Ренесми-любовь или свобода? Или всё вместе?

*** — Разве тебе не нужно тело этой девчонки? — хмуро переспросил Владимир, осматриваясь вокруг. Они находились в какой-то темной пещере, объятой сумраком со всех сторон. Но вампиры с легкостью могли видеть в темноте, поэтому это обстоятельство им ничуть не мешало. В пещере никого кроме Владимира и его брата не было. Посередине грота находился гранитный камень, которому было уже наверно несколько тысяч лет. Через пару часов должна была взойти луна. Сегодня день летнего солнцестояния. Когда луна будет в зените, благодаря географическому расположению пещеры, ее лучи упадут как раз на поверхность камня, и тогда свершится ритуал. По правде говоря, Владимиру не очень-то верилось, что с помощью какого-то камня с неизвестным сроком годности, цель его брата сбудется. — Раньше нужно было. Сейчас планы поменялись. Стефан достал из кармана кольцо этой полукровки и положил рядом с камнем. Стефан обернулся и стал наблюдать за движением луноликой красавицей. Когда она достигла наивысшей точки, серебряные потоки устремились к рунообразному предмету и разделились надвое: одна половина как бы черпала из него силы, и одновременно другая извлекала их из кольца. Подойдя к алтарю, Стефан кивнул брату, и тот, подлетев к нему, укусил его за запястье и выплюнул кровь на камень. Лучи, казалось, заискрились еще больше, и постепенно на поверхности начал нарастать шар белого пламени. Разрастаясь и разрастаясь, он в конце концов просто взорвался и осыпался тысячей искр. Владимир непонимающе спросил: — Это все? — ему не верилось, что такой ритуал проводится так легко. — Еще нет. — Стефан с широкой улыбкой повернулся к брату. *** Ренесми подняла на нее глаза. Ей показалось, что во взоре Афины смешалась не только радость и любовь, но и боль, обрамленная в страх. Но она так скоро исчезла, что Несси подумала, что ей это показалось. — Я не уверена. — проговорила Ренесми, все еще лежа на кровати. Она не мигая рассказала подруге обо всех событиях, произошедших с ней. Закончив рассказ, Ренесми робко посмотрела на Афину. Та раздумывала над ее словами. — Знаешь, именно ради этой цели я предала тебя. Я так страстно мечтала об этом всю вечность, что мои мысли были словно затуманены, я как будто ничего не соображала и тупо следовала инстинктам! — воскликнула возбужденная Афинодора. — Давай не сейчас. — попросила я ее, все еще чувствуя осадок недавнего происшествия. — Хорошо. — она ласково улыбнулась. — А Аро знает? — Нет, я ничего ему не говорила, да и мысли мои он кажется не читал. К тому же, может я ошибаюсь? — Сомневаюсь. — Афинодора покачала головой — Вот если только… — Только что? — Ну, понимаешь — Афина замялась — Тебя не должны были возвращать. По крайней мере так скоро. Видишь ли, кажется Стефану требовалась твоя энергия. Он так выразился. Я не думала, что делаю. Да и я была уверена, что ты не умрешь. — она начала вновь рассыпаться в извинениях. — Афинодора, не сейчас. — строго повторила я. Внезапно дыхание Ренесми ни с того ни с сего начало увеличиваться и прерываться. Она судорожно схватилась за горло, ощущая новую боль, уже в груди. Сердце стучало все громче и громче. Боль была просто непередаваемой, из последних сил Ренесми закричала. Сквозь мутное сознание она увидела Аро, ворвавшегося в покои. Дальше была лишь темнота и невыносимая мука агонии. Ренесми казалось, что она сгорит заживо. Ей было неизвестно, сколько продолжалась эта пытка, но, очнувшись уже в своей комнате, она увидела обеспокоенные лица родных, склонившихся над ней. От резко начавшейся и так же резко прошедшей боли, у нее потекли слезы по