written in the stars

      «Виктор и Юрио очень любят спорить», — примерно такой вывод делает Юри однажды, в непонятках смотря на разворачивающуюся перед ним перепалку, в ходе которой, разве что, не летали вещи, потому что остальные составляющие давно были на месте: вздыбившийся и отчего-то напоминающий этим котенка Плисецкий, недовольно упирающий руки в бока Виктор и крайнее недовольство на лицах обоих.       И основная проблема этих споров состоит вовсе не в самом факте своего существования, а в том, что Юри ни черта не понимает из их речи.       Они спорят о фигурном катании? Ток-шоу? Что лучше: пицца или лазанья? Это что-то очень неприличное и незаконное? Непонятно, сложно, и не спасает даже голосовой ввод в Гугл-Переводчике: тот явно не способен различить их слишком эмоциональную речь.       А ведь говорил он себе — учи язык. И что теперь? Он японец, который живет в России, и замужем за русским, с которым говорит на английском, а еще у них есть друг, который тоже русский и который очень любит говорить на своем родном языке. И это было бы смешно, не будь так грустно.       Кацуки грустно вздыхает, проводит рукой по волосам и садится на диван, упираясь локтями в колени. Это никогда не прекратится.       — Марвел! — Юрий недовольно делает выпад вперед, почти сталкиваясь головой с Виктором. — У них есть Сорвиголова и Призрачный гонщик, и я даже не говорю про «Мстителей» или «Людей Икс», так что завались и не беси меня!       — Они ничего не стоят в сравнении с Флэшем и Зеленым Фонарем! А Супермен? Супермен намного лучше Капитана Америки!       — Не смей покушаться на Кэпа!       — DC лучше!       — Марвел!       — Юри!       Мужчина устало отрывает голову от рук, заслышав свое имя, и с непониманием смотрит вперед.       — Рассуди нас. — Виктор недовольно тыкает пальцем в сторону Юрия. — Что лучше?       — Честно говоря, я не понял ни слова из вашего спора, — выдыхает Кацуки и думает, что, может, начать учить язык — никогда не поздно.

~

      Юри правда начинает учить язык. Закупается самоучителями, посещает по десяток сайтов ежедневно, даже регистрируется в неком «Контакте» по совету Виктора, потому что тот сказал, что это очень ускорит процесс обучения. На деле же, все, что он получил за несколько дней на сайте — тонны пиратской музыки, заевшие в голове мотивы песен и сообщение от Юры со списком самых необходимых слов, употребление которых в реальной жизни привело к очередному спору, наполовину состоящему из этих самых списочных слов.       Через несколько месяцев, тем не менее, все начинают забывать о его знании языка, а он узнает все больше и больше информации из подслушивания диалогов. И пусть те факты, что Виктор всю жизнь был в ужасе от прически Якова в юности, а Плисецкий смотрел кучу реалити-шоу, ничего ему не дают, Юри не прекращает слушать их диалоги.       — А ты знал, что Юра иногда говорит с тобой на русском, потому что не хочет, чтобы ты понимал его слова? — спрашивает Виктор однажды, опираясь о край стола и наблюдая за готовящим ужин Кацуки. — Он хочет их сказать, но признаваться в этом слишком смущающе.       А у Юри в голове загорается идея-лампочка с желанием вывести Юрия на чистую воду, и он назначает им троим встречу в парке на выходных, чтобы провести их «практически как семья».       Тем не менее, все, что он слышит в начале — это «Ты мне надоел», «Отстань, бесишь» и «Убери от меня руки», и это даже близко не хорошее начало нового дела.       Мрачность Юрия пропадает к концу дня, сдобренная несколькими бутылками газировки, игрой в тире и прокатом на колесе обозрения с возможностью носиться по кабинке, делая фотографии.       — Ты… довольно классный, знаешь. И я рад, что вы с Виктором вместе.       Юри делает вид, что ничего не понимает, но улыбается в несколько раз шире обычного.