Во имя чести

Торжества в Институте войны проходили всегда, когда одерживалась какая-то значимая победа. Приглашали туда всех — даже тех, кто не принимал участия ни в конфликте, ни в его решении. Но, разумеется, в центре внимания были победители и отличившиеся участники. Сегодня праздновалась победа Ионии — этим матчем им удалось отбить одну из захваченных Ноксусом территорий. Фиора не сомневалась, что вскоре черно-красные флаги зареют там вновь — ионийцы не те, кто в состоянии контролировать безудержную ноксианскую ярость. Но пока победители скромно принимали поздравления, не замечая угрюмых взглядов проигравших. Фиора поболтала в бокале алкоголь. На территории Института любые бои, кроме проводящихся на арене, были запрещены. Она знала, что это правило не осмелится нарушить никто, но всегда предпочитала сохранять разум чистым рядом с потенциальным врагом. Бокал оказался на подносе официанта так ловко, что тот этого даже не заметил. Шуршала ткань, звенели голоса. Поголовно женщины — особенно демасийские — нарядились в платья — как велели традиции, а мужчины облачились в костюмы. Стандартный бело-золотой камзол Фиоры средь длинных юбок был сродни протесту. Еще одна глупая традиция, которая давно себя изжила. В первую очередь она здесь не женщина, а глава Дома Лоранов. Позади раздался сдавленный вздох, и Фиора в последний момент успела развернуться и подхватить под руки падающую девушку. Которая, встретившись с ней взглядами, поспешно выпрямилась. — Добрый вечер, леди Лоран, — Люкс сделала глубокий реверанс, приветливо улыбнувшись. — Извините, я чуть не сбила Вас. К сожалению, не могу составить Вам компанию — меня уже ждут. Фиора кивнула в знак согласия, не став провожать ее даже взглядом. Люксанна Краунгард. Она сильно изменилась с того самого момента — когда стояла вместе с матерью позади своего брата на ступенях ее дома. Стала сильнее и взрослее, остался неизменным лишь взгляд. Осторожный, тщательно скрываемый взгляд полный презрения и ненависти. Фиора повела плечом. Этот взгляд она ощущала на себе весь вечер. Он ее нисколько не трогал, нет. Лишь было интересно, почему девчонка предпочитает испепелять взглядом ее спину вместо открытых претензий в лицо. Сдержать в себе раздраженный вздох не удалось. Ее бесила подобная трусость и подобная фальшь — Люксанна всегда улыбалась ей в лицо. Отпрыск самой знаменитой семьи Демасии, которую в пример ставит сам король, которая вдохновляет крестьян одним лишь упоминанием о себе, позволяет себе такое. Очередной карнавал лицемерия — проповедуют одни истины, следуют другим. Пока Фиора терпит эти взгляды. Но когда-нибудь на их пороге с требованием дуэли будет стоять уже она. К слову, о ее брате… Фиора обвела взглядом толпу, находя Гарена чуть поодаль. Он, в отличие от сестры, не хранил в душе обиды, хотя, если верить крикам их отца несколько лет назад, публично опозорен ее отказом был именно он. Чувства Гарена ее не волновали — лишь интересно было сравнить родную кровь. Возможно, он не зря был прозван мощью Демасии, но Фиоре его поведение всегда казалось неуместно помпезным. Она и сама не таила злобы на семью Краунгард. Возможно, неприязнь — но не более чем на всех тех, кто так же продолжает вскармливать и взращивать устаревшие устои, прикрываясь воодушевляющими речами. Спиной она вновь ощутила острый взгляд. Фиора недовольно цыкнула. Возможно, вызов на поединок семейство Краунгард получит куда быстрее.