incognito

На следующий день происходит кое-что неожиданное для меня. Когда кончается очередная нудная лекция, я, ничего не подозревая, выхожу из аудитории и движусь по направлению к столовой. Зейна в университете нет, что в какой-то степени все же меня радует. Проходя мимо стенда с расписанием занятий, я замечаю копну каштановых волос, которые, конечно же, принадлежат единому и неповторимому Гарри Стайлсу. Завидев меня еще издалека, он слегка приподнимает уголки своих губ и отвлекается от разговора с каким-то парнем. Я моментально вспоминаю вчерашний вечер и просто не могу не улыбнуться в ответ и не помахать рукой. Парень мило машет мне в ответ. Сегодня мы вроде как должны встретиться и, наконец, обсудить проект. Вскоре Гарри вновь возвращается к разговору с собеседником, а я прохожу мимо и движусь по направлению к своему локеру. Меня обводят презренные взгляды сплетников; многие уже успели откуда-то выведать, что Зейн так легко бросил меня и даже не поколебался. Вообще, ходили разные слухи. Например, многие считали, что я безумно влюблена в Гарри, а Зейн в свою очередь — в Джемму. Я просто-напросто считала эти догадки чем-то забавным и нелепым, поэтому не обращала никакого внимания. Когда я уже забираю необходимый учебник и закрываю шкафчик, вдруг чувствую чьи-то крепкие руки у себя на плечах. Я пугаюсь; книга выпадает из моих рук, и я поднимаю ее и разворачиваюсь лицом к тому, кто так беспардонно касается меня. — Роуз, — басом выдает Томас. Выдох. — О господи, Томми, не нужно так пугать меня каждый раз, — измученно выдаю я и развожу руками. — Я просто хотел спросить, — на его появляется самая милая улыбка из всех самых фальшивых. — Не подскажешь дорогу? Томас вводит меня в заблуждение. Я непонятливо хмурю брови, опираясь о шкафчики, и при этом пытаюсь догадаться, почему этот парнишка так себя ведет. Он ведь как открытая книга. Я могу прочесть любую эмоцию на его лице. Чего не скажешь, например, о Гарри. — Куда? — наконец спрашиваю, при этом поглядывая на настенные часы. — К твоему сердцу, Роуз, — выдает Том с серьезным видом, но я вижу, что это дается ему с трудом. На моём лице скорее всего теперь наиболее ясно можно прочесть полное недоумение. Я пытаюсь сдержать смех, а затем отвечаю: — Смотри, — указываю на коридор университета, убрав свою улыбку, — проходишь на третий этаж, затем прямо по коридору, первый поворот направо… Внезапно замалкиваю. Мой ответ вовсе не веселит Томаса, судя по его взгляду. — А дальше на фиг, Гилл. На фиг, — четко произношу последнее слово. — Прибереги свои подкаты для Хлои, окей? — я улыбаюсь и кладу ладонь на его плечо. В этот момент взгляд темноволосого начинает бегать. Я уже считаю Тома самым что ни на есть глупым парнем. — Боже, я не понимаю, зачем ты это говоришь, Томас. Ты ведь всю жизнь только то и делал, что бегал за Патерсон, — в этот момент он опускает взгляд вниз, будто мысленно соглашаясь. — Пикап-мастер из тебя никакой, кстати говоря, — хихикаю я и убираю руку. — Ладно, извини, — грустно отвечает Томас и разворачивается, чтобы уйти. — Увидимся. Провожаю его взглядом, а затем снова начинаю смеяться. Что за нелепость? Я и Томас? Хлоя сказала бы, что это бред сивой кобылы. Да и вообще, я не думала, что после конфликта с Зейном, его друг осмелится общаться со мной, а уж тем более и заигрывать. *** Измученно переставляю ноги по лестнице в общежитие. На часах пятнадцать-ноль-ноль, а я уже чувствую себя ужасно вымотанной и готова хоть сейчас завалиться в постель. Неужели еще и к проекту готовиться придется? Ох, скорее пристрелите меня. Раздумываю план по продолжению своего вечера. Наконец, вижу вдалеке до боли знакомую дверь своей комнаты и ускоряю шаг. Абсолютно ничего не хочется. Когда я вхожу в помещение, тут же понимаю, что все мои планы к чертям собачьим. Хлоя как всегда что-то читает, даже не поднимая взгляд на вошедшего. А вот Гарри… Он лежит напротив Патерсон, на моей кровати, уткнувшись в телефон. Дверь комнаты противно скрипит, и только тогда кудрявый обращает на меня внимание. Какого черта он здесь делает? — Гарри? — удивленно спрашиваю я, все еще не понимая, что ему нужно и зачем он пришел в нашу комнату. Бросаю свою сумку куда-то на пол и скрещиваю руки на груди. Темноволосый усмехается, а затем поднимает голову с подушки и садится. — Я рад, что ты