Ненавижу!

      То, что что-то не так Намджун понял стоило ему войти на кухню и увидеть Сокджина с кружкой крепкого черного кофе, глядящего куда-то в пространство перед собой. Казалось бы — ничего удивительного, у них безумный график и без бодрящего напитка с утра они все больше походят на зомби, чем на нормальных людей, но! Ким Сокджин НИКОГДА не пьет крепкий черный кофе с утра, он вообще предпочитает чай, утверждая, что кофе плохо влияет на цвет кожи. И это еще не все, ведь плюс к этой злосчастной кружке, у Джина красные воспаленные глаза и не маленькие такие мешки под глазами. Их идеальный хён никогда не позволяет себе выглядеть плохо, что бы не случилось. Вывод напрашивается сам собой — должен был случится полный пи*дец, чтобы старший так расклеился, а так как Намджун не только лидер, но и хороший друг, он просто обязан попытаться помочь. — Джин, что с тобой? — начал он осторожно, присаживаясь за стол напротив старшего. Тот вздрогнул, только осознав, что уже не один, и попытался придать своему лицу привычное выражение, но получалось у него из рук вон плохо. Нам накрыл его, лежащую на столе, ладонь своей и легонько сжал, пытаясь поделиться силами. И тут плотину прорвало, из глаз Джина потекли крупные слезы, а нижняя губа задрожала, его накрывало истерикой, поэтому, когда в дверном проеме появился заспанный Юнги, Нам покачал головой, взглядом умоляя понять и не мешать. Мин бросив хмурый взгляд на заходящегося в рыданиях хёна, понятливо кивнул и вышел, прикрыв за собой дверь. Судя по раздающимся звукам с той стороны, Юнги прочно занял позицию стража, отваживая остальных. Пусть Мин не всегда понимал Джина, ворчал вечно, но также готов был прийти на помощь при необходимости.       Ким рассказывал долго, постоянно сбиваясь, путаясь и перемежая все это всхлипами. Из всего услышанного Джун сделал вывод, что Тэхён перешел все границы, и пора бы уже вправить ему мозг, если там осталось еще, что вправлять. Кое-как успокоив истерившего хёна, он отправился на поиски младшего, кипя праведным гневом, руки так и чесались просто свернуть тому шею, не вдаваясь в детали и не тратя время на бесполезные выяснения. Но он все-таки лидер, поэтому сначала нужно попытаться разрешить все без лишнего кровопролития. Будь они в другой ситуации — Намджун бы просто избил Тэхёна до полусмерти за то, что тот возомнил себя невесть кем, топчась по сердцам и душам людей, считая себя правым и не задумываясь о последствиях.       Младшего он нашел в его комнате, тот валялся в кровати, предаваясь блаженной неге и не подозревая даже о надвигающейся беде. Джун вошел без стука, прикрывая плотно дверь за собой, взглядом пригвождая, дернувшегося было Тэ, к месту. — Я долго терпел, надеялся, что ты одумаешься и перестанешь вести себя, как последний мудак, но ты перешел черту, — он прикрыл глаза, потирая переносицу и пытаясь взять бушевавшие в нем эмоции под контроль. — В чем дело, хён, что я такого натворил? — эта фраза стала спусковым крючком, ибо Намджун осознал, что Тэхён не чувствует за собой и малейшей вины, а невинное выражение лица лишь добавило масла в огонь его ярости. Его крики наверное слышали даже на улице, настолько он перестал себя контролировать. Всегда сдержанный и, сохраняющий спокойствие, в любой ситуации лидер, орал так, что дрожали стекла и стены. Он высказал все, что накопилось на душе, припомнив все, абсолютно все, прегрешения младшего, обозвал его как только мог и замолчал, наконец выдохнувшись. Все это время Тэхён сидел не шевелясь, спрятав горящее лицо за подушкой. О себе он узнал много нового, и неприятного. — В общем так, — горло от крика саднило, а в голове будто звонил набат. — Ты сегодня же извинишься перед всеми ребятами, объяснишь им, как был не прав, и будешь умолять о прощении, если понадобится на коленях! Иначе пеняй на себя, я все сказал, — не дожидаясь ответа Намджун вышел, оставив дверь открытой, за ней стоял Юнги, все так же исполняющий обязанности стража, отгоняя любопытных парней от происходившего за закрытыми дверьми. Его осуждающий взгляд стал последним гвоздем в крышку гроба Тэ — он позорно разревелся, всхлипывая ничуть не хуже Сокджина, устроившего истерику ранее. — Ты действительно главный ебантяй в нашей группе, Тэхён, и занимаешь это место по праву, — он ушел вслед за лидером, оставляя младшего наедине со своими мыслями.       Тэ действительно было о чем подумать: во-первых он не понимал, где так просчитался, а во-вторых, что же теперь делать, ведь Джун точно не шутил, угрожая ему большими проблемами. Просидел так он довольно долго, глядя в пустоту и совещаясь со своими тараканами. Общими усилиями было решено выполнить требования тирана-Намджуна, вот только он совсем не учел — чего ему это будет стоить…