На службе сил Зла

*** В своих рассуждениях, я намеренно избегаю перехода на личности и не пытаюсь давать оценок действиям определённых разумных. В первую очередь потому, что реконструкция характеров ключевых деятелей истории — неблагодарное дело, которое неминуемо вызовет волну несогласия читателе, и, вероятнее всего, будет в корне не верной. Увы, это неизбежная беда всех историков, берущих на себя смелость воссоздавать психологические портреты выдающихся людей прошлого (да и настоящего). Любому исследователю, чрезвычайно трудно поставить себя на место персонажа, облеченного властью. И чем большей будет эта власть, тем более чуждой станет нам психология ее носителя. Не в последней степени это связано с тем, что писатели либо журналисты пытаются оценивать действия политических и военных лидеров в первую очередь с точки зрения общепринятой логики и морали. Между тем любой верховный лидер в первую очередь является не личностью, а машиной для принятия решений. Понятия свободы воли для него не существует, он живет в жестко детерминированном мире — не в последнюю очередь сотворенном им самим и мифами его политической пропаганды — но пропаганды, уже приобретшей самостоятельную силу и начавшей независимое существование. В этом пространстве всегда будут доминировать цель и ответственность, а выбор средств отойдет на второй план и окажется обусловлен лишь физическими возможностями и граничными условиями информационного пространства, в котором существует личность, принимающая решения. Поэтому, использованные средства могут говорить не только и не столько о моральных качествах того или иного исторического лица, сколько об информационном поле, в котором ему пришлось действовать. Безусловно, в истории встречаются и лидеры, способные подняться над стандартным набором решений, существующих в их информационном поле. К сожалению, таких индивидуумов во все времена было сравнительно немного — хотя именно они и двигали вперед историю галактики. Поэтому лучшим критерием для оценки любого исторического деятеля будет не то, что он сделал, а то, чего он сделать не смог. Кира Эрантэ «Пробуждение Левиафана» *** 17.8 GrS Пракит. Верхние уровни оказались не в пример уютнее тюремных, а предоставленные комнаты — просторнее. Разумеется, рукопожатие с Торбином не стало пропуском из цитадели. Настоящая проверка была впереди. А пока, мнимая свобода ограничивалась пятью уровнями вниз и двадцатью вверх. Плюс, свободный доступ в сеть, который наверняка круглосуточно мониторился слайсерами. Надо отдать инквизиторам должное, их вариация «злодейского логова» вызывала некое эстетическое наслаждение. Местность, на сотни миль вокруг, изрезанная скалами, расселинами, пещерами и волнами застывшей магмы — была непроходимой для любой наземной техники. Сама цитадель, расположилась на крохотном, не больше квадратного километра, плато. Все коммуникации с внешним миром шли только посредством кораблей. Тяжёлая коробка главной башни, куда, без сопровождения, заходить пока запрещалось, пронзала небеса на стометровую высоту. К ней вплотную жались меньшие постройки. В одной, располагались жилые помещения для персонала. На соседней, гроздьями висели посадочные площадки челноков. Третья — жилые помещения инквизиторов. Новое жилище, по роскоши, превосходило всё, в чём приходилось жить раньше. Кабинет, столовая, спальня, гостиная и неприличных размеров ванная. Толстые ковры, бар с коллекционными напитками, резная мебель, деревянные панели на стенах. И соседи практически не беспокоят. Цитадель была базой подготовки и центром, куда стекалась информация обо всех операциях. Всё население жилого крыла составляли, от силы разумных десять. Большинство инквизиторов безвылазно находилось в «поле». За два месяца, я более-менее регулярно пересекался с двумя людьми. Первого звали Вилан Артака и он был простым парнем с Корулага, который когда-то записался пилотом в корпус-юстиций. Выдающиеся интуиция (уровень Силы Вилана был достаточно высок), звериные инстинкты и просто феноменальные, для обычного человека, рефлексы, сделали пилоту имя ещё до войны. А уж когда завертелось с КНС… Года два назад, на него вышел вербовщик от разведки, тогда ещё республиканской, предложил должность, оклад и интересную работу. А уже после войны, Вилан прошёл полноценное обучение. Вторым был тот-самый молчаливый напарник Довварта, оглушивший меня на станции. Всякий раз, при встречи, он приветствовал кивком головы и проходил мимо. Вилан рассказал, что зовут этого парня Сэм, а сам он практически не говорит. Житие мое, после выхода из камеры внизу, стало довольно странным. Практически сразу, Торбин свалил на некое, срочное задание. И я остался предоставлен себе и парочке клонов-охранников. Разумеется, покидать цитадель никто не разрешил. Да и внутри самого здания, проход не везде был свободный. Зато, появилось уйма свободного времени, сколько, пожалуй, не было с момента записи в падаваны. Я отсыпался, ел изысканные блюда местной кухни, читал… И тренировался с мечом. О даа! Это была настоящая отдушина. Снова взяться за меч, спустя полтора года… Пусть, не собственноручно сделанный и тщательно подогнанный клинок, а утилитарный новодел. Пусть, всего лишь тренировочный. Пусть, синтетический кристалл, совершенно не резонирующий с собственной Силой. Пусть, лезвие сменило цвет с умиротворяюще-синего на радикально-красный. Но вновь услышать характерный гул, почувствовать «инерцию» меча… Артака, ожидавший сообщения от одного из своих информаторов, тоже маялся бездельем и согласился стать спарринг-партнёром. Каждый день, мы увлечённо рубились на мечах в огромном фехтовальном зале. Наверно, как и все пилоты-истребители, он изначально был слегка чокнутым. Я видел таких. Они с горящими глазами