Цена любви

— Мы с твоим отцом никогда не были истинными, но отчего-то нас тянуло друг к другу. Особого счастья у нас не было, знаю, что он с большим усилием держался, чтобы не изменить мне. Когда родился ты, все стало на свои места. Тэхо мог помочь мне с поиском истинного, и этот истинный — ты. Я реально терял голову рядом с тобой, хоть ты этого не замечал. Взаимности от тебя не было видно, поэтому мы решили развестись. Увы, ты ушел к Тэхо, а я стал чахнуть. Я не страдал по тому, что не пытался вернуть мужа, мне нужен был лишь сын. Ты ушел вместе с ним, а у меня обнаружилась астма. Не знаю, как я еще не ушел из жизни. Думаю, предчувствие того, что ты вернешься, заставляло меня жить. — Блять, тебе стоило рассказать мне все раньше! Я такой идиот… — альфа опускает голову в ладони и еле слышно всхлипывает. — Ну же, Джуни~я, не надо плакать, — обнимает старший сына. — Теперь все будет хорошо, не переживай, — глотает слезы омега. Пара весь вечер лежит в обнимку на диване, укутавшись в одеяло. — Кстати, ты не знаешь, что происходит с Хосоком? Суицид — это непростое решение, особенно если повторяется неоднократно. — Да тут вообще кошмар какой-то! Этим лохом, блять, пользуются чуть ли не все альфы! — Ты тоже в этом числе? — настороженно смотрит Джин. — Я очень уважаю Юнги-хена, поэтому эта его фраза «Ебать бет — это не свэг», отбило всякое желание интересоваться кем-то другим, кроме омег.

***

Чимину никогда не было так страшно. Даже тогда, когда на него нападали, он хоть знал альф, а сейчас очков нет, кромешная тьма и эти настораживающие шаги, которые пугали до чертиков. Силуэт подходит все ближе и ближе, а Чимину уже жаться некуда. Парень останавливается в паре шагов от омеги и садится на корточки. Запах яблок кружит голову и Пак лыбится как ненормальный. — Хен, ты пришел, — рыдает младший на руках, которые накрыли дрожащее тело совсем недавно. — Связь истинных все же существует, — давится воздухом старший от быстрой реакции брата. — На подработке стало тревожно, вот я и здесь. Мин цепляет очки на голову мелкому и уверяет, что разобрался с альфами. А Чимин верит, хоть ему и не важно, наказал Юнги, или же нет. Достаточно просто быть рядом. Парни так и сидят на холодном полу до полного успокоения младшего. Рыжик на дрожащих ногах проходит несколько метров, а остальное расстояние преодолевает на руках альфы. Уткнуться в шею Юнги и ничего не делать — Чимин находит это занятие слишком сближающим, поэтому не сразу замечает, как уже в открытую водит языком по бледной коже. — Чимини, я не железный, — нехотя отстраняет лицо Чима от себя. Но в рыжика будто вселился кто-то. Он тычется моськой слепого котенка в шею Юнги, в ход идут губы, которые изучающе движутся к мочке уха. — Чимин, ты нарываешься, — мурлычет старший, подходя к подъезду. — Родители пошли в гости, Минсок с ними. Давай побудем вместе, — как в бреду бормочет омега, прикусывая кожицу. Юнги в блаженстве закатывает глаза, открывая входную дверь. Омега оказывается прав — дома действительно никого не было. В коридоре Юнги отпускает Чимина, чтобы раздеться, однако, рыжик будто не понимает ничего. Без истинного мозги кипели просто. Тоска. Вот, что чувствовал младший. Чимин продолжает лезть к старшему с поцелуями и вскоре тот сдается, срывает верхнюю одежду рыжика и еле сдерживается, чтобы не вставить прямо в коридоре. Пьяными шагами парни направляются в комнату, постепенно снимая одежду. Уже полуголым, лежа под Юнги, что присосался к соскам, стало действительно страшно. Пак заметно занервничал, стал прикрываться. Альфа ожидал такой реакции, но не был уверен, что сможет остановиться. Мин смотрит на тело младшего, на котором кроме боксеров ничего не осталось, смотрит в глаза напротив, где считался испуг и… закрывает глаза. Ладонь скрывает их сверху и так Юнги сидит с минуту. С большим усилием он выпускает омегу из сильной хватки, пытаясь прийти в норму. Чим чувствует себя неудобно, что из-за своей же трусости подвел истинного. Чимин не спешит, еще некоторое время наблюдает за братом, пытаясь понять его состояние. — Я не понял, что здесь происходит? — внезапно раздается голос около двери в комнату. Юноши моментально оборачивается на голос — видимо, теперь настал их конец, отец застукал этих двоих…

***

Забота об истинном не разрешает сдаваться, заставляет забыть собственную усталость. Чонгук еле переставляет ноги, но в мыслях подгоняет себя как может. Тэхен стонет от боли в ухо альфе, заставляя чувствовать себя неудобно. — Сейчас, Чонгук, все будет хорошо. Альфа чудом находит такси и скороговоркой проговаривает адрес старшего, с беспокойством смотрит на брюнета, перебирает прядки волос и шепчет что-то успокаивающее. Омега еле слышно мурлычет, ластится и всячески пытается дать понять, что все хорошо, он в порядке. Дома парней встречает две пары недовольных глаз, что никак не собирались не прожигать их взглядом. Чонгук виноват и все это знают. Брюнет не спешит покинуть квартиру, чувствуя ответственность. Но вечно маячащий рядом Минки просто вынуждает выйти из комнаты омеги. — Из-за тебя Тэхен страдает. Снова страдает. Ему всегда было тяжело, как только дело касалось тебя, я не посмотрю, что ты его истинный, просто дай ему жить спокойно. Я закрою глаза на этот раз, но я не Тэхен, терпеть не буду!