Once in a Lifetime

***

— Господи, и словами не описать, как это было круто! — кричу я куда-то вперед, а мой голос эхом разносится по поляне, цепляясь за тоненькие деревья, — Да здравствует взрослая жизнь, теперь мне двадцать один, и я буду жить так, как хочу! Инструктор по парашютному спорту сейчас смотрит на меня более чем странно. Думает, наверное, что я полная кретинка, но мне наплевать на это, если честно. Только что я исполнила одну из своих самых заветных грез — прыгнула с парашютом. И теперь мне все нипочем. А вообще, мне всегда все было нипочем, я же Стефания Эбигейл Тёрнер, девчонка, которая с детства стремится туда, откуда все остальные бегут, сломя голову. — Заканчивай давай восторги, нам надо вовремя добраться до базы, а то весь график полетит, — фыркает мужчина, помогая мне забраться в нечто, похожее на гольфкар, — У тебя что, дел других нет, кроме как вопить, стоя в поле, и разглядывать деревья? — Ой, фу, даже порадоваться не даст, — показываю ему язык, играя в ребенка, и сажусь, скрестив руки на груди, при этом неприятно шурша странной тканью костюма, — Я только что прыгнула с парашютом, у меня адреналин! — Дурь у тебя, а не адреналин. И куда твои родители смотрят? — Мои родители в Бреконе, и им пофиг на то, что я творю. — А-а, — с усмешкой тянет инструктор и протягивает мне жвачку, — Британка, значит. И как я сразу не догадался! — Я тщательно это скрываю, — подмигиваю ему и выпрыгиваю из машины прямо на ходу, потому что уже вижу базу, и до неё всего пара десятков метров. А во мне энергии хоть отбавляй, лучше уж сейчас побегаю, чем буду потом в автобусе напевать дурацкие песенки и доставать пассажиров и водителя. — Эй, дура, куда побежала?! — вопит мне вслед инструктор, но я не слушаю и на бегу залетаю в здание, ошарашивая всех своим буйством. — Это здорово, не бойтесь, вам понравится, — говорю я какой-то пожилой паре, после чего подлетаю к админисираторше и хлопаю её по плечу, — Стефания Тёрнер. Можно ключи от моего шкафчика? — Держите, — странно меня оглядев, девушка протягивает мне ключи, — Вам понравилось, значит? — О да, ещё как, всем теперь буду советовать, — улыбаюсь ей и покидаю холл.

***

Уехать из дома и отправиться в Лос-Анджелес на поиски заработка и развлечений — мечта многих молодых людей, но далеко не все способны воплотить её в жизнь и перебороть свой страх. А я смогла. Окончила свой чахлый колледж, получив диплом телевизионного журналиста, собрала шмотки и уехала в Штаты на встречу новым приключениям. И что, что я тут никого не знаю и никто не знает меня? И что, что у меня лишь пачка долларов в кармане, а не платиновая карта? Я уж как-нибудь устрою свою жизнь, потому что я все могу, если захочу. Громко хлопаю дверьми, чтобы все соседи знали о том, что я пришла домой, и топаю в сторону ванной комнаты, по пути снимая с себя джинсовые шорты и носки. Прыгая на одной ноге и держась за ручку двери в ванную, понимаю, что кто-то звонит в квартиру. Хм, вот это уже кажется даже странным. Чертыхнувшись и упав, снимаю несчастный носок и прямо в трусах несусь к двери, как можно быстрее. Во мне бурлит интерес: и кому это я понадобилась в городе, в котором никто даже не знает моего имени? — Открывай, кретинка! — вопит под дверью женский