прыгали в Z-95, чтобы насладиться дрожью пушек, чтобы инерционный демпфер не успевал компенсировать перегрузки, чтобы крутиться в собачьей свалке с разъяренными шершнями угловатых «стервятников» и «трифайтеров», рисуя к вечеру по одной-две отметки на борту. Обычно, такие сгорали через месяц другой… Вилану было всё равно с кем драться. С пиратами, работорговцами, контрабандистами, планетарными флотами, КНС… Неважно. Главным был процесс. Вызов на грани возможного. Пройти по лезвию, чтобы важны были только жизнь и смерть. Променяв круговерть догфайта на блеск светового меча, он полностью отдавался дуэлям, обретя в моём лице почти непреодолимого соперника. Нет, я никогда не был лучшим мечником Ордена. Даже в первую тысячу не входил. Но достаточно старательно изучил первую форму, а так-же элементы второй и третей. Творчески комбинируя атаки Шии-Чо, защитные приёмы Соресу, финты дуэльного стиля и опыт, я побеждал в 9 случаях из 10. Вилана готовили хорошо и интенсивно, но за год мастера меча не вырастить. Когда Артака отбыл на своё задание моими противниками стали дройды. Они, хоть и обладали высокой скоростью и силой, самообучением, вариативностью уровней сложности, прочими фичами, вроде имитации сверхгибких конечностей. Но всё же не могли полностью сравниться с настоящим противником. Другим занятием стало изучение информации. Пытаясь вникнуть в суть предстоящей работы, я с удивлением обнаружил, что инквизиторий, хоть и был отделом Имперского разведывательного управления, по факту не подчинялся Арманду Исарду, а многие высшие инквизиторы отчитывались напрямую перед верхушкой Империи. Руководил всем великий инквизитор Малорум. Он, с позволения Палпатина, очертил для своего ведомства довольно узкий круг обязанностей. Инквизиторы привлекались к расследованию дел, где в качестве подозреваемых выступали одарённые. К ведению допросов свидетелей и обвиняемых по делам государственной измены, когда не помогали стандартные методы дознания. И, конечно, охоте за беглыми джедаями. Кроме того, каждый инквизитор должен был: «Непримиримо бороться с врагами Империи, предателями и заговорщиками. Укреплять власть Нового Порядка в галактике. А так-же вести поиск и вербовку одарённых индивидуумов.» Последний пункт, каждый мог понимать по своему… При этом, инквизиторы обладали обширными полномочиями внутри Империи. Чем выше звание, тем больше было таких прав. Высший инквизитор мог привлекать для выполнения своих миссий флотские соединений вплоть до эскадры, отдавать рекомендации моффам (крайне желательные к исполнению), и ещё много всего. Всё это давало довольно большой простор для различного рода спекуляций. Если вспомнить, у того-же высшего инквизитора Джерека, к явинской битве, в единоличном владении оказались сельскохозяйственная планета и, построенный по индивидуальному проекту, суперразрушитель. Но также освобождало агентов от бюрократической волокиты, в целом положительно сказываясь на эффективности. С обучением инквизиторов сложилась не менее интересная ситуация. Большая часть штата и впрямь состояла из моих недавних коллег. Однако, были новенькие. В цитадели ошивались несколько инструкторов, все из бывших джедаев, они ставили новичкам фехтование и основы использования Силы. Процесс, протекающий в лучших традициях ситхов — «выучись или сдохни», гарантировал, что попав в цитадель учеником, выйти ты мог лишь будучи инквизитором или мертвецом. Учили через боль, искренне считая её лучшим стимулом. Спарринги в полный контакт, бесчеловечные нагрузки и прочие радости интенсивного курса физподготовки… А вот единственным имеющимся источником по Тёмной Стороне Силы являлось «Руководство Тёмной Стороны». Разумеется, сей трактат, написанный лично Сидиусом, назывался совсем иначе. Но его название с древне-ситского переводилось примерно как: «Книга для идущих во Тьму, дабы их путь привёл к глубинам Силы». Само пособие имело чёткое разделение на главы и ступени обучения. Чем выше инквизитор поднимался в иерархии, тем больше знаний ему становилось доступно. Это, одновременно сильно урезало возможности инквизиторов, привязывало их к императору, и позволяло владыке формально сохранить «Правило Двух». Никто не мешал адептам самим преумножать личное могущество, но я всегда довольно скептически относился к самостоятельным изысканиям в рамках Тёмной Стороны. Когда множество людей хотят чего-то, существующего в ограниченном количестве, то удивительно наличие легкого пути, которым может воспользоваться любой, для получения данного ресурса. Если бы Темная Сторона и впрямь была так проста, как утверждали в ордене, галактику бы наполняли десятки тысяч тёмных культов. Кому же не хочется дармовой силы? Опытным путём, я смог установить, что эмоции действительно усиливают способности одарённого. Однако, лезть глубже, и пытаться самостоятельно овладеть полноценными приёмами вроде: «Вытягивание жизни», «Молния Силы», «Страх» и прочее — не хотелось. Становится обладателем лица с фактурой авокадо не хотелось… Нужен учитель или хороший учебник. Перед отбытием, Торбин открыл доступ к первым главам «Руководства», которые разумеется не содержали ничего интересного, только основы и прописные истины… А еще, мне давали почитать отчеты об операциях, в которых фигурировали джедаи. И к удивлению, скупые строчки о поимке, вербовке или устранении очередного беглеца — почти не находили эмоционального отклика в душе. Пролистывал отчет за отчетом. Падаван убит на Рендилли при попытке проникновения на одну из верфей. Команда зачистки рапортует об устранении группы мятежников с Салласта, во главе с джедаем, устроивших нападение на имперский гарнизон. При подавлении мятежа на Даке, схвачен живым лидер группы агитаторов — джедай. С отстраненным интересом я