Удалённый (доступ)

— Да ты гонишь! — в сердцах выкрикивает Бокуто чуть ли не на всю кофейню, и тут же сразу несколько людей посмотрели на него взглядом «Заткнись немедленно!», а парочка даже показала соответствующий жест, но на самого человека-громкоговорителя это мало повлияло. Гораздо важнее для него сейчас был его лучший друг, сидящий прямо напротив, и та офигенная новость, что он только что ему рассказал. — Не-а, — спокойно отвечает Куроо, сверкая в его сторону хитрющим взглядом, параллельно разблокировав телефон, лежавший в правой руке. Он быстро что-то набирает, немного пролистывает и разворачивает экран к Бокуто. Тот пристально разглядывает схему салона самолёта, задумчиво чешет затылок, тем самым портя и так уже сильно попорченную укладку, а затем делает самое непонимающее выражение лица, на которое только был способен. — Два места? Ты не говорил, что летишь с кем-то ещё. — Ну да, потому что я хотел сделать сюрприз! — А кому? — непонимание с его лица не пропадает. Куроо кажется, что он вот-вот обидится. — Угадай, — Тетсуро закатывает глаза и цыкает. Как будто не очевидно. — Ну я даже не знаю. Куроо вот-вот рассмеётся. Бокуто серьёзно такой тупой или только прикидывается? Хотя нет, на его лице видно озарение, будто на него снизошла никому не известная истина, и он переводит ошалевшие глаза на друга. — Мне что ли? Куроо обессиленно роняет голову на руки. Да, блин, тебе, кому ещё-то? Если тот ещё хоть раз так затупит — он за себя не отвечает. Вот и становись друзьями с такими личностями — себе дороже, зато весело. — О боже, серьёзно? Две недели в Европе, только ты и я?! — Да, две недели в Европе, только ты и я, — теперь темноволосый звучит немного более уверенно и немного менее разочарованно. Бокуто не может подобрать слов, чтобы выразить, насколько это круто. Эта идея, то, что Куроо, оказывается, уже всё забронировал и, наконец, то, что поездка эта через три с небольшим недели. В конце концов им обоим нужна небольшая смена обстановки и чуть больше материалов для новых «шедевров». — Господи, да я ж весь канал забью новыми обзорами! Да-да, Бокуто и Куроо — не просто двинутые на всю голову лучшие друзья, они двинутые на всю голову лучшие друзья-видеоблоггеры, которые в свои двадцать два уже неплохо так известны в своей стране и за её пределами. Известны прежде всего своими идиотскими выходками. Например, подписчикам безумно нравится видео, где те всю ночь прятались от охраны в закрытом торговом центре, где остались по своей же тупости. Зато и им хорошо — отклик на их деятельность всегда впечатляющий и греющий сердце, потому что это дерьмо нравится более чем двум миллионам подписчиков, и самим потенциальным зрителям не скучно. Каналы у них отдельные, но они слишком часто фигурируют в видео друг друга, так что многие какое-то время считали, что канал Бокуто просто фейк, не более. А на самом деле всё началось где-то года полтора назад, когда они спорили друг с другом, кто наберёт на своём новом канале больше просмотров на одном видео. Так и понеслось. Соревнование прекратилось, зато началось нечто куда более интересное. — Только раньше времени не начинай засорять, хорошо? — Тетсуро пристально смотрит на него. — Я не знаю, что ты будешь делать всё это время до поездки, потому что я всё-таки еду в Осаку. Котаро моментально поник. Нет, ну серьёзно, какого чёрта Куроо опять куда-то сваливает без спроса? Пофиг, что он уже давно не маленький и что вроде как заканчивает университет, он всё равно должен, нет, обязан был спросить у Бокуто, прежде чем принимать решение, ехать или нет. — Какого… — начинает озвучивать свои мысли он, но словесный поток был пресечён практически на корню. — Я уже говорил. Это неотложно. — Ой, да ну тебя. Бокуто отворачивается к стеклу. На улице льёт проливной дождь, но от этого людей на улицах меньше совсем не стало. Они все куда-то несутся, сверкая в полумраке разноцветными зонтами, а потом всё резко освещает молния. Погода — дрянь, как и настроение у Бокуто. Ну, уже вот полминуты как. — Когда