Tainted Ideals

Эмия Кирицугу мог получить все, чего он желал. Любящую жену. Здорового ребенка. Шанс воплотить свои идеалы в реальность, прежде казавшийся невозможным. Но цена оказалась выше, чем он ожидал. И он отказался. Причина была уважительной. Святой Грааль оказался инструментом разрушения. Использование его означало предательство всего, во что верил Кирицугу. Поэтому, когда перед ним возникла возможность вернуть жену и ребенка, ему пришлось заставить своего Слугу уничтожить Сосуд Грааля. Как он мог поступить иначе? Ценой его счастья был бы весь мир. И, будто в усмешку над его попытками спасти хоть кого-то, он не смог найти ни одного выжившего в пожаре. Он не спас ни одного человека. Из развалин Фуюки вышел уже не человек, а пустая оболочка. Эмии Кирицугу, Убийцы Магов, уже не было. Ему оставалось лишь вернуться к единственному, что ещё было важно для него. Его путь к заснеженной стране, где жили Айнцберны, был опасен. Слишком много врагов он нажил, ещё до Войны. Они охотились за ним, но его навыки одного из смертельнейших людей мира никуда не исчезли. Они охотились за ним, и они умерли. Но и он был не невредим. Проклятье Грааля постоянно усиливалось, и постоянное использование магии наряду с физическими нагрузками только ускоряли этот процесс. И все же он выстоял. Он достиг замка Айнцбернов. Разумеется, его не впустили. Они считали его действия предательством и не собирались позволить ему быть с дочерью, пешкой для следующей Войны. Но они не смогли остановить его. Барьер вокруг замка Айнцбернов был впечатляющим, но он всегда был хорош в их разрушении, и этот конкретный барьер не стал исключением. Меньше чем за день ему удалось прорваться внутрь, несмотря на то, что обитатели замка бросали против него все, что у них было. Фамильяры, алхимические творения, слуги, даже их собственные маги. Они бросили все против него, словно гигантская иммунная система пыталась уничтожить вредоносного захватчика. Он уклонялся от встреч с ними, когда мог и убивал, если не получалось. Но за все это полагалась своя цена. Если в зимний лес вошла оболочка человека, то в замок прорвались лишь фрагменты, скрепленные волей. Он прошел через весь замок, через пустые залы, через залы, в которых его пытались убить, словно рыцарь, спасающий принцессу из башни. Но он не был рыцарем, а она не была принцессой. Просто отец, который отчаянно хотел увидеть свою дочь. И дочь, которая отчаянно хотела увидеть своего отца. Он открыл дверь в её комнату, и поначалу она даже не узнала его. А когда узнала, на её лице отразилось беспокойство. Он знал, почему. Его тело было покрыто ранами, а здоровье подорвано проклятьем Грааля. Он был похож на ходячего мертвеца. Но все равно он улыбнулся, когда он увидел маленькую девочку, одетую во все фиолетовое. Она пыталась помочь ему, пыталась исцелить его. Но все было бесполезно. Семья Айнцберн не была сильна в исцелении, а его дочь вообще только начала изучать магию. Поэтому он прервал её и рассказал историю. Она была не из приятных. В ней не было героев и счастливого конца. Были только дураки, шуты и монстры, которые боролись за бесполезный приз в войне, в которой не могло быть победителей. Молчаливая девушка, следовавшая его приказам до конца. Темный священник с искаженной душой, который не видел собственного уродства и никого не любил. Красивая женщина, заслуживавшая лучшей участи, чем стать сосудом злых сил. И самый большой дурак из всех, человек, который думал, что чудеса возможны, что можно спасти кого-то, не заплатив соответствующей цены. Он сказал ей, что любит её. Он говорил ей это много раз. Она плакала и плакала, кивая. Она тоже любила его. И, в конце концов, он сдержал свое обещание. В последний момент, когда последние капли жизни покидали его тело, он сказал кое-что. Его самое главное