Правда или вызов?

      Как бы ему этого не хотелось, но разговора с Жераром избежать не удалось. Соджорн потянула девушек в зеркальный лабиринт, оставив двоих агентов на растерзание начальника разведки. Тот уже давно задумчиво поглядывал на новый протез Джесси, но не задавал вопросов, выжидая удобный момент. Который Соджорн ему и предоставила.       — Стоит ли мне, как начальнику разведки, знать подробности прошедшей миссии? — Жерар многозначительно указал взглядом на протез. Они стояли возле водяных горок. Из-за высокого забора доносились радостные визги, когда лодка с посетителями на полной скорости врезалась в воду, поднимая фонтан брызг. Приходилось стоять близко друг к другу, но так их труднее было подслушать.       Джесси недовольно поморщился. Спрятать левую руку за спину мешала выигранная коротколапая колбаса, которую Соджорн отдала под его охрану. Стоило только вспомнить о существовании протеза, как тут же стала ощутима его тяжесть, и начало покалывать в месте сочленения.       — Если узнаешь, расскажи мне.       Жерар удивлённо приподнял брови и взглянул на Гэндзи, который в свою очередь переадресовал немой вопрос Джесси. И опять всё замкнулось на нём.       А ведь получается, миссия была согласована с Жераром. Но по какой-то причине Рейес не вдавался в подробности.       Сейчас Джесси мог бы сослаться на то, что ему запрещено обсуждать детали миссии с теми, кто в ней не участвовал. И лишиться единственного шанса узнать хоть что-то, раз Рейес упорно не хочет ничего ему говорить. Так что помощь начальника разведки не будет лишней.       — Последнее, что я помню — свой плен у «Когтя», — признался он. — А дальше — ничего.       — Вот как. — Жерар задумчиво заложил руки за спину. — Что говорят медики?       — Что это последствия сотрясения мозга. Ну, Мойра так говорит. Что это была за миссия? — Раз уж Джесси сейчас на импровизированном допросе, то попытается и сам получить хоть какую-то пользу.       — Вы с Гэбриелом шли по следу информатора «Когтя». Мне сообщили, что след оказался ложным. — Пока что слова Лакруа не противоречили тому, что говорил Рейес. — Я полагаю, мне стоит побеседовать с ним более обстоятельно.       — Командира нет на базе, — вступил в разговор Гэндзи.       Жерар медленно повернулся к нему.       — Удивительное совпадение, что он решил покинуть базу именно в день моего приезда. — Он рассеянно скользнул взглядом за их спины. Джесси на всякий случай тоже обернулся, но ничего подозрительного не обнаружил. Всё те же палатки со сладостями, яркие огни аттракционов и прогуливающиеся семьи с детьми. — Что вы двое можете сказать о нём? — В голосе Жерара звучала обеспокоенность, и Джесси вновь повернулся к нему. — Гэбриел изменился после возвращения из Сиэтла. Мы все это заметили. Вам что-то об этом известно?       Джесси сказать было нечего. Даже если он что-то и знал, то ничего не помнил. Да, он заметил, что Рейес плохо спит, о чём говорили глубокие тени под глазами. Стал хуже питаться, это выдавали заострившиеся черты лица и нездоровый цвет кожи. И вся его одежда пропиталась запахом дыма, из чего можно было сделать вывод, что он стал больше курить. Они почти не общались, пожалуй, разговор в медкорпусе стал самым продолжительным с того момента, как он пришёл в себя в палате.       Гэндзи явно знал больше. Он скосил глаза на Джесси, затем посмотрел на Лакруа. Внутри него явно шла серьёзная борьба, исход которой был очевиден: он не будет обсуждать их командира за его спиной.       И тем больше было удивление Джесси, когда киборг всё же заговорил:       — Мы не имеем права обсуждать детали миссий с теми, кто в них не участвовал.       Лакруа медленно кивнул. Только что Гэндзи, пусть и косвенно, подтвердил его опасения. В Сиэтле действительно произошло что-то, изменившее их командира.       