голос, и я, немного удивленная, пожимаю плечами сама себе и открываю дверь. На пороге передо мной стоит невысокая девушка со светлыми кудрявыми волосами, в черном топике и короткой чёрной юбке. Её руки скрещены на груди, а брови сведены, от этого я делаю вывод, что ей что-то не нравится, — Ну наконец-то! И как тебя зовут, мать твою? — Стефани, — пожимаю плечами уже не самой себе и опираюсь о косяк, ловя взгляд проходящего мимо мужика на своих голых ногах и заднице в стрингах, — А тебя? — Бланш. Но! Это неважно! — она поднимает одну руку вверх и сжимает губы в тонкую полоску, — Скажи мне, милая, какого хрена вчера у тебя музыка до полуночи орала, а сегодня ты хлопаешь дверьми, как сумасшедшая?! Двенадцать, чтоб тебя, утра! По твоей милости я уснула в два и собиралась просто-напросто выспаться, но нет, блин! — Прости, — фыркаю я, сдувая пряди волос со лба, — Я не подумала. — Ты в лесу, что ли, родилась? — бубнит блондинка, одергивая край юбки и пронзая меня взглядом грозных глаз, — Будь потише, вот правда, а то заявлюсь не я в другой раз, а Бобби, он у нас зек, мало не покажется. — Почти в лесу, — усмехаюсь я, вспоминая наш дом на окраине маленького города в Уэльсе и пропуская мимо ушей ее угрозы, — Серьезно, Бланш, извини. Лицо девушки становится заметно дружелюбнее, и она даже начинает казаться мне симпатичной. Она переминается с ноги на ногу, пачкая светлые кеды пылью с моего, кажется, сто лет не чищенного коврика, и наконец говорит: — Ты откуда приехала хоть? Давно? — Три дня назад, из Уэльса. — О, британка, значит, — опять эта фраза! Бланш надувает пузырь из жвачки, и, когда он лопается, громкий звук разносится по всему подъезду, — Мило. У тебя тут друзья, родня? — Никого, — улыбаюсь я, глядя на то, как она наматывает прядь светлых кудряшек на палец, — Собираюсь найти работу и строить свою жизнь сама. — Похвально, — Бланш тоже улыбается мне, а на её щеках появляются забавные глубокие ямочки, — Тебе лет-то сколько? — Двадцать один. А тебе? — Двадцать три, — фыркает она, глядя на меня снизу вверх, — Одна живу тоже. Ровно напротив, — указывает мне на потрёпанную зеленую дверь, и я киваю, — Пойдёшь в бар вечером? Я знаю хорошее местечко неподалёку. Помогу тебе завести знакомства, и все дела, — она продолжает надувать пузыри из жвачки и переминаться с ноги на ногу, отчего усмешка не сходит с моего лица. — С удовольствием. Зайдёшь? — указываю на вход в свою маленькую квартирку, предлагая ей войти, но блондинка отрицательно качает головой, — Почему же? — Мне надо встретиться с парнем и наконец-то бросить его. Конкретно задолбал меня, осёл. Смешок слетает с моих губ, но я понимающе ей киваю и осматриваю её ещё раз с ног до головы. Неприметное, не накрашенное лицо, длинная копна кудрявых волос и темно серые глаза. Аккуратный нос, тонкие брови, белоснежная улыбка и загорелая кожа. Такая, какой я себе представляю типичную жительницу Лос-Анджелеса. — Тогда замётано, я постучусь к тебе в девять, жди и выгляди прилично, Стеф. Эх, и нравится эта девчонка. И такое сокращение моего имени, которое никто не использовал раньше, мне тоже нравится. Может статься, что я, благодаря тому, что такая шумная, даже в первые дни заведу себе подругу. И это не может не радовать.

