i don't want without you.

      Уже завтра наступит Новый год, который люди ждут, думая, что он подарит им надежду на лучшее. На то, что он станет для них началом чего-то нового: новых эмоций, чувств, возможностей. И совсем неважно, что зачастую это мнение ошибочно. Что всё останется как прежде, пока ты сам не сделаешь хоть что-то для того, чтобы это изменить. Иногда просто хочется поверить, что все проблемы и тревоги, как по волшебству, исчезнут. И на самом деле в этом нет ничего плохого: людям нужно верить хоть во что-то, чтобы не сойти с ума от суровой реальности. И Новый год — прекрасная возможность для того, чтобы верить и мечтать.       На улицах всё пестрит украшениями к празднику: повсюду яркие огоньки гирлянд, блестящая разноцветная мишура, кругом продают всякую милую лабуду, игрушки, украшения, фейерверки, и, конечно же, везде продают ёлки и мандарины, которые традиционно являются символом праздника. Вдоль всей улицы стоят украшенные ёлочки, радуя глаз своей красотой. Несмотря на мороз, на улице много людей, которые, закутавшись в тёплую одежду, гуляют, наслаждаясь предновогодней атмосферой. Счастливые детишки играют в снежки, а их родители с умилительной улыбкой наблюдают за своими чадами. Создается ощущение того, что ты попал в сказку. В это время даже воздух пропитан новогодним волшебством.       Чимин с детства любит Новый год. Всю эту трепетную подготовку к празднику, покупку ёлки и её украшение, создание новогодней атмосферы в квартире, меню для праздничного стола и, конечно же, подарки.       Он несколько дней потратил на подготовку к празднику. На покупку ёлки, которую потом кропотливо украшал различными ленточками, гирляндами и игрушками. На создание новогодней атмосферы в своей квартире-студии, которую тому подарили родители на окончание школы. Развешал гирлянды по периметру всей квартиры, что с его-то маленьким ростом было весьма проблематично и, добавив больше гирлянд на стенку около кровати, прикрепил к ней свои любимые фотографии, которые он любит пересматривать, ведь эти фотографии он собирал ещё с средней школы и, можно сказать, на них запечатлено его взросление и люди, с которыми он его провёл. Аккуратно расставил все свои мягкие игрушки, хоть Чимин и взрослый парень уже, но любовь к мягким игрушкам, вообще ко всему милому, осталась с ним в полной мере. Готовить Чимин не собирался, так как уже запланировал Новый год встречать у своих друзей.       А вот на улице сейчас он именно из-за последнего пункта: из-за подарков, которые, в силу своей забывчивости, не купил заранее, он вынужден бегать в их поисках по магазинам, где сейчас чуть ли не война. Каждый готов порвать друг друга за любую подходящую для подарка вещь, ибо времени до праздника остаётся всё меньше и меньше, а раскупают всё со скоростью света, так как забывчивых и откладывающих всё на последний момент людей оказалось слишком много. Чимин прошёл через все круги ада, обходя бесконечное множество магазинов, в поисках хороших подарков для друзей и родных, но, несмотря на это, он бы предпочёл вернуться в это адское пекло, чем ходить сейчас по улице, где жуткий холод, а Чимин, как уже и говорилось ранее, парень забывчивый, поэтому шарф и перчатки, которые он собирался надеть, сейчас спокойно покоятся дома, в тепле, пока у их хозяина чуть ли не слёзы льются от холода, а маленькие ладошки сильно покраснели, и кожа на них начала немного трескаться, принося бедному пареньку сильную боль. Чимин бы с радостью сейчас хотя бы засунул руки в карманы, чтобы они хоть немного согрелись, но у него в руках пакеты с подарками, которые мешают это сделать. И, по-хорошему, ему надо бы срочно идти домой, в тепло, где сейчас греются его шарф и перчатки, где есть тёплый плед, горячий шоколад и плюшевые медведи, которые всегда готовы согреть хозяина, ведь риск простудиться стремительно достигает экстремально высокой отметки, но Чимина останавливает то, что он ещё не купил самый главный подарок. Подарок для Чонгука.       