Из ряда - вон

В конце концов умереть тоже не плохо Эйнштейн *** — Уходим!       Командный тон у меня прорезался сам собой, а генерал Тайрон как бы мой непосредственный шеф и табели о рангах с приоритетом звания никто у нас не отменял, да.       Он изобразил скептический взгляд, повел плечом, словно сбрасывая наземь форменный мундир, и тихо ответил: — Заткнитесь, капитан, прошу вас. Для начала нужно решить судьбу Максимилиана фон Дарнай, а потом уже делать ноги из неприятного положения. Оставим в тылу — будем сожалеть до конца дней. Возьмём с собой — он перебьет нас в пути без малейших сожалений. Как прикажете поступить? — Если ЕГО уничтожить именно сейчас, то рванет половина Столицы, господа, — скучным тоном выдал нам Сэдрик, — лорд Аринас прекрасно подготовился и занимался этим не один год, уверяю вас. — Половина Столицы? — не поверил я. — Он что — бог? Или это минное поле в самом центре мироздания, город на пороховой бочке? Полная чепуха, сверну ему шею и будем ждать сей взрыв ужасающий до конца света, уверен на все сто.       Рональд понуро уставился в пол, молча переживая явное психическое расстройство брата. Тайрон же смотрел мне прямо в глаза, не испытывая и капли стеснения за дурное попадалово с Максом в главной роли. — Мне ОН сказал тоже самое, Иран, — наконец разродился объяснениями Алексов малой, — что подготовил нам отступление в пламени бездны и никто не осмелится пересечь границы огня, такой разрушительной силы будут эти взрывы.       Ясно.       Один вояка другому лапшу на уши повесил о всеобщем огненном конце, только руку протяни к драгоценной тушке полковника фон Дарнай. Мужик сказал и обязательно сделал, честь воина и крутые парни слов на ветер не говорят, только вот Я давно против ветра научился струю пускать даже не замочив брюк, лорд Тайрон. Зарядов не больше пяти, максимум — восемь и это все, предел. Но откуда конкретно Макс планировал отступать? — Со свалки! — ехидно вмешался внутренний голос. — Двум помойным крысам самое место, ему и тебе!       Со свалки ничего особенного разрушить нельзя, даже если память поднапрячь. Вокруг и так бушуют пожары, жилых домов нет, технические склады какие-то, бандитские схроны, брошенные старинные туннели, на манер того, где мы сейчас дискуссии изволим разводить в самом фирменном стиле Горан.       Но и планов этих помещений нет ни у кого, так что сбежать отсюда всяк может, не только супер гениальный полковник фон Дарнай, облом. Технику не высадить даже с воздуха, спасателям Себастьяна придется за нами тащиться сквозь огонь!       Н-да…       Кольцевой взрыв вокруг свалки и отвлекающий маневр в центре города, но вот ТУТ я злорадно руки потер и начал дико ржать, припомнив уничтоженный взрывом дворец Таирэ. Отвлекающий маневр Максимилиан УЖЕ использовал, а времени на новый заклад у него нет.       Покуда собачился с Даниэлем да воевал с родненьким папА, драгоценные деции сквозь пальцы и утекли! — ВВ-ввам плохо, капитан? — не на шутку испугался моего смеха Сэдрик. — Нужно отдохнуть пару минут, возбуждение сразу пройдет.       Он рефлекторно сделал шаг в сторону, закрывая собою Рональда, а я погрузился в волны раскаяния, наблюдая за маневрами доктора Тимару. Вот любовь в самом ярком выражении — действие без слов, когда один бережет другого даже ценой собственной жизни, не думая о последствиях.       Рон моложе, одарен яркой красотою рода Горан, априори богат и может рассчитывать на самого знатного, прекрасного и знаменитого из собственной семьи парня, ежели даст себе труд найти пару. Но сердцу не указ логика, когда один шаг навстречу смерти стоит миллиона сказанных за всю твою жизнь слов.       У Сэдрика Тимару есть его жизнь. И он готов без раздумий отдать ее Рону — без остатка всю, не требуя от мальчишки никаких гарантий и объяснений в любви.       Сколько раз Александр фон Кири меня закрывал от треволнений бытия собственным сердцем? Сдохнуть пришлось, чтобы понять, но и родившись заново, я предпочел ничего не замечать.       Именно поэтому Алекс меня не захотел в смысле физической любви? ОН делает шаг, а Я — пас, как и всегда…       Только малыш Рональд не пасовал.       Рональд расслабился за спиной у доктора, оглянулся на Тайрона, видимо впервые увидев того в роли прайм генерала, а затем протянул руку и благодарно сжал пальцами запястье Сэдрика, не забыв нежно погладить и ладонь.       Парень совершенно не стеснялся собственных чувств — вот ни капли! Силен, молча признал я. Он и правда походил на образ юного Эори да так сильно, что мне зубы пришлось сжать до скрипа и руки за спину спрятать, чтобы не погладить прекрасного Рональда по головке — при всех.       Тайрон иронично хмыкнул, оставив ситуацию без комментариев.       Образ, умерший за озерами тьмы, Эори Найл… Мой возлюбленный Эри!       