Со стороны длинного здания показались их спутницы. Соджорн смеялась и что-то рассказывала, активно жестикулируя. Слева от неё смущённо улыбалась Амели, она двигалась легко, будто плыла над дорогой. Справа Ангела пыталась уклониться от апперкота, которым Соджорн в своём рассказе уложила невидимого противника.       Жерар вздохнул.       — Будете готовы поговорить или что-то вспомните, — быстрый взгляд на Джесси, — звоните в любое время. Мы все хотим помочь Гэбриелу.       Джесси и Гэндзи промолчали. Они оба понимали, что звонить Жерару никто не будет.              * * *              Парк аттракционов они покинули относительно рано, во всяком случае, по мнению Джесси. Но в этом Ангела оказалась непреклонна — нельзя пропускать приём лекарств. Ей, как и Грегу, тоже не нравилось, что Джесси и его медицинская карта в единоличном пользовании О’Доран, но сделать они ничего не могли. Только следить, чтобы он не отлынивал от инъекций.       Медкорпус встретил тишиной, гулом потолочных ламп и шорохом неутомимого робота-уборщика, который прошуршал щётками за угол.       Мойра уже ждала его, нетерпеливо постукивая пальцами по столу.       — Ну как, хорошо развлёкся? — ядовито спросила она, пока Джесси садился на кушетку и снимал куртку.       — Отлично! — преувеличенно воодушевлённо откликнулся он. — Жаль, тебя с нами не было. — Он на секунду задумался. — Хотя нет, вообще не жаль.       Мойра хмыкнула и, взяв со стола медикит, подошла к нему.       — Вижу, к тебе вернулось твоё убогое чувство юмора. Я сообщу Гэбриелу, что тренировки можно возобновлять. Ты совсем потерял форму.       Она небрежно хлопнула тыльной стороной ладони по его животу. Кого-то другого это могло бы задеть, но Джесси только ещё больше развеселился.       — И ты лишишь меня своего общества? — притворно ужаснулся он.       — О, насчёт этого можешь не волноваться. Эти лекарства теперь с тобой на всю жизнь. А значит, только твоя смерть сможет разлучить нас.       Мойра внезапно нахмурилась и потянула его левую руку ближе к свету, заставив Джесси насторожиться.       — Давно это у тебя?       Её сухие жёсткие пальцы осторожно коснулись воспалённых язвочек на месте сочленения плоти и металла.       — Не знаю, — растерялся Джесси. — Утром этого не было.       Мойра задумчиво выпрямилась, задала медикиту команду и закрепила на его здоровой руке.       Джесси поморщился, когда игла проткнула кожу. Время тянулось невыносимо медленно. Похоже, происходило что-то серьёзное. Мойра вернулась к столу, взяла его медицинскую карту и начала изучать.       А ведь протезист предупреждала, что может случиться отторжение импланта. А в очень редких случаях организм вообще не принимает даже самые современные протезы. И что тогда будет? Джесси успел накрутить себя едва ли не до паники, когда медикит наконец сообщил, что готовы результаты анализов. Он вытянул шею, но всё равно ничего не смог бы понять в длинном перечне данных. А вот Мойра изучала их с живейшим интересом, занося данные в его карту.       — Нужно менять дозировку, — рассеянно пробормотала она. — Организм перегружен.       Прозвучало это не слишком обнадёживающе. Что значит «перегружен»? Его накачали лекарствами так, что уже не лезет?       Мойра задумчиво постучала пальцем по подбородку. А затем растянула губы в холодной улыбке.       — Ну что же, пожалуй, я исполню твоё желание. Инъекции придётся разнести по времени, так что теперь мы будем видеться чаще.              * * *              Меньше всего утром на пороге казарменной комнаты Джесси ожидал увидеть начальника разведки. Особенно после того, как вчера вечером, распрощавшись с Соджорн и четой Лакруа, он собственными глазами видел, как их машина направилась в сторону аэропорта.       