Подковка на счастье.

На следующий день Саша проснулся с болью во всем теле, но разрывало его изнутри. Было так больно слышать те слова от любимого человека, и ведь он был ни в чем не виноват. Он же хотел защитить Яна, а получилось, что теперь выглядит в его глазах ничтожеством, и от этого очень больно. Сколько в его глазах было презрения, отвращения и боли. И Саша понимал, что та боль в его глазах была из-за его предательства. Но разве оно было? Ведь парень просто хотел защитить и помочь Яну осуществить его мечту – выиграть чемпионат. Хотя теперь Саше и самому было от себя противно… Может, это только он думал, что то, что он делает помощь? Может, и не надо было в это лезть? Но… Но разве можно закрыть глаза на это, на то из-за чего Яна могут дисквалифицировать и соревнований он долго не увидит? Конечно, нет. Вернее проигнорировать можно, но точно не в том случае, если это касается любимого человека. И Сашу успокаивало только это, то, что он сделал это ради самого дорогого человека, ради Яна. И пусть тот не знает, ни об этом поступке, ни о чувствах парня. Лучше пусть ничего не знает, и не презирает еще больше. Но ведь все равно больно. Больно от воспоминаний, больно от телодвижений, больно от мыслей о любимом. Просто больно. « - Что мне теперь делать? Неужели он вчера сказал правду? Неужели теперь Ян меня ненавидит? И.. и как мне быть? Ведь он даже не посмотрит на меня, не заговорит. А как вчера все хорошо начиналось… » - думал красноволосый, медленно шагая и рассматривая свои черные ботинки. Холодный ветер хлестал по лицу, как будто пытаясь привести парня в чувство, но он это игнорировал или просто не замечал. Он думал о вчерашнем, о настоящем и о своем сне. Сон был болезненный и очень мрачный. Парень точно не помнил, о чем он был, но он помнил издевательский смех, и презрение в аквамариновых глазах черноволосого парня. Он не знал, что теперь делать. Может, попробовать поговорить, извиниться? Хотя разве кому-то нужны его извинения? Ян, наверное, даже не удосужится взглянуть на него. - Саш, привет, ты.. как? – подойдя к кареглазому, спросил Вова и, увидев боль в глазах, вздохнул, - не убивайся ты так, все будет.. - Скажешь «хорошо», и ты труп, ясно? – зло выдавил Саша, но через секунду пожалел о своей грубости. Друзья ведь ничем не виноваты, а достается именно им. – Прости, я не хотел. - Ничего, - улыбнулся брюнет и тут его шею оплели родные руки, - Андрюш, - Вова поднял голову и почувствовал на своих губах горячее прикосновение, - вот только не на улице. - Хорошо, хорошо, - блондин поднял руки в знак отступления, - Саш, ты как? - Нормально, - буркнул он, и парни решили дальше не задавать вопросы. Вот бывают ситуации, когда нужна чья-то поддержка, а бывает совсем наоборот. Попрощавшись с друзьями на лестнице, и получив одобряющие улыбки, Саша поднялся на четвертый этаж и заглянул в кабинет географии. Яна пока не было, но все равно на душе было плохо, а пальцы холодели от легкого страха. Все же было страшновато увидеть его после вчерашних жестких слов, которые так больно резали сердце, разрезали его на мелкие кусочки. И эта пытка была медленной, болезненной. Каждое слово - один разрез, такой грубый и причиняющий столько боли. Вот нельзя сразу, в один момент добить, а? Нет, нужно не торопясь, чтобы человек смог ощутить каждый даже самый маленький надрез. - Ян, наконец! Ты сделал контурные карты, дай перерисовать? – накинулся Гоша на вошедшего в класс Яна. Парень провел рукой по волосам, зачесывая пряди назад и его взгляд остановился на Саше: - Я не сделал, вчера было не до этого. - Ааа, как жалко… - протянул шатен и побежал к Роме, - а ты сделал? Спасай друг! Эта небрежная фраза, заставила Сашу вздрогнуть и еще сильнее ощутить на себе презрительный взгляд, а чувство вины сковало тело. Но что он мог сделать? Парень даже сам не понимал, виноват ли он, но все равно не мог заставить себя пошевелиться. Саша, идя по темной школьной лестнице, принял решение, что извинится, хотя бы попробует извиниться, а сейчас не мог и слова сказать. Ян прошел мимо него и сел за свою парту, к которой сразу подбежали девушки, и парня это заинтересовало. Он еще вчера решил забить на эту тварь, и вернуться к своей прошлой жизни. Хорошо ему жилось без этой любви и души нараспашку, так почему бы не вернуться к старым привычкам? Ян всячески касался девушек, пытался смеяться над их не особо смешными шутками, а на пошлые