вчитывался в строчки о количестве юнлингов и падаванов, что были доставлены на Пракит из разрушенного храма. Это было не нормально. Неправильно. Ошибочно. Почти так же, как спокойное отношение к убийству. Я пытался вспомнить лица друзей — и не мог. Я пытался почувствовать скорбь — и не мог. Это место… Оно что-то делало с восприятием. Кошмары прекратились, стоило лишь принять «правильную» сторону. Угрызения совести, гнев на совет, Палпатина и собственное бездействие — ушли. Мне остался только страх. Страх того, насколько легко дается предательство. Одним обычным утром, проведя в цитадели почти три стандартных месяца, я проснулся и ощутил, что всё начнётся сегодня. Что начнется? А чёрт его знает. Интуиция одарённого такая запутанная штука. Считается, иногда, сама Сила предупреждает об определённых событиях. В большинстве случаев, подробности можно выудить с помощью медитации. Только место не особо располагает к умиротворенности и единению со вселенной. Тёмная Сторона слишком «подвижна». Изменчива. Ситхи должны использовать совсем иные методы, заглядывая в будущее. Как бы то ни было, оставив в покое предчувствие и легко позавтракав, я отправился в зал, на утреннюю тренировку. Из открытых дверей раздавался лязг и грохот. Стремясь поскорее узнать, кто же успел оккупировать его раньше меня, я устремился внутрь. В центре, миниатюрная брюнетка увлечённо избивала шестёрку дройдов. Голыми руками… Девушка в спортивных бриджах и майке, крутилась волчком между машинами, которые вовсю использовали своё численное превосходство. То есть пытались окружить и запинать все вместе. Однако их оппонентка всякий раз ускользала, не забывая награждать самых ретивых ударами. Ударами, от которых бронированные корпуса вминались внутрь, а манипуляторы переламывались в суставах. Чуть в стороне, валялось ещё два дройда, свидетельствуя, что незнакомка начала с восьми. Девушка пригнулась, а затем, из нижней стойки, ударила дройда в район груди. Подняла механизм, используя его же инерцию и швырнула за спину, сшибив двоих. Я так и остался стоять с открытым ртом. Каждый дройд весил под две сотни кило… — Стоп программа! — резко выдохнула девушка. Оставшиеся в живых машины — замерли. Я беспокойно нахмурился, сгорая от любопытства и расстройства, что она остановилась, как только я вошёл в зал. Девушка повернулась… Сейчас, на этом расстоянии, мне удалось полноценно разглядеть человека. Коротко стриженные, чёрные волосы. Атлетичная фигура. И главная отличительная черта — бионический протез вместо правой руки. Что-то мелькнуло на задворках памяти. Лёгкое узнавание. Силясь припомнить, я легко улыбнулся и направился к ней. Она только свела брови в ответ, явно опасаясь неожиданного прихода. Улыбка спала, но память так и не смогла подсказать ничего конкретного. — Отличное утречко для тренировки! Не думаю, что мы знакомы. Я Квинт Дюан. Как вас зовут? Девушка молча наблюдала, как я подошёл и встал в паре метров от неё. — Хорошее имя, только немного короткое, не находите? Она опять не ответила. Продолжая стоять на месте, я отметил глубокие тяжелые отметены на её здоровой руке и ключице. Явно недавние, до сих пор воспаленные и красные. — Устраивает, как они работают? Девушка вновь нахмурилась, натягивая на губах тонкие, видимые только вблизи шрамы: — Что? — Дроиды. Как они? Она медленно вздохнула, словно считая в уме до десяти, и ровным сдержанным голосом произнесла: — Неплохо. — Всего восемь? — Это все, что здесь пока есть. Я улыбнулся, понимая, что она не уловила сарказма. Девушка бросила в мою сторону изучающий взгляд, и я ощутил встречное течение Силы. Шепот — полностью скрытый ранее. Но сейчас, когда она смотрела, на самом краю восприятия можно было нащупать едва прослеживаемое средоточие Силы, настолько легкое, почти незаметное. — Кто ты? — спросил я, уже серьезнее. — Я… из далека, — она подняла подбородок. — Ты не джедай… и не ситх. — Думаешь, это ставит меня ниже тебя? — в её голосе прозвучал открытый вызов. — Кажется, оружие есть только у меня, — ответил я, похлопывая рукоять меча и внимательно осматривая механическую руку. Не элегантный протез богатого человека, и не обычная утилитарная бионика… Даже боевые клешни наёмников, повёрнутых на механизации собственного тела (довелось и таких встречать), выглядели не так грубо. Больше всего, она напоминала трёхпалый манипулятор супердройда, но без встроенного вооружения. — Всё моё оружие при мне, — сказала девушка, лёгким кивком указывая на причиненные недавно разрушения. Незнакомка отвернулась, явно намереваясь избавиться от моего общества. Но это было не так-то просто. У меня уже появилась одна бредовая идея… — Как насчёт человека, в качестве противника? Кто там говорил, что перед тем как подружиться, надо для начала набить друг-другу морды? Девушка смотрела на меня несколько долгих секунд, словно бы опять считая до десяти. — Я бы отказалась, но очевидно у меня нет выбора, — иронично произнесла она, всем своим видом демонстрируя скепсис. — Ты умеешь драться? — Я много чего умею. Брюнетка приподняла бровь, показывая, что очень сомневается в этом, и я позволил себе тонкую улыбку: её ждет сюрприз. Мастер учил, что можно противопоставить противнику, будучи безоружным. — Меньше слов, больше дела, — войдя в круг я встал в стойку. Наконец, неохотно, явно действуя против своего убеждения, но слишком заинтригованная, чтобы отказаться, она последовала за мной в центр зала, где заняла позицию напротив в очень мягкой, небрежной манере. — На «один»? — Тебе нужен счет? — Три, два, o… Это было все, что я успел сказать. Сложным движением она резко ударила по моей руке, делая полувыпад вперед и заканчивая локтем манипулятора в паре сантиметров от основания шеи. Кхм, это было быстро. И обидно… — Ты сказал «на один», а не «после», — невозмутимо заметила девушка, отстраняясь и вновь занимая начальную позицию. — Еще? Стискивая челюсти и собирая всю концентрацию, я встал в стойку. На этот раз она скользнула вниз, прямо под моим ударом, чтобы затем резко подняться одновременно подсекая правую ногу, и нанося удар в корпус. — Ssuka… — поднявшись, я сделал быстрый круг, смешно встряхивая дрожащей ногой на которую пришёлся удар. К очень большому развлечению партнёрши, хотя она и не позволила этому отразиться на лице. — Знаешь, смысл тренировок состоит в фактической тренировке, а не просто в одном ударе, — несколько обескураженно заявил я. — Смысл тренировок состоит в изучении самого эффективного способа сражения в поединке. А смысл поединка в том, чтобы как можно быстрее устранить противника, прежде чем он сам сделает это с тобой, — мне показалось, или она уже не так холодна как при встрече? — Отлично, — прорычал я сквозь зубы. — На этот раз… — Может, тебе нужно посчитать до пяти? — Я не нуждаюсь в твоих предложениях. — Тогда ты должен прекратить говорить и начать драться. — Возможно, ты должна… Мне пришлось отступать, поскольку она шагнула вперед со взрывной скоростью, делая пять быстрых ударов, но при этом, смягчая движения, чтобы дать мне шанс. Джедайское предвиденье почти не помогало. Какой толк, видеть место удара, понимая, что ничего не успеешь? Еще хуже, чем быть просто побитым. Наконец, увидев свою первую возможность, я качнул корпусом, попытавшись достать её подбородок… Приводя меня в полное изумление, она легко ушла в сторону, схватила за запястье и, дергая вниз, притянула к себе. Остановленный её твердым плечом, я потерял равновесие и вновь плюхнулся на спину после хитрого броска. — Не пользуйся очевидными возможностями. Скорее всего, это только видимость. Я метнулся вперед с серией тяжелых ударов. Но она, шагнув в сторону и плавно отведя левой рукой мою правую, вышла на идеальную позицию для прямого удара в лицо. Потребовалась каждая толика навыков, чтобы успеть переместиться для блокировки — и как только я это сделал, сразу увидел свою ошибку. Не имея альтернативы, пришлось встретить её протез в жёстком блоке. Кажется я слышал хруст… Девушка проворно отстранилась и, уходя вниз, прокрутилась на триста шестьдесят градусов ударом ноги делая подсечку. Я отпрыгнул назад, но недостаточно быстро, чтобы успеть нанести встречный удар — всё ещё ошеломлённый предшествующей атакой. Взглянув на неё, я увидел склоненную набок голову в жесте «говорила же тебе»; в уголках глаз собрались редкие морщинки сдерживаемого смеха. Испустив разъяренный вопль, я рванулся вперед, делая несколько быстрых легких ударов, обходя её, чтобы получить преимущество. Девушка точно следовал каждому движению. Наконец она стремительно отбила в сторону мою очередную атаку и взорвалась серией ударов в корпус. Когда я согнулся в приступе кашля, ей оставалось только зафиксировать победу обозначив удар в горло. — Ладно… — грустно сказал я отдышавшись. — Врятли твоё мнение обо мне может стать ещё хуже. Поэтому объясни пожалуйста, что чёрт-возьми это сейчас было? Проигрывать всегда обидно, но этот монстр явно превосходит меня в рукопашной на несколько классов. — Вижу, ты уже познакомился с нашей гостьей? — знакомый голос ответил вместо девушки. От прохода, к нам широкими шагами приближался Торбин. Я с удивлением отметил его крайне усталый вид и состояние. Перебинтованная рука и повязка на голове. Инквизитор удостоил меня такого же долгого взгляда. — У госпожи Лин, весьма тяжёлая рука, — заметил он, как бы невзначай потирая травму на лице. « — Да неее! Да не может быть!» — думал я, переводя взгляд на девушку. Та в ответ, картинно потупила глазки. Так вот за кем он летал… — Инквизитор Дюан, — деловито начал Торбин. — Позвольте представить Арден Лин. Крайне многообещающая кандидатка в наше ведомство. Лин, Лин… Та самая Арден Лин?! В смысле бундуки, мастер Терас-Каси, подружка Ксендора, командир Легионов Леттоу, пронеслось несколько ассоциаций в мозгу. Ох твою-мать, ей же под 25 тысяч лет! Но выглядит ничего-так… Что-то отобразилось на моём лице, потому как Лин снова угрожающе сощурилась. Хорошо хоть к Торбину стоял спиной. Не пришлось придумывать объяснения узнаванию. — Как не прискорбно прерывать вас, — сказал инквизитор. — Но нам, с мастером Дюаном надо идти. Линн не то чтобы возражала… — В следующий раз — на световых мечах, — бросил я через плечо, следуя за удаляющимся Торбином. Мы быстро покинули зал через другой выход и уверенно держали направление в сторону главной башни. Пройдя несколько кордонов охраны, я наконец, решил задать вопрос: — Что-то произошло? — Надо подобрать тебе оружие. Корабль отбывает на Корусант через шесть стандартных часов, — инквизитор, не замедляя шага повернул голову. — Появилась возможность проверить тебя в деле. *** 17.5 GrS ИЗР «Диктат» Гиперпространство Это, безусловно, был тот самый Имперский Звёздный Разрушитель. В смысле огромный, треугольный и опасный. Пилот челнока намеренно развернул машину боком, чтобы при заходе мы смогли хорошо разглядеть корабль. Кто увидел такой однажды, на всю жизнь сохранит впечатление света и силы. Пожалуй, достаточно будет один раз провести его по низкой орбите, чтобы в оптику было видно с земли, — и следующее поколение корусантских пацанов к вечеру пойдёт записываться во флот. «Диктат», как любезно пояснил капитан корабля, четвёртый в серии и сошёл со стапелей всего два месяца назад. Куат, уже сейчас мог нарастить темпы производства в двое, а то и четверо, но всё упиралось в отсутствие СИД-истребителей. Ещё одна новейшая машина, которой суждено будет стать легендой. Их только запустили в серийное производство. К сожалению, полюбоваться кораблём вдоволь — не дали. Шттл