Find me, Daddy

      Чтобы заинтересовать, нужен лишь мимолетный взгляд. Чтобы вызвать зависимость — лишить его же.       Топая по новенькой плитке нового офисного здания, парень ликовал, осознавая, что вновь сядет на пост главного отделения. После годовой борьбы с начальством и парочкой злобных соперников, он наконец-то полностью доволен своим положением и окружением. Хотя его карьерный рост был немного не честным, пост полностью заслуженный, как ни крути. Еще с детства, изучая гипноз, мальчик понимал, что эта вещь ему чертовски пригодится в будущем. Пара правильных шагов и вот, он на вершине. Конечно же, такому как он всегда будет мало, но жадность нынче скорее достижение, чем грех.       Поглаживая большим пальцем крышку карманных часов, парень вытаскивает руку из кармана и спокойным, размеренным шагом направляется к лифту. Как только он входит в тесное помещение, пересекается взглядом со своей секретаршей, что казалось бы, преследует его на каждом шагу. — Доброе утро, мистер Чон! — Задорно воскликнула та, сразу же выбирая нужную папку из стопки, которую держала ее помощница, которая частенько завывала от тяжести и переминалась с ноги на ногу. Начальник успел составить сопоставление этих двух: секретарша Мина — спокойный, меркантильный, уверенный в себе человек, который идет прямо к цели, но, запросто поддается гипнозу, полная концентрация на мелочах мешает ей обратить внимание на глобальные проблемы, именно поэтому она до сих пор всего лишь секретарша; помощница Ли, ее имени брюнет не знает и не горит желанием узнать, чтобы понять, что девушка закомплексованная девчушка с тонной проблем на хрупких плечах. Глупо полагать, что она вовсе бесполезна, нервозность и постоянный стресс сделали свое дело, даже без гипноза она наделает глупостей, полностью осознанно. По этой же причине иллюзионисты используют дурачков подобных ей, как бы печально не звучало, она — легкая мишень; — Я подобрала основные проекты, которые требуют вашего внимания и подписи. — Кивает блондинка на ярко красную папку и чуть улыбается. Чон незамедлительно забирает ее из бледных ручек и сжимает в ладони, легонько улыбаясь смущенному личику Мина. Секретарша поворачивается к помощнице и пытается усмирить ее писк, из-за веса папок ее ноги подкашивались и ее попытки удержать все это почти что провалились. Чонгук и не собирался помогать ей, не из-за отсутствия джентльменского гена, а из-за того, что самое время покидать лифт, срочное совещание не ждет, придется ускорить шаг, компенсируя расслабленную походку ранее. Чуть ли не влетая в зал, брюнет садится на место и гаснет свет, прожектор направлен на президента компании, все внимательно его слушали, наш герой в том числе.       Спустя пару минут, тихое пиликанье мобильного телефона превратилось в трезвонящий колокол. Прожектор был направлен на источник звука, брюнет безудержно копался в карманах пиджака, откинувшись на спинку стула максимально сильно, вытаращив глаза в легком испуге, то ли от того, что президент буравит его взглядом, то ли от того, что телефон сейчас просто-напросто начнет издавать последующие звуки. Пару дней назад Чон установил дико раздражающий его лучшего друга рингтон, не просто звук, а мелодия физического процесса, так сказать совокупления. Достает мобильный и пытается выключить его, на как на зло звонят повторно и Чонгук со всей силы бросает телефон в стену, подперев голову как ни в чем не бывало. С умным видом смотрит на проектор и понимающе кивает, в попытках не обращать внимания на то, что все три десятка глав отделений и акционеров