Цена любви

Школа. Для меня это сплошной стресс с посещением этого здания. Тут дело не в неприязни к учебе или в вечном недосыпе. Меня беспокоит ужасное отношение со стороны других учащихся. Я не пессимист и стараюсь вечные подколки сглаживать. Но когда дело доходит до побоев, отец начинает злиться и грозит проучить тех злобных альф, что обижают меня. Вы не подумайте, я не мазохист, просто знаю, что если отец с ними разберется, то на следующий день все будет ужасно, дело даже до больницы может дойти. Поэтому я только и делаю, что молчу. У меня есть старший брат, и я жутко завидую, что он альфа, а я нет. Он всегда был независимым, наверное, поэтому он учится в элитной школе, которая находится за пределами города. Учеба, тренировки, развлечения, в общем, жизнь кипит, а домой приезжает только два раза в год — на зимние каникулы и летом, когда их чуть ли не силой выталкивают из общаги. До зимних каникул чуть больше месяца, но я все так же жду брата. С ним весело, я не чувствую себя серой мышью, как это бывает во время учебы. Но меня напрягает то, что, когда начался новый семестр, он молча уехал и до сих пор не звонил. Я делал попытки самостоятельно дозвониться, но все было тщетно. Оставив брата в покое, я вновь вернулся к сочинению по литературе. Моя школа не такая элитная, скорее наоборот, самая обычная. Я не отличник, но и не двоечник. По жизни рукожоп и неуклюжий — вечно все ломаю и порчу, что и становится поводом для насмешек. Но в одном деле я чувствую себя как рыба в воде, и, думаю, это одна из причин, по которым я посещаю школу. Из-за своего высокого голоса, который никак не хочет ломаться, у меня получается просто волшебно исполнять песни. Я участвую на всех мероприятиях в роли певца, и это порой останавливает альф от новых шуток. Помимо школы, я посещаю бассейн. У меня очень много комплексов, которые будто растворяются в воде. Перед сном я делаю пробежку на ближайшем стадионе, но уже выпал снег, поэтому я сижу дома. Я люблю снег, но даже зная, что он растает очень скоро, радуюсь ему, как маленький ребенок. Вообще, я по жизни ребенок и тут дело, наверное, в младшем братике Минсоке, что постоянно проводит со мной время, что-то интересное рассказывает и делится абсолютно всем. Вот и в этот вечер я помогал ему выполнять задания, которые дали в детском садике, и, лишь уложив братика спать, принялся за свои уроки. Обычно немного домашки, но время приличное забирает. Именно поэтому я ее делаю ночью, чтобы днем хоть как-то поднимать настроение. Время идет и наконец мое сочинение готово! Я победоносно поднимаю голову, радуясь, что уже закончил, но увидев, что просыпаться через три часа, только расстроился. Не расстилая кровати, я так и плюхнулся. В голове были мысли лишь о брате, который на связь не выходит. Он не намного старше, но порой со своей заботой он кажется таким же ребенком, как и Минсок. Солнце светит в глаза, и я просыпаюсь. Стоп… Как солнце? Утром же темно. Не говорите, что я проспал! Взглянув на часы, я ужаснулся — пропустил уже два урока! Выбежав из спальни, мне представилась странная картина: папа с братиком смотрели новости, а отец кому-то пытался дозвониться. И, тихо выругавшись, требует, чтобы я зашел в сеть и написал брату. — Ты не пойдешь сегодня в школу, поэтому не торопись, — успокаивает папа и смотрит на смартфон, который из-за моих влажных пальцев не слушался. Ловя мой немой вопрос, продолжает: — Сегодня ночью произошло землетрясение. Наш район не сильно пострадал, чего не скажешь о школе Юнги. Сейчас все пытаются связаться хоть с кем-то, и мы тому не исключение. Наш папа не менял фамилию, когда женился, поэтому у нас с Юнги разные фамилии — он Мин, а я с Минсоком — Пак. Так совпало, что в нашей семье альфы только с фамилией Мин, это нас и различало. Юнги все-таки вышел на связь, отписав в сети короткое «Я сам позвоню позже.» Родителей это более менее успокоило и мы наконец смогли перекусить. После обеда Юнги и правда позвонил. Отец с ним долго о чем-то говорил, а позже сказал, что возьмет машину и подъедет. Видимо, это не понравилось брату, поэтому он быстро сбросил вызов. Я же пожал плечами и отправился в бассейн. На лавочке при входе уже сидел мой друг Чонгук и что-то изучал в своем телефоне. Он улыбнулся при виде меня и, пожав