Любовная гоэция

Со стороны ночного клуба послышалась громкая брань, и среди разнокалиберных ругательств можно было расслышать отдельные крики, особенно часто повторялись именно три: «педик», «шлюха» и «сволочь». Удивляться подобному не приходилось, ведь клуб обладал особой репутацией. Здешние потасовки были не просто бездумными мордобоями подвыпивших люмпенов: они возникали по одному и тому же сценарию. Клуб был своеобразным центром, где толкали наркотики, и привлекал в свои залы самый разнообразный порочный народ. Часто случались здесь и разделы сфер влияния криминальных авторитетов, так что при виде четырёх амбалов, пытающихся с разнообразными ругательствами разбить одному парню голову, всем посетителям становилось ясно, что неудачливый молодой человек перешёл дорогу не тому человеку. Послышались визги, грохот ломающейся мебели, звон разбитого стекла, затем прозвучало несколько выстрелов. Все люди в помещении с испугом пригнулись, но парень, зажатый до этого в углу, целый и невредимый проскочил в дверь на какой-то нечеловеческой скорости, оставив своих противников в замешательстве. Вслед полетело еще больше угроз и оскорблений. Бритоголовые хотели поначалу кинуться ему вслед, но махнули рукой, справедливо посчитав, что догнать его снаружи будет уже если и возможно, то крайне проблематично. Чудом спасшийся юноша сейчас стремительно удалялся от злополучного заведения. Он оглянулся на бегу, и всё оказалось так, как он предполагал с самого начала — погони вообще не наблюдалось. Рваные кеды плохо способствовали бегу, равно как и кромешная тьма в квартале (все фонари были разбиты Бог знает когда), но он ориентировался так легко, как могут только кошки по ночам. Ему было не впервой убегать от разъяренных бандитов по свалкам и закоулкам. Юноша начал замедляться и скрылся за углом, где в темноте его никто не мог заметить. Только оставшись в относительной безопасности, он прислонился к кирпичной стене и перевёл дух. Шею немного саднило от тяжёлой цепи, на которой висела странного вида колючая подвеска. Он не удержался и выудил ее из-под толстовки. Амулет, почерневший от времени, сейчас слегка впивался в ладонь. Удивительная всё-таки вещь. Парень усмехнулся своей удаче и тут же услышал позади себя, в темноте, шелестящий звук. Как будто огромная птица хлопнула крылом. Его прошибло холодным потом. Ведь он находился в тупике и до этого был совершенно уверен, что здесь никого нет кроме него самого. И не могло быть, ведь люди не могут появляться из воздуха. А нелюди, судя по всему, могут. Юноша в панике повернулся и посмотрел в темноту, а темнота посмотрела на него в ответ. И он снова побежал. Побежал, понимая, что теперь это вряд ли ему поможет, что тот, кто был в темноте, в отличие от тех дубоголовых, еще никогда не упускал свою добычу, и поймать какого-то голодранца в подворотне ему не составит никакого труда. Видимо, он не торопился. Был на расстоянии вытянутой руки, но не пытался схватить свою жертву, а решил вдоволь насладиться этой шуточной охотой. Паникующий молодой человек, ныне ставший жертвой потусторонних сил, по обыкновению не назывался одним и тем же именем, но близкие люди всегда звали его Эваном. Он менял жилье каждый месяц, благо жил лишь в хостелах, коммуналках и иных лачужках, и всегда-всегда был предельно осторожным, когда дело касалось его местонахождения. Тем не менее побороть свою тягу к приключениям он так и не смог: считал, что от жизни на земле надо брать всё. Поэтому, когда подвернулся удачный случай заполучить дурь за бесценок, парень не колебался ни секунды. А дальше все совершенно запуталось, испортилось и пошло не в ту степь. Те громилы, пытавшиеся добраться до него в клубе, были неголословными. И если бы юношу спросили напрямую, он не стал бы отрицать того, что действительно имел некоторую интимную связь с наркоторговцем. Но злостного соблазнения и кражи наркотиков в произошедшем Эван точно не видел. Дела приняли настолько серьёзный оборот, что юный авантюрист в какой-то момент просто взмолился о благополучном исходе и в сердцах воскликнул, что за спасение отдал бы что угодно. К своему счастью и изумлению, он получил ответ. Таинственный доброжелатель оказался существом из другого мира и приспешником Люцифера. Этот странный амулет на цепочке отдал Эвану демон, и артефакт уже несколько раз успел спасти ему жизнь. А теперь демон