смотрят на него с возмущением и недовольством. Смартфон был лишь поцарапан, не более, хотя звук прекратился, что не могло не радовать центр внимания всех сотрудников. Рингтон раздается вновь и в ход пошли громкие стоны какой-то девушки, пребывающей в эйфории. — Директор Чон! — Истерично вскрикнул президент. — Что за жизнь. — Пыхтит брюнет, покидая кабинет президента. Парень отделался урезанной зарплатой и часовой лекцией от главы компании. В тот же момент меняет рингтон и сует мобильный в карман, фыркая, при виде секретарши. — Как совещание? — Мило улыбается, в то же время перелистывая новую стопку документов в руках. Чон прищуривается и буравит ее взглядом. Чье как не ее ухо целовалось с дверью несколько минут назад, она прекрасно знает кого и как обозвал президент и по какой причине. — Я голоден, оставь меня. — Обходит удивленную персону и спускается на третий этаж, столовая всегда открыта для него, он может назвать это единственным новым счастьем здесь. Берет поднос и с легкой руки ставит тарелку супа и палочки. Идет дальше и пересекается взглядом с кассиршей. Миловидная девушка с ямочками на щеках, добрый взгляд и нежная фарфоровая кожа. Опускает взгляд на бэйджик и читает ее имя — Дахе. — Вот тебе и привет, — чувствует крепкую руку на плече и фыркает, скидывая ее, — эх ты, на зло мне поставил, а получил нагоняй сам. — Брюнет начал смеяться и прикрыл рот кулаком. — Хен, оставь меня в покое, мне сейчас не до твоего сарказма. — Рычит сквозь зубы Чон, поворачиваясь к парню и уходя под грустный взгляд Дахе, они так и не поговорили. Брюнет даже частично рад, ее зрачки были неимоверно большими, в сопливых драмах это зовется влюбленностью, а как называет это парень — «Эффект торможения». Старший идет следом и садятся напротив друга, счастливо улыбаясь. — Как тебе, на своей должности то? — Играет бровями и начинает поглощать рис, замечая легкую ухмылку на губах друга. — Что ты здесь забыл? — Изогнув бровь, Чонгук складывает руки на груди. Как только Тэхен устало шипит и откладывает ложку с возмужанием, наклоняет голову на бок. Долгое время парни работали вместе, разводили богачей и богатеньких дамочек, получая за это немалые суммы. Чонгук отыскал утешение в новой фирме, а Тэхен все не уймется, душа лежит к этому, не принимает спокойную жизнь и ее скучные правила. — Вот никогда не даешь мне нормально поесть. — Возмущается, достает из кармана серебряный браслет и ставит его на стол. — Нашел. — Хен. — Закатил глаза Чон. Из уст старшего это звучит как никогда смешно, ведь слово «нашел» у Тэхена имеет лишь одно значение — не так лежало. — Оно ей не шло. — В ход пошли значимые, по мнению парня, аргументы. — Не важно, в общем, в чем загвоздка — оно бесценно. — Играет бровями и отбирает из рук младшего вещицу. — Осторожней, это моя прелесть с сегодняшнего дня. — Так Тэ называл лишь некоторые вещи, которые вскоре продавал на аукционе за бешенную сумму, хотя клялся сохранять и любоваться вечно. Все же, сейф для него дороже, чем духовное умиротворение. — Ты решил купить новую машину? Или стать миллионером для полного счастья? Слишком большое количество цифр на чеках, которые ты сохраняешь, может привлечь ненужное внимание. — Вздыхает, беспокоясь за бестолкового друга. Как бы алчен и самовлюблён он ни был, он оставался его самым близким другом и иногда собутыльником. — Знаю я. Эту вещь я и правда сохраню, я дам его той, которая заслуживает. — Парень положил браслет в коробочку и спрятал в карман, хватая ложку. — Я спокоен, но не совсем. — Боишься, что она откажет? — Чон принялся за свой обед, иногда