Добрый вечер, Павел Аркадьевич.

— Все, что вы говорите, Павел Аркадьевич, одна большая, избитая и горькая ложь. Я не хочу больше это все слушать и участвовать в ваших играх. Я буду выполнять свою работу, а вы будьте добры, выполняйте свою, — глубоко вдыхаю воздух, широко распахиваю глаза и уверенно говорю я. Сама не ожидала от себя такого порыва эмоций, но спустя время я все-таки должна была дать обратный отпор. Наверное ситуация с Майклом меня все-таки хоть чему-то должна была научить, но получилось так, что я снова и снова ударяюсь об эти грабли. Я вижу как улыбка с лица Павла медленно уходит, глаза наполняются разочарованием, а руки опускаются. — Хм, я понял, — Аркадьевич все же улыбается уголком губ и медленно отдаляется. — Канаева, какого черта, ты тут стоишь и ничего не делаешь? У нас что работы нет? Или горничные на турбо двигателе все сделали за тебя? — слышу голос из далека и чувствую как Валентина Ивановна складывает руки на груди. — Извините, Валентина Ивановна, я… мы застрели в лифте с Павлом Аркадьевичем и решали вопросы по работе, — прикусываю губы и стараюсь не мямлить я, но уже понимаю, что в этой схватке я проиграю. — Канаева, мне то уж можешь не рассказывать какие вы там вопросы с Павлом решали, — Валентина ехидно улыбается и подправляет беджик у меня на форме. — А теперь живо берись за работу, — указывает на лифт главная горничная. POV Павел — Поцелуешь меня? — после ста граммов виски я становлюсь тем ещё романтиком и шепчу на ухо девушке разные вещи, которые они сами хотят слышать от мужчин. — А ты заслужил? — говорит мне девушка, которая выпила несколько коктейлей за мой счёт и теперь как юла крутится вокруг моего члена. — А ты хочешь сказать, что нет? — я ехидно улыбаюсь и притягиваю ее к себе за задницу. Мир как будто замирает, я чувствую вкус ее губ. Как будто мармелад вперемешку с алкоголем. Я наслаждаюсь и уже не чувствую и не слышу ничего. — Даша… — срывается у меня с губ. — Какая Даша? Я Милана, вообще-то, — девушка отталкивает меня от себя и уходит прочь. POV Дарья Из-за той ситуации которая произошла сегодня в лифте мне пришлось работать до поздна и домой я вернулась в пол первого ночи. Сил не было, но перед сном я все же решила открыть соц.сети и глянуть, что произошло в мире за время моего пятнадцатичасового рабочего дня. Открыв «Инстаграм» волей не волей случая, я увидела как Павел Аркадьевич снова тусуется в клубе с какой-то девушкой. Девушка красивая, длинноногая блондинка, которая трется об его пах под песню «Кайф ты поймала». — Пиздец, Галанова ничему хорошему жизнь не учит, — проговариваю вслух я. — А я тебе говорила, что он то ещё чмо и себя ещё проявит, — Выходит из угла Юля с маской для лица и огурцами на веках. Наверное самое лучшее, что мне дала Москва — это Юля. После тяжелого дня она все равно приехала со мной домой, приготовила нам ужин и разделила со мной мой алкоголический вечер. — На сегодня хватит местного плейбоя. Давай спать. Завтра нам нужно быть на брифинге в 7 утра, — Юля нажимает на кнопку блокировки в моем телефоне и кладёт его на тумбу. Целует меня в лоб и выключает ночник. — Доброй ночи, я уверена, что сербский мачо опоздает на сто процентов, — Улыбаясь говорю я. — Канаева-а-а, спи уже, — протягивает подруга.

***

Больше всего на свете я ненавижу ждать. Особенно, когда я с похмелья, проспавшая четыре часа, чтобы успеть на брифинг к семи утра, дабы убедиться, что наш многоуважаемый босс решил опоздать на сорок минут. — Доброе утро, мои пчелки-трудяги, — залетает в кабинет с улыбкой и стаканчиком кофе Павел. — Как говорят в Сербии — ловкий муравей способен даже свою попку облизать, — как обычно не в тему проговаривает Павел и неловко хихикает. — Поэтому, Канаева, купи миллион роз, — резко становится серьёзным и снимает очки серб. Я с удивление смотрю на него, приподнимая бровь. — И подари их себе, конечно же, — снова хихикает Павел.

***

— Госпожа горничная, подожди, — подбегает и хватает меня сзади уже такой известный сербский акцент. — Я вас слушаю, Павел Аркадьевич? — задиристо улыбаюсь я. — Может быть, я тебе немножко врал… Я же не виноват, что девушки меня любят! Знаешь, как говорят в Сербии: если слона любят, то хобот ему не принадлежит, — разводит руками и улыбается Павел. Я смотрю в его глубокие карие и такие добрые глаза и не могу поверить, что этот человек такой похуист. — Благодарю за интересный афоризм, возьму на вооружение, — Я улыбаюсь с ухмылкой. — Так что я могу расчитывать на второй шанс? — серб перебирает пальцами вокруг губ в надежде услышать положительный ответ. — Знаете, мне нужно работать, всего доброго, — я разворачиваюсь спиной и иду к лифту. — Скажи, пожалуйста, ты родилась такой занудой или приобрела эти качества в течение жизни? — кричит мне в след Павел Аркадьевич. — Блять… — слышу как в полголоса материться серб и хлопает дверью своего кабинета.

***

POV Павел После утреннего брифинга и вчерашнего алкотрипа, я был как окрошка без окрошки. В очередной раз повторяю себе, прокручиваю в голове, ставлю крестики на ладонях я, что больше никогда в жизни не буду так нажираться, но из раза в раз нажираюсь. — А вы чего? Загораете? — проходя мимо террасы отеля говорю Михаилу Джоковичу я. — Контролируем покраску фасада, — разводя руками поясняет Джекович. — А это что? — вижу, что получается какая то хуйня. На самом деле, я даже не удивляюсь в этот момент. — Перекрасили в красный, как вы и рекомендовали, — Михаил приходит в смятение. — Вижу. А нахуя? У нас что, дача Зюганова? — я развожу руками, несколько секунд смотрю на данное произведение, машу рукой «сказочно похуй» и ухожу дальше решать дела насущные. Беру в руки телефон и в очередной раз начинаю набирать сообщения Даше в надежде, что она прочтёт. +1 сообщение. Павел Аркадьевич «Даша, да, я подонок и полная жопа белки, но погнали покатаемся по ночной Москве? Попьём какао и поболтаем? Дай мне шанс все исправить»