желание. - Когда я был маленьким, я хотел стать героем. Она кивнула, слезы бежали по ее щеке. - Все хорошо. Ты старый, так что уже не сможешь. Оставь это на меня. Он усмехнулся. Несмотря на всю боль, что принесли ему эти идеалы, услышав эти слова из уст своей дочери, он почему-то почувствовал счастье. - Теперь мне стало немного легче. Эмия Кирицугу оставил дочери четыре вещи. Потрепанный пистолет. Несколько пуль. Старые ножны. И образ жизни, который уничтожил его. Они показались ей лучшими из всех его подарков. Котомине Широ вздохнул, сев на свое место. Сегодня школа казалась какой-то нереальной. Обычно он всегда наслаждался своим пребыванием здесь, несмотря на то, что его одноклассники думали иначе. Место, где приобретались новые знания и утолялось любопытство, было ему по душе. Некоторые учителя были скучными или строгими, ну и что? Все лучше, чем одиночество в библиотеке. Но сейчас он был Мастером, участвовал в Войне, о которой его одноклассники даже никогда не узнают, не говоря уже об участии в ней. Между его прошлой и настоящей жизнью словно пролегла черта, невидимая, но от того не менее реальная. Он спрашивал себя, не чувствовала ли Рин то же самое. Он не был образчиком идеального мага и никогда не собирался таким становиться. Он не хотел представать пред другими людьми идеальным, как Рин, ставшая гордостью школы и идолом среди учеников. Хотя у него хватало здравомыслия держать свои магические способности в тайне, он не принимал большинство остальных традиций магов. Отчасти, потому что он считал, что идея неких общих правил, которым должны подчиняться все маги, смешна, как попытка дрессировать котов, но в основном из-за раздражения этими правилами. Маги видели магическое искусство как предмет для изучения, познания, накопления и хранения. Для них магия была и целью, и средством. Но не для него. Широ видел в магии лишь инструмент для познания окружающего мира и влияния на него. Он ценил не само магическое искусство, а возможности, которые оно ему дает. Как и остальные маги, он был ученым, но если другие были философами, то он был инженером. Маги искали высшую истину. Широ исследовал магию и использовал её, чтобы изменять мир вокруг себя. Это был один из камней преткновения между ним и Рин, наряду с барьером и генератором. Она называла его «пользователем магии, не ведущим соответствующий образ жизни». По-видимому, это должно было быть оскорблением, но ему нравилось это определение. Оно звучало не слишком помпезно. Кстати о Рин, ему как раз нужно поговорить с ней о более практических вопросах. Когда прозвучал звонок на обед, он направился к её классу. Как назло, она была на улице, окруженная младшими девочками, которые выглядели впечатленными. Рин определенно оказывала впечатление на людей. На тех, которые не знали её получше. - Тосака! – позвал он, и Рин повернулась лицом к нему. Так же как и её фанатки, выглядевшие раздраженными из-за прерванного разговора. - Котомине-кун? – ответила Рин. - Могу я чем-то тебе помочь? - Да, извините, что прерываю, но это очень важно. Он кратко поклонился девочкам, извиняясь. - Мне нужно поговорить с тобой о твоем предложении увеличить финансирование спортивного клуба. - Да? - Рин подняла бровь, заметно вздохнула. - Я полагаю, нам лучше обсудить это в другом месте. Это может занять некоторое время. Извините, девочки, я постараюсь поговорить с вами позже. Она извинилась перед девочками и последовала за ним в пустой класс. - Итак, ты наконец начал проявлять интерес к делам студсовета, Котомине-кун? – спросила она язвительно, как только дверь за ними закрылась. - О, ты же меня знаешь. Я ведь душа любой компании, - ответил он небрежно. – Я всегда готов броситься в огонь твоего гнева ради блага моих одноклассников. - Итак, - она присела. – Что тебе нужно? Широ посмотрел