Ненавижу!

      Тэхён откинул голову на спинку автомобильного сиденья делая вид, что спит, но сквозь полуприкрытые веки наблюдает за Чонгуком. День действительно выдался тяжелый: сначала съемки для рекламного ролика, затем фотосессия, и сейчас уже глубокий вечер, а они только возвращаются в общежитие. Кстати остальные вообще не прикидываются и спят на самом деле, все, кроме него и Гука, тот с интересом копается в телефоне, слушая музыку в наушниках. И видимо даже не подозревает, что за ним ведется наблюдение. Тэ, хоть и вымотан физически, эмоционально же на седьмом небе, в отличие от моментов, когда они с мелким на сцене изображают африканские страсти, на съемках они веселились по настоящему, и все их прикосновения были реальными. Также от него не скрылось то, что Чонгук иногда нежно розовел, глядя на него, интересно какие мысли бродили у него тогда в голове? Тэхён многое бы отдал за возможность это узнать. А еще ему хотелось ехать так в тишине куда-нибудь бесконечно долго, но все имеет свойство кончаться, вот и они вынуждены, кряхтя и разминая затекшие мышцы, выбираться из недр авто, а потом торопиться поскорее попасть внутрь здания, и спать…спать…        Лифт, видимо издеваясь, еле ползет до нужного этажа, забившись в самый угол, Тэхён имеет прекрасную возможность любоваться накаченными ногами и упругой задницей Чона, чем собственно и занимается, ровно до того момента, пока на его плечо не опускается голова Сокджина — старший вымотался больше всех, а все от того, что вечно переживает за всех и сразу. Тэ смотрит на него с улыбкой, ведь тот явно потерял бдительность, расслабился и не бегает от него, как от прокаженного. Ресницы прикрытых глаз отбрасывают мягкие тени на нежный бархат кожи, Тэхён еще помнит, какая у старшего мягкая кожа, и как он кусал свои пухлые губы, пытаясь сдерживать рвущиеся наружу стоны. Прошло не так много времени на самом деле, а будто было в прошлой жизни, и не с ними, но память…она не отпускает, возвращается раз за разом яркими картинками в голове. Лифт мелодично звенит, оповещая о прибытии на этаж, и Джин тут же отстраняется, убегает не глядя, а Тэ встряхивается, напоминая сам себе, что вообще-то у него были совсем другие планы, вот только и Чонгука след простыл. Юнги смотрит на него с прищуром, выходя последним, остальные уже ушли вперед. Неужели все еще думает о той фигне, что ляпнул Тэхён тогда в студии?       Чонгука он ловит в итоге на выходе из ванной, когда все уже сладко сопят в своих кроватях. Мелкий видимо не ожидал, что кто-то еще бодрствует, раз вышел в одном полотенце на бедрах. Тэхён давится воздухом от открывшегося зрелища, ведь обычно Гук не светит своим телом даже в общаге, предпочитая ходить в безразмерных футболках, видимо боится развить в них всех комплекс неполноценности, потому что вот это все — просто совершенство! -Тэ? Я думал все уже спят, — опять этот нежный румянец, и голос подрагивает, выдавая волнение. У Кима автоматически просыпается охотничий азарт, пальцы сами тянутся вперед, желая прикоснуться, ощутить, запомнить… — Как видишь не все, — собственный низкий севший от возбуждения голос и расширившиеся глаза напротив вызывают нервную дрожь по телу.       Тэхён неосознанно делает небольшой шаг вперед, будто давая призрачный шанс своей добыче сбежать, но Гук, как заяц в свете фар, замер в ожидании. Разгоряченной обнаженной кожи сначала касаются пальцы, пробегая по груди вниз, до края полотенца, и там замирают. Младший вздрагивает, но попытки отстранится не делает, и тут главное не спугнуть, действовать осторожно и неспешно. Тишина коридора разбавляется лишь участившимся дыханием обоих.       Еще один шаг, и они оказываются вплотную друг к другу, пальцы Тэ все так же касаются кожи, не сдвигаясь ни на миллиметр. Не спешить, твердит он себе…       Тянется губами к приоткрытым губам напротив, замирает на мгновение, по-прежнему даря шанс на побег…       Поцелуй — больше похожий на нежное касание, Гук прикрывает глаза, но не отстраняется. Тэхён медленно проводит языком по нижней губе Чона и целует глубже, но все так же неторопливо, без лишнего напора, ведь главное — не спугнуть…       На то, чтобы отстраниться, развернуться и молча уйти, уходят все силы и выдержка, но так нужно. Пусть младший осознает произошедшее, переспит со своими мыслями, примет для себя решение, а он подождет…       И уже непонятно, для кого из них это проверка на прочность…       Джин осторожно прикрывает дверь их с Юнги комнаты, облокачиваясь на нее спиной и сползает вниз, утыкаясь подбородком в собственные колени. Горячая слеза скатывается по щеке, и глухое «Ненавижу» в темноту…       Спящий Мин что-то бормочет и переворачивается на другой бок, Сокджин сидит долго, пока не затекает все тело, и лишь только тогда отскребает себя от пола, плетется до своей кровати. Он ведь всегда знал, что из себя представляет Тэхён, и смирился давно, тогда почему так больно сейчас от увиденного?