***

— Это злачное место, — подмигивает мне Бланш, поправляя бретельку моего платья, что спала с плеча, — Тут иногда такие товарищи попадаются, что ух! Я один раз даже переспала с телеведущим, что тусовался тут с друзьями. Несмотря на то, что это странно, почему-то я смотрю на Бланш с уважением. Я так понимаю, что денег у неё, как и у меня, нет, но она при этом не собирается отказывать себе в удовольствиях. А сейчас, когда она накрасилась и приоделась, она даже кажется мне не просто симпатичной, а красивой. Густые волосы убраны в хвост, на аккуратной формы губах розовая помада, а стройное тело облегает короткое фиолетовое платье. На ногах каблуки, делающие её почти с меня ростом. — Ты тоже ничего, — усмехается девушка, оглядывая длинную очередь и ловя мой взгляд на своей груди, призывно выглядывающей из глубокого выреза, — Это платье тебе идёт. — Спасибо, — стараясь переорать гул толпы, отпускаю взгляд на свои оголенные ноги в плетёных сандалиях на маленькой платформе. Хотелось бы, как Бланш, конечно, носить каблуки, но я и так кобыла с довольно большим ростом для девушки, куда уж мне. После фразы «выгляди прилично» мне пришлось залезть на дно своего чемодана и отрыть там это самое чёрное платье с расклешенной юбкой, которое я купила на распродаже в Уэльсе пару лет назад. Оно сидит на мне просто идеально, а красная помада в сочетании с моими тёмными волосами и мутно-голубыми глазами делает меня ничуть не хуже красотки Бланш. Мы обе хороши, если по-честному, а там уже дело вкуса. — Паспорт покажи, — ворчит вышибала на входе в сторону моей новоиспечённой подруги, на что она, видимо, уже привыкшая, суёт ему в руки документы, — Приятной ночи. Мужик пропускает нас внутрь, и мы с Бланш тут же оказываемся в огромном помещении, погружённом в полумрак и слегка задымлённом. Музыка орет так громко, что я, кажется, не слышу даже своих мыслей, но это чертовски нравится мне. Мои ноги будто сами хотят начать отбивать ритм, но я понимаю, что надо немного выпить, прежде чем отправляться покорять танцпол. Я как бы не бухаю так, что с утра ничего не помню, но отрываться люблю. Просто в связи с тем, что дома у меня особо не было компании, я почти никуда не ходила, а тут, когда есть возможность, почему бы и нет? — Нравится? — кричит Бланш мне на ухо, и я пару раз уверенно киваю, — Нам нужна текила, и тогда все будет ещё круче! Девушка уверенно пробирается к барной стойке, отпихивая разных людей от себя, и я спешу за ней, чтобы только не потерять её из виду. Потом в этом огромном баре я её просто не найду. — Четыре шота текилы, — приказывает Бланш бармену, опираясь обеими руками на стойку, и поворачивает голову ко мне, — Не заметила никого симпатичного? — Пока не разглядывала, — усмехаюсь я, получив рюмку текилы, — За хороший вечер? — За хороший вечер! За отличный, убойный вечер! — заключает Бланш и опрокидывает две стопки подряд, тут же заказав каждой из нас ещё по две.

***

Мои глаза еле открываются, и то, не по собственной воле, а потому, что большая чёрная собака на данный момент нагло вылизывает моё лицо. Вскрикнув, спихиваю её с себя, и сажусь, закутавшись в одеяло и поняв, что всю ночь провела на полу. Поэтому наверно так спина и болит. Оглядываю незнакомое помещение и облегченно выдыхаю, когда вижу уже запомнившуюся мне копну светлых кудрявых волос на сероватого цвета подушке. Но это ещё не всё — на диване, где дрыхнет Бланш, я замечаю ещё одну голову, мужскую. Русые волосы, в которых запуталась наманикюренная рука Бланш, и больше, черт возьми, ничего не видно. Приподнимаюсь на локтях, ещё раз отпихнув от себя дружелюбную собаку, чтобы оглядеть парочку, что лежит на диване, и усмехаюсь. Довольно мускулистый симпатичный парень держит маленькую Бланш в объятиях, а та мирно сопит, перебирая во сне его волосы. Кажется, эта ночь для них прошла неплохо… А для меня? Морщась от солнечного света, что пробивается сквозь занавески в цветочек, поднимаюсь на ноги и осматриваю довольно обшарпанную комнату, на глаз прикинув, где тут может быть ванная. Бреду туда, ногой отпихнув пса, и умываю лицо холодной водой, чтобы прогнать ноющую головную боль и немного привести себя в чувства. Может, я тоже себе кого-то нашла, и у меня был секс? Просто этот парень, скажем, на кухне, готовит завтрак, или уже ушел по своим важным делам. Хотя, кого я обманываю, если бы у меня и был кто-то этой ночью, то он бы просто сбежал с утра. Но я то и сама знаю, что никого у меня не было: никогда еще я не напивалась до такого свинского состояния, чтобы с кем-то переспать. Так-так, вот интересно, чья это квартира? Бланш или ее парня? Внезапно в моей опухшей голове появляется одна до жути стремная мысль, которая заставляет меня с размаху присесть на краешек ванной и попытаться вспомнить что-то из вчерашнего вечера. И мне это более или менее удается.