ей прямо в глаза. - Я хочу одолжить твою одежду. Лицо Рин стало фантастически красным. - Ч-что? - Я хочу одолжить твою одежду, - повторил он. – Желательно получше. Было бы здорово, если бы я мог выбрать нужный цвет. - Можно узнать, зачем? – прошипела Рин. Широ нахмурился, поглядев на неё. Она вела себя так, словно он спросил что-то странное. - Конечно. Она для Ассасин, - ответил он спокойно. Лицо Рин побледнело. - Кого? - Ассасин. Подожди секунду, - он сделал паузу. - Ассасин, не могла бы ты появиться? Спустя мгновение тишины появилась маленькая девочка, одетая в футболку и джинсы. Даже если бы её внезапное появление не натолкнуло бы Рин на мысль о том, кто она такая, то четыре ножа на поясе девочки сделали бы это. И так бледное лицо Рин стало алебастрово-белым. - Широ, ты призвал Слугу этой ночью? – спросила она с довольно спокойным голосом. Он кивнул. - Да. Около десяти часов вечера. И что? Рин закрыла глаза и потерла лоб, как если бы она была ужасно усталой. - Ты же знаешь, я тоже собираюсь стать Мастером. Назвать врагу класс своего Слуги – значит дать ему преимущество. Широ нахмурился. Что она такое говорит? - Это не проблема. Я никогда не считал тебя врагом. Война этого не изменит. Он увидел, как ее лицо стало пурпурным. Он уже не раз думал о том, что у Рин очень выразительное лицо. Несмотря на все старания, она никогда не могла успешно притворяться. Когда они были маленькими, он даже развлекался, срывая с неё покров идеальности в присутствии других людей. Выражение её лица, когда она поняла, что вела себя на людях так… как она обычно себя вела наедине с ним, всегда вызывало у него улыбку, когда он вспоминал тот момент. - Я-я понимаю, - тихо сказала она, глядя в сторону. Её голос стих до мало разборчивого бурчания. – Думаю, я тоже чувствую что-то подобное по отношению к тебе. - Извини, Тосака, что ты сказала? - он наклонился к ней, нахмурившись. Он плохо расслышал, что она сказала. Лицо Рин стало адски красным. - Заткнись! Я не буду говорить это снова! Я дам тебе одежду и даже принесу её прямо в эту проклятую церковь! Надеюсь, тебе она понравится! - Рин. - Ч-что? - она скрестила руки на груди, избегая встречаться с ним взглядом. - Спасибо. - Пожалуйста! – фыркнула она, видимо, немного успокоившись. - Нет, в самом деле. Спасибо. Возможно, я уже говорил это прежде, но ты хороший человек. Рин затихла, по-видимому, потрясенная его словами. В конце концов, ей все же удалось ответить. - Нет, я не такая! Он поднял бровь, выразив этим свое сомнение. «А ты немного упертая, да, Рин?»Тем не менее, когда Тосака была в упрямом настроении, доказывать ей что-то было так же бесполезно и болезненно, как биться головой о стенку. - Конечно, конечно. Ты бессердечная ведьма, излучающая волны страха, дети кричат, увидев тебя и все такое. Тем не менее, спасибо еще раз. Он повернулся к Ассасин, которая оставалась внешне спокойной в течение их разговора. - Хорошо, пойдем, Ассасин. Ассасин кивнула в знак согласия. Но прежде чем она исчезла, она бросила на Рин очевидно неприязненный взгляд. Это было последним, что Рин увидела на лице маленькой Слуги, прежде чем та вошла в духовную форму. Широ остановился у двери. - О. Рин, мы уже говорили об этом, но будь осторожна, ладно? Она открыла рот, чтобы ответить, но Широ уже ушел. Смотреть на взволнованную Рин было весело, но и про обед забывать не стоит. Рин сдержала своё слово. Довольно большой выбор одежды ждал его на пороге церкви, когда он вернулся из своего сада. Некоторые из этих вещей даже не были черно-красного цвета, так любимого Рин. Как ни странно, Ассасин, похоже, была не очень довольной, глядя на вещи со смесью презрения и подозрительности во взгляде. - Что-то не так? – спросил он, поднимая одежду. - Я не хочу носить это, - ответила она. Он остановился, бросив на