Everything You Are

Лекса поднималась вверх по лестнице в свою квартиру, когда Кларк с Рейвен и Октавией вышли из своей. — Хэй, — поприветствовала ее Кларк с улыбкой. — И тебе привет, — ответила Лекса устало. — Куда направляетесь? — У нас девчачий завтрак, — ответила Октавия. Было видно, что Лекса почти не спала. — Ты в порядке? Лекса кивнула. — Да, меня вызвали несколько часов назад. Была долгая операция, — она махнула в сторону квартиры. — Я искупаюсь и снова лягу спать. Кларк посмотрела на подруг. — Увидимся у машины. Рейвен ухмыльнулась. — Естественно. Наслаждайся, — она поиграла бровями и направилась к выходу из здания вместе с Октавией. Кларк убрала прядь волос с лица Лексы. — Тебе что-нибудь нужно? Я могу принести тебе завтрак. Лекса улыбнулась тому, какую заботу проявляла Кларк. — Я не хочу чтобы ты меняла свои планы из-за меня. — Мне не сложно, — заверила ее Кларк. Она взяла ключи Лексы из ее руки и подошла к двери. — Ты пока вздремни, а я вернусь с завтраком примерно через час. Лекса наблюдала за тем, как Кларк открыла дверь и сняла ключ от квартиры с общей связки. — Ты забираешь мои ключи? Кларк вернула Лексе остальные ключи. — Да, мне же нужно как-то попасть в твою квартиру, пока ты будешь спать, — она сунула ключ в карман. — Будут ли какие-то конкретные пожелания? Лекса ухмыльнулась. — Ты помнишь мой «вычурный» кофе? Кларк закатила глаза. — Ты хочешь заставить меня заказать его бедному баристе? — Я ни к чему тебя не принуждаю. Ты любезно предложила сама, — напомнила Лекса с тенью улыбки. Кларк взяла Лексу за подбородок. — Тебе везет, что сейчас ты такая милая и жалостная. Она вышла от Лексы и направилась вниз по лестнице, игнорируя протесты брюнетки на то, что она жалостная. Когда она подошла к машине, она закатила глаза на широкие улыбки Рейвен и Октавии. — Без поцелуев никуда? — поддразнила Рейвен. — Я просто узнала нужно ли ей что-нибудь, пока нас не будет, — проинформировала их Кларк, садясь в машину. Рейвен села на пассажирское сидение, а Октавия залезла на заднее. — Так на какой вы стадии? Вы двое теперь официально вместе? — Мы никуда не торопимся, — напомнила Кларк и завела машину. — Мы просто наслаждаемся. Ничего серьезного пока что. Октавия вздохнула. — Это то, что ты повторяешь сама себе, чтобы не признаваться в том, что ты влюблена в нее по уши? Кларк, тебе нужно позволить себе чувствовать, что Лекса побуждает в тебе. Не защищайся от этого. Рейвен кивнула. — Да, я того же мнения…только я бы выразила это не так романтично, как будто из какого-то бульварного романа. Октавия пнула сзади сидение Рейвен, на что Рейвен развернулась и попыталась ткнуть девушку в ответ. — Ведите себя нормально, — добродушно отчитала их Кларк, но ее слова не были услышаны, так как обе девушки продолжили тыкать друг друга.

