Правдивая история участника клонских войн

      Метания, неуверенность и, наверное, толика страха, вот что я увидел в глазах одарённых, когда вернулся в Храм. Кто-то не мог ещё до конца понять, что происходит, кто-то хотел уйти, даже некоторые члены Совета, как я понял, пытались самоустраниться и спихнуть все проблемы на невысокие зелёные плечи главы Совета.       Глядя на них, я с ожесточением подумал, что всем им хотелось бы остаться в прекрасном и уютном вчера и не чувствовать смутно ощущаемую через Силу Тень, что уже саваном забвения накрывала Республику и Орден джедаев. Саваном, пробиться сквозь который и увидеть, что же ждет их в завтра, было не под силу и сильнейшим одарённым.       Глупцы, думающие, что их не затронет. А через год дыхание войны коснётся Корусанта, и все они побегут как крысы с корабля, прочь, из центральных миров, в надежде отсидеться, не зная, что их как бродячих собак будут отлавливать и уничтожать. Пока не сотрут с лица галактики подчистую. Палпатин и Вейдер не оставят им шансов.       Я был в короткой робе, иной, не такой как стандартные робы джедаев, с армейскими знаками различия и нашивкой за тяжёлое ранение. И завидев меня, одарённые, как один, начинали отводить глаза, спеша убраться с моего пути. Им было стыдно передо мной, вернувшимся с фронта, но поделать со своей слабостью они ничего не могли. Я не винил их, но подумал, ненароком, что Винду в чём-то был прав, говоря, что джедаи стали забывать свой первейший долг — использование своего дара для защиты обычных разумных. Тысяча лет не прошла бесследно, исподволь ослабив Орден. И если рыцари морально-психологическую закалку проходили падаванами в испытаниях, то джедаи сервисного корпуса, несмотря на десяток лет в юнлингах, так и остались в душе обывателями в самом страшном смысле этого слова.       Не слишком людные коридоры Храма теперь совсем опустели, и эхо шагов гулко отдавалось в каменных сводах.       — Марик, ты вернулся?! — Джокаста Ню остановилась как вкопанная, подымаясь с нижнего уровня, где находились библиотеки. Прямо на лестнице, по которой я собирался спускаться.       Улыбнувшись, не сдерживаясь, открыто, я сбежал на десяток ступеней вниз и обнял главного библиотекаря, ответил тихо:       — Вернулся, Джокаста.

