Снежный шар

*** pov Неджи. Экзамен на звание чуунин приближался, а нам выпало задание найти бродяг, спасших команду Куренай. И мы уже почти месяц стараемся напасть на их след. Благо, отряд составили только из поисковиков — вся команда Куренай и я в нагрузку. И Какаши-сенсей, так как Ли, Тен-Тен и Гай выполняют миссию в стране снега, а Юхи восстанавливается после травмы. Я уже давно бы плюнул на это и вернулся домой, но Хината упорно продолжала идти вперед, уговаривая двигаться всю команду. Холодно! Страна Леса встретила нас неласково — промозглым северным ветром с гор и ранним снегом. Какаши постоянно ходил со своей книжкой, лишь изредка спрашивая местных в очередной деревне о девушке и парне, вольных шиноби. Никто их не видел, хотя Киба до последнего утверждал, что их след ведет именно сюда. Сейчас дороги перемело снегом, и мы решили возвращаться обратно. Я вышел в коридор гостиницы из моего с Хинатой номера и прислушался. Внизу царило оживление. Сзади неслышно ко мне подошла Хината и тоже замерла. Звуки струнного инструмента и тихий напев женского голоса. Поверь, поверь, вернётся герой В груди его пляшет драконья кровь Он страха не ведал на темном пути Пусть зло стережется — он должен прийти! Внизу затихали люди, завороженные песней. Я направился к лестнице, чувствуя, что за рукав моего кимоно схватилась Хината и следует по пятам. Из номера напротив выглянули Шино и Киба. Акамару принюхивался и гавкнул. — Мы нашли их, — прошептала сестра. Внизу было негде упасть яблоку, поэтому нам пришлось устроиться на ступенях. Нас моментально захватывала иллюзия заснеженной дороги и я явно видел в небе летящих драконов. — Бьякуган! — одновременно с принцессой. Я восхищенно замер — я видел систему чакры драконов, словно они были настоящими! Хината сжала мою руку, боясь отпустить. Голос же продолжал создавать иллюзию: Когда в небо взмоют два черных крыла И пламя надежды спалит все дотла Когда брат на брата войною пойдёт Вернется герой, мир земле принесет Довакин, довакин, древний север пред ним, Его клич в склонах гор множит каменный хор Бой кровавый ему рок сулил не один Рев дракона стрелой в сердце ранил Скайрим. Dovahkiin Dovahkiin Naal ok zin los vahriin wah dein vokul mahfaeraak ahst vaal ahrk fin norok paal graan fod nust hon zindro zaan Dovahkiin fah hin kogaan mu draal. Последний куплет был пропет на неизвестном языке, но все равно, все внизу еще некоторое время пораженно молчали. Девушка чуть грустно улыбалась, перебирая струны. — Еще! Еще! — начали кричать внизу. — Хорошо… о чем вы хотите услышать? — поинтересовалась девушка. — Проклятия! Герои! Любовь! — раздались выкрики из зала. — Как скажете… — она ударила по струнам… Король был статен и умен, Не знал отказа он ни в чём Любая дева с радостью Ему бы сердце отдала Но день и ночь он ревностно Следил, оставив все дела Лишь за одной красавицей За собственной сестрой, ой за сестрой В неё безумно был влюблен Богатый, знатный господин Он и не чаял, что король Всё для себя давно решил Твердит притихшему двору Я в жены лишь её возьму Гнать прочь велит сватов чужих Того гляди начнут войну Но, к счастью, мудрая сестра Остепенить его смогла — От бремени решиться мне Позволь без блеска, в тишине Узнав, что никогда не быть С любимою вдвоем Придворный проклянул чету И ненавистный трон Но страх держал его в узде И он со всеми пил На радостных пирах, хотя В душе злой яд хранил Проходит время, и пора Дитя родить на свет В кругу служанок госпожа Лежит, бела, как смерть Мертв страшный плод любви слепой И бездыханна мать Горюет молодой король Просвета не видать, ой не видать В склеп родовой любовь и дочь Спустил он в один день Но гонит дар забвенья прочь Гнилых проклятий тень Прошло семь лет и жуткий вой Могилу огласил, Принцесса выползла на свет, Набравшись зла и сил В лучах сияющей Луны Она чужую жизнь Взамест потерянной взяла, Кровь свежую испив С тех пор покоя двор не знал Страх въелся в стар и млад И лишь один средь всех беде Постигшей город рад. ой рад В кошмаре протекали дни А ночь ещё страшней Из королевства все бегут Увозят прочь детей Но безутешный государь Обидеть не велит Дитя своё, хоть та упырь И снова кровь бежит, бежит Ни маги, ни алхимики, Ни мудрецы, увы Проклятье снять с принцессы За годы не смогли Прошло уже немало лет В дали от старых стен Правитель поднял новый дом Но избавленья нет, нет, нет Отчаялся спасти дитя Тоскующий король, Всё ближе суд толпы, нельзя И дальше прятать дочь Когда последний шанс покой Иль чудо испытать Упущен был явился к ним Боец при двух мечах Вся голова бела, как снег, В глазах морок и дым — Попробую помочь беде