поглядывая на задумчивого собеседника. Тот все молчал, качая головой, пожалуй, его мысли и вовсе спутались в большой комок безысходности. — Я знаю, что она откажет, но попробовать стоит. — Немного постучав пальцами о стол, парень просто уходит, не прощаясь. Чонгук привык к этому, его хен слишком любит утопать в своих мыслях, если он ушел, так нужно было. Его вторая половинка не хочет признать сего факта и всячески избегает его утверждения. Тэхен познакомился с Соми три года назад, девушка играла в бильярд и попыталась обчистить богатого клиента, но о неожиданность, этим самым клиентом оказался завзятый иллюзионист, элитный и проворный вор — Ким Тэхен. При попытке стащить швейцарские часы, на то время они именовались как «моя прелесть», девушка получила по правой ягодице и грозный взгляд брюнета. Сбежав, она заставила его найти ее и не отпускать, что Ким делает по сей день. Но, как только речь заходит о собственности и ревности, ее влиятельными аргументами остаются свободные отношения и мимолетное влечение. Даже для такого безумца как Ким это влечение стало патологией, раком его сердца, она стала его всем, но завоевать ее твердое «да» для него не так просто, уж проще было обчистить сейф президента. Чонгук никогда не чувствовал подобного, но в чувства друга и правда верит. Он бы хотел отыскать такую как Соми, но без ряда некоторых характерных черт характера: нервозность, неуверенность, неконтролируемое желание свободы.       Завершив прием пищи, парень направился в свой кабинет, решение проблем нельзя оставлять на потом, ведь там и без того почти нет места.       Заходя в холл жилого комплекса, он вежливо кланяется девушке на ресепшене, затем, в лифте встречает симпатичную соседку, как оказалась, с третьего этажа. По пути домой он пересекся взглядом со стеснительной покупательницей. Его сердце пропустило удар и замерло на пару секунд, на кассе ему мило улыбалась кассирша. Столько женского внимания не доставляло ему дискомфорт, это было обычным явлением.       Вечером парня ждала новая уютная квартира. Просторная и вполне пригодная для жизни в одиночестве. В свои двадцать три брюнет не считал себя необузданным красавчиком, либо слабым местом женского пола, просто его энергетика притягивает девушек, как ни странно, это работает всегда и без применения гипноза.       Раздевается и принимает горячий душ, который, несомненно, расслабляет. Первый рабочий день выдался насыщенным и смог вымотать директора сполна. Падает на кровать и закрывает веки, погружаясь в сон.       Легкие касания к шее и расслабленным рукам, тонкие пальчики вырисовывают волны на подкаченном торсе и спускаются все ниже, поддевая одеяло. Чон приоткрывает рот и тихо мычит, немного морщится и открывает глаза. Никого нет, лишь дверь в спальню приоткрыта. — Я закрывал ее. — Говорит сам себе и смотрит в потолок, ощущая все те же мурашки, как при прикосновении выдуманной девушки. — Дебилоид. — Выносит сам себе диагноз, отбрасывая мысли о том, что в его квартиру сумели пробраться. С приходом утра, брюнет лениво сползает с кровати и вяло направляется к двери, как только открывает ее, находит на ручке кружевные трусики черного цвета. Поднимает их на уровне лица и рассматривает, пару раз прокрутив белье на пальце. — Что за дичь такая? — Отбрасывает вещь прочь от себя и обнимает косяк двери, завывая словно раненный волк, — что за галлюцинации? Я не наркоман, я этого не заслуживаю! — Возводит голову к небу и изучает потолок. — Это просто банальный розыгрыш. Тэхен, держись. — Выравнивается и прочищает горло. — Приступим.

