Из ряда - вон

Жизнь — нелегкое занятие, а труднее всего первые сто лет. Уилсон Мизнер *** Не знаю, Алекс, ТЫ точно СЮДА хотел? Подожди, тогда и Я с тобой! Иран эль’Тарви ***       Да, Я выжил как Алекс, связавшись с бандитами после смерти отца! И после развода иначе, как Александром фон Кири, себя не именовал! И далее ни кем другим быть не планирую, даже ради собственного «ноарэ», Иран!       Александр фон Кири, прайм-лорд Горан, Император Системы! ВСЕ!       На гадской работе мне лет двадцать торчать придется, если не полвека, покуда все устаканится. А потом снова власть Совету регентов скинуть да свалить на отдых — подальше от Столицы, министров, корпораций и дурацкой родни.       Детей у нас с Ираном будет минимум по двое, бедолагам — всем четверым, расти при Дворе, у всяческого дерьма да лизоблюдов на виду! Пропала, короче, личная жизнь из-за херова Максимилиана! А под КОНЕЦ проблемы я буду старше нынешнего Таирэ, словно в тюряге отсидел. Нормально, да?       Супруг, четверо детей, Совет регентов и проблемы с нервами — на горбу! Может стоит сейчас когти рвать, типа погиб среди пожара, почетные похороны, власть в печень Даниэлю, Тайрону и Вальдару? Чего, они справятся на отлично, зуб даю!       Хотя — нет, не выйдет…       Ирана без меня придворная свора с потрохами сожрет!       Поэтому, господа, прежде чем говорить о любви, придется разобраться с войной. Как в самом обычном романе — долой злодеев и быстрее в объятия любимого парня!       Хотя у меня есть все же одно исключительное «но». Увы и ах, но физической близости с Ираном я всё ещё не хочу. Что он только не делал! Даже связь установил между нами, наплевав на приличия и мое нежелание видеть в нем боевого модификанта! Хоть убей, вожделения от Ириной выходки больше не стало, ни на гран…       Не знаю, что делать, а спрашивать у психолога — не мое. Перебрал я холодных поцелуев в постели с неизвестными истории людьми, бешенства желаний в пустоте, теперь вот за это и плачу самой крупной монетой!       Секс для меня давно превратился в самую простую разрядку типа наказания за неудачную любовь. Вовсе не акт желанной близости сердца, а так — скинул раздражение на жизнь и дальше отправился, чего хотеть можно от бездушного принца-наследника фон Кири?       Ничего, правильно! Да я и сам от себя ничего уже не хочу, привык жить точно последний мудак. Ну, без Ирана, конечно. Самый родной Ири для меня, это факт. Но дальше не представляю, куда дело зайдет у нас. Может и зря все, трудно сейчас понять.       А вот расправиться с наемниками прямо сейчас — самое оно! Причем собственными руками, а не прятаться за спинами Дановых «зомби».       И везде, черт, эти защитные шлемы! Снова Корпорации или просто на черном рынке урвали, левые поставки мимо заказчика? Тогда повезло, головные уборчики точно с брачком, раз подешевле убивцам обошлись! — Куда вас понесло?! Вернитесь, милорд! — во всю мощь лёгких орал лейтенант.       Да ладно, все и так видят, кто я и где стою, у нас с ним кардинально заметные отличия в росте и цвете волос. Противники в курсе моей персоны, зачем же так орать, дорогой? — Прикрытие сюда! — коротко бросил я в ответ, не обернувшись на голос. — Двое? — сухо отозвался Лоран. — Пойдет!       И все, я вытащил пистолет, снял с предохранителя и полностью отдался магии боя, временно загнав проблемы Ирана эль’Тарви далеко — далеко в синие дали. Снять мудака с гранатометом — вот задача номер один. Я побеждаю и, считай, жизнь удалась! *** — Лорд Император уточнил приказ, мой генерал, — стебанул я Тая в очередной раз, — нам надлежит пересечь линию проходной, коды у меня с собой!       Алекс замкнулся в себе и я стал подозревать совершенно нехорошие вещи. Не левый секс, конечно, а то, что отряд Императора угодил в хорошо поставленную засаду.       Не подумайте лишнего, работать с ним, как к командиром — это супер! Держит в тонусе, выброс адреналина как в клетке с голодным львом стоять голому человеку, да ещё и подкалывает тебя публика ехидными замечаниями по поводу размера половых органов. А хищник никуда не ушел, прошу заметить, да и спатки не собрался!       Уныния на работе полный ноль рядом с Александром фон Кири, шестерёнки в голове так и дымятся от напряжения.       Вот только ОН скрытный, гад! И сразу начинает меня жалеть, если запахло проблемами какими, убить его собираются сто двадцать один раз или же устал так, что ноги не идут. Тут, Иран, все, не твоя забота, я дальше сам. А ты, детка, пошел вон, песочница ждёт!       Ничего, сволочь, я тебе покажу, кому тёртые котлетки на обед! Не позволю от меня бегать больше, так и знай, урод моральный!       Возмущение придало мне сил, словно дыхание второе открылось, руки перестали дрожать, предательски выдавая полный абзац тела, и я сразу решил, что выбью из Алекса дурь собственным примером, раз уговоры с извинениями не помогли.       Хватит, блииин, глаза прятать, у обоих рыло в пуху! Но все уже прошло, Алекс, тсссс, боли больше нет…       Только мы вдвоем, Эри, все, как ты и хотел.       