руку, заговорил о землетрясении. Оказывается, я не один прогулял школу — больше половины учащихся и даже учителей пыталось связаться со своими сыновьями, братьями или племянниками. Чонгука тоже не было, но он не пошел чисто потому, чтобы не написать сочинение. Чонгук — альфа, поэтому такая мелочь особой роли не играет. Тренировки снимают стресс, и вскоре я смог погрузиться в работу с головой. Я с самого детства любил воду, поэтому в шутку где-то в своих фантазиях считаю себя русалом. Кроме меня и Чонгука здесь занимаются ребята с нашей школы и класса. И вот, когда мы с Чоном вылезли из воды, к нам подошли альфы. — Очкарик, где ты потерял свое сокровище? Вторые глаза уже на дне? — заржали они, а я постарался не подавать вида обиды. Те уже начинали лезть ко мне, пользуясь тем, что я смутно их вижу, но Чонгук одним резким движением зафиксировал руку, что стремительно приближалась к моей голове, и откинул владельца на метр в сторону. Схватил меня за запястье и повел в душевую. Он ненавидит подобные сцены, мою беспомощность и неспособность ответить. Даже через стенку я чувствовал, как он злится, как сильно прижимает мочалку к телу, но, закончив процедуру, дожидается меня. Ну правда, я же не совсем уж ничего не вижу, могу и сам дойти. Но он со мной как с маленьким. Старается не подавать вида, что беспокоится. Хоть он и альфа, он мне помогает, не требуя ничего взамен. После бассейна мы отправились в кафе. Такими поздними вечерами мы любили сидеть у окна и пить горячий шоколад. Мы не были истинными, да к тому же Гуку нравятся более развратные омеги, поэтому в этом плане я его не интересовал, а мне это не было нужным. Мне интересно наблюдать за другими людьми, их взаимоотношениями и поведении. Чонгуку же интересна сеть. Подозреваю, что после того, как он проведет меня до подъезда, пойдет в клуб. Пить он умеет, но не злоупотребляет. Его волнуют омеги, которые так и хотят отдаться без лишних слов. Меня же смущает такое поведение друга, и, каждый раз «гуляя» у него на странице в сети, я стараюсь пролистать записи, связанные с клубом, омегами и сексом, как можно быстрее. Порой я задумываюсь, почему же он общается со мной, зачем защищает и помогает. Чон отмахивается и не отвечает. Видимо, он и сам не знает, но никогда и не подумает — у бедолаги мысли только об одном — где и с кем. Ловелас он еще тот, почти каждая омега мечтает о Чонгуке, он знаменит далеко за пределами школы. Вот и сейчас он старается допить напиток быстрее, высчитывает сумму и спешно натягивает куртку. Я же следую примеру друга и уже через минуту мы стоим на улице. Как говорит младший, «на ходу отписываться неудобно», поэтому за всю дорогу мы останавливались раз около десяти. Снежинки падают на его челку, что выглядывает из-под шапки, брюнет смешно фырчит и стряхивает снежок. Это жутко мило, но я не осмелюсь это сказать — Чонгук не любит, когда мило. Дойдя до подъезда, он кидает скомканное «До завтра» и разворачивается в противоположную сторону. В подъезде опять перегорела лампочка, поэтому я осторожно поднимаюсь на второй этаж и только с пятой попытки у меня получается попасть ключом в скважину — в темноте вообще не видно. Снимаю обувь и захожу в квартиру. Прямо в гостиной стоят два чемодана, чехол с гитарой, несколько пакетов и баскетбольный мяч. Папа вылетает из кухни и трясется надо мной, помогает повесить куртку, спрашивает, как я погулял, а потом переходит к главному: — В школе ремонт, поэтому Юнги будет жить с нами и учиться с тобой в одном классе, завтра поможешь ему с документами. Сейчас он ушел из дома, ссылаясь на какие-то дела, и просил, чтобы ты затащил его вещи в комнату. Я постелил ему кровать, так что проблем быть не должно. Я лишь киваю и перетаскиваю вещи старшего. У Минсока отдельная кровать, а у нас с Юнги двухъярусная. Мелкий уже спит, а я, после долгих перетяжек, обессиленно падаю на нижний ярус и, прикрыв глаза, начинаю засыпать. Будильник в 22.00 звонит точно по времени, и я с недовольством сажусь за уроки. В сети скинули фотографии с уравнениями, поэтому я тут же за них принимаюсь. Спустя полтора часа я все же лег спать, а еще через некоторое время почувствовал сильный запах перегара, но не обратил на это внимание. А зря, потому что обнимающие руки были вовсе не сном…