***

— Привет. — Чон внимательно смотрит на лицо друга и опускает на стол перед ним найденное женское белье. — Что это? — Ким брезгливо кривится и отсаживается от друга подальше. — Ты решил сменить гардероб? — Я? Это ты чувство юмора потерял. — Чонгук садится рядом с другом и поднимает на указательном пальце кружево. — Это, — тычет на вещь, — за гранью, за такое и получить можно, больно. — Выделяет последнее слово и прищуривается, ведь Тэхен с ничего не выражающим лицом смотрит на него. — И что? — Произносит как можно монотоннее, — это не я, это слишком плоско для меня. Тем более, о том что у тебя проблемы с девушками никто не знает, если у тебя это появилось в доме, могу лишь поздравить. — Пожимает плечами и косится на нижнее белье. — Убери это от меня. — Это… — Чон медленно переводит зрачки к белью и застывает, переваривая накопившуюся информацию. Резко одергивает руку и черное кружево падает на кухонный стол Кима. — Убери это, я тут ем! — Ким спихивает белье носком кроссовка и опускает ногу на пол. — Что у тебя там твориться?! — Возмущенно вытаращивает глаза на младшего. — Мне пора. — Чонгук хватает телефон со стола и направляется к выходу. В его дом пробрались, это бесспорно. Это была девушка — сто процентов. Но кто же? Мина? Ни в жизни, эта чертовка не любит действовать тайно, ее тонкие намеки и медленное кусание губ Чон уже давно изучил. Помощница Ли? Слишком тихая для такого наглого поступка. Миловидная кассирша из офисной столовой? Возможно, эта женщина пока остается загадкой для парня. Девушка с рисепшена или кассирша из магазина? Именно вчера был его первый выход в свет, ему придется вспомнить каждую, чтобы понять кто из них правонарушительница.       На работе брюнет ломал себе мозг, меняя пароль на двери через приложение, эта система в новых домах так обременяла его, но изменить это никак нельзя. Секретарша частенько докучала ему своими вопросами и таскала папки из его кабинета в свой, не забывая напомнить о совещании, менялась лишь цифра оставшегося времени. В очередной раз, Чонгук не выдержал: — Я понял, Мина. Закрой дверь с той стороны и чтобы в течении двух часов глаза мои тебя не видели, или я натяну тебе твои чулки на голову, ты меня поняла? — Цедит сквозь зубы, смотря в ее испуганные глаза. Кулаки сжимаются, а вена на шее быстро набухает, пугая Мина еще больше. — Да, мистер Чон. — Отвечает тихо и незамедлительно сбегает, прикрыв за собой дверь. Чон отбрасывает ручку, ослабляет галстук и падает на диванчик, ноги свисают, создавая ощущение легкого дискомфорта, но тот факт, что его голова на мягкой подушечке, полностью удовлетворял директора. Парень решил просто забыть обо всем и жить дальше, а извращенка больше не сунется в квартиру, где включена охранная система.       С приходом ночи, Чонгук вовсе не волновался и как всегда развалился на кровати. Сон настиг его быстро, работа и заботы отбирают много сил.       Ощущение легкой дрожи и скованности, теплые прикосновения к шее и вена на ней набухает, что притягивает к ней тепло. Приятное и горячее ощущение у линии подбородка. Чон довольно мычит и резко открывает глаза, но ничего не может разглядеть, даже потолка. Плотные шторы полностью задернуты. Пытается встать, но ощущает давление у кистей, он привязан чем-то к спинке кровати. — Какого черта? — Рычит и ощущает шершавый язык на шее. Присутствие девушки, пахнущей цитрусом и розой он не смог проигнорировать. — Ты что здесь делаешь? Ты больная на голову? — Тш… — Шепчет на ухо и ползет пальчиком по его торсу. Чонгук опускает голову и лишь по ощущениям пытается найти и представить ее ладонь. — Не смей. — Рычит и поворачивает к ней голову. — Поняла? Девушка улыбается и облизывает губы, плавно поглаживая его через ткань. Глаза