ещё не успели хорошо закрепить в ангаре, как «Диктат» уже стартовал в сторону Корусанта, а меня повели знакомиться с напарником. Точнее, он сам пришёл в ангар. — Тремейн, — сухо поздоровался молодой (моложе меня) парень. — Дюан, — ответная любезность. Пару секунд, мы рассматривали друг-друга. Предплечье левой руки человека, было перехвачено фиксатором с бактой. А ещё, во время ходьбы, он немного прихрамывал на левую ногу. — Знаете, что нам предстоит? — Нет. — Тогда прошу за мной. Коридор из нижнего ангара вёл к шахте турболифта, по которой мы попали в недра корабля. — Двадцать семь стандартных часов назад, на Корусанте был задержан джедай, Корвин Шелвей, — всё время пути, вещал Тремейн. — Его и нескольких сообщников, взяли за установкой взрыв-пакетов на опорах правительственной секции космодрома в районе «Империал-плаза». Разведка подозревает, что он только один из нескольких беглых джедаев состоящих в корусантской ячейке сопротивления, а готовившийся теракт, один из серии запланированных. Естественно, допрос, даже с применением спецхимии ничего не дал. Мы должны провести дознание, выявить его сообщников и задержать или уничтожить. — А зачем тащить нас? На Корусанте нет специалистов? — В данный момент нет. За исключением лорда Вейдера и Императора, — жёстко отрезал Тремейн. — Предлагаешь обратиться к ним? — Нет, нет… Это было бы глупо. Зачем тогда вообще создавать инквизиторий, если без Императора мы всё равно ничего не можем? — Верно, — согласился Тремейн, то-ли не уловив сарказма, то-ли не посчитав нужным на него реагировать. — И ещё пара вещей, — парень резко остановился. — На время операции я старший. С этим возникнут проблемы? — Никаких проблем. Ты мозг, я мускулы. — Второе. Мне доверено оценить твои способности и лояльность. При малейшем подозрении… — Понятно. — Отлично. Сержант проводит тебя в каюту. Если что-нибудь понадобиться, я свяжусь по интеркому. Мы разошлись на следующей развилке. Полёт обещал быть не долгим, и, вместо сидения в каюте, последующие четыре часа я потратил на знакомство с кораблём. Начав с командной башни, вознесённой над корпусом и закончив нижними ангарами истребителей, где завис на час, споря с каким-то старлеем о преимуществах и недостатках СИДов. Всё это время, безымянный клон следовал в пяти шагах за моей спиной, иногда нервно поглядывая на рукоятку, теперь уже, боевого меча. Бедняга явно осознавал свою незавидную участь, случись мне попытаться бежать… Всё это время, меня терзали очень смутные сомнения. Во первых: я не мог вспомнить ни одного джедая с фамилией Шелвей. Во вторых: с момента образования Империи прошло всего полтора года. Сидиус, пока, не стремиться сильно закручивать гайки. Даже чёртов сенат, хоть и превращённый в совещательный орган, действует. Откуда на Корусанте, в самом центре, взялось организованное сопротивление. И в третьих: на кой-чёрт минировать правительственный космопорт? Император, насколько я знал, не вылезает из почти достроенного дворца. Покушение на моффов? — бред. Опоры верхних секторов регулярно проверяют миллионы дройдов. Да и не только моффы и чинуши там паркуются. Тогда что? Зачем так рисковать? — Тремейн, это Дюан, — набрав комбинацию на комлинке, сказал я. — Надо поговорить. — Жду. Через 10 минут, я уже был в его каюте, на командной палубе. Похоже, мой напарник оккупировал адмиральский салон, настолько большой оказалась каюта. Однако, комната казалась нежилой. Простая мебель. Никаких личных безделушек. — Что случилось? — хозяин приподнялся с кожаного дивана. — Знаешь, я тут подумал, — лёгкий рывок, возвестил выход из гиперпространства. — Зачем он так рисковал. В смысле, бомба — это не метод джедая. Слишком малы шансы. Слишком большой сопутствующий ущерб. — Возможно, они отчаялись. С того космодрома взлетают яхты первых лиц Империи. Резонанс в обществе, при удаче, был бы огромен. — Это верно, но так мыслит обычный повстанец. Для джедая, цель не всегда оправдывает средства. — К чему ты ведёшь? — нетерпеливо перебил Тремейн. — Я тоже был джедаем! Я знаю, как они думают. Давай оставим лишние предисловия и ты просто скажешь… Его прервал резкий писк терминала связи. — Тремейн слушает, — его лицо побелело. — Когда?! Понял. Нет, блокада неприемлема. Нужно минимизировать огласку. Да. Обставьте как разборки с местными бандами. Парень отложил комлинк и повернулся: — В левом крыле штаба разведки прогремел взрыв. Шелвей сбежал. Вернее, ему помогли из вне. Ещё один джедай. Предположительно, находясь внутри, им удалось наладить удалённый доступ к защищённым серверам. Оба джедая и группа прикрытия прорываются, предположительно, к «Таресским Островам». Интересно, а чисто технически, я имею право сказать: «Я же говорил?», учитывая, что договорить то как-раз и не успел? *** 17.5 GrS Корусант Форсируя двигатели и отчаянно вибрируя, лямбда-шаттл падал сквозь атмосферу планеты-города к «Таресским островам». Которые, разумеется, никакими островами в действительности не были. Всего лишь группа массивных жилых платформ, находящихся поверх трех высоченных промышленных зданий. Первоначально здесь было довольно низкобюджетное жилье, но, как часто бывает в подобных местах, постепенно им завладели мелкие и пронырливые арендаторы, превратившие район в островок Нар-Шадда на Корусанте… Тряхнув головой, я прикрыл глаза вновь сосредотачиваясь на «Чувстве пути». Ожидание — всегда предвкушение. Покуда линии вероятности не сошлись в одной точке, результат может оказаться любым. Они вращаются, и с ними вращаются возможности, вероятности, шансы. Моя жизнь и жизнь Тремейна. Жизни бойцов летящего с нами отряда и всех обитателей «островов». Перед глазами проносились картинки сражений. Двое против одного. Два на два. Бегущие фигуры. Фигуры, скрестившие