щекам. Казалось, она была полностью без сил и вот-вот испустит последний вздох. Карлайл молча протянул ей пакет с донорской кровью. Ощутив сильный прилив жажды, Ренесми припала к нему губами, не в силах держать его собственными руками. Еле осушив сосуд, она почувствовала облегчение, но легче от этого не стало. Ренесми выпила пять пакетов. Ее едва не вырвало от большого количества человеческой крови, выпитой ей, ведь она была все же наполовину человеком, но ощущение приближающейся кончины прошло. Однако в теле была жуткая слабость, поэтому Ренесми хриплым голосом попросила всех выйти. Крепко обняв свою любимицу, несмотря на желание остаться, все вышли. Едва дверь захлопнулась, Ренесми кинулась в ванную. Ее все-таки вырвало, и она бессильно опустилась на холодную плитку, прижимая руки к сильно болевшему животу. Услышав чьи-то шаги, вдохнув, Ренесми почувствовала запах человека. Кажется, это Шенна. Не обнаружив Ренесми в комнате, та заглянула в ванную и, увидев ее состояние, охая и вздыхая помогла ей пройти на кровать. Секретарша принесла ей обед, но едва попробовав ее, Ренесми вновь испытала приступ рвоты. Шенна обеспокоенно спросила, не надо ли ей чего. Уставшими глазами посмотрев на поднос, Ренесми, переведя взгляд на секретаршу, тихо промолвила лишь одно слово: — Кровь. — выдохнула она. От услышанного Шенна задрожала, но быстро взяла себя в руки и вышла коридор, к счастью натолкнувшись на Феликса, который и проводил ее до хранилища. До этого Шенна и понятия не имела, где оно. Она быстро вернулась в покои Ренесми. Выхватив из дрожащих рук секретарши два пакета, Несси залпом осушила их. Она отпустила нервную секретаршу, наказав время от времени приносить ей пакеты. Ренесми легла на диван. Но долго ее безмятежное одиночество не продлилось, и к ней заглянул отец. Он был один, что странно, ведь обычно он приходил либо с мамой, либо еще кем-то. Ренесми казалось, что папа сильно на нее обижен и даже злится из-за её выбора. Но может он пришел за примирением? — Папа. — Ренесми взглянула на него потухшими глазами. Эдвард подошел к дочери и погладил ее по голове. — Да, солнышко. Я соскучился. — сказал он, раскрывая объятия. — Я тоже. — прошептала Ренесми, обнимая его в ответ. Но ее незримое счастье нарушилось голосом отца. — Ренесми, ты хочешь уехать? — Ренесми мгновенно отстранилась. — Ты о чем? — Ты хочешь уехать отсюда? — повторил Эдвард. — Аро тебя отпустит. А даже если нет, то в любом случае преградой он не будет. Мы можем забыть обо всем и начать сначала. — мягко проговорил отец. Но я не могла ответить ему так, как бы он хотел. — Я не могу. — уже второй раз за день сказала я. — Нет. К тому же появились новые обстоятельства. — Какие обстоятельства? — нахмурился Эдвард. Ой, я и забыла, что он умеет читать мысли. — Никакие. — отмахнулась Ренесми. — Ренесми. — строго произнес отец. — Что? — и тут Несси взорвалась — Что, Ренесми? Папа, вы можете отстать от меня! Вы можете дать мне самой строить свою жизнь? Думаете, мне это нравится? То, что вы ненавидите меня, то, что я чуть не убила Джейкоба своим выбором, то, что я вообще сделала этот выбор! Но я сделала его и не мыслю жизни без Аро. Я не могу с этим ничего поделать, как бы вы не хотели. Пожалуйста, оставьте меня в покое! Эдвард спокойно посмотрел на Ренесми. — Дочка, тебя никто не ненавидит, мы любим тебя и, несмотря ни на что, уважаем твой выбор. Мы просто хотим, чтобы ты была счастлива. — тихо сказал Эдвард. — Что тебе принесло время, проведенное в Вольтерре? Ты и сама видишь. А твои мечты, желания, которые ты хотела воплотить в будущем? Они не сбудутся, если ты останешься