ты ездишь к родственникам, я почему-то не возражаю, — «железный аргумент», — думает Куроо, «хреновый аргумент, я это не ты», — думает Бокуто. — И вообще, с каких пор мне запрещено съездить навестить кого-либо? — и ещё один не-совсем-железный аргумент в свою пользу, который был настолько искусно проигнорирован, что Тетсуро бы даже похлопал. — Да езжай куда хочешь. — Это всего неделя, чего ты. Зато потом я буду целиком в твоём распоряжении. Ещё одно недовольное хмыканье. Рано или поздно Куроо взорвётся. Он сам себе удивляется, как вообще может вот это терпеть. — Бо, я куплю начос. — Правда? — мгновенно оживляется тот. Куроо делает про себя пометку, что нужно прямо сейчас сходить в магазин и принести жертву в виде пары пачек начос, так, чтобы не забыть. — Да, — усталый вздох. Тетсуро с превеликим удовольствием посмотрел бы хоть на одного человека из комментариев после пяти минут, проведённых с Котаро. Многие из них пишут, что были бы очень сильно рады с ним пообщаться, и «нет, не рады, бегите глупцы, пока не поздно», — пишет Куроо, на что получает порцию таких же прелестей и о себе. Подписчики думают, что Куроо не хватает их внимания, поэтому он делает так, но увы, они не проводили с Бокуто наедине и нескольких минут, а это психологическая-почти-травма на всю оставшуюся жизнь. Среди побочных эффектов: возможная деградация, усталость от бытия и нежелание находиться в этой комнате хоть секунду больше. Про себя Куроо, конечно, думает, что это Бокуто у них весь такой больной на всю голову, а сам Тетсуро исполнен рационализма и здравого смысла, хотя всё вовсе не так, и он просто такой же двинутый — просто чуть-чуть более осторожный местами. — Тогда что я буду делать, пока тебя не будет? — наконец сказал Бокуто, почесав затылок, и тут же взвизгнул, потому что вспомнил, что у него на голове сейчас не хилая конструкция, привести которую в состояние хаоса можно на раз-два. И эти раз-два он как раз сейчас и сделал. Куроо тоже озадачился, положив голову на сцепленные в замок руки. Он хочет поступить как идеальный друг и отличный товарищ (читай по первым буквам), но получается как всегда, то есть как лучший друг и очень хреновый товарищ. — Понятия не имею. Только чем-нибудь в рамках приличия. — А если нет? — Бокуто вздёрнул одну бровь а-ля самый опасный парниша на районе. — А если нет, то не извещай меня об этом, пожалуйста. Бокуто хотел опять обидеться, но не успел. — Ты хоть что-нибудь слышал о челленджах? Да, пожалуй, стоило начать всю историю с этой фразы. Потому что после неё, как говорится, и понеслась вся херня, которую себе даже представить сложно. Бокуто, как почти умный и продвинутый видеоблоггер, конечно же, знал, что это такое. Он до сих пор помнит, как в прошлом году на Ice Bucket Challenge они облили Кенму ледяной водой из ведра, после чего Куроо не пускали домой ещё с неделю. Котаро какое-то время серьёзно думал, что Козуме переехал именно из-за того инцидента, и поэтому много раз извинялся, звоня в четыре утра, потому что в нормальное время ему такие мысли в голову не приходили. И, вспомнив испепеляющий взгляд из-под свисающих на лицо мокрых прядей, прямо как у девочки из «Звонка», Бокуто ужасается только при одной мысли снова провернуть что-то подобное. — Спрашиваешь ещё. Сам помнишь, как мы в прошлом году на Кенму вылили… — Лучше не продолжай, — Куроо прижал свою ладонь ко рту Бокуто, чтобы у того точно не возникло соблазна говорить дальше. — Я отлично это помню. На время потерявший свободу слова что-то невнятно промычал, уставившись на Куроо пугающе-жёлтыми глазищами с, мать их, почти вертикальными зрачками. Тетсуро убеждал себя, что это просто линзы, но Бокуто много раз доказывал обратное. Менее страшно от этого не становилось. Наконец до Куроо дошёл мысленный посыл, и он убрал свою руку, ещё и извинившись. — Ну так что там с челленджами? — Я правда не знаю. Кинь посты везде, где только можешь, спроси, кто что знает, и тогда может найдёшь что-то стоящее. — Звучит хреново. — Знаю. — Но мне нравится! — Ещё