— Хочу тройничок, — вопит Бланш, уже в откровенную повиснув на моем локте и утягивая меня вниз, в сторону асфальта. Сзади нас плетется группа из трех парней, которые распивают пиво и горланят для моей спутницы серенады, — Слушай, Стеф, выберем одного и устроим? Ммм? — Заткнись, кретинка, — фыркаю я, спотыкаясь о камушек. И падаю. Всё. Конец флешбеку.

Вот только не это! Этого произойти не могло! С кем угодно, но не со мной. Но вдруг… Распахиваю дверь и устремляю взгляд на парочку, что дрыхнет на диване. На Бланш, кажется, одежды нет, у парня грудь тоже голая. Опускаю взгляд на свое тело и с выдохом обнаруживаю, что я по-прежнему в своем черном платье. Ну слава богам, ни с кем я не спала. Неожиданно, из-за сквозняка, пробравшегося в комнату через открытое окно, дверь ванной с грохотом захлопывается, а парочка подскакивает на диване, сонно хлопая глазами и разглядывая меня. Они выглядят жутко, если честно, пока они спали, было как-то не так заметно, что всю ночь они пили все, что под руку попадалось. — Стеф, чтоб тебя, что за привычка, — ворчит Бланш, зевая, — Хлопаешь дверьми, как истеричная бабулька! Привет, — она поворачивается к парню и взъерошивает его волосы, после чего сползает с дивана на паркет и, лежа на полу в одеяле, потягивается, — Я Бланш. — Я помню, — усмехается парень и тоже зевает, — Эй… — кажется, это мне, — Эй, ты, как тебя… — Стефани. — Да, точно. Сколько времени? Закатив глаза, оглядываю комнатку в поиске часов и нахожу старый будильник на тумбочке возле входа в ванную. Часы показывают 12:09, о чем я и сообщаю пареньку, заставив его выпучить на меня свои большущие глаза и вскрикнуть. — Твою мать! — он хлопает себя ладонью по лбу и откидывается обратно на серые подушки, закрыв в изнеможении глаза, — Твою же мать… — Что такое, милый? — усмехается Бланш, поднимаясь на ноги, завернувшись при этом в тонкое одеяло с дивана, — На работу опоздал? А нечего пить посередине недели, вот что. — На саундчек, — стонет парень, укрывшись с головой одеялом, — Меня просто разнесут за это, клянусь богом. — Куда? — непонимающе переспрашивает Бланш, а я поясняю: — Он, видимо, музыкант. Саундчек — проверка и настройка аппаратуры. А в какой группе ты играешь? — Ни в какой, — огрызается он, поднимаясь на ноги и поправляя свои красные боксеры. Оглядывает комнату, слегка задержавшись взглядом на лежащем в углу псе, и я вижу просветление в его глазах, когда он находит свои джинсы, — Кажется, теперь уже точно ни в какой. С моих губ слетает смешок, на что я получаю уничтожающий взгляд парня и насмешливую улыбку Бланш. Ей явно плевать, а вот мне парня жалко. Мы обе наблюдаем за тем, как он натягивает на себя мятую черную футболку и засовывает в карман джинсов какие-то документы и ключи. — Позвони мне, ладно? — обращается он к Бланш, черкнув на какой-то бумажке с рекламой свой номер красной блестящей ручкой девушки, — Сходим куда-нибудь, ну… и все дела, не мне тебе рассказывать. — Окей, — хохочет блондинка, комкая бумажку и кидая ее на тумбочку, — Обязательно, дорогой. Парень неодобрительно цокает языком и, еще раз оглядев комнату на предмет своих оставшихся шмоток, выходит за зеленую дверь, которую я тут же узнаю, что-то бубня себе по нос. Так, значит, мы у Бланш в квартире, и мне до своей пара шагов. Плюхаюсь на диван с облегчением, оглядывая бледноватую девушку, и улыбаюсь ей, на что получаю улыбку в ответ. — Весело было? — смеется она, и я смеюсь тоже. — А я не помню. — И я, но вроде да, — она берет с тумбы бутылочку с газировкой, и до меня доносится шипение, когда она ее открывает, — Ну и этот, — она тянется за бумажкой и разворачивает ее, — Джош. Он, кажется, ничего, да? — Угу. Симпатичный, — прикладываю холодные руки к вискам, чтобы унять головную боль, и утыкаюсь носом в подушку, — Но их вроде много было? — Трое. Остальные ушли. А вот что ты делаешь в моей квартире, Стеф, я понятия не имею. Надеюсь, тебя не было тут, когда мы трахались. Ну, или ты вырубилась уже. — Я тоже на это надеюсь, — фыркаю я, встав на ноги вновь и взяв в руки свои сандалии и сумочку, — Ладно, я пойду. У меня сегодня в три собеседование на каком-то канале, хочу до тех пор прийти в норму. — Вали, — отмахивается девушка и заходит в ванную. Стою, как дебилка, посреди комнаты еще с минуту, думая фиг пойми о чем, после чего, наконец собравшись с мыслями, выхожу в коридор и аккуратно прикрываю зеленую потрепанную дверь.

