Наркобарон

Через пару лет Сокджин по-прежнему предпочитает мягкие свитера и ненавидит душные кабинеты. Их квартирка полностью обустроена, и Джин никогда не признается, что не любит принимать гостей. Просто ему нравится быть с Намджуном наедине. Сокджин по утрам целует его улыбку и ямочки на щеках, идёт заваривать кофе на двоих и приносит его в постель вместе с булочками. Работы теперь намного меньше — из Чонгука получился просто потрясающий партнёр, которому можно доверить большую часть дел. Тэхён занимается дизайном. Записался на очередные курсы и пытается везде успеть. Гостиница в Сеуле будет его дипломным проектом. Для каждой комнаты планируется свой стиль оформления. Тэхён вечерами зарывается в бумаги, какие-то карточки и журналы. От него порой невыносимо пахнет краской, но никто не жалуется. Он звонит Сокджину иногда в час ночи, и тому приходится уходить на кухню, чтобы Намджун мог спокойно выспаться. А потом, вернувшись в комнату, Джин украдкой гладит небольшую отметину на груди Намджуна. Она — напоминание того, что ненависть Сокджина всё же достигла своей цели, пусть и таким странным способом. Этот Новый год они все вместе проводят в домике в северных землях. Это был подарок Намджуна на свадьбу. Сокджин настоял, чтобы всё было белым. Белые стены, мебель и даже камин. Для него этот цвет значит очень много. Он развесил по дому шары и гирлянды, приготовил еды и ласковым котёнком устроился на коленях Намджуна. От камина веет теплом, и послеобеденная дрёма пленяет Джина в свои сети. Чимин — успешный танцор в одном агентстве, часто выступает, часто пропадает на концертах. Он вытянулся, изменился, стал тоньше и грациозней, иногда от него вообще не отвести взгляд. Эти каникулы — чуть ли не первое свободное время в его графике. Он расслабляется, он счастлив. Потому что счастлив он сам. И счастлив отец. Счастлив Хосок — его очень горячий парень с ножами в рукавах. На Чимине белый джемпер крупной вязки, белые шорты и белые гольфы. Он приносит отцу и Джину две чашки с горячим белым чаем, ставит на столик. Намджун улыбается. — Спасибо, малыш. И не хочет будить Сокджина, лишь только гладит его по волосам. Потом, пока Хосок что-то делает на кухне, Чимин уходит в другую часть комнаты к Чонгуку с Тэхёном. За это время они умудрились подружиться, выбора не осталось. И это хорошо. Чимин из-за плеча заглядывает в планшет Тэхёна, оценивает интерьер на фотографии, кладёт подбородок на плечо, улыбается и мурчит: — Красота какая! — Правда нравится? — Тэхён улыбается и листает дальше, показывая интерьер с разных ракурсов. — Я хочу сделать это в одном из люксов, но Чонгук говорит, что слишком ярко и надо хоть один люкс сделать в спокойных тонах. Тэхён поглядывает на своего парня, оценивая его реакцию на сказанное. — А по-моему, круто, — улыбается Чимин. — Спокойных люксов в каждом отеле предостаточно, а у вас он крутой и необычный. — А я бы сделал один полностью белым. Или чёрным, — ровно говорит Чонгук, поглядывая на парней. Он никогда этого не скажет, но вот он-то не всегда рад, что эти двое нашли общий язык. Но ревновать даже полезно. — Чёрный — это хорошая идея, — Тэхён оглядывается по сторонам. — А то белого в нашей жизни многовато. Он открывает план гостиницы и делает пометку на одном из люксов, подписывая его «Гуки». У него хватает комнат для воплощения своих идей, почему бы не сделать один из них таким, как хочет Чонгук. Хосок, заканчивая свои дела, подходит к парням и приобнимает Чимина со спины. — Принцесса, ты не всех ещё здесь очаровала? — Всех, — мурчит Чимин, подается задом назад, едва-едва потирается, распрямляет спину. Не стесняется никого. — Смотри, чтобы мне осталось, — Хосок прижимает его за талию к себе и забирается пальчиками под одежду. Они наедине не так часто, как хотелось бы, и Хоби непременно демонстрирует оружие всем, кто вьётся рядом. В первую очередь его увидели менеджеры, во всей красе, и запомнили, как бесшумно может двигаться парень. Работы сейчас не так много, и Хосок порой следует за своей принцессой в качестве охраны. Он очень переживает, что Чимина закружит вся эта жизнь, известность, а на него