Ровно в полночь

      Катя стояла в центре своей комнаты и рассматривала свое отражение в зеркале. Сегодня она должна выглядеть так, как никогда. Сегодня она возвращается в «Zimaletto». В Москву Катя вернулась еще в субботу вечером, но увидеться с Андреем у нее возможности не было. Родители, не видевшие дочь целых десять дней, не отпускали ее ни на шаг от себя, и весь вчерашний день она провела дома, рассказывая о своей поездке в Египет и о работе с Юлианой.       - Да, Пушкарева, поездка эта тебе явно на пользу пошла, ничего не скажешь – в который раз проговорил Зорькин, который до сих пор не мог привыкнуть к новому образу своей подруги. Ни он, ни даже родители Кати сразу не смогли ее узнать, когда поехали встречать ее в аэропорт – Ты прямо как настоящая модель.       Катя только слегка улыбнулась на это замечание. Сегодня на ней было приталенное шелковое платье до колен насыщенного темно синего цвета, которое очень ладно сидело на ее фигуре. Легкий макияж на глазах и распущенные волосы, красиво спадающие локонами чуть ниже уровня плеч. Очки она уже не носила, а на этой неделе Катя собиралась даже брекеты пойти снять, чтобы образ был окончательно завершенным.       - Колька, это мы с Юлианой в Египте купили. Ты даже себе не представляешь, сколько мы с ней магазинов обошли, а потом еще по салонам красоты. Ты посмотри, тебе нравится? – Катя продемонстрировала другу свой идеальный французский маникюр.       - Нравится – заверил Николай, а потом пристально на Катю посмотрел – Это ты так для Жданова своего стараешься? Чтобы ему нравилось?       Катя призадумалась на минуту. Да, она мечтала стать стильной и красивой. И да, в первую очередь из-за Андрея. Она же прекрасно понимала, что как бы он ее не любил, ему все равно будет неловко находиться рядом с такой неформатной девушкой, какой она была еще совсем недавно. Ей и раньше хотелось что-то поменять в своем внешнем облике, просто сейчас достойный повод появился. И вот теперь, разглядывая себя в зеркале, Катя приходила к выводу, что сейчас она даже не хуже Киры или Вики. Интересно, что Андрей о ее новом облике скажет?       - Коль, я это делаю не только для Андрея, но и для себя тоже.       - Да-да, рассказывай – улыбнулся подруге Зорькин.       - Катенька, ну ты же даже толком не поела ничего за завтраком, чай один – говорила Елена Александровна дочери, которая уже одевала пальто и собиралась в ближайшую минуту выскользнуть за дверь.       - Мам, ну я, правда, не хочу больше – в который раз оправдывалась Катя – Мне на работу уже пора. Меня же столько времени в «Zimaletto» не было, дел теперь накопилось…       - Ленк, ну чего ты к ней пристала – появился в коридоре Валерий Сергеевич – Не видишь, наотдыхалась, теперь вот на работу рвется…       - И правда, теть Лен, дочь у вас по «Zimaletto» соскучилась, по подружкам по своим,… а особенно по своему начальству… – не без сарказма добавил Колька. Катя взгляд предупреждающий на него бросила. Но родители, видимо, никакого намека не поняли, на Катю смотрели все так же открыто, без малейшей тени сомнения или подозрения. Только Валерий Сергеевич в который раз выразил свое недовольство внешним видом своей дочери. Все-таки тяжело ему было смириться с тем фактом, что Катя его уже выросла. Если бы Катя продолжала ходить с косичкам, очечками и в старой одежде, ему было бы спокойнее…       - Катюх, а ты прямо вот так пойдешь? – поинтересовался он.       - Пап, а что такое? По-моему, очень неплохо. Юлиана говорит, что для работы в офисе это платье в самый раз – спокойно ответила Катя, после чего тяжело вздохнула и глаза на секунду прикрыла. Да, она с самого начала понимала, что с ее папой будет ой-как не просто. Пушкарев на это лишь нахмурился, но возражать особо не стал.       - Ты бы хоть волосы собрала, а то похожа…       - На кого похожа, пап?       - Да ни на кого… – махнул он рукой и к дверному косяку спиной прислонился, все так же хмуро на дочь глядя. На данный момент Катю это вполне устроило, ничего, ее папе придется привыкнуть. Она обернулась, один сапог с пола подняла, на шкаф в прихожей облокотилась, чтобы одевать удобнее было. И сама не заметила, как от этого ее движения коробка, что на шкафу на самом краю лежала, покачнулась и стала падать. Прямо на нее. Катя только и успела руки над головой поднять, чтобы защититься… вот только защищаться ей было ни к чему. Коробка на нее не упала…так и повисла в воздухе прямо над ней.       