намеки, подмигивал. Но черноволосый не до конца понимал даже себя, он не чувствовал, что постоянно старается во время какого-то особо пошлого момента посмотреть в сторону Саши, и увидеть его болезненную реакцию. Он не замечал, как смотрел на паренька, который еле сдерживал свои чувства, да и сам Ян поступил вчера необдуманно, он был на эмоциях и просто не смог совладать с собой. Но раз он решил, что ему пофиг, значит пофиг… - Янчик, доброе утро, как ты? – отогнав девок от «своего» парня, Полина села на свое место, рядом с Яном, - я вчера пропустила тренировку, так как была у врача. - Ммм, ясно, я волновался, - оглядев девушку, произнес Ян, и посмотрел через нее на Сашу, который мигом встал и подошел к окну. - Здравствуйте, начинаем урок, - произнесла женщина средних лет, как только прозвенел звонок и все ученики сели за парты, - положите мне на стол свои контурные карты с домашним заданием. Только проверьте, чтобы они были подписаны. Когда закончился второй урок, и Саше надоело наблюдать все эти танцы-мансы-обжимансы Яна с Полиной, которая была настойчивее обычного и отгоняла своих соперниц куда подальше, он решил попробовать извиниться. По крайней мере, ему так будет спокойней. Пусть даже и пошлет, но Саша хоть не будет потом сожалеть, что не сделал этого. И парень, все еще дрожа от страха и боли подошел к Яну, собирающему свою сумку, и тихо начал: - Ян, прости меня, пожалуйста, я не долж… - Я не хочу тратить свое время на такого, как ты, - отрезал брюнет, даже не дослушав Сашу и взяв девушку с длинными шоколадными волосами за руку, направился в другой кабинет. - Нет, пожалуйста, выслушай! – крикнул он и схватил Яна за рубашку, - пожал.. - Я же сказал, отвали от меня, - злобно прорычал парень, и выдернул руку, затем быстрым шагом пошел в сторону столовой. А Полина ликовала и, обернувшись, одарили парнишу злобным, высокомерным взглядом. « - Ну вот. Я так и думал. Ты даже не захотел выслушать меня. Неужели настолько возненавидел? Я теперь тебе так противен? Да, ты меня презираешь, иначе бы в твоем голосе не было бы столько злости, а в глазах бы не плескалось безразличие. Но.. Но Ян, что теперь делать мне? Мне же больно, я не могу… Я люблю тебя! Люблю, а ты меня ненавидишь! Почему так? Почему!? Что мне сделать, чтобы ты опять посмотрел на меня, так же как и вчера, под лестницей?! » - кричал парень у себя в душе, а затем с болью взял сумку и, закинув ее себе на плечо, поплелся в спортзал. Но заниматься он не собирался, так как тело все еще было в синяках и болезненных ранах. Ян как можно быстрее, хотел уйти от Саши, чтобы… Чтобы не видеть этих глаз и не чувствовать себя такой сволочью. У него разрывало сердце, стоило только услышать этот жалобный и виноватый голос, а мельком посмотрев в карие глаза, захотелось себе просто врезать за то, что довел Сашу до такого состояния. Но Ян сдерживался, хотя бы потому, что знал, что это всего лишь игра, что парень притворяется. Но тогда почему так больно!? Если он знает, что это все спектакль то почему же так больно и обидно!? Но при этом, где-то глубоко в сердце, Ян чувствовал, он знал, что это были настоящие чувства Саши, и это приносило еще больше сомнений. Внутри парня боролись два чувства: любовь и злость. Он злился на самого себя, на Сашу, на Диму, на своих друзей, на всех! Хотелось просто кричать от тех эмоций, но лицо оставалось неизменным. А любовь отчасти сглаживала эту ярость, но затем начинала сама распаляться и заставлять парня сожалеть о своих действиях. Ян чувствовал некую вину, за те свои обвинения, за сегодняшнее поведение и за холодность по отношению к Саше. Вдруг захотелось ринуться к нему, прижать к себе и не отпускать. Шептать извинения на ушко, зарываться пальцами в непослушные огненные волосы, хотелось столько всего сказать и сделать. Но Ян отгонял от себя эти мысли, и в этом ему особо усердно «помогала» Полина, которая видела метания парня. - Ян, тебе, что купить? Может, булочку с маком? – поинтересовалась девушка, на что парень ответил: - Я не голоден. - Мм, правда? Может, тогда.. – девушка наклонилась и опалила горячим дыханием ухо Яна, - пойдем ко мне, все равно у нас физра, мы просто позанимаемся тем, что еще и удовольствие доставляет. Ян задумался на минуту, и неожиданно для Полины ответил: - Давай, я не против, - он схватил девушку за руку и, свернув в сторону раздевалки, прижал ее к стене, - только думаю, мы пропустим не один урок. - Я