здесь! — довольно резко произнес Эдвард, но в ту же секунду подошел к дочери и погладил ее по голове. — Ренесми, мы всегда будем любить тебя, но, пожалуйста, подумай над моими словами. Что бы ты не выбрала, твоя семья всегда на твоей стороне. — он поцеловал дочь в лоб. — Мне уйти? Ты наверно устала. — я коротко кивнула. — Прости. — тихо прошептала я. Эдвард ободряюще улыбнулся и вышел из комнаты, бесшумно закрыв дверь. Ренесми с облегчением облокотилась на диван. Она была рада, что папа не узнал о ее беременности (если она вообще есть), правда не понимала почему. Она и не догадывалась, что Эдварда крайне обеспокоила некая туманность ее мыслей. Как будто в голове гулял дымок, укрывавший некоторые участки воспоминаний. Но списав это на ее состояние, Эдвард не стал обращать на это внимание. Слова отца заставили ее задуматься. Может папа и говорил, что они все равно будут любить ее, но так или иначе, она чувствовала, ей придется сделать выбор: семья или Аро. А этого она ни в коем случае не хотела. Обидеть своих любимых людей и огорчить своим выбором было не в ее силах. Но и Аро она не могла отвергнуть. Что с ней будет, если она так поступит? И с ее ребенком? Ренесми положила руку на еще плоский живот. Она не проживет без любви Аро, но и не сможет жить с осознанием, что она потеряла свою семью. Путь и не буквально, пусть они все равно будут любить ее, но как прежде уже никогда не будет. Слезы снова были готовы вырваться из ее глаз. Но в этот момент в комнату вошел Аро. Он посмотрел на свою любимую взглядом полной невыразимой нежности. ''И я буду жить без него'' — подумала Ренесми, в миг залившись слезами. Аро подбежал к ней и, присев рядом, одним махом смахнула слезинки. — Что случилось, дорогая? — ласково спросил он. Ренесми, не отвечая, положила голову ему на грудь. Правитель поднял ее на руки и положил на кровать. Ренесми прижалась к нему. Аро ни слова не сказал о мыслях Ренесми, вихрем пронесшихся у него в голове, хотя в душе него бушевало торнадо. Ренесми тихо проговорила: — Я беременна. — узнав об этом секунду назад, Аро все равно был нестерпимо счастлив услышать это из уст возлюбленной. — Я знаю. — он нежно поцеловал Ренесми в губы. — И я люблю тебя. — Я тоже. — сонно пробормотала Ренесми. Ну и плевать, что мои мечты не сбудутся. У меня есть Аро. Большего и не надо. — Тебе надо поспать. — Я не усну. — Попробуй. Я буду с тобой. — он поцеловал любимую в висок. Ренесми устроилась поудобнее и задремала. Ее дыхание иногда прерывалось, но холод тела Аро успокаивал. Что же думал сам Аро? Его мысли были противоречивы. Он был счастлив с Ренесми, он благодарил судьбу за посланного им ребенка, ведь в беременности Ренесми он теперь почти не сомневался. Но он также понимал, что не сможет сделать любимую полностью счастливой. Ей будет грустно и одиноко без семьи. Да и если она станет Вольтури, а уж тем более женой правителя, ее постоянно будут подстерегать опасности. Они еще не поженились, но Ренесми несколько раз чуть не умерла. А ее мечты, грезы? Он не сможет дать ей все, опять же, потому что она будет Вольтури. Возможно, ее жизнь была бы куда лучше, не появись в ней он. В первый раз за всю свою долгую жизнь Аро пожалел, что является королем мира вампиров. Будь он «обычным» вампиром, как Карлайл, то наверняка у него была бы настоящая семья, а не просто царственный клан. Во всяком случае, хоть и Ренесми любила его, но выбор будет сделан и может сделать ее несчастной. Чаши весов, мирно находившиеся в равновесии, покачнулись. Никто не знал, что баланс уже нарушен и восстановить его ни в силах никто. Что-то скоро произойдет! И решится всё.