***

      Уже от неё я узнавал последние новости, в её рабочем кабинете, за кружкой травяного настоя, погружаясь в неспешную, дарящую умиротворение атмосферу Архивов Ордена, но больше, конечно, рассказывал сам.       Весть о том, что из всего моего корпуса остался один я со своей бригадой, заставила её побледнеть. Пусть там не было других джедаев Ассамблеи, но она переживала за каждого одарённого, где бы и чем тот не занимался. Понимая ту исключительность, что присуща всем чувствительным к Силе.       С грустью, уже мне она поведала о настроениях в Ордене. К чести рыцарей, подавляющее большинство неопределившихся были членами Сервисного корпуса.       — И, всё-таки, Винду был кое в чём прав. Мы действительно забыли, каково это, быть рыцарем-джедаем, — сказал я хмуро. — Рисковать своими жизнями, воевать, с оружием в руках быть на страже мира и порядка.       А главный библиотекарь, поджав губы, посмотрела на меня, и совершенно неожиданно меня поддержала:       — Да, это так. Долг джедая выше его жизни, а эти мечутся как тараканы, не зная куда бежать и что делать.       Тут, вдруг, раздался знакомый грубоватый голос:       — Ну наконец-то вы это поняли.       Переведя разом потяжелевший взгляд мне за спину, Джокаста холодно поприветствовала главу корпуса стражей:       — Магистр Винду.       В неизменной мантии, он тёмной скалой нависал над нами, умудрившись незаметно подобраться почти вплотную, и это к не самым последним сенсорам в Храме. Хорош магистр, умений и опыта ему не занимать.       Посчитав неправильным оставаться сидеть, я поднялся и, встретившись с ним глазами, чуть кивнул, не стараясь показать даже тени приязни, лаконично бросил:       — Магистр.       На что получил чуть кривоватую усмешку:       — Вы можете меня любить или не любить, но это никак не изменит того, что я прав.       — Правы в чём? — сверкнула глазами главный библиотекарь. — В том, что послали на убой двести джедаев?       — И в этом тоже, — невозмутимо ответил Винду.       Она вспыхнула, но промолчала. А я, разглядывая темнокожего джедая, никак не мог понять его заинтересованности моей скромной фигурой. Уж явно он сюда явился не продолжать с Ню теологический спор о приемлемых тактиках войны. Следующая фраза это подтвердила:       — Однако, мы можем это обсудить и без генерала Керра.       Разглядывая меня, как-то даже по-хозяйски, заложив руки за спину, он сказал, ни мало не смущаясь:       — Генерал, я ожидал, что в первую очередь вы зайдёте ко мне, как к командующему группой армий в которую входит и ваша бригада.       — Не знал что вы в Храме, — ответил я коротко, не считая нужным оправдываться.       — Зато я знал, и догадался где вас найти, — в голосе его звучала то ли некая ирония, то ли довольство собой, я не был уверен точно.       Джокаста смотрела на нас с магистром и всё больше мрачнела, я видел, как на её лицо наползает тень тревоги. Ответил этому афроджедаю:       — Думаю, это было не трудно.       Тут не выдержала Ню:       — Мэйс, перестаньте ходить вокруг да около. Говорите прямо, что вам понадобилось от Марика.       — Для генерала Керра, — тем же тоном продолжил глава стражей, — у меня есть одно поручение.       — Он только из боя, — тихо сказала Джокаста.       — Это не войсковая операция, — спокойно ответил тот. — Генерал сепаратистов даже не увидит.       Сдерживая рвущееся недовольство и проклиная свою привычку к субординации, я спросил, душа нотки издёвки в голосе:       — Мне уже собираться, или есть ещё немного времени закончить с делами?       На что магистр только невозмутимо буркнул:       — Это не обязательно, дальше Корусанта ехать не придётся. Пока, — и тут же, добавил: — Но сначала обговорим все детали, — магистр повёл рукой в сторону дверного проёма, — Прошу за мной.       Кивнув вымученно улыбнувшейся мне Джокасте, всё так же с тревогой смотревшей на нас, я вышел вслед за Винду.