бы тебе не нравилось! Следующие минут десять оба перекидывались любезностями и похвалами с оттенком сарказма в адрес друг друга, на что половина кофейни упорно старалась их игнорировать, другая половина просто ушла, а обслуживавшая их официантка, кажется, эффектно перевернула стоявший на барной стойке поднос и ушла куда-то в глубины кухни, лишь бы глаза её этих двоих не видели. — О, подожди, давай я, пока не забыл, сразу пост в твиттер кину? — спохватился Бокуто, доставая из кармана телефон с чехлом в виде хот-дога и надписью вроде «Настолько горяч, что ты не сможешь меня съесть». Однако у Куроо в фотоплёнке валялось опровержение: фото, где Бокуто сидит с этим самым чехлом и телефоном во рту с таким видом, будто получил Нобелевскую премию по тупости, не менее. И Куроо ржал каждый раз, как только этот чехол появлялся в поле его зрения, несмотря на то, что он его сам же и подарил. — Да, конечно, — тот не сдержался, прыснув в кулак. Телефон потом пришлось нести в ремонт, и Куроо помнит, как Бокуто выкручивался, объясняя, почему у телефона залит динамик и следы от зубов на экране и заднем корпусе. Бокуто лихорадочно что-то строчит со скоростью заправской машинистки, и через несколько секунд жмёт «отправить». Ну что ж, понеслась. Когда телефон был убран обратно в карман, а Куроо наконец перестал ржать, последний чуть наклонился ближе к собеседнику со взглядом вроде «Доволен?». Бокуто кивнул, что означало «Вполне». Всё-таки хорошо было иметь друга-придурка, с которым ты можешь общаться почти телепатически. Как говорится, у гениев (читай: сказочных идиотов) мысли сходятся. — Хорошо, — сказал Куроо, прежде чем повисла недолгая тишина. Они сверлили друг друга взглядом, будто пытались прочитать мысли как минимум, а как максимум, получить способность рентгеновского зрения и видеть то, что было дальше, за спиной. К чему это вообще сейчас было? Они же почти никогда не затыкаются! Бокуто на секунду перевёл взгляд, завидев, как какой-то парень со светлыми волосами за соседним столиком что-то строчит ему в комментариях в твиттере под последним постом. — Ха, ты опять проиграл! — взорал на, кажется, максимальной громкости Куроо, хлопнув руками по столу, радуясь собственной победе. Теперь счёт был сорок шесть-тридцать два в пользу Тетсуро. — Так нечестно! Ты никогда не предупреждаешь! И правда, Куроо имел вредную привычку помимо задротства в Интернете сутками напролёт: он всегда начинал игру в гляделки без предупреждения. Избежать нескольких подзатыльников, а может, и безжалостной щекотки Куроо хотел так сильно, что посмотрел на наручные часы, которых у него не было, и воскликнул «Боже, мне нужно идти!» и, оставив после себя только грязную чашку, в которой когда-то был двойной эспрессо и пару смятых купюр под блюдцем (побег побегом, но оставлять счёт на бро всё-таки как-то не очень хорошо), быстрым шагом покинул заведение. Бокуто остался в раздумьях. Челлендж — правда хорошая идея, и время можно убить, и не просиживать без дела. Вот, тот парень за соседним столиком вроде что-то писал… Столик был пуст. Котаро протёр глаза. Ещё раз протёр, так, на всякий случай. Он же точно видел, что там кто-то сидел, причём у него на планшете был открыт профиль Бокуто в твиттере, и он явно набирал там что-то длинное. Но на столе не было никаких следов пребывания там кого-либо: ни чашки, ни смятых салфеток, ни даже оплаченного счёта. Списав всё на галлюцинации от недосыпа и, приняв решение, что перед тем, как браться за какой-либо челлендж, нужно хорошенько выспаться и перестать сидеть на энергетиках (которые он рекламировал вчера, а так как нормальное видео получилось далеко не с первого раза, то он употребил, кажется, годовой запас этого самого энергетика), Бокуто поплёлся к выходу вслед за Куроо. «Это и правда неплохая идея была. Нужно будет почитать завтра утром, что там предложили», — подумал он, прежде чем дверь за ним захлопнулась с характерным звоном колокольчика. Вот так вот и начались самые безумные несколько недель в его жизни.