Чона стали шарами и голос сразу же охрип. — Ты что делаешь? — Хрипит, откинувшись на подушку, в попытках сопротивляться, но ноги стали ватными, а детородный орган наоборот. Она ложится рядом и пробирается под боксеры, смущенно посмеиваясь. Сначала гладит его и слышит как скрипят его зубы. Берет в руку и медленно поднимается вверх, массирует головку и ощущает его смазку, так-же медленно опускает кольцо из пальцев, чуть сужая его. — Ах… — Издает тихий стон и слышит как он мычит. Двигает рукой и тяжело дышит, пока брюнет стонет и рычит одновременно. Ускоряет движения и через пару минут доводит его до оргазма, Чон мычит и кусает губу. Чувствует поцелуй в щеку и она исчезает. — Эй… — Говорит в пустоту. — Эй! — Кричит, разозлившись без причины. Яростно дергает руками, и ощущает, что оковы сильно ослабли. Когда же она успела развязать их? Задавался он вопросом, потирая запястья. Выходит в холл, но никого нет, пусто, словно все как и было. Всего лишь иллюзия? Вот уж нет, кто-кто, а иллюзионист сможет различить где правда, а где ложь. На следующее утро пароль от двери вновь изменился, на дверной ручке ванны он нашел черные кружевные трусики, такие же как и в прошлый раз. Сжимает их в ладони и отбрасывает в мусорный ящик, рыча. — Что за цирк? — Смотрит на себя в зеркало. Ему понравилось, что совсем дико для него. Чон уже давно не возбуждался, обычные девушки его не интересуют, лишь посмотрев на особь женского пола, добиться от него чего-либо сложно. А тут, даже зрительного контакта не было, прямое домогательство.       Сегодня он ждал ночи как никогда. Чонгук выпил литр кофе и сидел на кровати, ожидая. Спустя пару часов он устал и начал листать ленту в соц. сети. Когда он отошел в ванну и возвращался обратно, на его лицо легла влажная марля. Моментально теряет сознание и падает в хрупкие объятья.       Спустя час Чон оклемался. Открывает глаза, но чувствует, что они плотно перевязаны темной тканью. Руки завязаны за спиной, ноги привязаны к ножкам стула. Самое печальное, что парень не осознает где находится. Чувствует как девушка садится на его колени и целует его шею, поглаживая шелковистые пряди на голове. — Ты как сюда пробираешься? Угомонись, иначе я посажу тебя за… — Его пылкую речь прерывают пухлые губы, которые нежно целуют. Чон забывает все угрозы и утопает в ощущениях, которые так приятны. Ее пальчики поддевают край футболки и гладят торс, язычок осторожно обводит очертания губ. Чонгук не выдерживает и резко подается вперед, чуть ли не съедая ее. Она отстраняется и слазит с него, опускаясь на колени. Его дыхание сбивается и голова опускается, хотя прекрасно понимает, что ничего не увидит. Ее пухлые губы касаются головки и идут ниже и ниже. Чонгук запрокидывает голову и мычит, затем стонет, не стесняясь. Ее язычок работает полным ходом, вбирает его глубоко и без остановок, сжимает губки, максимально удовлетворяя его желания. Он бурно завершает ею начатое, хотя она все так же держит его во рту, вбирая его семя до последней капли. Развязывает его ноги и поправляет спортивные шорты. Целует в щеку и быстро сбегает. Чонгук наспех развязывает руки и срывает с лица повязку, он сидит в спальне, перед окном. Срывается с места, но его вновь встречает пустой холл.       