***

Примерно полтора часа спустя Кларк вошла в квартиру Лексы, неся пакет с завтраком из буррито и чашки любимого кофе брюнетки. — Лекса? — позвала она, оставляя покупки на стойке. Когда ответа не последовало, она отправилась в комнату Лексы, где нашла спящую девушку. Она улыбнулась увиденному, подошла к тумбочке и забрала ключи Лексы, чтобы вернуть брюнетке ключ от квартиры. Она уже выходила из комнаты, как услышала, что телефон Лексы завибрировал на тумбочке. Желая, чтобы Лекса подольше поспала, она подняла его и увидела, что это Аня. Она смахнула с экрана, чтобы ответить на звонок, выходя из комнаты. — Да? — Кларк? — ответила Аня. — Ты провела ночь у Лексы? Кларк услышала многозначительность в голосе девушки. — Нет, я занесла ей завтрак, чтобы она поела, когда проснется. Ее вызвали посреди ночи на долгую операцию. Она устала. Мне ей что-нибудь передать? — Я просто хотела узнать, как прошло ваше свидание, — ответила Аня. — Но раз уж ты подняла трубку, так что расскажи мне, как у вас прошло? Кларк улыбнулась. — Ты не думаешь, что Лекса сама хотела рассказать тебе все? — она увидела ту же коробку в углу гостиной на том же месте и пошла к ней. — О, она не будет переживать. Она каталась на чем-нибудь? Она ненавидит такие штуки. Кларк повернула коробку, проверяя, подписала ли Лекса ее где-нибудь. — Нет, она предложила прокатиться на чертовом колесе, но я не хотела принуждать ее к чему-то, чего бы ей не хотелось делать. В любом случае, мы развлеклись и так. Она сказала, что ее родители никогда не разрешали ничего подобного когда она была младше. Аня усмехнулась. — Какие зануды. — Да не говори, — согласилась Кларк. — Они разговаривают с ней так, будто она до сих пор ребенок. Кларк подвинула коробку обратно в угол и села в гостиной. — Представляю, как ты взволнована тем фактом, что однажды они станут твоими родственниками, — пошутила Аня. — Думаю, мне нужно больше свиданий с Лексой, прежде чем я начну думать о родственных связях, — сказала Кларк, понимая, что Аня всего лишь дурачится с ней. — Если честно, я удивлена, что она не отзывается о них также. — Она прошла долгий путь, — заявила Аня. — Так что, не разбивай ей сердце, ладно? — Переживаешь что я облажаюсь? — Из того что я слышала, у меня есть причины переживать. — Я не хочу ранить Лексу. Вообще-то, это первый раз, когда я действительно хочу, чтобы все сложилось. Я не хочу ничего портить. — Хорошо, но если ты причинишь ей боль, ты узнаешь как я хороша со скальпелем, — предупредила Аня. — Будем надеяться не узнаю, — ответила Кларк. — Эй, — Кларк услышала хриплый голос за спиной. Лекса села на диван и указала на телефон. — Кто это? — Аня, — ответила Кларк и придвинулась ближе к Лексе. — Она угрожает мне, если я тебя обижу. Лекса улыбнулась. — А, разговор лучшей подруги. Аня это хорошо умеет, — Лекса сказала это достаточно громко, чтобы подруга ее услышала. Кларк закатила глаза и передала телефон Лексе. — Ты должна была сказать ей, чтоб она не обижала меня, дурная. Она встала с дивана и пошла, чтобы взять еду и кофе Лексы. — Оставляю тебя строить глазки твоей девушке, — сказала Аня. — Позвони потом. — Хорошо, — пообещала Лекса перед тем, как положить трубку. Она улыбнулась тому, как Кларк вручила ей буррито. — Спасибо. Я очень признательна. — Мне не сложно. Надеюсь, он не остыл. Лекса откусила кусочек и блаженно замычала. — Идеально, — она взяла чашку кофе и отпила. — Ты запомнила мой заказ правильно. У Ани это заняло почти месяц. — Очки в мою пользу, — сказала Кларк. Она показала на коробку в углу. — У тебя какие-то причины не распаковывать ее? — Там просто всякие вещи. Я не придумала для них места пока что, — ответила Лекса. Она доела буррито и отпила кофе снова, прежде чем отставить чашку на стол. Она придвинулась и поцеловала Кларк в щеку. — Мне нужно в магазин за всякой ерундой для дома. Хочешь со мной? Я понимаю, что это не очень интересно, так что можешь отказаться. Кларк не успела ответить, как телефон Лексы зазвонил. Она посмотрела на него и увидела, что это из больницы. — Вудс, — ответила она. — Как долго?..Скоро буду. Она сбросила звонок и посмотрела на Кларк. — Тот же пациент. Прости, мне нужно оставить тебя. — Ты же со мной говоришь, — заметила Кларк, вставая, — уж я-то понимаю. Иди и спаси его. Лекса взяла ключи с тумбочки и вышла из квартиры с Кларк. Она постучала в дверь напротив и, когда Октавия открыла, она быстро проговорила следующее: — Ты нужна мне в больнице. Я не собираюсь работать с идиотами ординаторами в выходные. Они даже не могут поддержать моего пациента в стабильном состоянии. Октавия радостно улыбнулась и бросилась собираться, чтобы быстро уйти с Лексой. Кларк расплылась в улыбке, когда вошла в квартиру и села рядом с Рейвен в гостиной. — Могу я сказать тебе кое-что без твоих издевок? Рейвен наклонила голову набок, раздумывая над этим. — Я могу пообещать подразнить совсем чуть-чуть. — Чем больше я провожу времени с Лексой, тем больше меня привлекают отношения с ней, — Кларк провела рукой по волосам. — Мне нравится быть с ней рядом. Обычно, я умираю от недостатка личного пространства. Рейвен рассмеялась. — Звучит, как будто у кого-то есть чувства к кому-то. А ты считала это невозможным. — Да, Лекса, похоже, застала меня врасплох, — Кларк потерла руками лицо и вздохнула. — Она мне действительно нравится, Рейвен. Рейвен положила руку на колено Кларк. — Не дай этому напугать тебя. — Не дам, — сказала Кларк, но Рейвен знала, что ее лучшая подруга может сбежать от чувств, как только они станут слишком сильны.