В квартире вдруг воцарилась полная тишина, все молча на висящую в воздухе коробку уставились, никто толком и не понял, что же все-таки произошло. А Катя вдруг резко руки опустила и шаг в сторону сделала… коробка тут же с грохотом приземлилась возле ее ног. Теперь все в недоумении на Катю уставились, и она сама растерянным взглядом по всем прошлась. А потом вдруг голос в голове услышала, что-то вроде «теперь-то ты веришь», и даже не удивилась, натолкнувшись на пристальный взгляд Эллы. Кате даже вдруг впервые страшно от ее взгляда стало.       - Катенька… – попыталась что-то сказать Елена Александровна.       - Мам, я пойду… мне надо… уже… на работу… опаздываю… – кое-как произнесла она и, быстро втиснувшись в сапоги, выбежала за пределы квартиры Пушкаревых. Зорькин так и стоял неподвижно, уставившись на закрывшуюся за подругой дверь, не в состоянии был ни слова произнести.       - Лен, а это что сейчас было-то – проговорил Валерий Сергеевич, когда к нему, наконец, дар речи вернулся, и на жену посмотрел.       - Не знаю, Валер – произнесла она растерянно, а потом в ее глазах вдруг испуг появился – А мне ведь сон сегодня приснился…       - Какой еще сон?!       - Мне мама моя снилась. Смотрела на меня так печально и говорила, что меня-то она смогла уберечь, а вот Катю нет…       Катя со всех ног летела к остановке, как будто за ней кто-то гнался. Что это произошло сейчас? Что это было? Коробка не упала на нее, прямо над ее головой остановилась, а стоило ей руки опустить, сразу полетела на пол, да еще с таким шумом. Кажется, такое называют телекинезом. А потом еще и голос этот. Неужели она и правда может понимать Эллу? Снова хотелось сказать себе, что все это бред. Что она просто сходит с ума. Но в этот раз не получалось. Родители тоже все видели, да и Колька вместе с ними. Она же видела, каким взглядом они на нее смотрели.       Ей становилось страшно. На самом деле страшно. Откуда-то из глубины ее сознания поднималась паника, которую Катя никак не могла контролировать. Никогда так не было. То, что происходит с ней сейчас, не вписывается ни в какое ее представление о реальности. Она резко остановилась, прямо посреди улицы, глаза закрыла и вдохнула глубоко, после чего пошла уже медленно. Надо успокоиться, в себя прийти, осмыслить все и по полочкам в голове у себя разложить.       В памяти стали всплывать картинки из ее снов. С чего все началось? Со смерти прабабушки? Нет, позже. Первый сон с участием Варвары приснился ей, когда они уже в Москву вернулись. Катя вдруг припомнила, что после какого-то такого сна ей мама на утро сказала, что ночью ее в комнате не обнаружила. Значит, той ночью она и правда была… где? Где она была? Потом в книге стали появляться буквы и символы. Кажется, Варвара говорила, что книга может многому ее научить. А вот в других снах она уже путешествует по разным странам, даже общается с кем-то, знакомится с новыми людьми. Вспомнился Лиссабон, когда она с той женщиной, Софией, разговаривала. Как оказалось, истории их во многом схожи. Андрей, как и муж Софии, Катю на самом деле полюбил. Еще раньше был Париж, а там мужчина, Юрий, кажется. Как же хорошо, что она вовремя успела исчезнуть из его номера. Катя вдруг нахмурилась, вспомнив свой сон перед советом директоров. Она ведь тогда, кажется, Воропаева в собаку превратила. Это что, тоже правда? Нет, быть такого не может! Может быть, не все ее сны реальны. Да, на совете Воропаева не было, но сказали, что он по каким-то важным делам из города уехал. Ладно, сегодня, может, она о нем у кого-нибудь спросит. Например, у Андрея…       Она ведь вот только вчера вечером с Андреем разговаривала, он снова сказал ей, что любит и очень-очень ждет ее возвращения, она ответила ему то же самое. Они даже немного о «Zimaletto» поговорили, Андрей рассказал ей о новых контрактах, о том, что благодаря им, возможно, удастся выйти из кризиса даже раньше, чем они рассчитывали. О Воропаеве, что ни удивительно, и словом не обмолвился.       