***

      — Ну как, тебе моё поручение? — без обиняков спросил меня магистр через полчаса, когда мы, остановившись в одном из небольших двориков для медитации, обстоятельно поговорили.       — Неожиданно, — только и смог ответить я на это, оперевшись о бортик и задумчиво разглядывая рябь, бегущую по воде внизу в маленьком рукотворном озерце.       Мимо нас пробежала группка юнлингов, вразнобой склоняя головы перед невозмутимым Винду. Среди них я заметил и Асоку, которая, увидев меня, на миг замерла, светлея лицом и собираясь что-то сказать, но поймав мой красноречивый взгляд, показавший на магистра и прочитав одними губами произнесённое: «Потом», серьёзно кивнула и бросилась догонять своих.       Мэйс меня не торопил, и я спросил, всё ещё не зная как реагировать на столь странное поручение:       — Почему я?       Магистр чуть жутковато улыбнулся:       — У меня не слишком много тех, кто прошёл горнило Джеонозиса и показал впечатляющий, — тут он уточнил, — для библиотекаря, потенциал командующего, проведя успешную наземную операцию.       Я не стал спрашивать, откуда это ему известно. Это знание вполне удачно ложилось на мои выводы, что Винду глава всея разведки Ордена. Опять же и мой набольший начальник, если смотреть армейскую систему, то есть при желании мог по армейской линии запросить сведения о корпусе. Единственно это не стыковалось с официальной версией в штабе армии о главенствующей роли Блая как командующего подразделениями клонов, на что я не преминул тактично указать:       — У штаба армии другое мнение.       — Которое сформировано строго по моему указанию, — и снова этот чуть прищуренный взгляд, неприятный, изучающий.       Я поднял было бровь, но Винду продолжил:       — Правду знают только Рай-Гоул и я, из старшего комсостава.       — И зачем? — задал я уместный в данной обстановке вопрос. Нет, кое-какие догадки были, но не хватало информации для каких-то более определённых выводов.       Но Винду ответил вопросом на вопрос:       — Зачем? Вот подумай, как в бою поведёт себя обычный рыцарь-джедай, такой же комбриг как и ты? Не кто-то конкретный, а в целом этакий усреднённо-эталонный рыцарь?       Видя мою заминку, бросил вдогон, опираясь о каменный бортик и с чувством легкого удовлетворения наблюдая задумчивое выражение на моём лице:       — Ну давай, думай, системный анализ это же ваш конёк.       Нет, ответ я, конечно, не в последнюю очередь благодаря знанию канона, вполне себе представлял, но усиленно пытался понять подоплёку этого разговора. Но было всё ещё слишком мало информации, и я принял единственно верное решение: расслабиться и позволить главе боевого крыла Ордена вести разговор, в конце концов, он сам мне всё в пределах моей компетенции расскажет.       — Как поведёт себя? — я пожал плечами. — Скорее всего бросится с мечом наперевес, ведя клонов в лобовую атаку. Ну или начнёт прикрывать огневые точки героически отплясывая на бруствере и отбивая лазерные выстрелы. Наверное.       Винду покивал, хмыкнул:       — Ну не совсем так, конечно, хотя звание рыцаря это, всё же не страховка от дурости, вполне могут найтись и такие. Но что они однозначно будут в первых рядах, оставляя тактическую составляющую даже не на откуп, отбрасывая её, вслед за собой перетягивая и командиров из клонов, это факт. А у самих клонов слишком мало инициативы, самостоятельной инициативы.       — Ну, Блай неплохо себя показал при штурме верхушки сепаратистов. Быстро разобрался в ситуации и принял правильное решение.       — Потому что ты ему, по сути, дал даже не разрешение, а прямой приказ на самостоятельные действия.       Небольшой рукотворный водопад журчал неподалеку от нас, но магическим образом не сбивал с мысли, а наоборот очищал разум, делая его яснее и чётче. Я понял к чему подводит меня магистр.       — Но неужели у вас нет таких специалистов? — спросил я у него. — На весь корпус стражей?       — Теоретиков, — буркнул тот. — Теоретиков хватает, практиков нет. Особенно учитывая специфику подразделений из клонов. Ты первый, кто смог настолько эффективно наладить с ними взаимодействие. Не единственный, но первый.       — Значит поэтому, — медленно произнёс я.       — Да, — Винду кивнул, — именно поэтому я прошу тебя провести занятия с рыцарями, готовящимися к отбытию в войска. Попытайся донести до них то, к чему пришёл сам, и может тогда мы не будем так бестолку терять джедаев. Тебя они послушают, ты был на Джеонозисе, у тебя на счету прекрасно выполненная десантная операция, да даже, — тут он коснулся левой стороны головы, намекая на мои ещё до конца не исчезнувшие шрамы, — твоё ранение заставит их серьёзней воспринимать твои слова.       Уже больше не раздумывая, я кивнул:       — Хорошо. Когда первое занятие?       — Завтра, после обеда, — магистр уже развернулся, собираясь уходить, когда вдруг бросил через плечо: — И да, я оценил диверсию по уничтожению генератора планетарного щита. Как глава корпуса Теней хочу предложить пройти наш спецкурс.       — Тема? — уточнил я, немного удивлённый как самим предложением, так и тем, что Винду не стал скрывать свою не слишком афишируемую вторую (или уже третью?) должность. Что это, признак доверия? Или именно попытка это доверие мне «показать»? Непонятно.       — Действия за линией фронта в условиях неопределённой обстановки, — бросив на меня, пытающегося осмыслить, что стоит за столь расплывчатым названием, ироничный взгляд, расшифровал: — Диверсия, саботаж, скрытное проникновение.       — Понятно, — я глубокомысленно поиграл бровями, под его оценивающим взглядом, кивнул. — С удовольствием послушаю.       На что Винду только хмыкнул, сделав какие-то свои выводы и ушёл уже окончательно, напоследок пробурчав себе под нос:       — Мда, может я зря недооценивал библиотекарей.       Посмотрев в спину главы Стражей, захотелось от досады сплюнуть. Вот только пристального внимания к себе со стороны этого деятеля мне не хватало. И это несмотря на его вроде как неплохое ко мне отношение, что он так усиленно демонстрировал. В друзья практически набивался. Ага, с такими друзьями и врагов не надо.       Он уже давно ушёл, а я всё стоял и разглядывал воду внизу.

