Сплетение судеб

Очень скоро Кира вернулась в школу. Все время больничного ее навещала новенькая Ольга, разбавляя постоянное одиночество своими историями о школе, оценках и экзаменах. А еще она подтянула Киру по некоторым предметам, чтобы не терять знаний. Кира активно готовилась к экзаменам, но вскоре поняла, что особых затруднений задания у нее не вызывают и она вполне справляется. Это очень радовало. Рома постоянно отсутствовал. На учебе, работе, где-то еще, в этом девушка уверилась более чем на сто процентов, ибо юноша возвращался домой не ранее одиннадцати, вряд ли каждый раз просили задержаться в фирме. Они снова практически перестали разговаривать. Рома лишь изредка грустно хмыкал, заслышав мысли любимой, но ничего не предпринимал. Парня словно подменили, его взгляд стал ледяным, стеклянным, а сердце будто бы вырвали из груди. Оборотень срывался на Кире, иногда кричал, швырял вещи и от всего этого девушка уже не знала, куда деваться. Его состояние передавалось ей, боль на душе становилась все сильнее, постоянным спутником стала вечная тревога. Кира до сих пор не знала, где Огонек, как он и что с ним. Отец так и не объявлялся, лишь изредка бросая ей эсэмэски с обыденным вопросом «как дела?». Поэтому компания Ольги была как нельзя кстати. Рядом с ней Кира могла улыбаться и просто быть собой, не беспокоясь ни о чем. Однажды вечером, девушка возвращалась от своей новой подруги, настроение было приподнятым, в наушниках играла любимая песня, вокруг то и дело сновали прохожие, уличные фонари освещали улицу и придавали ей некой загадочности. Мечтательность вновь вернулась к Кире. Сейчас она думала о том, как ей не хватает любимого коня, их тренировок, азарта и ветра, порывисто развевающего волосы… Единения с природой и того взаимопонимания, которого она так долго пыталась достичь с Огоньком. Мысли оборвались, когда девчонка заметила стоящего перед собой человека. Точнее, чьи-то ноги, так как взгляд весь путь был опущен вниз. Кира подняла голову и удивленно вскинула брови, выдергивая один наушник. Незнакомка хищно оскалилась. — Простите, разрешите пройти? — хрипловатым голосом просит Кира. Рыжеволосая бестия облизывает свои пухлые губки и склонив голову осматривает человека. Затем, миловидным голоском, словно кошка, мурлычет: — Мне нужно с тобой поговорить. Ты ведь Кира, верно? Я сестра Романа, меня беспокоит его поведение в последнее время… — она наигранно прикрывает личико руками, якобы расстроившись и ее плечи начинают подрагивать. Тревога, такая знакомая, вновь пробирается в сознание. Кира знает, что эта особа не та, за кого себя выдает, но упоминание возлюбленного режет по сердцу. Девушка нахмурилась и отступила на шаг. — Извините, не думаю, что нам есть, что обсуждать. Я видела фотографии сестры Ромы и вы — точно не она. Русоволосая делает еще шаг назад, но упирается в чью-то широкую грудь. Оглянувшись, замечает огромного бугая, с таким же хищным оскалом, как у рыжеволосой. «Так, кажется, я снова вляпалась во что-то. Почему мой зад вечно приманивает неприятности?..» Особа впереди показушно зевает, а затем резко устремляет полный ненависти взгляд, от которого по коже бегут мурашки, на Киру и глаза ее на мгновение угрожающе вспыхивают ярко-алым, как бы предупреждая, что дергаться не стоит. «Черт, Рома, мне нужна помощь!» — подсознательно кричит Кира, а потом ее обрывают. Едкий запах затуманивает, ноги становятся ватными и непослушными, девчонка оседает на грязный бетон, но ее тут же подхватывают, как куклу, и уносят в неизвестном направлении. *** Оборотень сегодня специально вернулся домой пораньше, чтобы приготовить любимой сюрприз и объяснить свое поведение. Он был не прав, но это волчья натура. Одинокие волки долго не живут и постоянно тоскуют по семье. Рома не чувствовал прежней связи с ними, его будто распотрошили и оставили только внешнюю оболочку. Единственное чувство, все еще удерживаемое в сердце — Кира. И он сожалел о том, как с ней обходился. …Пустота грызла изнутри, сложно контролировать порывы… Он долго искал способ бороться с этим и наконец нашел. Все гениальное — просто. Им нужно обручиться, тогда любовные узы окончательно окрепнут и вытеснят семейные. Волк ловко орудовал на кухне, готовя свои кулинарные шедевры. Затем украсил комнату свечами и включил приятную музыку. Однако, девушка не появилась через час. И через второй. Рома обрывал ее телефон, но тщетно. Оля, новая подруга, также не знала, куда пропала Кира. Паника. Страх. Отчаяние. Ужас. Дышать становилось тяжело, словно кто-то специально перекрывал воздух. Рома метался по дому, обзванивал знакомых, но, когда это не принесло результатов, бросился на улицу искать по запаху. В человеческом облике чувства притуплялись, поэтому пришлось прятаться от людских глаз и оборачиваться зверем. Волк рыскал повсюду, тайком проскальзывая во дворах, подальше от