Чимин с Чонгуком познакомились ещё в младшей школе, тогда же и стали лучшими друзьями друг для друга, и, несмотря на то, что у них совсем разные характеры, они до сих пор остаются ими. Хотя это определение немного не подходит для Чимина, который совсем недавно осознал: он безвозвратно влюбился в Чона. Влюбился в своего лучшего друга и любимого донсена.       Чимин не настолько наивен, чтобы думать, что ему что-то светит с Чоном, ведь, как и говорилось ранее, они с ним совсем разные. Чонгук — это воплощение совершенства. Он талантлив, высок, накачен, безумно красив и обаятелен, имеет огромную популярность как у девушек, так и у парней. Чимин же — это воплощение стеснительности и неловкости. Он миниатюрный парень, которого часто подкалывают по поводу низкого роста, пухлых губ, маленьких ладошек, да и просто из-за схожести с девушкой. А Чимин только рад поверить и покрыться комплексами с головы до ног. И никого, даже самого Чимина, не волнует, что за его рубашкой скрывается ничем не хуже чоновского накаченное тело. И что Чимин в танцах — бог. Просто так повелось, что Чимин — это объект для издевательств. Конечно, если рядом нет Чона, который ни от кого не потерпит насмешек над его любимым хёном, которые, он видит, того расстраивают.       Младший всегда был рядом с Чимином. Разделял с ним его самые важные моменты в жизни. Искренне радовался за него, когда его приняли в академию искусств, а потом и взяли в танцевальную команду. Успокаивал и поддерживал, когда ему говорили, что у него ничего не получится, и когда он получал постоянные насмешки от окружающих. Обнимал его, когда его в очередной раз бросала девушка, говоря, мол, он слишком скучный и зажатый, или что встречалась она с ним, в принципе, только чтобы ближе к его лучшему другу быть. И Чимин даже не думал обижаться за это ни на неё, ни на него: он и так знает, что Чон его во всём превосходит, хоть он и младше, и он правда гордится им, и на младшего обижаться было бы глупо: тот никогда не хотел вредить ему. Чонгук очень важен для Чимина, поэтому он не скажет ему, что он, как полный идиот, влюбился в него, ведь Чимин думает, что тогда младший начнёт волноваться и будет стараться как-то это исправить и переубедить Чимина, а ему не нужна жалость и неловкость в их общении. Будет намного лучше, если он просто останется лучшим другом и хорошим хёном для младшего, скрывая свои чувства.       Погрузившись в раздумья, Чимин не заметил как подошёл к магазину с зимней одеждой. Он посмотрел на витрину, и, увидев на ней тёплые шарфы, осознал, что сейчас подарка получше он уже не найдёт.       Сжимая в руках чёрный, тёплый и мягкий на ощупь шарф, Чимин, с лёгкой улыбкой на губах, думает, что теперь-то он точно заставит беспечного младшего носить шарф, а не ходить с открытой шеей в такой мороз.

***

      Что вы делаете за три часа до Нового года? Наверное, заканчиваете готовить блюда для новогоднего стола, или прихорашиваетесь, чтобы потом на фотографиях с праздника выглядеть на все сто, или же просто развлекаетесь с друзьями, чем и занимался бы сейчас Чимин, если бы он и тут не выделился. За три часа до Нового года он лежит дома с температурой, больным горлом, жуткой слабостью и одиночеством в придачу.       Чим обиженно смотрит на шарф с перчатками, которые лежат на полке, и винит их в том, что он был вынужден отказаться от совместного празднования с друзьями, сказав им, что он уезжает домой на Новый год, ведь если бы они узнали, что он заболел, то они бы припёрлись лечить его, и он бы испортил праздник и им, а это последнее из того, что он хотел сделать, и вообще в том, что сейчас он в таком состоянии, как будто это не он забыл их надеть, а они отказались на него надеваться.       Сквозь пелену отчаянья и грусти, он слышит звонок в дверь и молится, чтобы тот, кто стоит за ней, перестал звонить и ушёл восвояси, перестав мешать Чимину поддаваться рассуждениям о бренности бытия в окружении мягких игрушек и безысходности. Задумавшись, он пропускает звук открывающейся двери, замечая Чона только тогда, когда он, разувшись, проходит в комнату. Чимин впервые жалеет, что когда-то дал младшему ключи от своей квартиры.       — Привет, Чимин-а, — осматривая красиво наряженную квартиру, а потом и Чимина, мягко здоровается Чон. — Ты же не думал, что я поверю в то, что ты отказался праздновать с нами из-за отъезда, а то, что ты хрипел и кашлял постоянно, пока пытался оправдаться, тут совсем не причём? — усмехаясь, продолжает он, подходя к кровати на которой распластался старший.       — Ты что тут делаешь? — понимая, что тот с лёгкостью раскусил его маленькую ложь во имя весёлого празднования для своих друзей, с лёгкой растерянностью в глазах хрипит Чимин, поджимая свои сухие от температуры губки. — Иди к остальным, ты же заразишься! — хрипло бузит Чимин, но вкупе с тем, что он лежит в окружении игрушек и смотрит обиженными глазками, это смотрится ещё комичнее, чем должно бы, и Чон бы сейчас засмеялся, но знает, что он этим обидит старшего, так что он только тихонько усмехается, ложась на кровать рядом с Чимином.       — Ты что, правда, думал, что я оставлю тебя в одиночестве встречать Новый год, да ещё и зная, что ты болеешь? — мягко спрашивает Чон, смотря на стушевавшегося Чимина, который изо всех сил старается не дрожать от холода и не показывать младшему, как ему плохо, чтобы тот не волновался лишний раз. Только вот это не особо помогает, Чон прекрасно всё видит: и то, как Чим, трясясь от холода, тихонько ещё больше натягивает на себя одеяло, сжимая его в своих маленьких ладошках, и то, как еле-еле говорит из-за боли в горле. Чон придвигается ближе к Чимину и, намереваясь проверить температуру, склоняется над старшим, прикасаясь губами к его лбу.       Чимина пробирает дрожь, но уже не от холода, а от смущения и волнения. Кожа под губами Чона слегка покалывает, а бабочки в животе делают сальто во имя температуры, из-за которой тот сейчас и прикасается губами к его лбу.       Отстраняясь, Чон встаёт и идёт за градусником, а после, отдав его Чимину, идёт растворять лекарство от температуры, потому что у того она явно есть. Чон волнуется, но показывать этого не хочет, ведь знает, что Чимин не рассказал о болезни из-за того, что не хотел, чтобы он переживал.       Сейчас главное сбить температуру и покормить его, ведь, судя по самочувствию старшего, он сегодня не мог встать, даже чтобы поесть.       Чон забирает градусник и удостоверившись, что температура выше положенного, отдаёт Чимину лекарство, которое тот, поморщившись, выпивает.       — Теперь лежи, а я пойду приготовлю покушать, — говорит Чон, забирая кружку из рук старшего.       Чон подходит к пакетам с продуктами и лекарствами, которые оставил около двери. Понимая, что старшему надо бы сейчас что-нибудь лёгкое и питательное поесть, он решает приготовить суп, убирая ненужные продукты в холодильник. А продуктов он купил много, ведь он всё равно, как и всегда, все выходные проведёт у Чимина дома, если, конечно, они не решат перебраться к нему, но это только после того, как Чим будет здоров, так что закупаться хоть как пришлось бы, и подумал, что лучше он сразу это сделает, ибо пока старший болеет, Чон выйти из дома и оставить его одного не может, точнее просто не хочет. У Чонгука и так вечное навязчивое желание заботиться о старшем усугубляется из-за самочувствия того. Хочется забрать его болезнь себе, только чтобы не видеть его сейчас таким слабым и грустным.       Чон всегда чувствовал, что должен заботиться и защищать своего милого и неловкого хёна. Ведь, несмотря на то, что тот был очень добрый, дружелюбный и милый, над ним постоянно издевались. И как только Чон осознал это, он понял, что хочет быть тем, кто всегда сможет его защитить и проучить обидчиков. Тогда-то Чон и начал работать над собой: проводил всё своё свободное время в качалке, занимаясь до седьмого пота, и учился драться. В итоге со временем он вымахал в высокого мускулистого парня, заработал уважение окружающих к себе, и, что самое главное, всегда был в состоянии защитить Чимина. Чимин смущался этого, говоря, что он же парень, может и сам справиться, но не то что бы Чона, влюблённого в старшего, это волновало.       