Наступает следующий день, но ночью она не приходит. Его разрывают сомнения и буря мыслей. На второй день ее нет, и уже тогда он начинает действовать. — Мина? — Чонгук тихонечко подошел к девушке сзади и прижался носом к ее шее. Та ослабла от шока и ударила его в живот. Парень запыхтел и взялся за больное место. — Прости, мне стало плохо. — Делает вид, что его качает и плавно покидает ее общество. Запах ванили и белого шоколада, это точно не она. Следующей целью стала помощница Ли, ее губы были не такими пухлыми, да и ручки слишком малы. Грех святого ребенка тревожить, Чон махнул рукой и пошел дальше, в столовую. Озорная кассирша подмигнула ему, на что парень схватил ее за шиворот и притянул к себе. Их взгляды пересеклись, ее дыхание участилось, от нее пахло ромашкой и нежным кремом для тела. — Мне показалось, что ты испачкалась, прости. — Улыбается. Девушка изогнула бровь и оттолкнула его руку. — Что за бред? На грудь мою пялиться вздумал? — Возмущенно складывает руки на груди. Брюнет достает часы и поднимает их на уровне лица кассирши. — Успокойся, я всего лишь хотел убедиться в чистоте твоего воротника, хорошо? — Резко открывает часы и зрачки девушки сужаются. — Да. — Задумчиво произносит и опускает взгляд к записям в блокноте. Чонгук, с расстроенным видом едет домой. Проезжает мимо магазина у жилого комплекса и резко останавливается. Слышит гул гудков позади, но игнорирует, его волнует лишь кассирша, которая подозрительно выглядывает в витрины, смотря на верхние этажи дома, где живет парень. Чон припарковался и хлопнул дверцей со всей силы. — Нервов моих нет! — Повышает тон и по-хозяйски входит в магазин. Вплотную подходит к продавщице со спины и громко произносит. — Куда это ты смотришь? Что высматриваешь? — Ой! — Блондинка подпрыгнула на месте и взялась за сердце. — Господи, ничего я не высматриваю. — Неужели? — Осуждающе цокает языком, топая ногой. Достает часы и поднимает их на уровне ее лица. — Ответь мне честно, что высматриваешь в окне, хорошо? — Резко открывает часы и светловолосая сглатывает, ощущая давление в висках. — Пятнышко отмыть не могу. — Указывает на пятно на витрине и опускает голову. — Да что ж такое? — Шипит и широким шагом покидает маркет, вздыхая. Возвращается домой и на ручек двери находит лоскуток от кружевного белья. Озадаченно смотрит на него и затем, убирает в шкаф, как забытую вещицу. Принимает душ, беззаботно шагает через холл и на столе замечает свой пиджак. Быстро настигает его и хватает верхнюю одежду, проверяя карманы, пусты. Часы украдены. — Вот же ж… — Злостно бросает пиджак на стул.       Ночью загадочная персона так и не появилась, что раздражало брюнета еще больше. Завтракая, на полке рядом с его детской фотографией из детдома он видит записку из белой бумаги. Неторопливо подводится и подходит ближе. Открывает записку и замирает: «Найди меня, Папочка»       Чонгук поднимает голову к фотографии из детства, трое ребят стоят у качели: Чонгук, Тэхен и третий их друг, который погиб пять лет назад. У парня была сестра, девчонка влюбилась в Чона, но он не ответил взаимностью. После чего, она порезала себе вены и умерла в больнице. Крестик на лице умершего жирно нарисован, черным маркером. Лишь вновь вернувшись в спальню, стоя у окна он понял, сопоставляя все воспоминания воедино. «Семь лет назад» — Подожди! — Вскрикнула девушка, догоняя мальчишку. Резкий толчок и он впечатался в стену за большим шкафом. Милая девушка прижимала свою ладонь к его лицу и надула губки. — Тихо. — Произносит только губами и затихает. В слезах, девчонка не замечает фигуры за шкафом и бежит дальше по коридору, восклицая имя убегавшего. — Ты спасла меня. — Улыбается, смотря в глаза напротив. — Немного. — Улыбается и отходит на шаг. — Я должен отплатить. — Уверенно произносит и делает шаг вперед. — Купишь мне что-нибудь? — Ее глаза загорелись счастливым огоньком. — Подарю. — Прижимает ее к деревянной поверхности и целует, сминая пухлые губки. Девушка сжимает плечи парня в своих ладошках и вскоре, прижимает его к себе. — Чон… — В слезах произносит потеряшка за его спиной. — Я тебе призналась, как ты мог?! — Кричит, сбегая. — Черт… — Шепчет брюнет, опуская голову. Девушка вытирает губы и уходит, ни проронив ни слова.       