И скоро мир заплатит

Самсон некрасивый. У него сколотые кривые зубы, покрытые сантиметровым слоем желтого налета. Дырок в них больше, чем в изъеденном крысами круге плесневелого сыра. Он рано начал лысеть – пустые места на лбу делают узкое лицо еще длиннее. Корифей находит клочки грязно-коричневых волос по нескольку раз на дню и, кажется, скоро ему не нужны будут рапорты рекрутов, чтобы отслеживать перемещение своего генерала. Сложен он не лучше бродячего пса, которого подобрал сердобольный хозяин – живот округлился, а ребра все еще торчат неровным частоколом. Самсон глупый. С ним трудно вести дискуссии на высокие темы. Он невежественен и ничего не знает о высших материях, а если и знает – его мысль несколько ночей блуждает в дремучем лесу созданных им же логических противоречий. От его тупых пошлых шуток в горле поднимается тошнота. Самсон вставляет их в совершенно неуместных ситуациях и всегда мерзко гогочет над ними. Его манеры отвратительны. Его речь – оскорбление для ушей слушателя. И он всегда смотрит своим жалким взглядом преданных серо-зеленых глаз. Корифей искренне ненавидит себя каждый раз, когда от этого взгляда под красной окаменевшей коркой лириума в груди приятно что-то щемит в области сердца. Потому что ему нравятся эти кривые зубы и облысевший лоб. Потому что он готов пойти следом за ним в дремучий лес невежества и часами искать нужную тропинку. И иногда, Корифею очень хочется посмеяться в голос над его идиотской шуткой. Самсон не похож ни на одну из девушек, которых любил Корифей. Он выбросит его, как ненужный хлам, когда Трон богов потребует окропить дороги Золотого Града жертвенной кровью снова, и не оглянется назад. Правда в том, что лысеющий глуповатый марчанин с неприятным смехом – единственный, кто по-настоящему понял Корифея за две тысячи лет. Возможно, он жертвует большим, чем просто генерал армии. Возможно, лучшим, чем просто очередная любовь. Поэтому Корифей ни за что не оглянется.