Андрей… Одно лишь воспоминание о нем, и вот уже и страх и паника куда-то исчезли, отошли на задний план. Андрей ее любит. Это самое главное, что есть у нее в этой жизни. Его любовь. Скоро она его увидит, совсем скоро. А со всем остальным она обязательно справится…       За своими мыслями она и не заметила, как на автобус опоздала. А это означало, что ей теперь либо ждать следующего целых полчаса, либо ехать с пересадками. Остановись. Остановись. Подожди. Она мысленно проговаривала эти слова, и автобус вдруг остановился и даже чуть-чуть сдал назад, чтобы ей до него далеко бежать не пришлось. Но на этом происшествии Катя решила мысленно не останавливаться. Совсем скоро она будет в «Zimaletto»…       Андрей Жданов вбежал в свой кабинет за тридцать минут до начала рабочего дня и, не раздеваясь, бросился в сторону Катиной каморки, дверь рывком распахнул и замер прямо на пороге. Кати еще не было. Жаль. Андрей снял с себя пальто, устроился в своем кресле, компьютер включил. Вчера вечером, когда они по телефону разговаривали, Катя обещала, что постарается прийти пораньше. Не ради него, конечно, просто сказала, что дел много накопилось. Да, дел действительно много, с этим не поспоришь. Только сегодня Андрею было на все это глубоко наплевать. Он соскучился по Кате, очень соскучился. И сейчас мог думать только о том, как она войдет в его кабинет, он подойдет к ней, обнимет, прижмет к себе крепко-крепко , поцелует…       И вот, минут десять спустя, он услышал за дверью шаги, ее шаги. Он, даже не видя, уже понял, что это именно она. Его Катя. Андрей даже встал из-за стола ей навстречу, но на пороге кабинета появилась совершенно незнакомая девушка. Элегантная. Стильная. Еще очень молодая. И очень красивая. Он сначала даже не узнал ее, смотрел с недоумением, пока она робко ему не улыбнулась и имя его не прошептала, тихо-тихо…       Жданов все так же молча подошел к ней, слегка приподнял кончиками пальцев ее подбородок и в глаза ей пристально посмотрел.       - Катя… – прошептал он, после чего медленно наклонился к ней и, наконец, поцеловал. Сначала несмело и осторожно, будто все еще не верил, что это она, но когда Катя ему ответила и пальцами одной руки легко по лицу его провела, сдался, прижал к себе и начал целовать уже по-настоящему, по-взрослому, со страстью, желанием.       - Как же я скучал по тебе – шепнул он ей чуть позже. Она глаза на него подняла, легко улыбнулась.       - Я тоже очень скучала.       - А ведь я даже и не узнал тебя поначалу – признал Андрей – Ты такая… ты очень красивая, Кать.       - Тебе нравится? – спросила она, из рук его вывернулась и покружилась перед ним, давая возможность себя рассмотреть.       - Очень нравится – Андрей Катю рассматривал, а сам удивлялся, как же он раньше не разглядел ее такую. Нет, он, конечно, предполагал, что если ее как-то иначе одеть, прическу нормальную сделать, то она будет довольно симпатичной милой девушкой, но чтобы вот так… За руку ее взял, в свое кресло уселся, а Катю к себе на колени притянул – Я даже в себя прийти никак не могу.       - Знаешь, я тоже не могу. И мама с папой тоже никак не могут. А папа, вообще, не одобряет…       - Не слушай никого, Кать. Ты очень, очень, очень красивая. Да ни одна модель Милко на прошедшем показе тебе и в подметки не годится.       - Ты преувеличиваешь – улыбнулась Катя.       - Нет, это все чистая правда.       - Мне Юлиана помогала, говорила, что в Москву я должна вернуться другим человеком.       - Надо будет не забыть сказать ей «спасибо». Хотя… – Андрей слегка нахмурился – Знаешь, я ведь теперь буду ревновать тебя ко всем.       - Что?       - Буду, еще как буду – подтвердил Жданов, Катю еще раз взглядом окинул и руки вокруг нее сжал чуть сильнее – Раньше ты была только моя.       - А теперь?       - А теперь все будут на тебя смотреть и мечтать о том, чтобы тебя у меня увести.       - Глупости – рассмеялась Катя.       - Это тебе только так кажется, что глупости. А на самом деле… но с другой стороны, пусть они все смотрят на тебя и завидуют при этом мне – Андрей снова к Кате наклонился и легко губами ее губ коснулся – А знаешь, мы с Кирой расстались.       - Как это?       - А как люди расстаются? И потом, я же обещал тебе, ты помнишь?       - Подожди, а как же… ведь ситуация в компании еще не выправилась… а если Воропаев узнает?       Андрей вздохнул тяжело и голову опустил. Руку Катину в свою взял, переплел ее пальцы со своими.       - Я устал, Кать. Устал всем врать и все ото всех скрывать. Я в последнее время много думал и… даже если все наши махинации и откроются, сейчас обстановка в компании не такая катастрофическая, все уже идет на лад. Нам ведь еще совсем немного осталось. Нет, если нам удастся все скрыть до того, как мы окончательно все долги погасим, то это хорошо. Но если нет… что же, значит, так тому и быть. Я все честно расскажу о состоянии дел в компании. И даже если я лишусь должности президента, а так оно и будет… – Андрей снова Кате в глаза посмотрел – Все равно у меня останешься ты. Вот тебя я потерять не могу.       - Я люблю тебя – шепнула ему Катя.       - А я люблю тебя…       И именно в этот момент дверь в кабинет распахнулась… Катя чуть ли не спрыгнула с колен Андрея, быстро руками по платью провела, разглаживая складки на ткани, чтобы вошедший, которым оказался Роман Дмитриевич Малиновский собственной персоной ничего не заподозрил.       - Палыч, мне сказали, что ты здесь уже… – начал он не глядя, а потом на девушку уставился – Здравствуйте. Я, наверное, помешал. Тогда попозже…       - Здравствуйте, Роман Дмитриевич, а мы уже… закончили – растерянно произнесла Катя и поспешила скрыться за дверью своего кабинета. Малиновский еще постоял немного, с недоумением поглядывая на закрывшуюся дверь каморки, пока до него, наконец, не дошло, кого же он только что видел.       - Андрюх, а… а что это было?       - А что было? – с абсолютно невинным выражением на лице поинтересовался Жданов.       - Это что… это была Пушкарева?       - Да, это была Катя.       - А… ну, теперь мне понятно… а то я раньше-то думал, что ты того, а тут… нет, ну я теперь тебя понимаю, теперь-то понимаю…       - Дурак ты, Малина – только и ответил Жданов.       День выдался просто сумасшедшим. Из-за длительно отсутствия работы у Кати накопилось просто море. А еще и женсовет, который сперва ее даже не узнал, а потом наперебой стал расспрашивать о подробностях такого перевоплощения. Пришлось во время обеда рассказать им о поездке в Египет вместе с Юлианой, после чего с перерыва они, конечно, опоздали.       Малиновский, с которым Катя все последнее время старалась вообще не сталкиваться, постоянно попадался ей на глаза, рассматривал ее… пристально так, будто не верил, что это на самом деле она. Даже поговорить с ней пытался, извинялся. На что Катя ему лишь слегка улыбнулась и сказала, что сейчас это уже значения не имеет.       - Знаете, Катя, а Вам не так ведь много и понадобилось, чтобы красивой девушкой стать. А почему Вы раньше прятались? – поинтересовался он. Катя лишь неопределенно плечами пожала. А что еще она должна была ему ответить? Еще совсем недавно она думала, что этого человека вообще ненавидит.       Рабочий день приближался к концу. Андрей с Романом сидели в президентском кабинете и о чем-то тихо переговаривались, Катя в их разговор не вслушивалась, была своими делами занята, пока случайно не расслышала брошенную Андреем фразу. Она даже из-за стола вскочила и в президентский кабинет выбежала. Друзья недоуменно на нее уставились.       - Кать, случилось что-то? – обеспокоенно спросил Андрей.       - Нет… то есть да… то есть, я хотела сказать что не знаю – Катя уже пожалела, что так к ним выскочила. Вон Андрей на ее слова еще больше нахмурился. Катя постаралась с мыслями собраться. А ведь утреннее происшествие в ее квартире совсем вылетело у нее из головы, едва она с утра Андрея увидела, и вот до этого момента и не вспоминала – Вы что-то о собаке говорили…       - Катя! Я, конечно, понимаю, что мы это заслужили, но Вы уж нас так больше не пугайте – облегченно выдохнул Роман, встал со своего места и по кабинету прошелся – Я уж было подумал, что остальные акционеры обо всем узнали, или нам в новом кредите отказали, или ткани, за которые мы уже заплатили, нам не привезли, не привезут и деньги не вернут, или еще какие непредвиденные расходы…       - Малиновский! – Андрей бросил недовольный взгляд на друга, а потом на Катю посмотрел – Кать, что произошло?       Катя неуверенно на Андрея посмотрела, села на кресло напротив него, где еще недавно Малиновский сидел.       - Я не знаю, произошло ли. Я сама вообще ничего не понимаю. Просто… скажите, а эта собака, про которую вы говорили…       - Да это Сашкина, Кать. Он уехал, а Кира просто не очень собак любит. Я и предложил его к себе забрать – Жданов безразлично пожал плечами, не понимал, к чему Катя клонит. Но видел, что она чем-то сильно обеспокоена, руку к ней через стол протянул, с ее ладошкой встретился, сжал несильно.       - А этот пес он… он такого рыжеватого цвета, а спина темная, почти черная. Высокий такой, и шерсть очень короткая. Да?       - Да. Кать, а ты что, раньше его видела?       Катя вопрос Андрея мимо ушей пропустила. Быть такого не может! Что же делать-то теперь? Все рассказать? Но ведь Андрей ей не поверит.       - А куда вообще Александр Юрьевич уехал? Он с кем-нибудь говорил? Или… – Катя снова испуганный взгляд на Андрея подняла – Или он просто кому-то написал? Кире Юрьевне, например?       - Не знаю, Кать…       - А вообще так – вступил в разговор Роман – Павел Олегович, когда мы с ним производство осматривали, что-то такое упоминал, что Воропаев никому ничего не сообщил, только Кире СМС отправил, что его какое-то время в городе не будет.       - Кать, а ты где это услышала? – поинтересовался Андрей.       - Я… – Катя еще раз осторожный взгляд на Андрея с Романом бросила. Ей сейчас было даже все равно, что Малиновский является участником этого разговора. Ей просто очень хотелось понять, что же такое с ней происходит – Я, конечно, могу вам рассказать, только вы мне все равно не поверите.       - А все-таки… – поинтересовался Роман, такая осведомленность Кати настораживала. Андрей тоже пристального взгляда с Кати не сводил и руку ее из своей не выпускал.       - Вы только посмеетесь, в лучшем случае. А в худшем решите, что я сошла с ума и меня срочно нужно отправить на принудительное лечение.       - Кать…       - Ну, хорошо – Катя нервно улыбнулась – Это все началось со смерти моей прабабушки. Как раз в эти новогодние каникулы. Она далеко жила, на Урале, в небольшой деревеньке. Нам позвонили и сказали, что она умерла, что надо приехать, похороны организовать. И мы почти все новогодние праздники там пробыли…       - Катенька, простите – вклинился в ее монолог Малиновский – Но какое отношение Ваша прабабушка имеет к отсутствию в Москве нашего общего знакомого Воропаева?       - Роман Дмитриевич, да дело здесь не в моей прабабушке. Просто после возвращения в Москву, мне стали сниться эти сны…       - Сны? – удивился Андрей.       - Да, сны. Сначала мне просто прабабушка снилась, мы с ней разговаривали, а потом… эти сны стали какими-то… другими. Там было какое-то колдовство, мистика. Я в этих снах была другой, я могла делать то, что в реальности просто невозможно. И каждый раз я утром просыпалась и от снов этих отмахивалась, а вот сейчас… слишком много совпадений...       Андрей с Романом молчали, Катю старались больше не перебивать. И все еще не понимали, как какие-то сны могут иметь отношение к Воропаеву. И про какие такие совпадения она говорит…       - В ночь перед советом директоров мне тоже сон снился – продолжала Катя – Я сначала просто была у себя дома, а в голове у меня голоса… один голос я не знаю, а второй Воропаева. И тот человек, голос которого я не узнала, говорит Воропаеву, что он не сможет забрать свою долю из оборота компании, потому что все имущество «Zimaletto» находится под арестом. И я тогда решила помешать Воропаеву рассказать на совете директоров о том, что он узнал. И вот я только что была у себя дома, а в следующую секунду я уже в квартире Воропаева – Катя помолчала немного, пытаясь припомнить подробности той встречи – Мы с ним говорили. Он не понял, как я у него дома оказалась. А я еще ему сказала, чтобы на совете он молчал обо всем. Он, конечно же, заявил, что молчать не собирается. И я, кажется, разозлилась на него тогда… и превратила его в собаку. А потом, ну, чтобы никто не хватился его, я СМС с его телефона отправила… Кире. Написала, что его не будет пару недель, а еще прибавила… чтобы за Алексом присмотрела.       Жданов с Малиновским между собой переглянулись, потом быстрый взгляд на Катю кинули. Роман кашлянул куда-то в сторону, к окну отошел и в задумчивости молча уставился куда-то в одну точку.       - Кать… – позвал Андрей – Это ведь только сон.       - Я знаю. То есть, я знала это, раньше. А сейчас я в этом не уверена. Со мной что-то происходит. Что-то непонятное. Я не знаю, что с этим делать. И мне страшно...