неё любопытный взгляд. - Почему? Тебе придется носить её только дома, не бойся, что тебя кто-нибудь увидит в... Ассасин покачала головой, прежде чем он договорил. - Не из-за этого. Я просто не хочу. Она замолчала и отказывалась сказать что-нибудь ещё, так что ему пришлось смириться. Ей придется поносить его старую одежду, пока он не сможет купить ей что-то другое. Хотя он бы предпочел, если бы она высказалась до того, как он обратился к Рин. Это спасло бы его от лишних проблем. Он вошел в гостиную, неся свою школьную сумку и кучу одежды. Гильгамеш вернулся и вновь развлекался в мире Final Fantasy 7. Он достиг некоторого прогресса с момента его последней точки сохранения, по-видимому, впервые достигнув Северного Кратера. Он удивленно моргнул, когда Гильгамеш остановил игру, оборачиваясь. Гильгамеш никогда не прерывал игры, разве что в случае землетрясения. И даже тогда это должно было быть довольно большим землетрясением. Его старший брат быстро оглядел его, прежде чем перевести взгляд на его Слугу. Ассасин встала в боевую стойку, в её руках появились ножи. Гильгамеш усмехнулся, увидев её движение. - Не волнуйся, Ассасин, - Широ протянул ладонь перед девушкой. - Он мой брат, а не враг. Героическая Душа поколебалась, но затем сунула ножи обратно в ножны. Хотя её поза все ещё была напряженной, а её глаза смотрели на Гильгамеша с осторожностью. - Хорошо, хорошо, шавка. Похоже, тебе удалось призвать прославленную уличную крысу. Я не знаю, должен ли я быть удивлен твоей неудачей, или просто считать её нормой, - протянул Гильгамеш, обратив внимание на своего младшего брата. - Не хочешь от неё избавиться? Я мог бы пойти и убить какого-нибудь Мастера, и ты смог бы заключить новый контракт с более… благородным Слугой. Ассасин ощетинилась в ответ на оскорбление, её руки потянулись к ножнам на бедрах. Широ остановил ее жестом, покачав головой. - Спасибо за предложение, но все в порядке, - ответил он. Легкая улыбка возникла на его лице. - Да, и будь осторожен. Король Героев поднял брови. - Будь осторожен? Что? Ты же не думаешь, что твоя маленькая уличная девка представляет для меня опасность? - Нет, но ты можешь пропустить сцену, где выясняется что Клауд это неудачный клон Сефирота, пойманного в ловушку и заключенного в огромной массе кристаллической материи в Северном Кратере. Прошла минута, прежде чем Гильгамеш сумел осмыслить сказанное Широ. - Ты маленький ублюдок!.. Рев настиг Широ уже у выхода из комнаты, куда он бежал, прихватив Ассасина. Учитывая, что он уже второй раз разрушил брату удовольствие от игры за последнее время, вероятно, лучше уйти из дома на часок-другой. Второй крик настиг его уже вне церкви, а затем в нескольких шагах от него в землю вонзился клинок. Или, может, стоит погулять подольше. Тем не менее, выражение лица брата стоило того. Широ решил пока сходить куда-нибудь поесть. Он знал хороший китайский ресторан поблизости. Там делали хороший мапо тофу, если не забыть попросить, чтоб туда положили поменьше специй... Гораздо меньше, чем обычно. Лансер был в хорошем настроении. Он был вызван привлекательной молодой леди, он собирался воевать в войне против бойцов, которые могли бы соперничать с ним по силе, и он был в интересной стране, очень отличавшейся от его родной. В целом, это было все, что он только мог пожелать. Хотя, ещё несколько девушек и напитков не помешали бы. Он прислонился к забору, его Мастер рядом с ним оглядывала город. Базетт, очень мило смущавшаяся в разговорах с ним, оказалась профессионалкой, когда дело дошло до войны. Она настояла на том, что им стоит получше узнать город, в котором они будут вести битвы, и он подчинился, затащив её на крышу самого высокого здания, откуда они могли видеть почти весь город до самых его границ. Он надеялся, что она обнимет его покрепче, пока