наоборот, вытянута. Но, несмотря на это, на его ногах лежал лук, который он сжимал левой рукой, а в правой находилась небольшая тряпица. Я коротко, но понимающие улыбнулась: уход за оружием успокаивает, заставляет расслабиться. Вздохнув, я запустила в растрепанные волосы руку. Поджала губы. Еще раз бросила короткий взгляд на Леголаса. Покачала головой и поднялась на ноги. Подхватила плащ и направилась к эльфу. Делала я все это как можно тише, так как в мои планы совсем не входит его разбудить. Я не стала убирать лук из рук Леголаса, опасаясь, что это может его разбудил, так что я просто накрыла его плащом. И замерла. Ожидая, что он вот сейчас откроет глаза и мне придётся краснеть и неловко оправдываться. Но этого не произошло. Я облегченно вздохнула и выпрямилась. Как можно тише я вернулась обратно, собрала свои вещи и направилась в направлении дома Мирфэи. Я ушла оттуда совершенно, не подозревая о том, что единственным, кто действительно спал — была я. *** Я стояла перед красивой резной дверью, прислушиваясь к тому, что происходит за ней. Я стояла и слушала ту особенную музыку, которую не способен повторить ни один, даже самый лучший музыкальный инструмент. Ветви небольших кустарников ласково поглаживали бока дома; тихонько скрипели половицы; легкие, полупрозрачные занавески слегка колыхались, шепчась с ветром; спокойное, размеренное дыхание двух эльфов; женский голос тихо мурлыкал какую-то знакомую мелодию. Я постучалась в светлую дверь, ударив костяшками пальцев ровно три раза. Послышалось шуршание, а спустя мгновение и легкие шаги, приближающиеся к двери. Щелчок, и дверь медленно открылась. В проеме стоял, опираясь рукой о косяк, Ниэллон. Светлые волосы были слегка растрепаны, а серые глаза чуть расширены от удивления. - Привет, Ниэллон, — поприветствовала я эльфа. - Здравствуй, Лауриэль, — он открыл дверь пошире и немного отошел. — Заходи. Я благодарно кивнула и переступила порог. - Ты давно не заходила к нам. У тебя что-то случилось? — обеспокоенно спросил эльф, проходя на кухню. Я сняла лук и аккуратно приставила его к стене. Колчан со стрелами я повесила на специальный крючок. Рядом висел еще один колчан с золотой росписью наполовину наполненный стрелами. Пригладив волосы, я тоже прошла на кухню. Ниэллон достал три кружки и стал разливать яблочный компот. - Да, но сейчас уже все в порядке, — я села на стул и придвинулась поближе к столу. Взяв в руки кружку, я отхлебнула немного компота. — Вкусно. - Спасибо. — послышалось сбоку, и я обернулась. В дверном проеме стояла Мирфэя. Я тут же с громким стуком поставила кружку на стол и встала, подхожу к эльфийке и порывисто обнимаю ее. — Лауриэль, я тоже рада тебя видеть, — эльфийка обняла в ответ. — Брат прав: тебя действительно давно не было. Я отпустила ее и отступила на шаг. - Простите, что заставила вас поволноваться, но у меня дома появились две проблемы. - Да? И что же случилось сейчас? — спросил Ниэллон, наблюдая, как мы с его сестрой садимся за стол. Я сделала еще один глоток компоста и ответила: - Эти проблемы выросли и были взяты под контроль отца. Мирфэя и Ниэллон одновременно подавились компотом. Откашлявшись, Ниэллон просипел: - Лауриэль, поздравляю. Я удивленно посмотрела на него, но поздравления приняла. - Лауриэль! — выкрикнула пришедшая в себя эльфийка. — Я рада за тебя — прими мои поздравления — но почему ты не сказала нам об этом раньше?! Зачем нужно было скрывать такое? Мы бы не стали тебя осуждать. - Что?! — я в шоке посмотрела на Мирфэю. О чем она? — О чем ты? - О том, что ты стала мамой! — ответил за сестру Ниэллон. Теперь была моя очередь поперхнуться. - Кем стала? — рискнула я. — Я не… у меня нет детей! С чего вы вообще это