Inside and out

Первые пятнадцать часов изоляции прошли легко. В частности потому, что у него была загадка. Как Рикки обезвредил столько людей так быстро? До момента, когда охранник просунул журнал под дверь камеры, Уэйн был полностью погружен в вопрос. Брюс быстро разорвал страницы и скатал шарики из бумаги, отображающие сцены боя. Каждый шарик — заключенный, но он все ещё не мог повторить ход событий. Он применил каждую комбинацию, которой научил Рикки. Он применил каждую комбинацию, которую знал, и это все ещё не имело смысла. Он не мог раскидать их так быстро. Может Рикки..? Он что-то пропустил. Ему не хватает информации. Когда охранник вернулся следующим утром, Брюс наклонился к щели в двери и заговорил: — Мне нужно поговорить с Ричардом Мюллером. — С кем? — ID заключенного — 2884875. Мюллер. Он был моим сокамерником. Мне нужно поговорить с ним. Мужчина нахмурился. — Ты знаешь, что я не могу, Бэтмен. — Две минуты. Пожалуйста. — Извини. Один день превратился в два. Затем в три. Потом в четыре. На пятый день у него было дисциплинарное слушание. Его провели в небольшой кабинет без какой-либо охраны. Он стоял у стены, пока женщина за компьютером зачитывала его дополнительный приговор, который внесут в дело. Когда он признал вину, она назначила ему наказание в виде дополнительного месяца в одиночке, и начала читать ему лекции о том, как это повлияет на его пребывание в тюрьме. Это не имело значения. Рикки — ненасильственный преступник. У него был шанс хоть на видимую безопасность и прикрытие (при грамотном подходе) от верхов… если он смог бы держаться подальше от неприятностей. Но его поместили в одну камеру с Брюсом. Меньшее, что он мог сделать — взять на себя вину. Он хотел взять на себя вину. Как Рикки раскидал так много человек за такое малое количество времени? У него есть навыки, которые он не применял во время обучения. Ему помогли другие заключенные? У него есть сверхспособности? Он даже не знал, жив ли ещё Рикки, но на следующее утро снова попросил охранника о встрече. Ему снова отказали. Шестой день прошел медленно и мучительно. Седьмой — еще хуже. Он пытался медитировать, но зуд неразгаданной тайны не позволял абстрагироваться надолго. В первые часы клетка казалась благословлением, теперь — невыносимой. Он ходил, он лежал, он раскатал бумагу и прочитал каждое слово. На восьмой день он понял, что пропустил посещения. Это было похоже на удар под дых. Что подумает Альфред, когда ему скажут, что Уэйн не может выйти, поскольку заперт в одиночке? Что, если в этот раз пришёл Дэмиан? Или Дик? На десятый день он исписал все пустые места на бумаге извинениями, неуверенный, кому пошлет их. На двенадцатый день ему дали бритву во время утреннего душа. Он видел, как охранник критически наблюдал. На пятнадцатый день охранник не положил ему второй кусок хлеба, и это разозлило его. Черт, он сам не свой! Изоляция должна быть легкой. Он несколько раз добровольно изолировал себя в Тибете, в начале двадцати. Но почему-то это ощущалось иначе. Когда ему было двадцать, чем дольше он оставался изолированным, тем больше он узнавал, тем большего он добивался. Теперь он хотел просто выбраться отсюда и действительно избить тех людей, чтобы сидеть там заслуженно (и плевать, что это новый месяц в одиночке) . Он прогнал эту мысль и сделал ещё один круг упражнений. Он тратил на это все больше времени, понимая что набирает мышечную массу, но теряет состояние. На девятнадцатый день пришёл надзиратель.  — Я не представился официально, мистер Уэйн. Я… — Карлсон Грей, — прервал Брюс. — Да, — улыбнулся мужчина, наблюдая через окно в двери. — Мне стоило понять, что вы знаете, величайший детектив в мире. Я должен признать, что вы самый высокий по профилю арестант, которого я видел. Миллиардер. Супергерой. Аркхэмский спонсор. — Он криво ухмыльнулся. Большой оскал. Некрасивый. Зубастый.Брюс ненавидел такие ухмылки. — Мне жаль, что я не пришёл поговорить с вами раньше. Я также сожалею, что это произошло при таких… — он окинул взором клетку Брюса, — неприятных обстоятельствах. Мужчина был нечист на руку и Брюс знал это. С самого начала он знал, кто занимает тут должность надзирателя. Он знал, и ничего не делал с этим, поскольку его преступления были ничем в масштабах Готэма. Однажды он даже прикрыл проникнувших в тюрьму Бэтмена и Робина. Некоторых преступников стоит оставлять. — Скажите мне, могу ли я помочь с чем-то, что сделает вашу жизнь более комфортной? Возможно, он мог быть полезен снова. — Есть один человек. — Его имя? — Мюллер, — ответил Брюс. — Ричард. ID заключенного 2884875. Он на мгновение удивленно замер, а потом ухмыльнулся вновь. Больше. Уродливее. Настырнее. — Вас понял, Бэтмен.