они будут забираться туда, но, похоже, столь близкий контакт заставил её нервничать куда сильнее, чем его самоубийственные прыжки на высоте. - Лансер, тебе тоже стоит взглянуть, - ругалась Базетт, поворачиваясь к нему. – Знание планировки города позволить тебе лучше понимать, как… - Уже запомнил, - прервал он её. Его Мастер колебалась. - О. Действительно? - Да. Базетт немного смутилась от своего предположения, что он бездельничал, переплетя пальцы и смотря в сторону от него. Впрочем, она всегда так вела себя рядом с ним. Её влюбленность была такой очевидной, что Лансер чувствовал себя немного виноватым, флиртуя с ней. Это было так легко, что казалось даже неправильным пользоваться этим. Как если бы он обманывал её или что-то такое. - Ну, не то чтобы это помогало, пока мы ещё не вступили в бой. И то, как пойдут дела, мы увидим только когда начнем драку. Лансер привалился спиной к забору. Базетт до сих пор настаивала на соблюдении правил. Не все слуги были призваны, поэтому она не собиралась охотиться. Если они случайно наткнутся на другого Мастера, то замечательно. Они им займутся. Но они не будут вступать в Войну полноценно, пока не будут призваны все. Хотя он был раздражен тем, что приходилось откладывать начало битв, ему нравилась идея действовать честно. Ведь чем больше времени было у врага на подготовку, тем интереснее будет с ним драться. - Пусть так, но нам, возможно, придется когда-нибудь совершить тактическое отступление. Поскольку это своеобразная, но все же война, хорошее знание окружающей обстановки порой может означать разницу между жизнью и смертью… - Ух ты, Мастер. Я этого не знал, - протянул он в ответ. - Представь, все войны, в которых я участвовал, не научили меня никакому реальному боевому опыту. Кто бы мог подумать? Базетт нахмурилась и покачала головой. - Извини. Я просто постоянно думаю о предстоящем, - она поколебалась, но договорила. - Я немного нервничаю. Это удивило Лансера. Раньше его Мастер говорила о войне деловито, не проявляя таких эмоций, как страх или неуверенность. - Правда? Ну, я думаю, что война может выбить из колеи человека этой эры… - Это не так, - резко прервала она его. - У меня нет проблем с войной. В конце концов, ты же мне помогаешь. Она покраснела, но продолжила. - Я беспокоюсь о том, что ты сочтешь меня неудовлетворительным Мастером. Лансер бросил на неё долгий взгляд и расхохотался. Звуки смеха заполнили всю крышу, и он вытер выступившие слезы. - Хех. Здорово. Просто великолепно. Слушай, - он повернулся к ней уже с серьезным лицом. - Ты хорошая женщина. И я не имею в виду только твою привлекательность. Ты сильная, храбрая и преданная. Ты имеешь все черты характера, которые должен иметь Рыцарь Красной Ветви. Честно, я тебя уважаю. Независимо от того, как пойдет война, пока ты будешь продолжать выказывать эти черты характера, у меня не будет никаких возражений. Базетт смотрела на него, будто пытаясь уловить ложь в его словах. Но, в конце концов, расслабилась. - Думаю, я сделала из мухи слона? - Насколько я понимаю, сейчас это неудивительно. Героический Дух подарил ей разочарованный взгляд. - Тебе просто нужно принять происходящее как должное, и пусть все идет как идет. Базетт улыбнулась. - Я постараюсь исправиться с этого момента. Она потянулась, и солнце, садящееся за горизонт, осветило её фигуру. - Для начала, как насчет перекусить? Мне показалось, здесь поблизости есть неплохой китайский ресторан. Я принесу что-нибудь поесть. Лансер снова засмеялся. «Она действительно хорошая женщина, не так ли?» - Теперь ты понимаешь. Возьми мне каких-нибудь напитков, ладно? Если мне придется ждать, я хочу хотя бы попробовать местную кухню! Широ смотрел, как его Слуга сокращала количество еды на столе. Нет, это было бы преуменьшением её талантов. Она уничтожала еду. Она