взяли? - Что? Но ты же сама сказала… - О. Это не мои дети. Вы ведь знаете, что у меня есть учитель. Так вот, это он у нас счастливый родитель. Отец-одиночка, — я фыркнула. На комнату опустилась тишина. А потом мы втроем весело засмеялись. Так прошел день — за веселыми разговорами. Вечером пришел Полдон. Нарамакил и Анарендил не появятся дома еще два дня — их отряд отправили на разведку. Вообще, все братья Мирфэи очень похожи: высокие, светловолосые и сероглазые. Как и большинство эльфов Лориэна. Нет, эти парни похожи не внешностью, нет. Улыбка. Они улыбались так, как не мог никто в Лесу. Их улыбка была не только красивой, но и до ужаса заразительной. - Когда Нарамакил и Анарендил устраивали очередную шалость, а после убегали от стражников через толпу и заразительно улыбались, им не могли не улыбнуться в ответ, — рассказывал Полдон. — Очень часто такие вот погони превращались в веселые догонялки. Попадало потом, конечно, всем: и братьям, и стражникам, но не очень сильно, так как их было просто невозможно наказывать. Они стояли растрепанные, раскрасневшиеся и до ужаса счастливые. Начальник стражи притворно хмурился, грозно нависая над ними и отсчитывая, но не слишком долго — у него самого губы расползлись в улыбке. Да и братья не делали ничего действительно страшного. Их все любили и ценили — тогда война была и атмосфера мрачная. Полдон, несмотря на то что был самым старшим, был самым низким в семье. Даже Мирфэя была выше. Конечно он не был гномом — ниже своих родственников он сантиметра на два, но все-таки жутко комплексовал из-за этого, но старался скрыть это и даже пытался шутить. И получалось это у него, надо сказать, отлично, но самые близкие знали — это сильно его задевает. Но зато Полдон был самым сильным среди своих братьев, а также самым ответственным. Он был ответственен за все, кроме домашних дел — за этим следили Мирфэя и Ниэллон. Нарамакил и Анарендил — шебутные, но надежные ребята. В детстве они были очень близки. Братья после смерти мамы замкнулись и общались только друг с другом. Полдон пытался расшевелить их и у него даже стало это получаться, но из-за того, что отец уплыл в Валинор, когда был нужен Анарендилу и Нарамакилу сильнее всего, все усилия старшего брата пошли на смарку. Потом, конечно, их все же растолкали, и они снова стали душой компании, но… Нередко можно было заметить их взгляды друг на друга. Так они не смотрели ни на кого. Их прикосновения друг к другу. Если эльфы случайно замечали их в такие моменты, то жутко краснели и спешили отвести взгляд или вовсе уйти подальше. Потому что это было настолько личным, интимным, что становилось стыдно за то, что подсмотрел моменты, не предназначенные для чужих глаз. На небе уже светил месяц, когда мы наговорились и разошлись по комнатам. У меня в этом доме была своя комната. Раньше это была спальня их родителей, но после их ухода переехать туда так никто и не решился. Гостей туда тоже не заселяли, да и вообще, посторонних предпочитали не пускать. Мне разрешили жить там только после семи лет ночевок у Мирфэи. Комната была просторной с двуспальной кроватью. Я ничего не меняла здесь, оставив все так, как было до меня: стол, стоящий у окна; большой ковер, который покрывает весь пол; большой резной шкаф у правой стены; пара цветков в горшках, расставленных по всей комнате, и два удобных кресла. Я расплела заплетенные Мирфэей косички, сняла одежду и с удовольствием растянулась на кровати. Сон не шел: я вспоминала сегодняшний день и прокручивала в голове каждый момент, обдумывая его. Одни воспоминания заставляли губы расплывается в улыбка, другие же жутко краснеть и закрываться лицом в подушку. Но это продлилось недолго — вскоре сон все же сморил меня.