Коль хватит моих сил Король сулит при всех, что смерть За дочки смерть грозит Но тайно посетив его, Жизнь защищать велит Если спасенья, правда, нет, Хоть мир ей подари Ведь знаю, мучается дочь В полуночной крови, ой в крови Идет тропой в пустой чертог Боец, готовит меч, Он зелья пьет, остреет слух, Светлеет злая ночь К нему крадётся, сжав мешок С деньгами господин — Не тронь проклятое дитя, Своим путём иди Надеется изменник что Толпа свой суд свершит И с плеч шальная голова У короля слетит В глазах вельможи страх и гнев Платить пришла пора, И стал приманкой тот, кто был Проклятием двора Всю ночь не спал окрестный люд Рев чудища гремел Метались сполохи во тьме Пыль сыпалась со стен Казалась бесконечной тьма, Но вот забрезжил свет Лишь третий прокричал петух Спешит прислуга в склеп На окровавленных камнях Дитя без чувств лежит Поток алеющих волос К босым ногам бежит Вся кровь — спасителя её На горле перевязь Но света нет в глазах его Дыханья не слыхать, ой не слыхать У одинокого костра На брошенной тропе Принцессы проклятой судьба Звенит, вторя струне Над лесом крики пустельги — Забудь, забудь, забудь Оставим боль корням земли Нам снова пора в путь. Жутковато… я чувствовал, как пальцы Хинаты впиваются в мое предплечье, когда прямо перед нами из-под могильного камня выползло чудовище. Вскоре к нам присоединился Какаши, оторвавшийся от своей любимой книжки и теперь вместе с нами вслушиваясь в пение Юки-сан. Она закончила спустя пару часов. У меня создалось впечатление, что в гостинице все население этой деревни. Девушка в плотном черном свитере и узких брюках, ждала своего напарника и вяло отмахивалась от желающих еще послушать. Пробиться к ней не было никакой возможности, разве что пройти по потолку. А это идея! Я уже решил прикрепиться к стене, а следом забраться и на потолок, но меня остановила сестра. — Ты слишком высокий, плюс волосы — только людей распугаешь! — и сама легко взбежала наверх. Вот она уже над нашей целью и пытается ее дозваться. Но как всегда — тихо, да еще и гул вокруг… Но певица ее замечает и чуть улыбается, указывая на улицу, что-то произнося. Хината счастливо кивает и бежит к нам. — Юки говорит, что тут шумно и предлагает нам подняться наверх и открыть ей с братом окно, тогда они к нам заберутся, — доложила она Какаши-сенсею. — Хорошо, идемте в мой номер, — вздохнул копирующий. Стоило только открыть окно, как в комнату скользнули две черных тени. — Добрый вечер, — поздоровались хором. — Юки-сан и Ник-сан? — спросил Какаши. — Да, — девушка размотала шарф, открыв лицо и вытащила длинную трехцветную косу из-за ворота. — Вас порекомендовали для участия в экзамене на чуунин три джонина. Но для участия необходимы рекомендации четырех. — начал Какаши. — И вы хотите устроить нам проверку? — закончил за него Ник. — Да. Завтра в семь утра на поляне трех километрах от деревни к юго-западу, — произнес Какаши. — Здорово. Значит, завтра увидимся, — махнула рукой Юки. — Спокойной ночи, ребята, — она выпрыгнула в окно и исчезла в синих зимних тенях. — Завтра ранний подъем. Я надеюсь, никто не будет вмешиваться в испытание? Если эти двое хотят стать чуунинами, им придется постараться. Деревням не нужны вольные сильные шиноби. Их будут стремиться дискредитировать еще до начала испытаний. — Какаши-сенсей, вы тоже… — возмутился Киба. — Я — нет. Я буду максимально корректен и честен с ними. Гай и Асума с Куренай так просто не дали бы своего одобрения, так как они осознают, чем это грозит этим двоим, — сообщил командир седьмой команды. — Но мы просили… — начал Шино. — Значит, мы поступили неверно? — Ребята, вы поступили верно, попросив, но Ваши сенсеи сами приняли такое же решение, — пояснил, с тяжелым вздохом. — Мы поняли, — подвела итог Хината. *** pov Ник Юки стояла, слушая ветер вокруг нас и ехидно ухмылялась. — Идем на поляну сейчас, не хочу еще по лесу с утра шариться… — произнесла она. — Что ты мне можешь сказать? — Какаши — копирующий ниндзя. Любит иллюзии. Помнишь мою любимую «башню Ай»? — ни с того, ни с сего поинтересовалась сестра. — Ну… «Назван первый растущей волной» — напел я. — Жизней людских водоворот… — продолжила сестра. — если вдруг ты увидишь меня израненную, я должна буду продолжить этой строчкой твою. — Может, мне тебя спасать нужно будет, а не песни петь? — вспылил я. — Если не продолжу, значит это иллюзия. И ловушка. И какой тогда я медик, если не смогу себя исцелить? — Я понял тебя. — У него нет фантазии. Думаю, мы будем отбирать у него колокольчики. — Повеселимся? — Можно. Но в разумных пределах, — ухмыльнулась сестричка. Завтрашний день обещает быть интересным…