Жерар как всегда выглядел безупречно: идеально уложенные волосы, костюм без единой складки, белоснежный ворот рубашки. Его аккуратность ещё больше бросалась в глаза на фоне растрёпанного и помятого Джесси, собирающегося на утреннюю пробежку. Он рассеянно почесал затылок и попытался пригладить стоящие дыбом волосы. Сегодня он спал на удивление крепко и едва не пропустил побудку. Похоже, решение Мойры сменить график приёма лекарств оказалось верным.       — Заблудился по пути в аэропорт? — предположил Джесси. — Насколько я помню, Париж отсюда в другой стороне.       Жерар вежливо улыбнулся и выразительно заглянул ему за спину, где сонный Киён пытался выудить из-под кровати свою обувь.       — Планы поменялись. Идём, если поторопимся, я успею на выступление Амели. Не хотелось бы расстраивать её ещё больше.       Он отступил обратно в коридор, молча приглашая следовать за собой. Выбравшийся из-под кровати Киён жадно прислушивался к их разговору. Но его любопытству суждено было остаться неудовлетворённым. Джесси подхватил куртку, шляпу, и, всё ещё пытаясь привести волосы в некое подобие порядка, вышел за Жераром в коридор. Навстречу им, едва переставляя ноги от усталости, брели Кимико и Мирембэ, только вернувшиеся с миссии. Жерар посторонился, уступая им дорогу, а затем решительно направился к выходу. Джесси махнул рукой на попытки привести себя в человеческий вид и натянул шляпу на голову.       Улица встретила их темнотой, холодом и чьей-то руганью. Затянутое низкими серыми облаками небо обещало скорый и продолжительный снег. Возле величественной статуи Моррисона стояла тележка на антигравитационной подушке в окружении чёрных ящиков. Двое механиков вяло переругивались, не пытаясь, впрочем, исправить учинённый беспорядок. При виде Жерара они замолчали, обменялись хмурыми взглядами и принялись водружать ящики на место. Вид человека в дорогом деловом костюме может творить чудеса.       Похоже, на базе сегодня начались массовые перестановки. Девушка-блондинка в серой безликой рабочей униформе толкала тележку, наполненную коробками в сторону штаба. У дверей ей пришлось остановиться, дожидаясь, пока пара рабочих в сопровождении Уинстона вытащат массивный ящик, в котором вполне мог поместиться и сам учёный.       В здании штаба с десяток рабочих под командованием инженера нагружали тележки, пытаясь уложить разноразмерные коробки и ящики в стройную композицию.       Их коллега блондинка всё же смогла протолкнуться внутрь здания. Джесси и Жерар посторонились, пропуская её. Одна из коробок опасно наклонилась, и девушке пришлось остановиться, чтобы вернуть её на место.       — А это куда? — уточнил инженер. Нагруженная тележка в сопровождении одного из рабочих начала двигаться к выходу.       — В архив, — последовал короткий ответ, и инженер потерял к ней интерес.       А вот Джесси сразу приуныл. Новая партия отчётов, которую рано или поздно ему придётся разгребать.       Рейес стоял возле дверей, скрестив руки на груди и нетерпеливо постукивая ногой. Подобной привычки Джесси у него ранее не замечал. Командир проводил блондинку долгим взглядом, прежде чем переключить внимание на Жерара. Перчатки он так и не снял, даже когда пожимал ему руку. От начальника разведки это тоже не укрылось. Он ястребиным взглядом оглядел Рейеса с ног до головы, но дружелюбная улыбка на его лице даже не дрогнула.       — Надеюсь, твоё «Мы можем покончить с «Когтем» не было бахвальством? — первым заговорил Рейес с ноткой раздражения. При этом он как-то старательно избегал смотреть на Джесси.       — Может быть немного, — признался Жерар. — Не за один день. Но, признай, я же смог привлечь твоё внимание.       — Более чем.       — Тогда всего одно имя. — Жерар даже выдержал драматическую паузу, подогревая интерес. — Антонио Бартолотти.       Ответ Рейеса ограничился всего одним коротким, но ёмким словом.       — Грубо, но характеристика вполне точная, — серьёзно согласился Жерар.       — Нужно было засадить его ещё два года назад.       — Полагаю, это имя должно мне о чём-то сказать, — влез в разговор Джесси. Если обсуждение пойдёт дальше, он запутается окончательно.       Рейес и Лакруа переглянулись. Затем Жерар одарил его несколько виноватым взглядом. Значит, этот разговор уже происходил. В те пропавшие две недели. К подобным взглядам он успел привыкнуть, хотя по началу его и раздражала всеобщая жалость. Но в последнее время он потихоньку начинал наглеть, используя внимание в своих интересах.       С Мойрой, разумеется, подобное не срабатывало. Именно ей удавалось удерживать его в рамках совести. И, как бы неприятно было это признавать, именно её циничность и холодность до сих пор удержали его от срыва. Без неё он бы не справился.       Рейес опять начал буравить спину девушки в рабочей униформе, поэтому ответил Жерар:       — Антонио Бартолотти — оружейный барон. Он поставляет оружие в армию Италии.       — Как Виалли? — уточнил Джесси.       — Они разделили сферы влияния. Фактически они вдвоём контролируют всё оружие Италии. Два года назад Бартолотти поймали на взятке, но Виалли за него заступился. А потом дело развалилось, часть доказательств признали сфабрикованными. — Лакруа на секунду помрачнел. Видимо, считал освобождение Бартолотти личным оскорблением. — В любом случае, Виалли после последних событий залёг на дно. Да так глубоко, что даже мои люди не могут его найти. Теперь наша основная цель — Бартолотти. Точнее, ваша.       Девушка-рабочий наконец скрылась из их поля зрения, и Рейес вернулся в разговор:       — У него обширные связи. Задержим его сейчас, и ему тут же помогут выйти на волю друзья в правительстве…       — Это неважно, — слишком легкомысленно отмахнулся Лакруа. — Нам нужен не он, а список его поставщиков. Перекроем денежный поток в его карманы, и никакие друзья ему не помогут.       Рейес нахмурился.       — Суд не примет ничего, что получено незаконным путём. Джек на такое не согласится.       Джесси с интересом наблюдал их смену ролей. С чего это рассудительный начальник разведки решил действовать в обход закона, да ещё и уговаривает на это Рейеса?       — С Джеком я поговорю. — Судя по тону, Лакруа не сомневался, что сможет его убедить. — Мы действительно сможем покончить с «Когтем», пусть и не сразу. И в первую очередь лишим их финансирования. Собирай своих, обсудим детали.       Лакруа протянул руку. Рейес секунду поколебался, но всё же пожал её, так и не сняв перчатку. Рукопожатие длилось чуть дольше положенного, Жерар внимательно всмотрелся в лицо собеседника, но Рейес отступил и повернулся к Джесси.       — Шимада опять в медкорпусе? Что у него на этот раз?       — Ммм, — неуверенно протянул Джесси, поскольку возможных вариантов для Гэндзи оставалось не так уж много.       В медкорпусе он проводил даже больше времени, чем Джесси. Либо там, либо в тренажёрном зале. И всегда в сопровождении молодого голубоглазого доктора.       Рейес только покачал головой и направился к выходу. Джесси обернулся к Жерару, который дожидался лифта, провожая их пристальным взглядом, и поспешил следом за командиром. В дверях они опять столкнулись с девушкой-рабочей, которая торопливо покидала штаб. На этот раз она была без тележки, не смотрела по сторонам и ускорила шаг, стараясь опередить Рейеса. Тот, задумавшись, пропустил её перед собой.       Снег так и не начался. Наоборот, сквозь тёмные тучи пробились лучи утреннего солнца. Девушка бодрым шагом направилась через плац, сопровождаемая пристальным взглядом Рейеса.       Джесси поднял металлическую ладонь к глазам и посмотрел на свет сквозь пальцы. Его первая миссия с новым протезом. Лучше бы он не подвёл. Если он убедит себя, что миссия будет сложной, это поможет обмануть его везение?       