только «за», - игриво ответила она и в следующий момент ее губы накрыли другие, вовлекая в страстный поцелуй. Полина притянула Яна ближе к себе, обняв за шею и почувствовав прикосновение таких желанных рук на своем теле, мысленно улыбнулась. Брюнет не контролируя себя, целовал девушку, оглаживал ее спину, и прижимался к ее бурно вздымающейся груди. Но он отчетливо, стал понимать спустя несколько секунд, что сейчас он целует совсем не Сашу, а перед глазами стояло именно его лицо. Ян резко отпрянул от Полины и, сжав кулаки, прошипел, не смотря в удивленные глаза девушки: - Не могу, - и, развернувшись, ушел. Полина злостно топнула ногой и убрала за ушко выпавшие пряди волос. « - Господи, ну почему? Почему он? Что со мной происходит? Я же сам решил забить на него и вернуться к старому образу жизни. Тогда почему сейчас целуясь с девушкой, я вижу и вспоминаю его?! Почему сравниваю это с тем невинным поцелуем в конном клубе?! Почему я не могу, как раньше взять под руку любую девушку или парня и провести с ней или с ним прекрасную ночь? Я не хочу зависеть от него! Саша просто играл, он все время врал мне! Так почему же… так почему же я все еще.. люблю его? Почему, черт возьми!? » - думал Ян, быстрым шагом идя по коридору. - Ребят, давайте быстрее! – крикнул уже одетый Вова и, обидевшись, отвернулся. Вот как всегда, он одевается быстрее всех, а затем вынужден париться и ждать остальных. - Ну, не злись, - Андрей обнял свое чудо, - я вот одет. - Ты-то да, а вот эти… - брюнет кивнул в сторону парней, которые всем своим видом показывали, насколько расстроены. И ведь главное не замечали чувств друг друга. – Меня это уже бесит, - Вова действительно переживал за друзей, но больше его волновало состояние Саши. Его синяки, раны и вообще вид в целом. « - Неужели и сейчас Дима продолжает его бить? Но видимо не так сильно, потому что ему уже не больно от простых прикосновений. Но насколько я понял физру и занятия конным спортом он пропускает, а предлоги: первое – справка от врача, правда, откуда он ее взял не понятно, а второе – состояние Флики. Так хочется рассказать Андрею про то, что я видел, но… Но Саша очень просил не говорить. И что мне делать? » - Все мы готовы, - заявила Полина и взяла за руку не сопротивлявшегося Яна, и все вышли из школы. До остановки Саша плелся самым последним и смотрел в спину брюнету, а сердце больно сжималось. Было так обидно, что он даже выслушать его не захотел, что так резко сменил свое отношение к нему. Но теперь уже ничего не изменишь. И парень это понимал, но боль и любовь никуда не делись. Боль сжигала изнутри, а любовь заставляла верить в лучшее, хотя есть ли оно это «лучшее»? Саша как не старался, но не мог возненавидеть Яна за эти слова. Не мог и все! В автобусе все было как всегда: Полина с Яном сели естественно вместе, да и парочка голубков устроилась на соседних сидениях. Саше оставалось сесть одному и, прикрыв глаза, постараеться расслабиться. Но смех, голос девушки заставлял только сильнее зажмуриться, и окунуться в свое измученное сердце. Саша всю дорогу мусолил в голове одну мысль: «Только бы Дима не приставал. Только бы он прекратил все это». И как же был рад парень, когда зайдя в раздевалку, он не обнаружил блондина. На секунду даже показалось, что все вернулось в норму, но только до того момента, когда Саша взглянул на Яна. Холодный взгляд, напомнил то, как Ян смотрел на него вчера и парень закусил губу, а в следующее мгновение… Он чуть было не задрал кофту по привычки. Слава Богу, Саша успел сообразить, а помогла ему в этом ощутимая боль в плечах. - Ребят, мы пошли, нам тренер сказал переодеться и пойти к нему в кабинет, - сказал Андрей, а затем тихо добавил и его услышал только Вова, - надеюсь, вы не разругаетесь еще сильнее. Как только за парнями закрылась дверь, Ян мигом переоделся, и коротко взглянув на Сашу, вышел из раздевалки. Красноволосый выдохнул и, подойдя к раковине, умылся, стараясь прийти в себя, а затем направился в конюшню. Как его мама сказала утром, Флику уже привели в ее стойло, и теперь она могла спокойно реагировать на животных и посторонних людей. Саша был неимоверно счастлив, что с его любимицей все хорошо и это единственное, что радовало его в последние дни. Парень был намерен сейчас угостить лошадку, выкупать ее, почистить, обласкать. Он надеялся, что это поможет ему почувствовать себя хоть немного лучше. Может, Саша, хоть на минуту