людей, не желая выдавать себя. Когда запах наконец был пойман, внутри все вскипело дикой животной яростью. Киру похитили Падшие. *** Разлепить глаза удалось с огромным трудом. Все тело ныло, а голова раскалывалась, будто кто-то бил по ней молотком. Состояние схожее с похмельем. «Жуткое сравнение…» В воздухе витал запах каких-то отходов, сырости и плесени. Откуда-то доносился звук падающих капель. Кира оглянулась. Вокруг лишь серые бетонные стены, а сама она сидит привязанная к какому-то стулу, который еще неизвестно по каким причинам, до сих пор не развалился. Руки онемели и пошевелить ими было трудно. Сильнейшая жажда заставила требовательно застонать. Через несколько минут одинокая железная дверь со скрежетом отворилась и в помещение грациозно вошла та самая рыжеволосая, недовольно воротя носик. — Очухалась, значит. Она сорвала с губ Киры скотч и поднесла стакан с водой. Девушка залпом выпила предложенное и произнесла: — Что тебе нужно? Незнакомка рассмеялась. — Ты, милая, ты. Сердце глухо ухнуло. — Понимаешь в чем дело… Рома очень выгодный вариант для моего клана, он нужен нам. Но тут вмешалась ты со своей любовью, — она презренно фыркнула, — и нарушила планы. Но у меня есть выход. — И какой же? Убьешь меня? — Нет, возлюбленную волка убить нельзя. Однако, можно сделать кое-что другое. Это расценится, как предательство… Кира сощурилась, продолжая внимательно слушать. — Я могу обернуть тебя. Ты станешь членом моей стаи и будешь служить на благо нам. Падших не любят, ибо у нас свои законы, нам никто не указ. Автоматически ты превратишься во врага. Вот и все. Хорошая идея, да? — расплылась в довольной улыбочке незнакомка. Удар ниже пояса. Каждый шаг просчитан на десяток вперед. — Ну, не будем тянуть время. Поскольку ты очухалась, я могу приступить. Рыжая позвала своего напарника и Киру выволокли на улицу. Вокруг был лес, темный, жутковатый. Лишь луна освещала кроны деревьев. В кромешной темноте сложно было что-либо разглядеть, Кира пыталась сопротивляться, да только куда ей против двух сильнейших волков. Девушка даже кричала, но ей заткнули рот. Рыжая наклонилась к пленнице максимально близко, развернула той голову и уставилась на бьющуюся венку на шее. Моментально отросшие звериные клыки впились в шею и по телу тут же прошлась волна жара. Затем последовало еще несколько укусов для закрепления. Кира не понимала, что с ней происходит. Тело, словно чужое, плавилось, как на костре. Казалось, что ее сжигают заживо. Она билась в судорогах, пыталась позвать на помощь, но голос предательски дрожал. В глотке вновь пересохло. «РООМАА!» *** Истошный вопль проносится в голове, заставляя зверя внутри взвыть от ужаса. Волк воет от боли. От отчаяния. От растерянности. Теперь уже редкие прохожие шарахаются в стороны что-то вереща. Оборотень мчится со всех лап на помощь паре, напрочь забывая о людях, усталости, дыхании и вообще обо всем вокруг. Перед глазами лишь стоит силуэт хрупкой девушки. Выбегая за город, Рома быстро улавливает знакомый аромат и мчится по следам. «Только бы успеть! Родная, подожди!» — передает подсознательно Кире оборотень, ускоряясь. *** После томительных сорока минут жгучей боли, тело резко превратилось во что-то легкое и невесомое, все ушло. Кира замерла, свернувшись калачиком и тихонько всхлипывая. — Не понимаю, почему она еще не обернулась? — где-то рядом раздался обеспокоенный шепоток похитительницы. Кто-то приблизился и в область ребер прилетел несильный удар. Девушка громко выдохнула, сгибаясь еще сильнее, чтобы укрыться. Удар, еще один и еще. «Черт!» — Боль спровоцирует ускорение процесса обращения. Она должна разозлиться, — голос бугая. Рыжая приостановилась на секунду, внимательно слушая, а затем продолжила свое грязное дело, приговаривая всякие гадости о Роме, как ему будет с ней хорошо, как он возненавидит Киру. Русоволосая впервые ощутила, как ее мышцы крепнут, слух и обоняние обостряются, а во рту прорастают волчьи клыки. Резко отскакивая в сторону от ударов, девушка замечает, как руки медленно покрываются шерстью и превращаются в лапы. Кира поскуливает, как немощный волчонок, не в силах сказать хоть что-нибудь. Еще несколько мгновений и перед похитителями стоит настоящая огромная волчица. Ее белоснежная шерсть переливается в лунном свете, а насыщенно-зеленые глаза злобно сверкают. Рыжая с парнем недоуменно переглядываются, не понимая, почему глаза оборотня не изменились. «Я с тобой, милая. Прости, не успел…» «Рома!» Кира шевельнула ушком в сторону шелеста листьев и оскалилась. Сейчас она как никогда чувствовала себя сильной. Защищенной. Рыжая лишь фыркнула. — Ты моя слуга. Член моего клана. Я твой вожак. Поэтому успокойся и подойди сюда. Новообращенная издает низкий гортанный рык и выпрямляется, становясь еще больше в размерах. Из-за спины Киры выходит массивный черный волк, фыркая и угрожающе облизываясь.