***

— Да и пошли бы они на хрен, тоже мне, ВВС, что ли? — фыркает Бланш, попивая горячий чай и сидя на своем кухонном столе, — Пей, а то остынет, — угрожающе шипит на меня и болтает босыми ногами, — Правда, Стеф, не парься, будут еще интервью, не вышло, ну и фиг с ним. — Ладноо-о, — тяну я, пытаясь перевести тему, и мой взгляд тут же падает на скомканный рекламный буклетик на подоконнике, — Ты Джошу звонила? — Нет, зачем? — в её серых глазах явно читается удивление, что вынуждает меня вопросительно приподнять одну бровь, — Ох, ты серьезно? Ничего из этого не выйдет. — Но он ясно дал понять, что ты понравилась ему, — стою на своем я. — Это вежливость, Стефания, так все делают, кроме самых законченных ублюдков. Не собираюсь я ему звонить. — Ну и дура, — шиплю я и хватаю с подоконника бумажку, — Тогда я позвоню. — Да пожалуйста, — фыркает Бланш, вынимая из пачки сигарету и закуривая, слегка приоткрыв окно, из которого виднеется наша улица, освещенная тепло-розовым закатным солнцем, — И сама ты дура. С усмешкой вынимаю свой старенький телефон и набираю номер, написанный красной ручкой, выжидая пару гудков. Парень, тем не менее, отвечает довольно быстро, но голос у него не самый приветливый и довольный. Кажется, кого-то таки выгнали с работы. — Привет. — Привет, кто это? — Это Стефани. — Какая Стефани? — Подруга Бланш. — А… Бланш… А чего она не позвонила сама? — Просто у нее кишка тонка, — смеюсь я в трубку, и мне начинает казаться, что парень даже немного расслабляется, — Она сидит вот напротив и думает, что не за чем звонить, потому что ты оставил номер из вежливости. — Я не оставляю номеров из вежливости, так ей и передай. — Передам, — отзываюсь я, прижимая телефон поближе к уху и показывая кудрявой фак, — Так ты хочешь с ней встретиться? — Я же это и так сказаа-ал, — воет парень, — Слушай, как там тебя, мне не очень удобно говорить. Мне крупно повезло, потому что я перепутал дни, и сегодняшний саундчек оказался вечером. Так что, у меня сейчас не очень много времени на твои бла-бла. Давай по делу. — Какие мы важные, — хриплю я, — Я тут твою же личную жизнь и устраиваю. — У меня с личной жизнью все в порядке, — голос парня отдаляется, и поэтому я спешу поскорее решить все вопросы, касающиеся Бланш. — Назначай время, она придет. Слышу, как блондинка откровенно угорает напротив, но не сдаюсь, а парень на том конце провода тяжело вздыхает. — Через два часа рядом со студией на бульваре Уилшир. Нормас? — Вполне, — фыркаю я в трубку и сбрасываю звонок, победным взглядом оглядев Бланш, что сидит, скрестив руки на груди и с сигаретой во рту. — Ну и что? — Ну и всё, проще простого. Она с громким смехом спрыгивает на пол и, вышвырнув бычок в окно, ставит свою чашку в потрепанную белую раковину, к другим немытым кружкам и тарелкам. — Тебе-то это зачем? — хмыкает девушка, повернувшись ко мне, — А, Стеф? — Мне просто скучно, — улыбаюсь я, вынимая из ее пачки одну сигарету для себя, — Так-то. — Но ты ведь в курсе, что ты со мной пойдешь, да? Выпучиваю на Бланш глаза, видя, как на ее лице медленно появляется ехидная усмешка. Она опять скрещивает руки на груди и подмигивает мне, взмахнув копной кудрей. — Ну просто… Мне это не надо, а ты сто пудов будешь переживать, если мы киданем этого Джоша, так? Ну вот, и иди тогда либо со мной, либо одна к нему иди. Мне насрать, — она, вильнув задницей, выходит из кухни под мой протяжный стон, и уже через минуту зовет меня выбирать шмотки на вечер.