Не важно. Мы с Александром дожили до нашего общего «сейчас» и я ни за что не сделаю шаг в прошлое, оставив лорда Императора в гордом одиночестве на перекрестке семи ветров. Я люблю тебя, Алекс, больше чем собственную жизнь! Но моя жизнь нужна тебе и мне нечего бросить в алчную пасть ненасытной тьмы в качестве жертвы, придется сражаться яростно и со всей возможной жестокостью, дабы отстоять общее «МЫ». Никаких отступлений, Я сказал! — Если говорить начистоту, доктор Тимару, то участь городской свалки меня не волнует ни на одну секунду, — без раскаяния сообщил я Сэдрику, — пусть взрывает ее хоть до состояния метеоритного кратера. Район эвакуирован еще вчера, ушли даже местные крысы, не то, что люди. Хотите вы или нет, но последнего, самого злобного крысака, я таки добью.       Но, как и всегда, мы говорили слишком долго, обсуждая никому не нужные страхи и заморочки принцев Горан. Максимилиан фон Дарнай успел прийти в себя и подкинуть в дело очередную миску говна.       Избитый до полусмерти человек и в том же состоянии лорд Горан — два совершенно отличных друг от друга варианта судьбы, господа. Максимилиан резко упал на пол, не изменив ни частоты дыхания, ни ритма биения сердца, выхватил пистолет из арсенала гребаных Дановых смертников, одноразовый на 10 патронов, и все эти десять разрывных выпустил прямиком в грудь Сэдрику Тимару, задев последним меня, а пятым или шестым — Рональда, беловолосого юного брата, любимого сына Михаэля.       Вот и цена разговоров, меньше думать, больше делать! Возможно, что у крыс таки стоит брать уроки оперативности и быстроты. — Дерьмо! — только и успел крикнуть я, силой воли останавливая кровь.       Макс перекатился по полу, отбросил бесполезный пистолет и рухнул прямо в открывшийся люк, замаскированный под старые каменные плиты с потертыми швами. Все, сбежал, ублюдок!       А мы остались в залитой кровью комнате без окон и дверей, из четверых мужчин лишь зайка Тайрон не имел видимых повреждений. До полного коллапса жизненных систем организма у меня в распоряжении было не более пяти часов. — Алекс! — воззвал я к супругу, медленно убирая блокаду. — Мы где-то под свалкой в разбитых туннелях, Тайрон цел, я ранен в руку разрывным, Рональда, вашего третьего, задело по касательной в плечо, Сэдрик Тимару, доктор, следующий час не переживет. — Понял, — четко и холодно ответил мне Император Системы, — я знаю эти места, буду через пару часов. — Александр, берегись, здесь море огня! Максимилиан ушел, а у него в окрестностях до десятка сверх мощных взрывных устройств! — Иран! Займись своими людьми! — яростно приказал он. — Я в этих туннелях в прятки играл, да, будучи в банде, сражался за оружие и наркоту против боевиков городской стражи три года подряд. Если выйдешь — уходи на северо-восток, там у Максимилиана никаких закладок нет. — Почему? — Потому! Оперативный центр местных контрабандистов, посторонних лиц они в жизни не допустят в свой район. Все, исполняй, Черный волк!       За годы отдельного бытия мой милый Эори сильно заматерел…       Обмен сообщениями занял с десяток секунд. Сэдрик захрипел и мешком упал на пол, хватаясь за грудь, Рональд издал душераздирающий крик, а Тай так и остался на месте, наблюдая за «кровавым балом» со стороны. — Нет, нет! — орал Рональд не жалея горла. — Сэдрик, Сэд, нет, не смей! Не уходи, слышишь? Нет…       Руку жгло адским пламенем, а сил полностью заблокировать боль я уже не имел. — Знаешь где выход, Тайрон? — перешел к делу я. — Времени нет искать самому.       Видимо лорд генерал пребывал в исключительной прострации, раз застыл столбом и не спешил ни мне отвечать, ни помогать раненному брату пережить смерть горячо любимого человека. Слабонервный таки парень, хоть и держится словно дьявол при чужих. — ОН взорвет город, — мрачным шепотом возвестил Тай, — весь! — ОН взорвет несколько зарядов, не более пяти или шести, Тайрон! Соберись, черти тебя дери! Если и было больше, то местные банды давно деактивировали заклад, спасая собственные владения! — Я не уверен, — всхлипнул он, — куда именно нужно идти. Иран, Макс — удивительно жестокий человек!       Да-да, наконец до него дошло, насколько жизнь отличается от любимой компьютерной игры, где кнопочку можно нажать, остановить дело и заново весь уровень пройти, избегая крови излишней и потерь, ведь у бравых героев еще девять жизней в запасе сохранилось. Эх, молодежь хлипкая пошла! — Помоги им, Тайрон, а я поищу дверь. — Как ты без кодов двери будишь искать? — наконец заорал он, опускаясь на колени рядом с Рональдом.       Дурак, честное слово, даром что генерал. — Я ДОЛЖЕН ВЫЙТИ ЖИВЫМ, лорд Тайрон, ведь у нас с Александром впереди брачная ночь, ясно? Обещал, что вернусь вовремя — значит и найду выход, жаль, что у ВАС подобной мотивации нет!       Вокруг тела доктора Тимару собралась приличная лужа крови, заключая несчастного Сэдрика в багрово-алый ужасающий ореол, предвестник неизбежной трагической смерти.       Ты отдал Рональду все, что у тебя было, Сэд. Ну, Горан всегда взимают по самой высокой ставке с нас, когда позволяют себя любить. Они странные — белые драконы, потомки звезд, не уверен даже, что полностью люди.       Иди, Сэдрик, со временем исправится жизнь и в самом конце Рональд найдет тебя за озерами тьмы…       ОН не забудет, клянусь! Ведь Алекс тоже меня никогда не забывал.