***

      — Марик! — молодая тогрута подбежала ко мне, стоило только зайти в келью, где она жила с другими юнлингами, здесь в Храме.       — Здравствуй, — я улыбнулся, машинально проведя рукой по её голове.       Остальная молодежь, подскочив, удивлённо и чуть с опаской воззрилась на непрошенного гостя в моём лице.       Обстановку разрядила та же Асока, обернувшись и сходу бухнув своим:       — Это Марик, он хороший и совсем не строгий.       Я хмыкнул, да уж, характеристика — добрый и не строгий. Однако действие своё это возымело. Народ отмер и начал подтягиваться, разглядывая меня.       — А это у вас что? — несмело ткнул пальцем вполне по-человечески выглядящий подросток в нашивку на плече.       — Это обозначение рода войск, в данном случае десантно-штурмовые подразделения, о чём говорят перекрещенные мечи. Над эмблемой номер бригады, — я разгладил цветную нашлёпку, в отличие от российской армии, она не пришивалась и не крепилась на липучке, а, скорее, клеилась к ткани робы.       — А это? — более уверенно спросил второй.       — Это за тяжёлое ранение, — я провёл большим пальцем по бугрящимся шрамам на виске, напоминании о Джеонозисе.       — Ты с фронта, да? — спросила уже тогрута, заглядывая снизу вверх, и я кивнул, — Да, буквально сегодня прилетел.       И тут на меня посыпался шквал вопросов от возбудившихся юнлингов:       — А как там? А где вы были? А вы правда сражались с сепаратистами? А много дроидов вы сами убили?       И тому подобное. Вздохнув, я понял, что уйти быстро не получится и, присев на чью-то кровать, принялся обстоятельно рассказывать. Поговорить наедине с Тано у меня не вышло, но и так, как получилось, было тоже неплохо. Всю беседу она просидела рядом со мной, глядя большущими глазами, и что-то такое было в её взгляде, особое, что меня кольнуло лёгкое чувство вины, не распознать в этом взгляде влюблённость не смог бы и слепец.       Узнай Йода об этом, а тем паче, что чувства эти в молодой тогруте я вызывал сознательно, и мне не избежать серьёзного разговора, который может окончиться для меня совсем не весело.       А Асока… Влюблённость, подростковая, яркая, первая, это прочнейший якорь, привязывающий её ко мне, очень крепко и надолго. Отобрать её у девчонки во имя будущего, просто будущего для сотен и тысяч одаренных? Что ж, я был готов пойти на это. И нам повезет если этой малой жертвой все и ограничится. Просто Энакин Скайуокер должен умереть, чтобы никогда не стать Дартом Вейдером и совершенно неважно, что для этого потребуется. Право, разбитое сердце девочки, это такая малость.       И все-таки совесть никак не хотела успокоиться, начиная шевелиться где-то внутри каждый раз, когда я смотрел на ещё совсем небольшие монтралы и коротенькие лекку девушки.       Закралась даже осторожная мысль, а если ограничится одним Палпатином? Дартом Вейдером Эничка ведь стал с его ситхской руки. Но скрепя сердце, я отбросил такой вариант. Да, канцлера тоже надо будет кончать, вот только Скайуокер и без него, уверенно и быстро шагал во тьму, совершенно самостоятельно. Падме, тускены, вера в исключительность, гордыня, и злость, душащая злоба на, по его мнению, недостаточное признание его заслуг, все это будет видно в нем еще до памятного падения и уничтожения Храма.       Нет, только высшая мера социальной защиты и точка.