***

— Чтоб я еще хоть раз в жизни ради мужика надела эти каблуки, вот блин-то, — ворчит себе под нос Бланш, вышагивая в коричневых босоножках на танкетке и куря одну сигарету за одной. На улице уже смеркается, и я просто невероятно кайфую от города, в котором сейчас нахожусь. Теплый воздух, даже вечером в одной майке не холодно, шумные, наполненные людьми улицы, клубы и бары на каждом шагу, смех и какое-то тупое неописуемое счастье. Этим наполнен вечерний Лос-Анджелес, и это еще раз убеждает меня в том, что не зря я, бросив все, что у меня было, приехала сюда покорять его. — Долго еще идти? — негромко спрашиваю я, оглядывая ноги Бланш, обтянутые светлыми джинсовыми леггинсами, — Я устала. — Ты в кедах, алло, — бубнит она, заворачивая за угол, — Нет, вот мы и пришли. И даже не опоздали, — Бланш выкидывает недокуренную сигарету в урну и поправляет волосы, еще раз подтверждая то, что ей и правда понравился этот парень, и она просто блефовала, делая вид, что не хочет идти на встречу с ним. Она останавливается у входа в довольно высокое здание и прислоняется плечом к стенке, осмотрев меня оценивающим взглядом с ног до головы. Я, если честно, специально не стала наряжаться, чтобы не отвлекать внимание от нее, пусть мне это и не грозит: этот Джош даже никак моего имени запомнить не может. В общем, на мне простая черная футболка с треугольным вырезом и черные джинсы, слегка закатанные снизу. Никогда особо не умела хорошо выглядеть, да это и не тот случай, когда стоило хотя бы пытаться. — Слушай, может, он продинамит нас? Пойдем обратно, а? Я по дороге куплю сидра, посидим где-нибудь в парке и… — Стоп-стоп, — усмехаюсь я, найдя ее слабое место. Да, она просто боится, что ее кинут, — Мы останемся. А потом я тихонько слиняю, и вы с Джошем устроите продолжение своей романтической ночи. — Ты заблудишься и дорогу домой не найдешь, — фыркает девушка, вынимая из кармана очередную сигарету и размещая ее у себя за ухом, — Слиняет она. — Неважно, возьму такси, — отвечаю я, будто я тут самая богатая горожанка, и у меня денег хоть отбавляй, — Или спрошу у прохожих. — Флаг в руки, — все так же недовольно ворчит Бланш, переминаясь по привычке с ноги на ногу, пока я не пихаю ее в плечо. — Смотри-ка, кто там, — она резко оборачивается, а ее волосы спадают на спину золотистым водопадом, — Да это же сам Джош-музыкант! Парень стоит у входа и оглядывается по сторонам, после чего бросает взгляд на часы и хмурит брови. Он нас в упор не замечает. — Брось, пойдем отсюда, — Бланш поворачивается к парню спиной и шипит это мне в лицо, — Ты не видишь, я явно не его уровня? Да даже это здание, из которого он вышел, прямо орет во всю глотку об этом. Давай уйдем, умоляю… — Бланш? Бланш! — на ее плечо в эту же секунду ложится большая рука парня, и я вижу, как он хмурится, заметив меня напротив блондинки, — И ты… Стефани. — Да, привет, я уже ухожу, — мямлю я себе под нос, отводя глаза, потому что чувствую себя дурой, — Просто проводила ее, мне надо… по делам… сюда! — указываю на вход в здание и топчусь на одном месте, — По своим личным делам… — Это по каким же? — с насмешкой спрашивает Джош, осматривая мой дешевенький прикид. — Не твоего ума дело, — огрызаюсь я, поворачиваясь на пятках, — Хорошего вечера. Игнорирую умоляющий взгляд Бланш и, гордо вскинув голову, иду прямиком в здание со стеклянными дверьми, делая вид, что мне и правда очень сильно туда надо. На полном ходу я врезаюсь в высокого охранника, и он одним