Вот не угодно было судьбе выпустить нас с Таем и Рональдом на свободу, разжав тугие объятия хоть на гран. Честно скажу, я не особо и надеялся после побега сууки Максимилиана. Мы пришкандебали, словно три дурака, сунулись за поворот, а там — облом! Проходной не существует более, только мешанина из бетонных глыб, мелкого крошева и бурой пыли на фоне ревущей стены пламени.       Завод, господа, взорвали под чистую, так что искать убежища на его территории нам было не дано. Насколько ситуация стала серьезной недооценил, видимо, даже гениальный Александр фон Кири! Тупейшим образом я успокоился в осознании сего выдающегося факта и стал сам быстрее соображать, более не питая надежды на Алексовы планы. — Ребята, у кого исправный телефон? — Ум умуумення, — заикаясь предложил мне Рональд свой аппарат. — Инет тянет? — Сспппууттник, мощный апппарат, — клацая зубами, выдавил он. — Две минуты, пацан, северо-восток, не слишком очевидный маршрут отступления, — уточнил я задачу для Рональда фон Дарнай,  — а вы, генерал, оружие на изготовку, будете нас прикрывать. — Да карьере твоей военной половина года, Иран! — взъярился Тайрон. — Куда тебе приказы отдавать? — Я военный с самого зачатия, генерал, ясно? Только предпочитал игнорировать сей ужасающий факт! А за половину года так талантами оброс под вашим началом, что вообще — мама, не горюй. И я вас честно об этом предупреждал, разве нет? — В боевых условиях, — холодно вставил Тай, — в роли командира вы — полный нуль. — А вы? — просто так я не собирался отступать и четко надеялся указать место малому гордецу. — А Я командовал полком в 16 лет, — отбрил он, — когда войска Лайнера подавляли мятежи на Рионсе. Поэтому единственное твое преимущество — это прямая с Александром связь, балда.        Я лишь молча покачал головой, отдавая ему первенство. В шестнадцать! Семья Горан оказалась полна сюрпризами по самые мои уши, если не выше тупой головы.       На краю заводских руин прогремели два мощных взрыва, практически одновременно, хотя мозг боевого модификанта таки смог уловить крошечный перерыв между детонацией зарядов. Занятно, люди Максимилиана фон Дарнай объявили войну бандам Системы? Покусились на спорные территории и разрушили нейтральную зону вот только что? А если бы мы не задержались — воды попить, в туалет и такое прочее, я не собачился бы с Александром, а Рональд не впал в истерику?       Че-то мне поплохело сильно от дум, хотя рука судьбы таки отвела полную катастрофу от нас троих, видимо приготовив взамен еще большее говно. — Алекс, мы не идем на завод потому, что завода больше нет, — как можно спокойнее отрапортовал я супругу, — но продолжаем движение на северо-восток.       Он промолчал, от шока, видимо, но принял к сведению мой посыл. — Ра-разрушенный ммост, — словно эхо моему рапорту выдохнул Рональд, — убийственное место, я бы просто так туда не пошел. — Как насчет движения в сторону моста, Алекс? — Идет, — принял он, — но не дальше третьей отметки, Иран. — Мост, ребята, третья отметка, бегом! Остановка каждую децию времени, вопросов не задавать!       Тайрон гордо расправил плечи и занял место в авангарде, мстительно оттолкнув меня ногой. Я хмыкнул, затолкал Рона в середину и ушел в прикрытие, здраво обозначив собственную позицию как первый уровень опасности, максимально высокий для любой шкалы риска. — И старайтсь ничего у моста не задевать, — догнала меня мысль Александра уже на бегу, — мосту этому более трех тысяч лет! Сам не знаю, на чем он держится, разве только на честном слове и на одной опоре, только какая из них честная — не пойму.       И, даже, в самом конце, когда я почувствовал его ментальное тепло, дикое желание сохранить нам обоим жизнь и жажду прикосновения, Александр фон Кири так ничего про брата своего любимого Тайрона не спросил.       Малой гад очень сильно Алекса задел, прямо за живое.       Но вот чем? Загадка истории, оба молчат, словно воды в рот набрали. При всем ужасе происходящего, Тайрон тоже ни одного вопроса об Алексе не задал. Не уточнил, как там дела, идет ли бой рядом с братом, не гневается ли тот на Рональда фон Дарнай. Молча, придурок, решил доказывать собственную правоту! — Капитан! Прежде, чем мы встретимся вновь, прошу понять — Я не Эори Найл! И никогда не стану ИМ вновь!       Тон ЕГО был жестким, холодным, отстраненным, словно заседание следственного комитета идет, а не последние слова, возможно, к умирающему от истощения супругу. Но я принял как есть лорда Императора в сердце и отдал ему свое, без рассуждений, так что — да!       Вы, Александр фон Кири — не Эори Найл. И точка. — Есть! Принимаю к исполнению, милорд! Живем без Эори Найла, если встретимся вновь.       Не добивать же его, правильно, собственной исполнительностью? Александр может инсульт схватить, удивленный моей покладистой позицией. Поэтому я собрался с силами, выказал как можно больше нежности в ментал сказал, словно на прощание: — Держись, Алекс, я очень сильно тебя люблю…