не оставляла от неё ничего. Она была воплощением разрушительной силы по части еды. Нужно, чтобы десять тысяч солнц сдетонировали, а затем обратились в разрушительную черную дыру, чтобы составить конкуренцию его Слуге по уничтожению карри. Возможно. Если бы кто-то пережил это, чтобы судить. - Итак, тебе понравилось? – спросил он удивленно. - Приятный вкус, - сказала Слуга между глотками. – Никогда раньше не пробовала такое. Лучше бы он и вправду был приятным, мрачно подумал Широ. Он долго и упорно спорил с менеджером, Батсу-саном, прежде чем смог донести до него идею о том, что в их еду нужно добавить специй, а не растертого адского пламени. И не нужно почти каждый второй овощ заменять красным перцем. Он взглянул на свою еду. Лапша Ло Мейн с говядиной. Одно из немногих блюд, которые можно безопасно употреблять без предварительных споров с менеджером, в основном потому, что рецепт не предусматривал большого количества приправ. - Хм. То есть ты раньше не пробовала китайскую еду... А как насчет итальянской или индийской кухни? – мягко спросил он. Хотя он решил не тревожить прошлое Слуги, пока она сама не будет готова сказать ему, любопытство все ещё осталось. Нет ничего страшного в вопросах насчет вкусовых предпочтений, верно? Кроме того, он был рад видеть Ассасин довольной. Ассасин покачала головой. - Я не пробовала их. Я мало что ела при жизни, и обычно это были простые блюда. Хлеб и тому подобное. - Ну, ты видимо решила наверстать упущенное, - отметил он, глядя на ее почти пустую тарелку. Почти пустую вторую тарелку, если быть точным. Если это будет продолжаться в течение всей Войны, его бумажник опустеет к её концу. - Это плохо? – спросила Ассасин, замерев с вилкой в руке. - Нет, все в порядке, - он покачал головой, улыбаясь. – Если ты чем-то наслаждаешься, то просто продолжай наслаждаться. Вот и все. Слуга поразмыслила и кивнула. - Хороший совет. Я запомню. - Действительно? Рин сказала, что это чересчур просто и глупо, когда я сказал ей то же самое, - сказал Широ, улыбаясь своим воспоминаниям о трепке, полученной им тогда. Рин в тот день была в особенно плохом настроении. - Рин, - он обернулся на слова Слуги. – Это та девушка? - Да. Она мой старый друг и наследник семьи Тосака. Слуга ответила с бесстрастным лицом: - Тебе не стоит с ней общаться, - это прозвучало как утверждение. - Она скоро станет Мастером. Она станет нашим врагом. - Я так не думаю, - ответил он. Ему казалось странным то, как Ассасин отзывалась о ней. - Рин и я пережили слишком многое, чтобы начать рвать друг другу глотки за что-то вроде Святого Грааля. Фактически, как только она призовет Слугу, мы, наверное, объединим свои силы. - Это бессмысленно, - голос Ассасин был холоден, и она отложила свою вилку. - Только одна пара из Мастера и Слуги может получить Грааль. Его нельзя поделить с кем-то. Сейчас вы ещё можете быть союзниками. Но однажды тебе придется пойти против неё. - Мы найдем способ избежать этого, - сказал он твердо. - По правде говоря, я не думаю, что кто-то из нас двоих действительно так сильно желает Грааля. - Сейчас может это и так. Но все обязательно изменится. Маленькая Слуга встала, посмотрев прямо ему в лицо. Стоя она была примерно на той же высоте, что и сидящий Широ. - Ты должен быть осторожен с ней. Если не ты, тогда я буду. - И как именно ты планируешь быть осторожной? – спросил он прохладно, увидев выражение лица Слуги. - Если она попытается причинить тебе вред, я убью её. Если она появится рядом без предупреждения, я убью её. Если она будет угрожать тебе, я убью её. Если она будет скрывать информацию от тебя, я убью её. Если… - лихорадочный свет мерцал в голубых глазах Ассасин, когда она говорила, ее пальцы слегка дергались, будто пытались схватить нож. - Похоже, тебе не нравится Рин, - прервал он её с