incognito

— Хм, думаю, тебе это подойдет, — говорит Джемма, протягивая мне свою пижаму. — Должно быть, на тебя налезет, — девушка улыбается. Я пытаюсь натянуть улыбку и забираю вещи из ее рук. Как ни странно, она нормально восприняла то, что я так внезапно заявилась в их дом, а еще и дала мне свои вещи. — Спасибо, Джемма, — выдыхаю я и захожу в ванную, чтобы переодеться. Сестра Стайлса улыбчиво, будто бабушка, кивает мне в ответ, а затем скрывается за дверями своей комнаты. Футболка оказывается мне почти нормальной по размеру, но штаны — сущий ад. Огромные, длинные, они просто висят на мне. Я пытаюсь подогнуть их, но потом понимаю, что эта идея не увенчается успехом, так как стоило пройти два шага — и вот они снова снизу волочатся за мной. Решаю забить на это и, выйдя из ванной, направляюсь на первый этаж, на кухню. Когда я вхожу, Гарри выключает чайник и наливает воду в чашки. Честно говоря, я думала, что он пойдет спать. — Стайлс? — Оу, Флетчер, — парень вздрагивает из-за внезапности. — Я тут… подумал, что тебе нужно выпить горячий чай, — на его лице проскальзывает улыбка. Я застенчиво улыбаюсь в ответ и обнимаю себя двумя руками, неловко переминаясь с ноги на ногу в дверном проеме. — Не стоило, — почти шепчу, на что он усмехается: — Я все равно уже не хочу спать. После этих слов я более уверенно шагаю вперед и занимаю барный стул. Кинув беглый взгляд на часы, обнаруживаю, что сейчас пол одиннадцатого ночи. Что ж, жизнь полна невероятными и неожиданными событиями. Когда я шла на встречу с Зейном, я никак не думала, что мы расстанемся, а позже я окажусь в доме у Стайлса, и он будет так мило наливать нам чай. — Он с мятой, кажется, — Гарри садится напротив меня и кладёт чашки. — Джемма любит чай с травами. — Спасибо, — еле понятно бормочу я, а затем делаю один глоток. Вздрагиваю из-за внезапного тепла. Кудрявый прав: горячий чай — именно то, что мне нужно в этот момент. Немного согреваюсь. Гарри Стайлс съедает меня взглядом. Он делает пару глотков напитка, а затем тихонечко убирает свою чашку и начинает настырно смотреть. Меня это, конечно же, смущает, но я решаю не возражать и не язвить, потому что знаю, что это приведет к очередной ссоре между нами. Иногда нужно просто держать всё в себе. — Ты так и не рассказала, что случилось, — говорит Гарри, пока я рассматриваю комнату, пытаясь избавиться от смущения. — Мы с Зейном… мы с ним встретились сегодня в кафе, — начинаю я, нервно потирая чашку пальцами. — Так. — Все было замечательно. А потом его будто переклинило. Он пришел грустный, неразговорчивый, и, когда я уже собралась уходить, объявил, что мы расстаемся, — в глазах Гарри проблеснуло сочувствие. — Он просто не хотел ничего выяснять между нами. В итоге мы поссорились, и я ушла. Пару секунд между мной и Гарри стоит тишина, но после он вздыхает и говорит: — Ситуация не из лучших… — Согласна, — слабо киваю, отпивая еще немного уже остывшего чая. — Но ты вовсе не обязан утешать меня, Гарри. Это вообще не твои проблемы, — я опускаю глаза вниз. — Как это не мои проблемы? — с улыбкой восклицает парень в ответ. — Если ты не помнишь, мы друзья, Рози. И именно в этот момент я впервые не нахожу такое каверкание моего имени ужасным. — Хорошо, Гарольд, — не выдержав, так же искренне улыбаюсь. — Мы можем поговорить об этом потом, ладно? Я не хочу вспоминать, — грустная мина вновь украшает мое лицо. — Как скажешь, — Гарри как никогда добр. Еще с минуту мы неловко молчим. Я болтаю ногами в воздухе, а зеленоглазый продолжает сверлить меня взглядом, будто бы что-то не так. Хм, думаю, дело в том, что на мне сейчас нет макияжа, и, должно