В кармане завибрировал телефон. Джесси остановился на первой ступени лестницы, вытащил его и посмотрел на экран. Сообщение от неизвестного абонента. Фиолетовый череп весело подмигнул ему пустой глазницей и взорвался разноцветным фейерверком.       Рейес, успевший спуститься на дорожку, всё так же не сводил взгляд с девушки в серой униформе.       — Как давно она…       И в этот момент мир распался на куски. Джесси почувствовал, как его приподняла над землёй горячая огромная ладонь. В этот раз время не замедлилось, наоборот, оно понеслось с невероятной скоростью. Он не успел ни удивиться, ни испугаться, как уже летел кубарем по лестнице, больно ударяясь рёбрами о ступени.       Он лежал, задыхаясь от поднявшейся бетонной пыли, пытаясь унять непрерывный звон в ушах. Кашляя и отплёвываясь, Джесси с трудом приподнялся, опираясь на протез. К своему удивлению, он понял, что так и не выпустил из рук телефон. Глаза жгло, как огнём, лёгкие разрывались от кашля. В воздухе повисло облако бетонной пыли.       Взвыла пожарная сирена. Раздался спокойный голос Афины, звучавший странно контрастно на фоне творившегося вокруг хаоса.       Мимо пронеслась чёрная тень. Вытерев слезящиеся глаза, Джесси обернулся. Перебравшись через обломки лестницы, в здание ворвался Рейес.       «Там же Жерар!»       Не совсем соображая, что делает, Джесси поднялся и поковылял следом за командиром.       Весь первый этаж лежал в руинах. Валялись ящики и коробки. Лежали тела, присыпанные мусором и покрытые бетонной пылью. В воздухе ранеными птицами кружили обгоревшие листы бумаг. Трещала и искрилась проводка. Под ногами хрустело стекло.       Перекрытие второго этажа частично обрушилось, перекрыв обломками проход к лифтам. Оставался небольшой зазор, куда мог протиснуться разве что ребёнок, и именно туда Джесси и направился. По ту сторону завала Рейес пытался достать из-под обломков бесчувственное тело Жерара. Как командир вообще сумел просочиться туда? Нашёл обходной путь?       Джесси закашлялся и прикрыл лицо рукавом. Взялся за один из обломков, собираясь расширить проход, но его остановили резким окриком:       — Ничего не трогай! — Кто-то оттащил его от завала, на лицо нацепили пластиковый капюшон с маской, дышать сразу стало легче. — Здесь сейчас всё обрушится, — продолжил всё тот же голос. Судя по серой униформе, это был один из рабочих.       — Там Лакруа, — Джесси ткнул в сторону завала, всё ещё тяжело дыша.       — Ты тут ничем не поможешь. Иди, — рабочий махнул рукой в сторону выхода. — Пожарные скоро будут здесь. Лучше помоги вытащить раненых.              * * *              Завалы разгребали до вечера. Сменами, без перерыва искали раненых и погибших. Медики сбивались с ног, даже вызвали врачей с других баз. Уже прибыла подмога из Лондона и Рима. Часть раненых отправили на реанимобиле в город. Все палаты в медкорпусе теперь были заняты. Койки стояли даже в коридоре. А раненые всё прибывали.       Джесси сидел на нешироком диване в закутке возле окна и цедил питательный коктейль со вкусом клубники. Чистая, только из химчистки форма, пропиталась потом и кровью, как его, так и чужой. Ссадины на лице и правой руке неприятно пощипывало. Правая штанина была распорота до самого бедра, и нога под бинтами зудела и чесалась. Он даже не заметил, где успел пораниться. Притащил на себе раненого Эмре, всё лицо которого было в крови и пыли, а левая рука висела плетью, и уже собрался вернуться к завалам, как его за шиворот ухватил Грег. Не слушая возражений, доктор отправил его в перевязочную, а сам занялся Эмре.       — Так, посмотрим.       Грег держал в руках инфопланшет, загружая медицинскую карту Джесси.       — Жалобы? — он выразительно оглядел своего пациента с головы до ног. — Помимо очевидного? Головокружение, тошнота? Проблемы с протезом?       Джесси рассеянно покачал головой. Внезапно на него навалилась дикая усталость. Он не ел со вчерашнего дня, весь его рацион за сегодня состоял из пачки сигарет и питательного коктейля.       — А где Мойра? — Он вдруг понял, что не видел её сегодня. А ведь как медик она должна принимать раненых. Или погибших. Такое вполне можно от неё ожидать.       — На операции. Ассистирует доктору Циглер. — Грег пролистал его карту в самый конец. — Вижу, что сегодня тебе не делали инъекцию.       — Знаешь, как-то не до этого было. — Джесси обвёл вокруг себя свободной рукой. Грег выразительно приподнял бровь и сделал какую-то пометку в карте.       Джесси устало откинулся на спинку диванчика и сделал ещё один глоток. Глаза слипались от усталости и лекарств. Гул голосов и стоны раненых слились в единый мерный шум.       — Очень странно, — пробормотал Грег, и Джесси встрепенулся. — Курс лечения должен был быть пересмотрен месяц назад. — Он нахмурился, пролистнул вверх и долго что-то изучал. — Точно никаких жалоб? Сонливость, нарушение координации, тошнота?       — Это ведь норма в моём положении, — Джесси помахал протезом. — Учитывая, чем меня накачивают.       — Значит так, инъекции я отменяю, — решительно заявил Грег. — После ужина зайдёшь ко мне, составим новый график приёма.       — Куда вы его понесли в таком виде?! — неожиданно раздался поистине медвежий рёв от лысого врача ночной смены, имя которого Джесси так и не узнал. Даже стоны раненых испуганно стихли. Двое агентов, едва не выронив носилки с телом, остановились в дверях медкорпуса. За ними тянулся тонкий кровавый след. Пробираясь по коридору, словно ледокол, врач широким шагом направился к растерянным агентам. Доктору хватило одного взгляда, после чего он махнул рукой в сторону лифта. — На подземный этаж.       Агенты переглянулись. Джесси отвёл взгляд. На подземном этаже находился морг.       Сколько их уже? Джесси насчитал пятерых, но их наверняка больше. И среди них мог оказаться и Жерар. Начальник разведки надышался угарным газом, получил сотрясение мозга и перелом двух рёбер, но выжил. Большую часть осколков задержал пиджак из кевларовой нити.       Джесси опустил взгляд в свой стакан, в котором почти ничего не осталось. Питательный коктейль помог унять изначальный голод, но не смог обмануть желудок, который напомнил о себе жалобным урчанием.       — Идём, нужно взять анализ на токсины, — скомандовал Грег.       Опираясь на здоровую ногу, Джесси попытался подняться, и тут же упал обратно. Слабость и головокружение — всё, как описал Грег. А ведь до его слов Джесси даже не придавал этому значения.       — Ладно, жди здесь, — сжалился доктор. — Найду медикит и вернусь.       Он ушёл, оставив Джесси в компании пустого стакана. И опять потянуло в сон, из которого его выдернул недовольно бурчащий желудок.       И тут, среди стонов и гула голосов, он отчётливо услышал имя Амели.       — …не появилась на репетиции…       Это определённо был голос Моррисона. Джесси подполз к краю дивана и выглянул за угол.       — И никто её не видел? — это уже голос Аны. Она, Джек и Рейес прошли мимо него, направляясь к кабинету Грега. — Нужно сказать Жерару.       — Не сейчас.       — Что значит «не сейчас»? — ворвался в разговор Рейес. — Собираешься тянуть до последнего?       — Я собираюсь подождать, пока он отойдёт от наркоза, — начал терять терпение Моррисон.       Опираясь на подлокотник, Джесси поднялся на ноги. Главнокомандующий Моррисон выглядел не лучшим образом. Он где-то потерял свой плащ, синяя униформа была покрыта пылью и порвана в некоторых местах. На руках уже заживали мелкие ссадины. Рейес на его фоне смотрелся более опрятно, но лишь из-за чёрной формы, на которой грязь была не так заметна. Ана заплела волосы в толстую косу и обеспокоенно накручивала на палец её кончик.       — Что происходит? — Джесси подошёл к ним, переводя взгляд с одного на другого. — Что с Амели?       Моррисон мрачно скрестил руки на груди. Ответила Ана:       — Амели Лакруа пропала.