сможет забыть обо всем этом кошмаре. Войдя в конюшню, Саша увидел Яна, который стоял и смотрел на Элемента, просунувшего голову в отверстие. Не заметив парнишу, Ян погладил коня и прошептал ему, что-то, а в этот момент Саша как зачарованный смотрел на него и продолжал идти вперед. И тут раздался звон, грохот и к ноге брюнета подлетела подкова, об которую споткнулся Саша. Ян поднял ее и посмотрел на нервно улыбающегося кареглазого, который подойдя к нему, выдавил из себя: - Молодец, нашел подкову, надеюсь, она принесет тебе удачу, и ты выиграешь чемпионат. - Я не верю в приметы, да и… - Ян понял, что смягчился, хотя совсем не хотел этого, - и мне не нужна удача. - Но… - Саша поймал подкову, которую бросил ему в руки брюнет, и улыбнулся своим мыслям. Почему-то вдруг обоим на душе стало легче, но никто не хотел уступать и поэтому парни разошлись. Ян, оседлав Элемента, пошел на тренировку, а Саша, наконец, обратил внимание на кобылу. – Здравствуй, моя хорошая, - он аккуратно, и медленно протянул руки в отверстие для головы лошади и погладил вороную мордочку. Флика устало посмотрела в карие глаза и фыркнула, после чего вскинула голову и весело заржала, пытаясь подбодрить своего хозяина. Саша улыбнулся и, войдя в стойло, обнял лошадь, а та вдруг прикусила прядь его волос. – Эй, шалить вздумала? – Флика игриво заржала и переступила с одной ноги на другую. Саша решил, что ей не помешает прогулка и вывел ее в поле, где она бегала по снегу, изредка останавливаясь и утопая в глубоких сугробах. Парень смеялся, и ему действительно стало легче, от вида вороной кобыла скачущей по белоснежной глади, а из-под ее стройных ног волнами закручивался снег. Флика вскидывала голову и наслаждалась прохладой и долгожданной прогулкой, а через несколько минут она рывком понеслась на Сашу и, проскакав мимо него, осыпала снегом с ног до головы. Парень прикрикнул на свою любимицу, но не от злобы, а от удивления и хотел ринуться к ней, но боль по всему телу напомнила о себе, и он просто продолжил наблюдать за ней. Спустя час Саша привел резвую кобылу в конюшню и поставил ее в стойло, насыпав ей обед, который она начала с аппетитом есть. Парень облокотился на стену, и оглядел конюшню. У входа стоял Дима, ухмыляясь. - Привет, Сашенька, чего такой грустный? – подойдя к красноволосому поближе, поинтересовался блондин и наклонился, заглянув в глаза, - из-за Янчика, переживаешь? - А тебе какое дело? – вызывающе спросил Саша, уже не боясь того, что его ударят. Он понимал, что Дима сделает это, в любом случает. - Что за грубость? – блеснув холодным серебром, Дима схватил парня за руку, да настолько сильно, что тот вскрикнул. А в следующее мгновение заржала Флика и многие другие лошади. – Ты не забыл, что у нас через три недели? – притянув Сашу за талию, прошептал блондин и прикусил мочку уха. - Отпусти! – еле вырвавшись, крикнул Саша, затем опустил глаза и выдавил, - я.. я все помню. Просто не надо.. - Я лишь хочу напомнить, тебе, кому ты принадлежишь, - высокомерно сказал Дима, и резко прижав Сашу к стенке, поцеловал, залезая рукой под кофту. - Нет, мнг, мне.. Ммг, - Саша метался, стараясь вырваться, но это причиняло еще больше боли. Руки Димы сжимали его тело только сильнее при каждом рывке, и это отдавалось жуткой болью. – Отпусти, м-мне больно… - Хм, значит больно, - не громко сказал Дима и выпустил парнишу из объятий, - тогда пойдем другим путем. - Что? – спросил Саша, на что сероглазый загадочно улыбнулся, а его взгляд как будто пожирал парня. И пройдя мимо него, Дима ушел, оставив Сашу с болью. « - Что это только что было? Почему он так отреагировал? Он.. он должен был меня ударить. Так было всегда, но тогда почему… И что он там сказал про другой путь? О чем он? И… и все же, как больно… » - думал Саша, успокаивая Флику, гладя по морде. Потом он отошел и взял из мешка две морковки, и задел ногой ту самую подкову. И именно сейчас он придумал, что с ней можно сделать. После окончания тренировки Ян усталый шел в конюшню, вместе с Полиной, которая все говорила и говорила. Хотелось ее уже просто заткнуть. Ну как она может так быстро и много говорить? Неужели ей не надоедает? Войдя в конюшню, Ян подвел Элемента к стойлу и заметил, что рядом с табличкой на крючке висит подкова, а к ней прикреплена записка. Брюнет улыбнулся, не заметно для себя и, развернув листочек, прочел: « Подковка приносит удачу даже тем, кто не верит в приметы ».