По его мнению, в Чимина невозможно не влюбиться: в его вечную доброту и заботу об окружающих; в его звонкий смех и в глаза, превращающиеся в щелочки, когда он улыбается; в его маленькие ладошки с пухлыми пальчиками, на которых потрясающе смотрятся кольца, так нравящиеся старшему; в его волосы, которые, несмотря на то, что старший их перекрашивает так часто, что Чон не успевает запомнить цвета, остаются мягкими; в его уши, увешанные серёжками; в его прекрасный голос; в его пухлые губки, которые жутко хочется почувствовать на своих губах (и не только на губах); в его потрясающий пресс, в его накаченные ноги и, конечно же, в аппетитную задницу, от которой он порой не может оторвать взгляд, а желание сжать её в ладонях, проверяя на упругость, всё труднее контролировать. Чимин — ходячий фетиш Чонгука.       Покормив старшего и дав ему лекарство, Чон лёг рядом с ним, зарывшись рукой в волосы старшего и легонько поглаживая.       — Как ты себя чувствуешь, Чимин-а? — спрашивает Чонгук, продолжая поглаживать старшего по голове и смотря на его освещённое мягким светом гирлянд лицо.       — Уже лучше, — отвечает Чимин, млея от мягких касаний, — но всё-таки тебе не надо было приходить, я не хочу, чтобы ты заразился, — продолжает он, с укором смотря на младшего.       — Я не хотел встречать Новый год без тебя, хён, — мягко улыбаясь, отвечает Чонгук. А у Чимина от этих слов и улыбки, сердцебиение ускоряется, и зарождается маленькая надежда на взаимность его чувств. — Кстати, как ты умудрился заболеть, мы же два дня назад виделись, и ты был полностью здоров, — вспоминает младший.       — Я подарки вчера ходил покупать, а шарф и перчатки забыл надеть, — отвечает Чимин, смутившись и отводя взгляд от младшего.       — Я жду свой подарок, Чимин-а, — видя, что ему и так неловко от того, что заболел по собственной глупости, и решая не давить, меняет тему Чонгук.       Чимин хоть и растерялся немного от резкой смены темы, но он благодарен младшему, что тот не стал его отчитывать.       Чимин проверяет время и, понимая, что до Нового года осталось всего полчаса, решает, что уже можно дарить подарки, он достаёт из тумбочки, стоящей около кровати, пакет с шарфом. Садится на кровати, поджимая под себя ноги, и смотрит на младшего.       — Сначала пообещай, что, что бы там ни было, ты будешь это носить, — решает сразу взять обещание с Чона, чтобы тот потом не мог отпереться.       — Обещаю, Чимин-а, — он берёт пакет и, раскрывая его, вытаскивает мягкий чёрный шарф. Чонгуку нравится подарок, ведь на улице сейчас холодно, а до магазина сходить, чтобы купить шарф, младшему просто лень. Да и так греть будет не только шарф, а ещё и осознание того, что это подарок старшего. Чон придвигается ближе к Чимину и тянет его в свои объятия, обнимая его за талию. — Спасибо, мне очень нравится подарок, тем более, — делает томительную паузу Чонгук, — нося его, я всегда буду думать о тебе, — шепчет Чон на ухо старшему, слегка касаясь его губами, пуская этим мурашки по телу старшего.       Чимин думает, что младший над ним сегодня слишком сильно издевается. Появляется чувство, будто он специально его дразнит, намекая на что-то большее. Но Чимин гонит от себя эти мысли, думая, что это он уже просто на своей любви помешался, вот и кажется невесть что, и старается взять себя в руки и не краснеть, как влюблённая школьница (что, в принципе, недалеко ушло от правды). А Чонгук тем временем, как ни в чём не бывало, отстраняется, отмечая про себя, что ему нравится румянец на щеках Чимина.       — Теперь время моего подарка, — интригующе говорит Чон и достаёт из кармана толстовки маленькую коробочку, отдавая её Чимину.       Чимин, ёрзающий по кровати, раскрывает её, находя там небольшие круглые серьги со вставленными внутрь мелкими камешками. Чимин жутко радуется и уже предвкушает, как круто они будут смотреться на его ушах. Только вот ему даже представить страшно, в какую сумму они обошлись младшему.       — Спасибо, Гуки! — кидается обнимать младшего Чимин, благодаря за подарок. На эмоциях Чим целует Чонгука в щёку, после чего сразу же заливается краской от осознания того, что он только что сделал. Он пытается ретироваться от младшего куда подальше, понимая, что в данном случае, это означает на другую сторону кровати (хотя Чимин предпочёл бы, как минимум, в другую комнату). Однако младший не даёт ему сдвинуться с места, так что он просто мирится с провалом и продолжает обнимать того. — Они прекрасны, но зачем ты так потратился на меня? — решает всё же упрекнуть старший, ведь серёжки и правда выглядят очень дорогими, а, зная Чона, он уверен, что они такими не только выглядят.       — Не думай об этом, ты же знаешь, что у меня нет проблем с деньгами, и, тем более, для тебя мне их не жалко, — шепчет Чон на ушко старшему, и думая о том, что чертовски хочет увидеть эти серёжки на его ушках, параллельно пытаясь отделаться от мысли, что ему чертовски хочется провести языком по его ушной раковине или прикусить мочку, но пока что он не может это сделать, ещё рано, так что он, судорожно вздыхая, пытается перенаправить свои мысли в другое направление.       Мягко отстраняясь от старшего, он тянется за телефоном, чтобы посмотреть время. Видя, что до Нового года осталось всего три минуты, он решает, что сейчас самое время для второго подарка.       — У меня есть ещё один подарок, — говорит Чон, смотря на заинтересованного его словами старшего. — Но для начала закрой глаза, — Чимин не понимает, зачем, но закрывает, ибо, видя младшего таким серьёзным, отпадает даже малейшее желание спорить или задавать вопросы. — Теперь ответь мне на вопрос, — Чимин чувствует его дыхание прямо около своих губ и, изо всех сил подавляя желание податься вперёд, судорожно кивает. — Ты будешь моим парнем, хён? — Чимин открывает глаза, в неверии смотря на младшего, боясь, что ему показалось или что это шутка.       Чонгук достаёт из кармана ещё одну маленькую коробочку и, открыв её, вынимает оттуда два массивных парных кольца, заставляя Чимина покрыться мурашками в предвкушении.       — Ты будешь со мной встречаться, Мини? — повторяет вопрос Чон, смотря тому в глаза и облегчённо вздыхая, когда видит, как Чимин судорожно кивает и кидается его обнимать.       Обнимая его одной рукой за талию, второй он находит его ладошку, надевая на пухлый маленький пальчик одно из колец, то, что побольше. Чимин же, почувствовав это и видя, что Чон собирается надеть второе кольцо себе на палец, перехватывает его руку, забирая колечко и собираясь сам это сделать. Он легонько проводит по запястью, а потом и по кисти Чона, и наконец надевает на него кольцо, отмечая про себя, что тому оно очень идёт.       Чон берёт его ладошку в руку, переплетая их пальцы, тянет Чимина на себя, обнимая, и, наконец-то, собирается поцеловать своего Мини, но тот решает его жестоко обломать. — Никаких поцелуев, пока я не выздоровею, — прямо в губы шепчет Чимин и отстраняется с издевательской ухмылкой.       — Как только выздоровеешь, я буду наверстывать упущенное за все годы сразу, — простонав, с вызовом говорит Чон, вызывая у Чимина счастливую, от предвкушения, улыбку.

***

      За окном грохочет праздничный салют; друзья обрывают телефоны, стремясь поздравить; с улицы слышатся восторженные крики. Но Чимин с Чонгуком сейчас не замечают ничего кроме друг друга.       Чонгук, добравшийся, наконец, до желанного тела хёна, усиленно его изучает, вжимая в диван и нависая сверху. Обводит языком ушную раковину, следом переходя на мочку уха, посасывая и покусывая её. Спускается к шее, усиленно ставя на нежной коже засосы. Обводит языком кадык и оставляет засос и там, заставляя его Мини постанывать своим хриплым от простуды голосом. Пока Чимин болеет, он не будет даже намекать на что-то большее, но простая ласка же ему не повредит, а Чону и этого достаточно.       И только через несколько часов, когда Мини пойдёт делать им горячий шоколад, оставляя Чона выбирать фильм для просмотра, тот перезвонит их друзьям, извиняясь, что они не ответили, поздравляя и, сообщая, что теперь они с Чимином встречаются. А те только рады за них, ведь кроме них, все уже давно поняли, что всё к этому и идёт. Чимин, слыша его разговор, будет счастливо улыбаться и думать о том, что Новый год и правда волшебный праздник, в который исполняются мечты.