вернулся, чтобы получить свою плату. Но даже в такой безнадёжной ситуации, лихорадочно паникующий мозг юноши успел слепить план спасения. Лишь бы добраться до света: среди других людей бес не сможет до него добраться. В очередной раз свернув за угол, он увидел, словно свет в конце туннеля, отблески фонарей людной улицы, до которого ему оставалось пробежать метров десять по переулку между домами. Эван радостно кинулся вперёд и просто-напросто ударился всем телом о вдруг затвердевший воздух. Больно ударившись локтями и спиной о замызганный асфальт, парень поднял глаза и застыл в страшном оцепенении. Перед ним, как будто сотканный из самой тьмы, возникал силуэт. Через мгновение уже воплотившееся существо одним шагом сократило расстояние между ними. Оно имело внешность чрезвычайно привлекательного и располагающего молодого человека, пожалуй, слишком безукоризненного, чтобы считаться человеком по-настоящему. С легким хлопком за его спиной расправились, а затем исчезли тёмно-серые крылья. Демон одной рукой нарочито небрежно взял свою жертву за горло и с легкостью поднял в воздух, затем с силой впечатал в стену, будто тряпичную куклу. Юноша, очнувшись от оцепенения, забился в его руках, как пойманная бабочка, ещё с надеждой посмотрев на улицу, блестевшую в конце переулка, но демон закрыл ему этот вид, оперевшись рукой прямо возле головы парня. После временной оторопи страдалец перевел свой взгляд на лицо нападавшего, что находилось так близко к нему. Даже слишком близко. — Что, потаскушка, решил сбежать от меня, так же, как от них? Как самонадеянно. Я всегда беру то, что мне причитается. Эван ничего не мог ответить, не мог попросить прощения, не мог умолять о пощаде под таким пристальным взглядом сияющих голубых глаз. Он нервно облизнул сухие губы, а потом почувствовал, как колено демона развело в стороны его сведённые бедра и снова обрел дар речи. — Прошу, не надо… Раздраженный демон резко развернул свою жертву и вдавил её лицом в стену. С наслаждением прижался всем телом, не оставляя ни малейшего шанса на спасение, и потянулся к шее, закрытой капюшоном толстовки. Пойманый парень в последний раз кинул на него взгляд из-за плеча. Глаза, до этого полные слез, вдруг неестественно ярко блеснули в полумраке пурпурно-розовым, почти неоновым цветом, а узкие кошачьи зрачки расширились на всю радужку так, что тьма залила их полностью. Изумлённый демон отпрянул назад, и Эван, так не вовремя дёрнувшись, снова приземлился на землю. Человек, а точнее тот, кто выдавал себя за человека, лежал ещё несколько мгновений, ожидая дальнейших действий демона, но, не дождавшись ничего, вскочил с возмущенным криком. — Ну, и что меня выдало?! — Глаза, — холодно ответил ему бес. — О Дьявол, — парень картинно взмахнул руками и начал смотреться в складное зеркальце, появившееся в его руках таинственным образом, — свет неудачно упал? Никто же не замечал раньше! «Суккуб» — неприязненно подумал демон и покраснел до кончиков ушей. Ведь это смешно, что он позволил так легко обвести себя вокруг пальца подобной особе того самого статуса. И ведь почти успел спустить с него штаны, как полнейший кретин, и ни малейшей мысли не допустил, что все это был тщательно поставленный розыгрыш. — Забавно получилось, да? Ты, весь такой демон, воплощение опасности и коварства, так легко заглотил наживку, — злорадно продолжил суккуб, — просто как ребёнка вокруг пальца обвёл… Жаль, до конца ты не дошёл. Сказанное здорово ударило по самолюбию, и сейчас ему захотелось лишь одного — оказаться как можно дальше от этого кривляющегося клоуна и забыть о сегодняшнем дне. Демон повернулся на каблуках и сердито зашагал прочь. — Куда ты? Ты не можешь просто так уйти. — Отвали, паскуда. — Мы ведь только-только встретились, — суккуб оказался прямо перед ним. — Даже смотреть на тебя не хочу. — А ведь я знаю тебя, — юноша улыбнулся, — Альфред. — А я знаю, что ты мерзость. — Да! — Ты и все, подобные тебе. Жалкие извращённые создания, рассадники отвратительных болезней, ничтожные, грязные, ни на что не годные, кроме как на… — Да, да, да! — с восторгом ответил Эван, — Ты прав. Все так и есть. Это была очередная издёвка, разумеется. Альфред оттолкнул от себя прилипчивого юношу и пошёл дальше, разумно решив, что лучше ничего ему не отвечать. — Мне кажется, ты забыл кое-что, — за его спиной послышался звон цепочки. Альфред