все еще узнаешь меня, — язвит он, показывая какую-то скрытую злость. Совсем не понимаю, что происходит. — Что ты здесь делаешь? — проигнорировав его шутку и насупив брови, я подхожу и сажусь рядом с ним. Парень тут же отодвигается, будто бы стараясь сохранить между нами дистанцию. Ну вот снова. Снова это происходит. Его будто подменили. — Это я впустила его, Роуз, — оповещает тихим голосом Хлоя, заставив меня закатить глаза и вздохнуть. — Хорошо, — киваю. — Зачем ты пришел? Мы, вроде как, договаривались встретиться у тебя дома через два часа, — вновь обращаюсь к Гарри. Его кулаки сжимаются, а сам он поднимается с места, готовясь что-то высказать. Зеленые глаза как никогда темны. — Может быть, ты тогда лучше встретишься с Томасом вместо меня? Поговаривают, ты влюблена в него по уши, Рози, — рявкает парень. Мои глаза уже, наверно, способны вылететь из орбит. — Что за бред ты несешь?! — удивленно переспрашиваю. — Я в Томаса? Видимо, Стайлс находит мое удивление наигранным, потому что в ту же секунду начинает удрученно измерять шагами нашу комнату и тяжело дышать. — Да, в Томаса, — наконец отвечает он низким тоном. — Он рассказал всем о том, что вы вместе. О том, как ты легко согласилась на его предложение встречаться, — его лицо украшает злая ухмылка. — Но мы не вместе! — вскрикиваю я. Встаю с кровати, чтобы взять его за руку. Он должен мне поверить. — Я не верю тебе, Флетчер, — отчеканивает Гарри и отходит от меня на пару шагов назад. В моем горле поселяется ком, потому что это совсем не то, что мне хотелось услышать от этого человека. С каких это пор мне так важно мнение Стайлса? И почему Хлоя молчит? Неужели она не нашла это оскорблением в свою сторону? Неужели ей ни капельки не нравится Гилл? И что вообще Томас творит? Зачем ему это? Мне срочно нужен кто-то, чтобы ответить на все эти вопросы. И я почти уверена, что человек, который сможет это сделать, — инкогнито, посылающий мне сообщения на телефон. — Что, правда глаза колет? — все еще зло спрашивает Гарри. Я же хватаю его за руку так, что он не может выбраться. Я пытаюсь показать, что все это ложь, я перебираю его пальцы в руках и смотрю на него с такой искренностью, с какой только могу. — Нет, — мой голос дрожит. — Послушай, все это обман. Мне никогда не нравился Томас. Он всем вам наврал, и я не знаю, зачем, — в горле появляется огромный ком, не дающий мне спокойно дышать. — Я тоже тебе не верю. И не собираюсь больше общаться с тобой, — глухо отзывается Хлоя, все еще не поднимая взгляда на нас. — Подруги так не поступают. Может быть, она плачет. На ее месте, мне бы тоже было невыносимо больно. Даже учитывая тот факт, что Хлоя и Томас не встречаются. — Хло, я не делала этого, — выдавливаю я. Гарри молчит. Видимо, обдумывает слова. Я знаю, что мое прикосновение как-то смягчило его, потому что теперь той ярости больше нет и места в его зеленых глазах. Он часто моргает, а затем со злостью отдергивает руку, и я понимаю, что мой вывод был поспешным. — Теперь я понимаю, почему Зейн тебя бросил. Ты ведь тоже ему всегда врала, — внезапно выдает Стайлс. — Какое тебе дело до меня и моих парней, Гарри? Скажи! — не выдерживаю я. Я чувствую, что все вокруг меня останавливается. Будто бы клинок в сердце. Я совсем такого не ожидала от этого парня. Никто даже не хочет и слушать меня. — Я видел, как ты мило улыбалась Томасу сегодня в коридоре, — продолжает Гарри с улыбкой, полной обиды на меня. — Ты просто… вечно врущая сучка. И знаешь, когда-то ты оскорбила Алексию, назвав ее шлюхой. Так вот. Шлюха — это ты, — выплевывает он. — Меняешь парней, как перчатки. Учти, что со мной это не прокатит. Я никогда не пойду на твоем поводу. Я не могу удержаться на ногах. Весь мир вокруг будто рушится. Я не понимаю этих людей. Конечно, он сказал это сгоряча, но я не могу осознать этого. Клинок за клинком. — Ты назвал меня шлюхой?! — переспрашиваю я, удостоверяясь, что это не сон. По щекам катятся предательские слезы. Мне очень больно. — Гарри, мне жаль, что ты мне не веришь. Но знаете… счастливо оставаться! — истерично взмахиваю рукой. — Раз вы так думаете обо мне, пока! Вы больше меня не увидите. Гарри противно усмехается в ответ. Я хватаю свою куртку, а затем смотрю на них в последний раз и говорю: — Никогда бы не подумала, что ты так назовешь меня, Гарри. Слезы жгут мои щеки.