сарказмом. - Да, - категорично ответила Ассасин. Он подождал, но его Слуга не собиралась ничего добавлять. - И почему же? – спросил он, желая получить объяснения. Он начинал волноваться из-за столь враждебной позиции его Слуги по отношению к Рин. «Убийство моего лучшего друга моим же Слугой это то, чего я хотел бы избежать», - подумал он сухо. - Вы с ней слишком близки. Это искажает твои суждения. Широ посмотрел на неё и устало покачал головой. - Хорошо, я понимаю твою точку зрения. Хоть я и не согласен с ней и не собираюсь строить планы по устранению Рин, я понимаю тебя. - Ты прекратишь контакты с ней? – она наклонилась к Мастеру и в её глазах горел все тот же лихорадочный свет. Широ пожал плечами. - Я не собираюсь этого делать. Сейчас у меня нет конкретных планов, как сражаться с другими Мастерами. Но, - он сделал паузу для эффекта и продолжил: - Я не собираюсь убивать Рин. Даже если она решит захватить Грааль. Лицо Ассасин исказилось, гнев придал ему почти дикое выражение. - Почему? Почему ты так её ценишь? - Потому что она моя подруга и важна для меня, - ответил он просто. - И я намерен защитить то, что для меня важно. Вот и все. Слуга замерла, услышав его слова. Ее глаза были закрыты, как если бы она погрузилась в серьезные раздумья. - По крайней мере, ты готов драться с ней? Если того потребуют обстоятельства? Широ колебался. Он не хотел даже думать об этом, но в словах Ассасин был смысл. Существовала возможность, что они с Рин будут вынуждены драться. В конце концов, он кивнул. - Если дело дойдет до такого, я буду сражаться с ней. Но этого не случится. Но даже в таком случае, я не убью её, - подчеркнул он с твердостью в голосе. Ассасин, наконец, немного расслабилась. - Тебе придется. Она откинулась на спинку стула, схватила свою вилку и вновь атаковала уже прохладную еду. Он не мог утверждать точно, но похоже, что сейчас она накалывала кусочки куда сильнее. Под бесстрастной внешностью Ассасин кипел гнев. Её Мастер был действительно добр. Слишком добр. Он доверял людям, которым не должен был, даже когда они почти заявляли о своем будущем предательстве. Рин была лишь очередным доказательством. Гнев поднимался в душе девушки. Кто она такая, чтобы вмешиваться в дела его Мастера? В Войне за Святой Грааль Мастер мог доверять только своему Слуге. Все остальные были подозреваемыми. Единственной, кому Широ должен был доверять, была она. Только к ней он должен быть добр. Она вспомнила его лицо, когда он признался, что ему было приятно спать рядом с ней. Никто больше не должен видеть такое его выражение лица. Она поняла, что её желания были иррациональными. Широ знал Рин гораздо дольше и имел гораздо более сильную эмоциональную связь с этой волшебницей, нежели с ней. Ему лучше знать, действительно ли можно доверять Рин. Но эта мысль сделала её только злее. Нет, решила она, Рин нельзя оставить в покое. Она обязательно предаст Широ, и Ассасин должна уберечь своего Мастера от боли быть преданным лучшим другом. Решение было простым. Она убьет Рин. Разумеется, ей придется действовать не как обычно. Она очень хотела бы повторить свой любимый способ убийства, но тогда Широ сразу понял бы, кто она такая. Поэтому все должно выглядеть как несчастный случай. Рин поскользнётся на лестнице, упадет и сломает себе шею. Было просто. Нужно чтобы Широ отвлекся всего на несколько минут, чтобы она все успела. Он даже не поймет, что она уходила. Эти мысли согрели её, и она вернулась к еде. Точнее, попыталась. Её чувства подсказали ей, что рядом есть кто-то похожий, ещё один дух из другого времени. Она напряглась, обращаясь к своему Мастеру. - Широ. Враг приближается. Широ остановился, положив столовые приборы обратно на стол. - Скучать не приходится... - он вздохнул. - Они знают, что мы здесь? Она кивнула. - Я не скрываю моего