быть, лицо выглядит просто ужасно. — Хей, иди сюда, — шепчет Гарри и придвигает свой стул к моему. — Я не хочу, чтобы ты была грустная. Улыбка тебе идет больше, чем такая кислая рожа, поверь, — кудрявый широко улыбается, и вскоре наши колени соприкасаются. Я не ошиблась, когда приехала в этот дом и к этому парню. Я улыбаюсь, даже если чертовски устала. Он приобнимает меня одной рукой, а я кладу голову ему на плечо. От Гарри исходит именно то тепло, которое мне сейчас нужно: тепло поддержки. Он слишком мил со мной сегодня. Может, в нем играет двуличие? В университете Стайлс самый непоколебимый и дерзкий, а дома милый, хороший, будто плюшевый мишка. Прижимаюсь к нему сильнее, обвивая руками талию парня. На мгновение мой взгляд останавливается на его татуировках; я начинаю усиленно рассматривать их, но так и не понимаю, что они означают. Но одна, в виде розы, сразу же начинает нравиться мне. Она украшает предплечье парня, но я не могу увидеть татуировку полностью, так как Гарри в майке. — Розали, — внезапно зовет он меня. Я медленно поднимаю глаза, потому что знаю, что меня ждет мука. Сладостная в какой-то степени. И сегодня они невероятны. Его зеленые глаза. Глубокие, блестящие, именно с теми искорками, про которые он когда-то говорил. Я невольно засматриваюсь. Непослушные шоколадные кудри, небрежно разбросанные на лбу, ямочки на щеках из-за до жути милой улыбки, прекрасные руки, по которым проступают вены… Господи, я не думала, что когда-нибудь скажу, что у парня красивые руки. — Все в порядке? — хриплый голос заставляет опомниться; я опускаю взгляд и теперь отрешенно смотрю в стену. — Да, Гарри. — Я хотел сказать кое-что. — Тогда говори. Друзья говорят друг другу все, что думают, — приподнимаю уголки губ, вдыхая запах его кожи. — Я не думал, что ты можешь быть такой, — наконец произносит он. Мои брови поднимаются вверх, я немного отодвигаюсь, пытаясь вглядеться в его лицо и прочесть хотя бы какие-то эмоции. — О чем ты? Какой? — Такой беспомощной. Я усмехаюсь, отчасти понимая, что он прав. — Я не беспомощна, Стайлс, — ворчу, немного надув губы. — Ну же, признай, — улыбается он. — Будь ты не беспомощна, ты бы не пришла ко мне. — Хочешь сказать, я для тебя обуза? — хмурюсь, все еще не понимая, к чему он клонит. — Нет. Ты никогда не будешь для меня обузой, Флетчер. Его слова успокаивают меня; я вновь приближаюсь и заключаю его в свои объятия. — Я в том смысле, что в университете ты другая. Ты выглядишь так, будто тебя невозможно сломить, будто ты самая сильная из всех девушек, что там есть, и сможешь дать любому отпор. Но на самом деле это ведь не так. Всем нам иногда нужна поддержка. И даже ты, казалось бы, такая стойкая, упрямая, все равно иногда сдаешься. Все мы люди, Рози, — он проводит рукой по моим волосам. — И я рад, что могу видеть тебя такой сейчас. Настоящей. И пусть в этих огромных, забавных штанах моей сестры. Я устраиваюсь поудобнее, получая удовольствие от его прикосновений, а затем осмысливаю, что Гарри сказал. — Знаешь, я хотела сказать то же самое о тебе, — говорю это и чувствую, как меня клонит в сон. — Что? — спрашивает он, а с его лица все еще не сходит улыбка. — Ты другой. Честно говоря, первое время, я немного побаивалась тебя, — с моих губ слетает смешок, — а теперь вижу, какой ты заботливый и милый. Спасибо тебе, Гарри, — я зарываюсь носом в его плечо. Проходит несколько минут. Меня тянет в сон, поэтому я закрываю глаза. — Не в моем случае. Это просто побочный эффект марихуаны. Эта шутка была последним, что я услышала и улыбнулась. Усталость все-таки дала о себе знать. Я быстро провалилась в сон.