Из ряда - вон

       — Твое ИМЯ, сын — это твоя СЕМЬЯ! — пафосно вещал отец, — ВСЯ семья. Те, кто говорил со звездами ДО тебя и те, кто скажут свои слова ПОСЛЕ. Все они здесь! — он приложил руку к моей груди, печально и проникновенно смотрел в глаза. Честно говоря, я был смущен и очарован его доверием. Все было так необычно, ибо нечасто лорд Сиграэ баловал меня знаками своего внимания. Тем более, что бы он говорил о семье? Со мной, кого давным давно никто не рассматривал в качестве наследника? Хотя его, как прайм — министра, я вполне понимал, что и говорить. Херов из меня был наследник.        Да, именно так попадаются идиоты на простые приманки «семейных ценностей». Пара слов, теплая улыбка, рука отца на плече и ты уже пускаешь слюни от восторга. А голос, которого ты даже и не подозревал у себя внутри, вопит о том, что отец тебя ценит! Да! Да! Да! И ты забываешь, что этого самого отца ты чаще видел в сводках новостей и то — реже, чем раз в месяц. На протяжении всей жизни! Такой вот психологический феномен…        А тот, кто был рядом с тобой каждый день — последние десять лет, кто согревал тебя ночами своим теплом, кто держал твое сердце в своих руках, защищая его от тьмы, вдруг оказывается за пределами круга доверия. Ибо — не член СЕМЬИ, которая говорила, говорит и БУДЕТ говорить со звездами вечно. И ты радостно шагаешь навстречу этому долгожданному семейному единству, как маленький ребенок — доверчиво держась за папину руку.        Ага! Забывая о том, что в другой руке он держит нож, который готов вогнать любому в спину. И тебе — в первую очередь!        А теперь все, что я могу — сплетать «саэ» из крови моей души и древних знаков, которыми разрешено передавать только слова любви. И запечатываю в глубине своего сердца. Нет у меня драгоценного шелка, мой свет… И тебя тоже нет — у меня… Руки тепло и ясный тихий свет Ты мне дарил в огне твоей любви. Но я — один и мне надежды нет. И нет тебя — зови иль не зови…       Первый Регент ворвался в помещение подобно порыву снежного ветра. Высокий худощавый мужчина с яркими глазами стального цвета. И «фирменными» белыми волосами лордов Горан, только остриженными крайне коротко, в отличие от длинной пышной гривы Эори.Человек без возраста, поражающий окружающих одухотворённой красотою тонких черт породистого лица.       Естественно, что за те несколько секунд, которые прошли с момента оповещения и до открытия двери, переодеться полковник не успел. Так и застыл навытяжку в своей обтрепанной форме без одного рукава. Смешно, знаете ли.        Но именно так я и столкнулся лицом к лицу со своей новой судьбой.        Хвала небесам, лорд фон Таирэ обошелся без предисловий. И без поцелуев. Хотя, совмещая личности первого Регента Престола и моего научного куратора в универе, когда я материал на докторскую собирал, мозги ушли в абзац. Заржал я абсолютно по-идиотски и снова плюхнулся на пол. После такого лучше присесть, право слово! Похоже в том универе у них семейный филиал! Ага, Высокого семейства Горан! Вот почему Эори вздумал там учиться! МЕНЯ! КОЗЛА ТАКОГО! КАК! ТУДА! ЗАНЕСЛО!!! — О! Профессор Вальдар! Какой потрясающий взлет по карьерной лестнице!!! БЛИН! — остановиться я сейчас никак не мог. Ну совершенно! Стресс, знаете ли.       Будучи аспирантами, мы часто выпивали по вечерам в обществе профессора, обсуждая научные проекты, политику, женщин и все подряд — в зависимости от градуса потребленного спиртного. Вот так — вытягиваться во фрунт с умной мордой, я был совершенно не в состоянии! Хоть убейте! — Встал! Замолк! Прислонился к стене! — тратить время на приветствия лорд-профессор естественно не стал.       Я укоризненно воззрился на полковника, понимая, что он в курсе и пытался меня окончательно скомпрометировать ДО прибытия Первого. Заинтересовать своей персоной и связать обязательствами с ним самим, не дожидаясь воплощения планов, несомненно имеющих место быть со стороны начальства относительно моей тушки! Фиг тебе от моего папы! Чему-то да научил меня родитель — такие вот интриги за километр чуять!  — Макс, ты палку проглотил? Вольно!  — Иран! Ты — изумительный дебил!        Ощущение тугой пружины, сжавшейся внутри меня начиная с момента покушения, внезапно ушло. И я вдруг понял, что не мог профессор Вальдар, кристальной души человек, пусть и Регент, стоять за спиной отца и руководить всей той вакханалией, в которую погрузился мой родитель.       Просто НЕ МОГ! Иначе бы он давно понял, как связать Второго по рукам и ногам, негласно прослеживая контакты Карина. А копаться в грязном белье он не стал. Зря, естественно. Я бы покопался! И докопался — до всего. За всех, к чьим жизням высокородный серпентарий протянул свои зубы и хвосты!        Вот ОНО! И на несколько мгновений я совсем перестал дышать. Макс, встретившись со мной взглядом, брезгливо передёрнул плечами. Ага! Разогнался, котик! Какое у тебя самомнение! Но Ариан Вальдар знал и понимал меня намного лучше. Тогда, в столь далёком студенческом прошлом, мы были почти друзьями, насколько это возможно между двумя аспирантами и взрослым дядей-куратором вообще. Читал меня на раз! — Иран! Ты понимаешь все последствия? Лишишься имени, семьи, прошлого, карьеры и жизни, скорее всего? — он был предельно серьёзен, мрачно посматривая на меня сверху вниз.        А я закрыл лицо ладонями, дабы скрыть от него совершенно безумную ухмылку, что скривила мою тупую физиономию. Какие слова, звёзды всеблагие! Сейчас умру от расстройства, совершенно точно, господа. ИМЯ! Да нахер это имя!!! Иран эльʼТарви сдох более четырех лет тому, когда родной отец продал его в тот имперский бордель, что называется Высокой политикой!       Предварительно вывернув душу наизнанку в присутствии всевозможной мрази, изрядно туда нагадившей. И все это — под соусом чести и величия имени эльʼТарви. Единственного близкого человека я сам вымазал грязью и оттолкнул еще раньше.  — Так это Вы, Ваша светлость, пригласили меня на конференцию ради встречи с Эори? Чтобы я помог разобраться с планами отца, вляпавшегося по уши в заговор Второго? Или есть еще какие претенденты на Престол? — я облизал пересохшие губы, поднялся и стал внимательно рассматривать их лица, стараясь заметить любую реакцию на свои слова.       Регент скупо усмехнулся, а безопасник, потеряв контроль, вознамерился послать меня в нокаут. Господи, совсем плохо с безопасностью у Первого! Имидж университетского ботана полностью сбил с толку полковника фон Дарнай, командира Альфа легиона Высокого семейства Горан! И он выпустил из виду то, что сына прайм-министра, пусть и захолустного уровня, с малых лет занимали военной подготовкой. Задолбали просто, суки, этой муштрой!       Ровно через три секунды полковник молча улёгся у моих ног в полной отключке. А вот Регент никак не реагировал на телодвижения подозрительной личности, вероятного врага Империи. Просто стоял и молча ожидал ответа на своё, так и не озвученное, предложение.        Я, в который раз за день, поправил узел галстука. Тяжко вздохнул. Он вздохнул в ответ. Легонько попинал Макса носком ботинка. И спросил: — Готов? — Одно условие, господин первый Регент Престола. Я охраняю Эори. Не Империю, не Вас, не Престол или возможного Императора. Только Александра фон Кири, лорда Горан. Все, что я делаю — делаю только для него.        Пауза затянулась. Вальдар, видимо, переваривал мои слова не торопясь. А Макс все ещё прибывал в бессознательном состоянии. Что же я так сильно его приложил, а? Да ещё и со внутренним извращённым удовольствием, признаю! Вроде как и не за что… — Но Вы не сообщаете лорду Александру об этом нашем договоре, — лучше продолжить, пока лорд фон Таирэ колеблется, — никогда. Ибо он никогда не подпустит меня близко к себе. И я совершенно не рассчитываю на это. Клянусь!