обернулся и увидел, как суккуб неторопливо раскручивает в воздухе амулет, дарующий неуязвимость. — Верни, — как можно спокойнее ответил демон. — Зачем? Гораздо лучше было бы продать его на рынке. Этот амулет был не только ценностью института, но и личной вещью отца Альфреда. Любимый сынок стащил его из кабинета под шумок. — Должно быть, твоему папочке очень не понравится то, что его вещи пошли по рукам, — продолжил Эван. — Ну всё, шкура! — разъяренный демон кинулся к нему, намереваясь размазать по стене, как надоедливую мошку, но суккуб легко увернулся. В разные стороны от места удара пробежала паутинка трещинок. Так он увиливал от каждого удара, с неизменной усмешкой трансгрессируя и оказываясь за спиной Альфреда. Тот, порядком уставший от подобного порхания, просто сбил его с ног и прижал к земле, лишая возможности телепортироваться. Как вскоре выяснилось, вытащить артефакт из сжатых пальцев лишь одной рукой было невозможно. Суккуб захихикал, откровенно наслаждаясь ситуацией и этими бесплотными попытками. Бес выругался, выпустил второе запястье своего оппонента и двумя руками начал разгибать побелевшие от напряжения пальцы. Не теряя ни секунды, прижатый парень обвил Альфреда ногами, а освободившейся рукой притянул за волосы к своему лицу и смачно поцеловал. Альфред дёрнулся назад, стремясь разорвать поцелуй, потом закатил глаза, сигнализируя о своей капитуляции. — Я… — Эван на миг оторвался от целования, — знаешь, я бы и так тебе его отдал. — Ох, правда? — Да, за поцелуй. — Тогда что ты сейчас делал? — Я хочу дольше. Возможно, Альфред сдался слишком быстро и возобновил их поцелуй. Этот парень точно был не так плох, как ему показалось сначала. Эван, по его мнению, был редкостным негодяем, но, стоит признать, целовался потрясно. Прошло несколько минут, пока Альфред, наконец, не осознал, что его обнимают двумя руками, а значит амулет сейчас был на свободе. Он пунцово покраснел, вскочил со своим несчастным экспонатом и направился прочь. «Он и сейчас насмехается надо мной. Он не мог не заметить того, что я не заметил» — думал он обиженно, на ходу приподнимая рукав куртки, чтобы взглянуть на часы. Далеко за полночь — можно отправляться домой. А суккуб, так и оставшийся лежать на асфальте, вытирал губы и с нервной улыбкой смотрел на сияющие в ночном небе звёзды. Все его развлечения с людьми были ничем, по сравнению с сегодняшней крайне опасной шалостью. Эван злорадствовал и надеялся, что никогда больше не встретится с Альфредом. Ведь если бы подобное стряслось в Преисподней, ему не удалось бы избежать огромных проблем.

***

Вещица, обвивающая запястье Альфреда, которую он простодушно обозвал часами, на самом деле стоила баснословных денег. Это было изобретение его отца, проводившего в прыжках между поверхностью и Геенной большую часть жизни. Часы рассчитывали время, координаты и расстояние трансгрессии, вели постоянный расчет энергии на то или иное магическое воздействие. Именно благодаря ему Альфред сейчас так легко перемещался на землю и обратно. Но механизм часов так и оставался по большей части для него загадкой, поэтому ему оставалось лишь взвыть, когда он оказался в совершенно незнакомом месте. Единственное, что порадовало, так это то, что он снова оказался в Преисподней. Альфред стоял прямо посреди пустынной улицы, а вокруг высились тёмные, монументальные, судя по всему, офисные и рабочие здания. Над головой зияло небо апельсинового оттенка без единого следа облаков. Будучи ещё не совсем уверенным в своем местоположении, Альфред подошел к парочке прохожих делового вида. Они неспешно курили, обсуждали свои дела по окончании рабочего дня и поприветствовали подошедшего демона, подняв свои шляпы. — Простите, могу я поинтересоваться, на каком Круге я нахожусь? — Седьмом, — они поглядывали на паренька, возникшего из воздуха, с любопытством. — Если Вам это поможет, ближайшая станция метро на западе. Альфред сдавленно поблагодарил их и пошел в указанном направлении. Всего лишь Седьмой, не так далеко от его дома. Он кинул раздосадованный взгляд на часы: до трансгрессии в пределах Дита оставался час и тридцать две минуты. Примерно столько же времени ему придется потратить и в метро. Седьмой выглядел неплохо, но чересчур уныло, по его мнению, слишком по-деловому, слишком серьезно. Альфред вышел на широкий проспект и по обе стороны от него начали загораться