движением руки перегораживает мне путь. Нервно оглядываюсь, подозревая, что Джош и Бланш могут видеть меня сейчас, и говорю ему: — Мне туда! — По каким таким вопросам? — строго осматривает меня, но все же убирает руку, — Куда «туда»? — В студию звукозаписи, — нагло вру я, — Там моя подруга и парень-музыкант по имени Джош, — неопределенно машу рукой в сторону, — Они забыли ключи наверху и попросили меня подняться. — Пусть сами и поднимаются, если только у них есть пропуск, — предупреждает меня мужик, а я все оглядываюсь, надеясь, что парочка уже ушла, и меня не ждет позор года, — Эй, чего застыла? — Йен, какие-то проблемы? — хриплый мужской голос раздается позади меня, и я вздрагиваю от неожиданности, хлопая глазами и глядя на охранника, кажется, немного испуганно. — Да тут одна красавица утверждает, что ее друг-музыкант и его пассия забыли наверху в студии какие-то ключи, и очень уж ломится туда. — Не парься, — вижу мужскую руку на плече у охранника и морщу лоб, — Я провожу ее, все в норме. Хочу уже отказаться и с позором уйти, как вдруг вижу Джоша и Бланш, что стоят ровно напротив стеклянных дверей и смеются надо мной, держась за животы одной рукой, а второй — прикрывая рты. Это терпеть выше моих сил. Рывком поворачиваюсь к человеку, что стоит у меня за спиной, и едва не врезаюсь в него, потому что он, оказывается, слишком близко. Передо мной стоит высокий парень, на голову выше меня, с короткими каштановыми волосами, слегка вьющимися на концах. На нем такие же, как на мне, черные узкие джинсы и темно-коричневая рубашка с закатанными рукавами. Одна рука находится в кармане джинсов, а вторая, уже убранная с плеча охранника, лежит на стойке. В глазах парня я нахожу интерес и легкую насмешку надо мной, но все же решаю, что эта насмешка лучше той, что ждет меня на улице. — Буду благодарна, — тихо говорю я, пялясь на его розоватые губы, а он машет рукой охраннику, дав понять, чтобы тот занимался своими делами, — Я не займу много времени. — Охотно верю, — улыбается парень, показывая мне ямочки на щеках, пусть и не такие глубокие, как у Бланш, — Пойдем. Мы вместе с ним идем к стеклянным лифтам, и путь этот занимает у нас всего пару десятков секунд. Парень молча вызывает лифт и поворачивается ко мне, опять с интересом меня оглядывая. Двери лифта открываются перед нами сию же минуту, и я, сгорая от стыда, первой в него вхожу, потому что парень меня пропускает. Стою и пялюсь на двадцать с лишним кнопок, не зная, какую нажать, пока рука с длинными пальцами в серебряных кольцах не вытягивается рядом с моим лицом и не нажимает нужную. — В студию, говоришь, тебе надо? — слышу за спиной смешок и, стараясь не краснеть, поворачиваюсь, осматривая парня вновь, — А еще куда? — Не нужно мне никуда, — бурчу я, рассматривая его ботинки, — Просто надо было скрыться от надоедливых друзей, и я выбрала это здание. — А у тебя губа не дура, — он засовывает обе руки в карманы джинс и едва заметно улыбается мне, — Тогда что? Едем обратно? — Если ты не против, пару минут постоим в коридоре, — смеюсь, осознавая всю тупость своего положения, и прислоняюсь спиной к стенке позади меня, на что лифт тут же реагирует… хм, остановкой, — Эмм, — тяну я, оборачиваясь и тыкаю пальцем поверх уже горящей салатовой «десятки», после чего нажимаю на все остальные кнопки, но ничего не происходит. — Боже, серьезно? — парень закатывает глаза и одним движением руки отодвигает меня в сторону, — Застряли? — Видимо. — Славно, — ворчит