мечи. Синий клинок, пронзает воина с алым мечом. Снова проснулись напряжение и вопросы. Совесть, очнувшись, буквально вопила — «Шанс!». Но там же зрела и уверенность, что конец уже случился. Возврата не будет. Это чувство было куда приятнее сомнений. Вот почему, я не мог устоять перед соблазном. Не мог отказаться. Тёмная сторона давала уверенность. Свет же, всегда был глух и молчалив. Шансы выживания — один к десяти. Неравные шансы, как сказали бы некоторые глядя в такое будущее. Но я взглянул в прошлое, а там не было шанса ни для каких других цифр. Что есть грядущее? — изобилие возможностей. Что есть прошлое? — нечто уже готовое, неизменное, затвердевшее, как раствор цемента превращенный в бетон. Туда не вернуться. — Что ты видел? Высокий парень этот Тремейн, но не тощий, какими часто бывают верзилы. Сильный. Проворный. И не новичок в предстоящей нам работе. Имелись тому кое-какие приметы. Будучи джедаем, угрозу, которую представляет разумный, ты должен оценивать мгновенно. Оценивать и не зевать. Боец, скорее всего, принявший участие не в одной битве, судя по шрамам и тому выражению лица и глаз, с каким он расхаживает по отсеку в ожидании. Не спокоен, но сдержан. Бежать не бросится и голову не потеряет. Не часто встречаются такие — умеющие сохранять голову, когда случается непредвиденное. Вот только недавние травмы могут дать о себе знать. — Ничего. Будущее сокрыто. — Зачем тогда ты медитировал всё это время?! — Старая джедайская привычка. По местам! — машинально заорал я, когда в десантном отсеке вспыхнул красный сигнал. Лучшие бойцы, которых удалось наскрести на «Диктате», замерли, как сжатые пружины. Тремейн никак не отреагировал на мою самодеятельность, не переставая раздавать кому-то приказы по комлинку. Шаттл резко выровнялся в полёте и грохнул опорами по посадочной площадке. Пилот, что называется, «притёр» машину к поверхности. Такой манёвр считался весьма шикарным. Откинулась аппарель и мы оказались на верхней посадочной площадке жилого массива. — Дюан! — напарник силился, перекрикивая порывы ветра. — Канал передачи заканчивается где-то здесь. Аналитики полагают, что скорее-всего в корабле, на котором планируют сбежать джедаи. — Они добрались? — Опередили нас на две минуты. Я в контакте с майором Зем, его люди поднимаются с нижних уровней, мы надавим сверху. Ещё через 10 минут подойдёт полноценная рота клонов. Здесь две сквозные шахты, которые проходят по всем уровням. Возьми южную, я пойду по северной. — С чего вдруг сразу такое доверие? — Не твоё дело. Работаем! Тремейн и половина солдат ломанулись вниз. Я, уже собираясь отправится другим путём, кое-что вспомнил. — Эй, летун, — пилот мгновенно ответил. — Твоё корыто вооружено? — Так точно. Две сдвоенные лазерные пушки. — Отлично. Не глуши двигатели, если припрёт, будешь нашей воздушной поддержкой. Пилот согласно закивал, а я уловил в восприятии характерный «шум». И, в компании десятка штурмовиков, побежал вниз, стремясь к средоточению боли и смертей. *** «Дыши, дыши, хатт тебя побери! Только дыши!» — думал Маллер Раш, отчаянно пытаясь не отставать от джедаев. Мимо них текла река паникующих разумных. Напор сильно уменьшился. Это было плохо. — Нет! Стой! Выкрикнул его наниматель, — тормозя своего молодого товарища перед поворотом. — Не туда. — Тогда куда же? — спросил он. — Аааыыы, — выдавил Раш, прогоняя воздух по лёгким. С сотней полицейских на хвосте, идея заделаться революционером, уже не казалась такой хорошей. Кто же знал, что чокнутый джедай решит подорвать офис разведки… Джедай, представившийся Даррином Арканианом, достал терминал и поднял так, чтобы экран был виден всем. На нём было изображение жилого комплекса, по которому копошились красные точки. Надо понимать, их обложили. — Отряд штурмовиков высадился на крыше, — сказал он. — Сейчас они движутся вниз, прочёсывая уровень за уровнем. Молодой повернулся к нему спиной и сделал знак Рашу: — Я все же думаю, надо добраться до корабля и сматывать отсюда. Рискнем обойти имперцев. — Обеими руками за, — наконец, смог заговорить Раш. — А я нет, — вмешался Арканиан. Еще одна кучка народа выбралась из бокового коридора, стремясь на ободряющие голоса полиции из динамиков оповещения. Маллер почувствовал, как трудно устоять перед напором толпы. Мужчина с двумя огромными чемоданами налетел на него и чуть не сбил с ног. — Альтернатива? — обратился он к Арканиану. Тот обвел глазами коридор, оценивая плотность людского потока, и кивнул на раскрашенный желтыми и черными полосами люк узкого служебного коридора. — Сюда, — предложил он, и начал проталкиваться к рабочему люку. Оказавшись на месте, он взмахом руки заставил люк скользнуть в сторону под шипение гидравлики. — Ну вот, — буркнул он, и ввел их в скудно освещенный проход за люком. Служебный коридор был заполнен электрическими кабелями, подвязанными пластиковыми шнурами. Первые пять метров освещались, остальное терялось во мгле. Красные лампы держались на торчащих из стены через каждый метр кронштейнах, поддерживавших жгуты проводов. Рашу пришлось нагнуться на входе, он была сантиметра на четыре выше потолка. Маллер внимательно изучил связку кабелей и бросил вперёд: — Если увидите потертую изоляцию, не прикасайтесь. Вот эта толстая кишка держит пару миллионов вольт. Она вас в дерьмо расплавит. Они прошли ещё несколько метров, пока тоннель не стал слишком узок для всех троих и пристроились возле технического лючка в коридор. — Ну, командир, что дальше? — Дальше, — ответил Аркиниан, внимательно вглядываясь сквозь решётку. — Мы сольёмся с толпой, постараемся пробраться в нижние доки. Главное — миновать парковый уровень. Раш скорчился в тени у служебного люка. Система оповещения продолжала твердить о террористической угрозе и призывала