присутствия. Моя ошибка. Он покачал головой. - Не волнуйся об этом. Я и сам был не готов к битве. Что они делают сейчас? Она сосредоточилась, обращая свои чувства к другому Слуге. Тот не двигался. - Они ждут, - ответила она. Широ снова вздохнул, при этом в его голосе зазвучало раздражение. - Похоже, мы получили ясное приглашение. Он встал, положив деньги на стол. - Ты готова к бою, Ассасин? - Да, Широ. И она была готова. Она покажет, что он не нуждается в Рин, чтобы победить. Она покажет, что ему не нужен никто, кроме неё. Волшебница Тосака Рин не была счастлива. Как только она вернулась, то сразу же начала подготовку к призыву. Если Широ уже вызвал слугу, то должно быть, осталось всего несколько мест в Войне. Мысль о том, чтобы пропустить Войну за Святой Грааль из-за не вызванного вовремя Слуги была слишком смешной, чтобы думать об этом. Сам призыв прошел идеально, цифровой будильник, купленный для неё Широ, сообщил ей время для выполнения ритуала. Ну, почти идеально. Она не смогла призвать Сейбер, как надеялась, но призванная им Слуга была сильной, хотя и несколько эксцентричной. Женщина лежала на диване, её пальто было красным, как и её волосы, обернутые вокруг её хорошо сложенного тела. Она вытащила откуда-то трубку и спокойно курила, время от времени посылая в воздух красивые дымные кольца. - Итак, ты собираешься сказать, кто ты? - спокойно спросила ее Рин, идеальной улыбкой скрывая растущее раздражение в ней. «В конце концов, первое впечатление значит все. Не похоже, чтобы эта идиотка знала об этом». - А. Полагаю, я должна, - протянула Слуга, вставая. - Я Фрэнсис Дрейк, призвана как Райдер в эту Войну. Видимо, удовлетворенная проявленными усилиями, Райдер вновь плюхнулась на диван и закурила. - Подожди... – Рин протянула руку, чтобы остановить Слугу. - Фрэнсис Дрейк? Сэр Фрэнсис Дрейк, капер? - Точно, - весело согласилась Райдер. - Но сэр Френсис Дрейк был мужчиной! – воскликнула Рин, качая головой. – Так говорится во всех исторических записях! - Ну, я не могу говорить за них, - сказала Райдер, и сделала очередную затяжку. –Но я не помню, чтобы когда-то имела удочку и снасти. Я, конечно, помню, как наслаждалась даже несколькими сразу, но… - Достаточно, хватит на этом! – вскрикнула Рин с покрытым румянцем лицом. - Я обычно скрывала свой пол, чтобы пошутить над Лиззи. Райдер задумалась. - Может быть, это удалось мне лучше, чем я думала? Рин потерла лоб. Идея о том, что такая большая часть мировой истории может оказаться неправильной из-за чьей-то шутки, казалась смешной. Тем не менее, глядя на женщину перед ней, она могла в это поверить. - Ну да ладно, - она смирилась с фактами. Независимо от необычного происхождения её Слуги, гораздо важнее было то, как они сработаются. - Мне нужно знать о тебе больше, раз мы будем сражаться вместе в этой войне. - Да? – кривая улыбка пересекла лицо Слуги. - Хочешь знать обо мне? Ну, я гедонист в душе. Больше всего я люблю тратить деньги и мой девиз: «Золото нужно тратить от души!» Кроме того, я люблю выпить… - Это не то, что я имела в виду, - сказала Рин раздраженно. - Я имела в виду, какие способности ты… Она остановилась. «Подождите минутку, что она только что сказала?» - Райдер, ты не могла бы повторить последнюю фразу? Слуга кинула на неё любопытный взгляд. - Конечно. Я люблю выпить… - Немного не то, - перебила Рин. – Перед этим. - А. Больше всего я люблю тратить деньги и мой девиз: «Золото нужно тратить от души!» Слуга одобрительно огляделась. - Знаешь, теперь, когда я вижу это место, я рада. Ты, похоже, довольно обеспеченная, так? Увидев жадное выражение в глазах Райдер, Рин испытала ужас, какого не испытывала уже давно. По странной иронии судьбы, волшебница, прозванная Широ «Скряга из Фуюки», призвала в Слуги своего антагониста: легкомысленную транжиру.