он и с размаху садится на пол, вытянув ноги вперед, — Что? — поднимает брови на мой удивленный взгляд, — Я устал, весь день работал. — Ты тоже музыкант? — Что значит «тоже»? — парень качает головой и ударяется при этом ей о стенку лифта, а я смеюсь, — И ничего смешного. — Окей, — отвечаю я, прикрыв рот рукой, и отворачиваюсь, — А что делать? Надо позвонить диспетчеру? — Ничего не делай, — немного раздраженно произносит парень, — Тут есть постоянный лифтер, сейчас все поедет, минут через десять. — Хорошо, — тихо говорю я, чувствуя себя слегка виноватой перед ним, и исподтишка изучаю его, когда он закрывает глаза. Довольно симпатичный такой. Не Джош, но все-таки. Тоже ничего. И правда, не проходит и пяти минут нашего пребывания в полной тишине, как лифт начинает движение, и легкий щелчок оповещает нас о том, что мы наконец прибыли на десятый этаж. — Можем ехать обратно? — бубнит парень, встав на ноги и выглянув в уже темный коридор, — Переждала что хотела? — Поехали, — вздыхаю я, с легким сожалением осматривая пустой холл, на что получаю вопросительный взгляд темно-зеленых глаз, — Что? — А почему так грустно? — слегка усмехается он, придерживая зажатой кнопкой двери лифта, — Тебе надо туда, или нет? — Да не надо, не надо, — отмахиваюсь я, — Просто там вид, наверное, красивый из окна. Хотелось бы посмотреть на ваш город с такой высоты. — А ты не местная? — спрашивает парень и легонько пихает меня в коридор, — Да пошли, посмотрим. — Правда? — на моем лице появляется довольная детская улыбочка, — Спасибо! — хлопаю в ладоши и начинаю слегка пританцовывать от удовольствия, — Я из Уэльса. — Серьезно? — удивленно восклицает парень, уверенно шагая по коридору, а я прыгаю позади, почти что наступая ему на пятки, — Это здорово. — Знаю, — отзываюсь я, остановившись у большого панорамного окна и, затаив дыхание, осматриваю погруженный во тьму Лос-Анджелес. Город сияет миллионом ярких огней, и это не передать словами как красиво. Мы с парнем стоим так в полной тишине на протяжении пары минут, пока он не решается оторвать меня от созерцания вида, ткнув пальцем меж ребер. — Пойдем уже, а? — Ладно, — вздыхаю я и поворачиваюсь к нему, — Спасибо. — Да пожалуйста, — фыркает он и вновь направляется к лифту, а я, уже куда медленнее, иду за ним, — Рад служить. Он вызывает лифт, который опять приезжает довольно быстро, и мы заходим внутрь, то и дело переглядываясь. Едем вниз все так же молча, а когда двери открываются, парень вновь пропускает меня вперед. Вышагиваю в сторону выхода, пока кто-то не останавливает меня, положив мне руку на плечо, а сам парень, идущий сзади, не врезается в меня с легким ругательством, слетевшим с губ. — Нашла ключи-то? — вижу перед собой красное лицо охранника и, не сразу поняв, о чем он, все-таки киваю, — Ну и хорошо. Всего доброго. — И вам, — выдавливаю я и оборачиваюсь на парня со смешком, — Ты выходишь? — Мне надо кое с кем еще поговорить, — качает головой, — Так что, пока. — Ну, покаа-а, — с неким сожалением протягиваю я и отворачиваюсь, после чего выхожу из здания на свежий воздух. Не устану восхищаться тем, какой Лос-Анджелес красивый город. Вот иду я по нему с мороженым в руках и наслаждаюсь его шумом, теплом и огнями, думая о забавном парне, что проводил меня до окна, чтобы я могла полюбоваться этим божественным городом. Это было мило с его стороны, если честно. И приятно. Жаль только, что больше я его никогда не увижу… И я даже не знаю, как его зовут.