граждан сотрудничать с полицией. Они выждали минут пять, а затем вылезли в коридор, шедший параллельно тому, где они были ранее. Оказалось несложно проследовать за группой во внутренние сектора. Пока они двигались в одну сторону с потоком, на них никто не обращал внимания. Маллер отмечал в памяти пересечения главных переходов, где стояла охрана в полицейской форме. Вернуться обратно окажется намного труднее. Когда группа, за которой они следили, остановилась перед большой металлической дверью, джедаи скользнули в сторону и спрятались за большим горшком-клумбой с травой и двумя корявыми деревцами. Дверь вела на небольшую площадку-парк. Их корабль остался десятью уровнями выше, но увидев сколько полиции и военных сюда нагнали, Раш порадовался, что джедаи не стали прорываться к нему. В нижних доках можно будет добыть любое судно по вкусу. А неустойку, за потерю «Плачущего Лунатика», он ещё стребует в тройном размере. На выходе дежурил отряд бойцов в штурмовой броне, среди которых стоял человек во флотском мундире. Видимо — офицер. В следующий миг его глаза сощурились на Арканиане. Узнал… Раш, отпихнув с линии огня джедая, рванул из кобуры пистолет, целя в сердце. Каким-то образом за это краткое мгновенье человек успел активировать световой меч, бластерный болт цели не достиг. Меч скользнул вверх. Раш резко отвернул, и острие оставило горящий огнем порез у него на руке, после чего синий клинок джедая, вылетев из рукоятки, отбросил красный в сторону. В саду воцарился хаос. *** Чертов дегенерат с бластером! Ну ведь хотел-же сначала поговорить! На лице мастера Арканиана застыла бесстрастная маска. Один из клонов, стоявших рядом, замешкался. Меч второго джедая опустился ему на голову. Клоны сыпанули в стороны. Они попытались задавить Арканиана огнём, но мастер, длинными прыжками сокращая дистанцию, легко настиг каждого. На меня набросился второй. Паренёк был хорош. Но с двумя противниками на одного, не было времени наслаждаться поединком. Собрав побольше Силы, я спрессовал её в плотный «блин» и швырнул в Шелвея. Того отбросило внутрь коридора. Вслед за ним рвануло несколько выживших штурмовиков. Сосредоточившись, сломал механизм аварийной блокировки. Дверь, с визгливым скрежетом, рухнула. Во входной арке стоял наёмник, что стрелял первым. Он попытался уклониться, но не успел. Нижняя кромка вошла ему в живот, придавливая к полу. Неистово дергая ногами, он начал кричать. Арканиан стоял недалеко, будто к чему-то прислушиваясь. — Неужели нет конца сюрпризам, что подкидывает нам Сила? — он расстегнул верхнюю пуговицу накидки скидывая тяжёлую ткань, а затем тщательно вытер рану на щеке. — Значит, это правда. Вы всё ещё живы. И служите ситху. Клон, которому джедай отрубил ноги, со стонами полз к аварийному выходу. Направляясь ко мне, Арканиан аккуратно перешагнул через него.Треск, скрежет, вой битвы текли откуда-то из залов, но прямо сейчас в саду было тихо. — Значит, только ты и я? Прошло немало времени, с тех пор как я серьёзно бился на мечах, но приложу все усилия, дабы не разочаровать. — Подожди. Что такого важного в тех данных? — Палпатин не спешит информировать своих шавок? Тогда и я не буду. Хотя, — он остановился в нескольких метрах. — Устроим обмен. У нас есть еще пара минут. Чем тебя купили? — Купили? — Ну да. Не думаю, что цена отброса-изгнанника оказалась чересчур высока. Он не пытался меня разозлить и не получал удовольствия от подтруниваний. Его действительно интересовал только вопрос цены. Ни следа эмоций. Только отстраненное любопытство и целеустремленность. Идеальный джедай. Остатки того человека которым я был, что еще питал какие-то надежды — отступили. Джедай миротворец, но он не идет на переговоры со Злом. Особенно, когда воплощение этого зла стоит прямо перед ним. А еще говорят, только ситхи все возводят в абсолют. Ощущая в руках привычную тяжесть рукояти, я испытал невыразимое облегчение. Теперь все было просто. Убей или умри. Арканиан стоял недалеко, и будто к чему-то прислушивался. — Не переживай по этому поводу. Твоей смерти будет довольно. Откуда-то взялась чёрная злоба. Странно, конкретно этот джедая мне ничего не сделал. Он ответил белозубой улыбкой. — Начнём же… Он уже прыгнул вперёд, но я был готов, делая шаг в сторону и отвечая парой рубящих ударов вверх и вниз. Клинки соприкасались, искрили, скользили и шипели, метались вперёд и назад в полосках солнечного света промеж деревьев. Попытки увеличить дистанцию мгновенно пресекались. Джедай понимал, что проиграет в поединке Силы. Мягкие сапоги Арканиана скользили по булыжникам проворно и плавно как у танцора. Он колол с быстротой молнии. Я парировал раз, два, затем чуть не попался — с трудом увернувшись. Пришлось сделать пару торопливых шагов назад, перевести дыхание и начать всё заново. Сверкающий кончик его меча описывал изящные кружочки. — Боюсь, вы слишком высоко держите стойку. Вы исполнены страсти, и мощи Тёмной Стороны. Но мощь без дисциплины не лучше детского упрямства. — Почему бы тебе не закрыть рот и начать драться? — в джедая полетели несколько самых крупных камней. — О, я готов одновременно болтать и сражаться. Он взялся за меня по настоящему, гоняя с одной стороны сада в другую. Отчаянно парируя, я пытался контратаковать в ответ, когда мог. Редко и безрезультатно. Ещё во время войны, слышал, его называли очень хорошим мечником и теперь, в это было нетрудно поверить. Агрессивные удары Шиена сменялись плавными скользящими блоками Соресу, которые переходили в выпады из шестой формы. Почти без переходов. Он лучше. Гораздо лучше, чем я. Быстрее, сильнее, и опытнее. Что означало единственную возможность — быть умнее, хитрее, коварнее. Злее. Я взревел, перейдя в атаку, сфинтил влево, ударил справа. Он отскочил назад, и