просто не останется времени, поэтому Хоби наслаждается вниманием своей принцессы на полную катушку. — Хоби, щекотно! — привычно хихикает Чимин, уворачивается ловко, берёт Хосока за руку и тянет обратно на кухню под предлогом посмотреть, что он там наготовил. Но на деле сразу целует в губы, порывисто обнимая за шею. — Мне плохо без тебя. — Хоби всё знает и всё понимает. Он совсем не против развития карьеры и не против ждать. У Чимина талант, и будет преступлением прятать его от людей. Просто скучает. Хосок гладит его щёки и скулы, заправляет волосы за ушки. Он не может не любоваться. Чимин потрясающе красив и сексуален, его без преувеличения хотят все в радиусе километра. — Я с тобой, Хоби… — улыбается Чимин. Ему уже проще доставать до его губ, хотя Хосок всё равно повыше ростом. Его хотят многие, его хотели и раньше, но он отдаётся теперь только Хосоку, не чувствуя каких-то неудобств по этому поводу. Иногда он берёт его сам, они попробовали так, Чимину тоже нравится. Но он даже сверху остается безумно нежным и солнышком. — Я тебя люблю, — Хосок приподнимает Чимина от пола, вынуждая обвить ногами его талию. Держит за спину, прижимает к себе и трётся носом о его нос. Он бы бросил работу и следовал за ним неустанно, как верный пёс, но Чимину надоест подобное. Поэтому Хоби остаётся разным, чтобы не наскучить. Порой даже чуточку жестоким и неудержимым. Он оставляет засосы на шее своей принцессы и с удовольствием читает в соц. сетях очередные слухи и домыслы о его жизни. Чимин счастливо смеется, скрещивает ноги, держится за шею Хосока. Игриво сверкает глазами — гирлянды на стенах завистливо моргают этим огонькам. Прижимается щекой к щеке и тихонько шепчет: — Я тебя тоже люблю, Хоби… Хосок несёт Чимина в отведённую им спальню, у них ещё есть время до празднования Нового года, а вот терпения у него совсем уже нет. Он кидает его на кровать, нависает сверху и долго-долго целует. Наконец насытившись, достаёт из кармана что-то похожее на кулон. — Я знаю, что контракты, подобные твоему, не позволяют жениться или выходить замуж. Поэтому пока пусть будет так, — Хоби надевает Чимину на шею небольшую цепочку, на которой висит кольцо с гравировкой «Только ты в моём сердце». — Знаю, что безделушка, когда-нибудь будет красиво и по-настоящему. Но пока мне хочется, чтобы это было с тобой. — Хоби… Спасибо! Это так красиво! Чимин рассматривает кольцо, крутит его, потом зачем-то целует, и глаза блестят уже не от игривости. — Хоби, встретишь Новый год во мне? — подняв к нему взгляд, облизывает губы. — Я готов встречать так каждый Новый год, — Хосок забирается руками под одежду Чимина и припадает к его шее с поцелуями. Чимин снова счастливо смеётся, выгибается и гладит гибкую спину Хосока. Хоби снимает с него одежду, ласкает его тело губами и руками. Медленно раздевается сам. — Какой же ты красивый, Чимин-а, — Хосок жарко дышит в его шею, прикусывает нежную кожу. — И ты… очень красивый, Хоби! — улыбается Чимин, подставляясь под ласки. Намджун видит, что его королева совсем уснула, а на часах уже без пятнадцати двенадцать. Он негромко говорит Чонгуку с Тэхёном, чтобы те шли на кухню вдвоём, остается с Джином, вытягивается рядом. И под бой курантов пьёт не шампанское, а воздух из его рта, мягко целует, заставляя проснуться. И желание Намджуна вполне понятно: чтобы так было всегда. Сокджин сладко потягивается и снова припадает к любимым губам. Ему нравится просыпаться вот так, рядом с родным теплом, нежиться в нём. Джин обнимает Намджуна за шею, открывает глаза и, уткнувшись в шею, шепчет: — С Новым годом, любимый. — С Новым годом, родной, — почти эхом отзывается Намджун и улыбается. Он ни разу не против того, что Новый год они все встречают в разных комнатах. Поесть за общим столом одной семьей они всегда успеют. А пока с каждым из них рядом самый любимый человек — и по-другому быть не может. Юнги в это время в Индии, расслабляется, купается в океане. Его нынче зовут просто Шуга. Его знает полгорода как отличного тренера по йоге, к нему вечно приезжают иностранцы. Любимая его асана — «мертвец». И возможно, они больше никогда не встретятся.