На следующее утро стало известно, что сестра ДонУ покончила жизнь самоубийством, врачи не сумели ее спасти. Чонгук винил себя и сидел у окна, обнимая колени. Именно тогда она вновь появилась. — Не вини себя, это ее глупая ошибка. — Присаживается рядом. — Нет, у нее был «рак мозга»… — Тихо отвечает брюнет, выравнивая ноги. — Что? — Изумленно произносит собеседница, закрывая рот ладошкой. — Она в меня влюбилась. — Вздыхает. Девушка облегченно вздыхает. — Нари, неужели, тебе ее совсем не жаль? — Мне? Нет. Если бы ее убили, я бы долго плакала. Но, она сама это сделала, причиняя боль своему брату. Я не могу жалеть эгоистов. — Пожимает та плечами, сразу же меняя взгляд на безразличный. — Почему ты позволила поцеловать себя? — Смотрит на ее губы и сглатывает, сжимая ладонь в кулак. — А что плохо в желании? — Ухмыляется. Чонгук резко хватает ее за челюсть рукой и целует, прижимая к себе второй. — Ничего плохого. — Просовывает язык в ее рот и слышит довольный стон, ее пальчики зарываются в шелковистые пряди, немного прижимая его голову плотнее.       Через год, после празднования Нового года, Нари пробралась в комнату парней и легла рядом с брюнетом, обнимая его за талию. Осторожно пробирается под ткань его шорт и медленно гладит. Чонгук просыпается и удивленно смотрит на подругу. — Что ты делаешь? — Шепчет, бегая глазами по ее лицу. — А на что это похоже? — Обхватывает его орган рукой и немного сжимает. Чон подминает ее под себя и стягивает с нее трусики, задирая юбку. Чонгук целует ее и вжимает руки в подушку, больно их сжимая. — Больно… — Тш… — Целует ее шею и входит, плавно, чтобы не причинять ей резкой боли. Вскоре, грубо трахает ее на кровати, пока остальные парни делают вид, что спят, хотя на самом деле вникают в процесс не хуже главных героев. Кусает ее шею, губы, сжимает грудь через майку и рычит. — Чонгук… — Стонет брюнетка, роняя слезу. Боль была приятной и иногда не очень. Именно тогда парень понял, что такое грубости в постели. Оба лишились девственности в один момент, что скрепляло их духовно еще сильнее.       Спустя год, Чон все чаще проявлял эгоистичную сторону, ревновал и ограничивал волю Нари. Признавался в любви и затем, грубо брал где угодно, как ему нравилось. Она было воплощением его самой извращенной фантазии, и в то же время самым теплым человеком, с которым он хотел провести всю свою жизнь. — Я люблю тебя, папочка. — Шепчет Нари, обнимая Чона. — Что? — Чонгук улыбается и целует ее на кровати, заставляя вновь поддаться сильным рукам. — Папочка. — Повторяет смущенно и открывает свои большие глаза. — Мне нравится. — Властно ухмыляется, прижимая хрупкое тело к своему. Время шло, Чонгук начал замечать частые взгляды между ДонУ и Нари, что стало вспышкой агрессии в сторону обоих. — Ты лезла к нему? — Чонгук прижимает руки девушки к стене, рыча. — Нет! — Выкрикивает, толкая его в живот коленом. — Нет! — Нари! — Правда! — Истерически кричит та. Чонгук достает часы из кармана и поднимает на уровне ее глаз. — Чон, стой, подожди. — Девушка начала вырываться и мотала головой. — Смирно. — Шипит и начинает работу, — что произошло между тобой и ДонУ? — Мы целовались. — Монотонно произносит та и стыдливо опускает голову, он заставил ее, без гипноза. Чонгук прячет так и не использованные часы в карман и бьет кулаком в стену. Резко рвет на ней нижнее белье и грубо входит, рыча: — Не смей, никогда. На следующее утро Нари сбежала, а ДонУ был найден мертвым у себя в кровати. Чонгук шокировано сел на пол и закрыл лицо руками, он не верил, что она смогла это сделать. Лишь находя аргументом то, что она убийца, он сумел забыть ее. Не чувствовать такой пустоты внутри.

***

— Нари… — Шепчет парень, сжимая записку в кулаке.