билборды с пёстрой рекламой, роликами и агитационными плакатами. «…инновационная технология мгновенной доставки грузов свыше двухсот килограмм…» «…открытие нового скоростного пути от Восьмого дистрикта до Второго Пояса…» «…двери факультета боевой магии Университета Флегетона уже открыты для абитуриентов…» «…грандиознейшее событие этого лета — предварительное количество приглашенных к Балу гостей уже превысило две тысячи…» Альфред сглотнул. Всё это было довольно устрашающе, если учесть, что на проспекте он был один-одинешенек. Стараясь не обращать на все это внимание, он решил дойти до самого конца улицы. Увидев призывно мигающие и сияющие вывески крупного бара, Альфред тут же решил прождать оставшееся время там и запорхнул внутрь. Перспектива путешествия в метро абсолютно его не прельщала. Обстановка внутри была куда более привычна ему, большой зал уже скорее клуба, нежели бара был освещен приглушенным оранжевым светом. Посетителей не было, столики пустовали, из динамиков негромко раздавалась электронная музыка. На пилонах две танцовщицы, посмеиваясь, показывали друг другу новые акробатические трюки, не обратив на посетителя никакого внимания. Альфред подошёл к барной стойке, взгромоздился на высокий стул и просто лег на стойку, даже не подняв взгляд на бармена. Бармен терпеливо ждал, когда посетителю надоест смотреть в столешницу. Альфред жестом показал ему, чтобы он налил ему чего-нибудь. Усталость тяжёлым одеялом легла на его плечи — все-таки вечер выдался достаточно напряжённым, а неудавшаяся трансгрессия просто его добила. Альфред поднял свой мутный взгляд на округлые светлые руки бармена, смешивающего спиртное. Что-то было в этой картине настораживающее. Демон нахмурился, поднял взгляд еще выше на насмешливое и немного детское лицо. Бармен широко улыбнулся ему, и в его глазах заиграли знакомые розовые искорки. — А ты что тут делаешь? — немного заторможено спросил демон. — Я здесь работаю. — А, на шесте? — Альфред мотнул головой в направлении пилонов. И довольно заметил про себя, как суккуб немного покраснел от злости. — Хорошего же ты обо мне мнения. — А ты обо мне? — напрямую рубанул Альфред. Как ни странно, но эта встреча не вызвала в нём гнева. Вероятнее всего, он чувствовал сейчас удовлетворение от того, что увидел этого чёртова шутника в Дите, на своей территории, и теперь получил шанс отыграться. — Я предполагал, что ты появишься где-то поблизости, — произнес Эван и начал послойно наливать разноцветные жидкости в высокий фигурный бокал. Его взгляд упал на руку демона с ободранными костяшками и он, пытаясь не показать свою тревогу, спросил, — Как Ваша рука? Сильно болит? — Нет, спасибо за заботу, — едко ответил ему Альфред. Он беззастенчиво оглядел бармена уже в истинной личине. Торчащие, немного изогнутые рожки, кошачьи глаза, светлый шарф. Возможно и хвост у него имелся. Демон скользнул еще ниже и отметил про себя, что фигура у него выдающаяся. Выдающаяся в ширину. — Ах, зачем Вы на меня смотрите? — суккуб притворно ахнул и прикрыл себя руками. — Да вот всё думаю: с каких это пор суккубы стали такими жирными? В мгновение ока демон оказался облит спиртным напитком. Альфред, посмеиваясь, вытер лицо рукавом куртки, а разъяренный Эван потянулся к шее наглеца, но был тут же остановлен мужчиной, появившимся из пустоты прямо за спиной бармена. — Эван, Эван, ты же опять распугаешь всех клиентов! — Отпусти меня! Я ему глаза выдавлю! Между ними завязалась нешуточная борьба. Танцовщицы позади начали хихикать. Видимо подобные случаи в этом баре были не редкостью. Как ни странно, но эта забавная попытка завязать драку польстила Альфреду. Такие смелые и эмоциональные особы стали редкостью на его веку. Альфред пригляделся к появившемуся демону пристальнее. Он был знаком ему, это точно был один из аристократов… Кажется Бонфуа, но молодой человек не стал бы ручаться. — Я прошу прощения за это недоразумение, — наконец, хозяин заведения обратился к юноше, — он всегда был довольно проблемным и вспыльчивым… — Это ничего, правда. Я пойду, — миролюбиво ответил демон и направился к выходу. Случившееся развеселило его, благо ему всё-таки удалось вывести этого паршивца из себя. И уж точно ему давно никто не осмеливался плеснуть напитком в лицо. Альфред поднял к глазам свой прибор на руке, отсчитывающий уже последние минуты, и, наконец, отправился домой.