тут я ударил мечом по дорожке, отправляя массу расплавленного камня ему в лицо. Человек увидел её как раз вовремя, чтобы пригнуться. Атаковал следом, но он извернулся вбок и меч рассёк лишь шнурок головного убора. Я уколол снова, он парировал — уже наготове отражать атаки. — Хитро. — Катись к Хаттам! — чем дальше, тем сильнее меня захватывало раздражение. — Почему бы и нет, после того как закончу с вами. Он хлестнул мечом, но вместо того, чтобы отступить я пододвинулся вплотную, зацепил его руку, клинки царапнули друг друга. Хотел поставить подножку, но он обошел мой ботинок, всё время сохраняя равновесие. Пнул его по колену, на краткий миг джедай потерял равновесие. Я рубанул со всей злости, но Арканиан уже ускользал в сторону и удар отсёк веточку от какого-то фигурно постриженного куста, сжигая зелёные листики. — Есть и попроще способы стричь живую изгородь, раз вы здесь ради этого. Ещё до того как я это осознал, он уже разразился серией рубящих ударов, гоня по гравийной дорожке. Перепрыгнув через труп клона, я поднырнул под статуей какого-то деятеля, держась так, чтобы между нами была дистанция. — Хитрости кончились, инквизитор? — Я что-нибудь придумаю. — Тогда соображайте быстрее. Меч Арканиана выскочил из-за статуи и мне с трудом удалось отшатнутся. Он промахнулся на волосок. — Поймите, вам не одержать победы, просто потому, что возомнили себя Владыкой. Потому что верите в могущество Тёмной Стороны. Побеждает тот фехтовальщик, который лучше, а не тот, который сильней разозлился. Я понял, как он будет действовать, наотмашь ударил по мечу, затем рубанул в голову. Не элегантно, зато со всей силы. Он пригнулся как раз вовремя. Лезвие врубилось в камень. Я ударил снова, но он отвёл и эту атаку. Принял мой выпад на меч, его клинок со свистом проехался по моему оружию. Лёгким поворотом запястья он вырвал сейбер из моей руки и тот заскользил по дорожке. — Видите, о чём я? — синее лезвие застыло в метре от груди. — Очевидно, что в храме вы уделяли фехтованию прискорбно мало внимания. А после ухода, не стремились учиться, ну или же Палпатин просто не хочет обучать своих псов. Впрочем, пора заканчивать! — Верно! — Я закрыл глаза, инстинктивно собирая Силу вокруг тела, готовясь к удару. Пространство впереди взорвалось ослепительными вспышками. По ушам ударил визг бластерных пушек. Лицо обдало раскалённым воздухом, ещё до того как тело отбросило на пяток метров и впечатало в ограждение. Легкие обожгло дымом, ребра прострелило резкой болью, кашель сотряс грудную клетку. Тело застонало, сморщилась, задергалось на траве снова, но уже слабее. Кашлянув еще раз, обмякло. Боль утратила остроту. Страх утратил остроту. Напряжение. Они начали таять. Кто-то испустил долгий, хриплый стон. Возможно, я сам. По лицу, щекоча обожженную кожу, скатилась слезинка. Победа! *** -… в целом, можно говорить об успехе. Потеря Дэриса казалась довольно неприятной, но получить не просто живого свидетеля первого раскола джедаев, а ещё и такого умелого бойца… Считаю, это оправдывает издержки. Старший инквизитор Торбин закончил свой доклад, и ожидал вердикта руководства. За полукруглым столом перед ним, собрались разумные, у которых на троих, было куда больше власти чем у всего сената вместе взятого. — Согласен, — наконец прервал молчание Лорд Вейдер. — Император уже проявил заинтересованность и намерен увидеться с ней лично. Массивный, даже сидя возвышающийся над всеми, Вейдер, воплощал мощь Императора, Империи и Тёмной Стороны. — Он хочет отобрать Лин для своего, гм… проекта? — спросил великий инквизитор Малорум. Этот человек, с совершенно неприметной внешностью, напротив, терялся на фоне соседей. — Возможно… Глава инквизитория не стал развивать тему. — Мне больше интересны подробности вашей Корусантской операции, — директор Исард поднял взгляд от деки, которую читал с начала заседания. — Почему я не вижу здесь ни одного из действующих лиц? — Антиннис Тремейн был достаточно серьёзно ранен и сейчас проходит курс восстановительных процедур. А инквизитор Дюан, всё ещё считается потенциально ненадёжным, — отбарабанил Торбин. Ему было не впервой делать доклады вышестоящему руководству. В таких делах, даже если что-то пошло не так, важно демонстрировать абсолютно непрошибаемую уверенность. Дескать, никаких ошибок, всё как планировалось. Работая в судебном департаменте, Ладдинар часто шутил, что чиновники из контрольных комитетов словно псы, чуют твой страх… В отношении его текущего руководства — это была не метафора. — Да, да… завербован менее полугода назад. Как бы вы охарактеризовали его? — Осторожен. Много подавленных амбиций. В основном спокойный и рассудительный, однако, длительное недовольство вырывается в виде вспышек агрессии. Довольно увлекающаяся натура. Склонен преувеличивать собственные проблемы и оттого, пожалуй, страдает лёгкой формой паранойи. — Вы бы рекомендовали его к работе? — довольно грубо перебил Малорум. — Да, — немного подумав ответил Торбин. — Единственная проблема — недостаток мотивации. На первое время, я бы рекомендовал оставить его в ведомстве разведки. — Поясните. — Работая под непосредственным контролем, он окажет необходимую помощь в очистке Корусанта. Наберётся опыта агентурной работы. А так-же, можно будет в полной мере оценить его надёжность. Прошло несколько секунд, прежде чем глубокий бас Вейдера разнёсся по кабинету: — Не возражаю. — В таком случае, — подхватил Малорум. — Нам, осталось утрясти формальности? — Да, — Исард стремительно вводил команды на дэке. — С сегодняшнего дня, Квинт Дюан официально зачислен в штат Инквизитория. И необходимая запись, вместе с биометрическими идентификаторами, полным досье и списком контактов, заняла своё место в терабайтах мейнфрема департамента разведки…