Не в праве на ошибку

Рождество для Грейнджер прошло тоскливо и муторно. Девушка осталась на каникулы в Хогвартсе, лишь на пару дней отлучившись домой. Шагая по пепелищу того, что когда-то было гостиной дома Грейнджеров, Гриффиндорка не могла сдержать злых слёз. Даже не вериться, что Дамблдор способен на такое! Гермиона даже встретилась с детективом, занимавшимся делом об убийстве Грейнджеров. Мужчина даже подозревал девушку в случившемся, но, узнав об том, что она была в частной школе всё это время, извинился и принёс свои соболезнования. Как будто они помогут. Жаль, что виновный в смерти её родителей не будет наказан. Ведь не считать же наказанием то, что она убьёт Дамблдора по его же просьбе? Гермиона покачала головой на излишние восторги своих однокурсников. Нет, она не спорила, трансгрессия – довольно-таки полезное умение, особенно в нынешних обстоятельствах, поэтому она тоже решила посещать эти курсы, но учиться трангрессировать только ради того, чтобы мстить своим старшим братьям или кузенам… Пустая трата времени. Первое занятие не вызвало у неё особого восторга, но всё же, это же всего лишь первое занятие, дальше должно быть лучше. По крайней мере, девушка на это надеялась.

***

Время удивительно быстро бежало вперёд, неминуемо приближая тот день, когда Гермионе придётся убить Дамблдора. Сегодня уже наступило первое марта, день рождение Рона. Удивительно, что, не смотря на то, что тогда они всё же крупно поссорились и так ещё и не помирились, она приготовила Гриффиндорцу подарок. Откровенно говоря, приготовила она его ещё летом, потому что предполагала, что в Хосмиде будет трудно найти что-нибудь стоящее, если не считать сладости. Да и не пускали их больше туда после случая с Белл. Девушка тихо вздохнула. Их отношения с Рональдом из дружеских стали похожи больше на вражеские. Будто холодное война, только ни он, ни она не вступали в открытую конфронтацию, предпочитая игнорирование. Но подарок, приобретённый для Рона, всё-таки следовало отдать. — Эй, Невил, привет! – поздоровалась девушка. — Привет. – так же поздоровался Гриффиндорец, вежливо улыбнувшись. Нет, они не стали особо близкими друзьями, но хорошими приятелями уж точно. Хотя Гермиона и признаёт, что она чаще всего обращается к нему, когда ей что-то нужно, как в случаи с необходимостью пары для вечера Слизнорта или же сейчас. — Невил, извини пожалуйста, ты не мог бы передать Рону мой подарок? – тихо попросила девушка. — Хорошо. – покорно согласился Лонгботом, вызвав благодарную улыбку. Грейнджер отдала ему книгу о Квиддиче, завёрнутую в подарочную бумагу, и, поблагодарив, ушла из гостиной в библиотеку.

***

Гермиона нервно мерила шагами комнату. — Не понимаю, как это вообще могло произойти? — Тебе-то что? – буркнула недовольная Лаванда. Ещё бы, сначала парня, который ей нравится, опаивают приворотным, потом его же отравляют по чистой случайности, а теперь ещё и соперница чего-то переживает, хотя до этого вообще игнорировала Бон-бона! — Он мой друг. – уверенно сказала девушка. Не то, чтобы она забыла ту невнимательность Рональда, но всё же переживала за друга. Да, он её друг. Хоть и не очень хороший. Но чем она-то лучше? Особенно, если учесть, что она собирается сделать в конце года. — Да ты его игнорировала всё время! — Не всё. – Грейнджер покачала головой. – Возможно, я вспылила тогда, но моё состояние тоже можно понять. – и девушка сделала то, что, возможно, до всего этого не сделала никогда. Она села на диван рядом с Лавандой. Давай же! Девушки же так делают, говорят друг с другом по душам, да? В любом случае, стоит покончить с этим «любовным треугольником», которого на самом-то деле и нет. – Послушай, Лаванда, и, прошу, послушай меня внимательно. Я не испытываю к Рональду никаких чувств, по крайней мере не сейчас. Признаться честно, многим раннее мне казалось, что я влюблена в него, но это прошло давно, растаяло, как будто этого и не было. А может, этого и не было на самом деле, и я просто себе придумала всё это, кто знает. – блондинка будто завороженная слушала тихие слова, произнесённые уверенным голосом Гермионы. – Рональд чудесный, не спорю. Он хороший человек, хороший друг. – «по крайней мере, он не предатель» - промелькнуло в голове у Гриффиндорки. – Но он не для меня. И, если быть уж совсем честной, я тоже не для него. Даже имей он или я какие-либо романтические чувства по отношению друг к другу, это просто не имело бы смысла. Ему нужна надёжная девушка, которая сможет хранить семейный очаг и создавать уют. Не думаю, что я на это способна. И если именно ты станешь этой девушкой, я буду рада за вас, потому, что Рон заслуживает именно такой девушки. Рональд заслуживает, чтобы его любили. Гермиона встала и просто вышла из комнаты, оставив Лаванду в одиночестве ждать свою очередь, чтобы проведать Рона, и думать над её словами. Да и вряд ли Уизли захотел бы видеть Грейнджер сейчас. Девушка тяжело вздохнула. Будто бы она сама жаждала видеть своего друга. Сейчас ей было не до того.

***

В тот момент, когда в Гарри полетел бланджер, Гермионе показалось, что её сердце остановилось. Её лучший друг будто в замедленной съёмке, отпустив метлу, начал падать с большой высоты вниз, потеряв сознание от боли. Мерлин, он же себе все кости переломает! Но благо его в воздухе поймали Кут с Пиксом. Гермиона облегчённо выдохнула. К сожалению, когда Мадам Помфри осмотрела Поттера на предмет повреждений, оказалось, что у Гарри трещина в черепе. Гермионе, росшей в маггловском мире, от этих известий стало немного жутко, но она напомнила себе, что магические методы лечения куда более действенные, и с её другом будет всё хорошо, ведь даже магглы умеют такое лечить. Дольше, конечно, но всё же. Гарри оставили в Больничном Крыле до полного выздоровления. Ну, там хотя бы будет Рональд, и Поттеру не будет скучно. Девушка покачала головой. Кажется Маклаггена с его любовью всех поучать и делать всё не так, как надо, ждёт какой-нибудь не особо приятный сглаз за то, что из-за него бланджер попал Гарри в голову. Мстить не хорошо? Ну и что. Мальчишки… Они же по другому не понимают, тем более так он усвоит не только урок, но и возместит ей потраченные на переживания о состоянии здоровья Гарри нервы.

***

Гермиона шагала в сторону кабинета профессора Вектора, чтобы обсудить ошибку в её последней письменной работе по нумерологии, как вдруг перед её глазами всё померкло. Еле успев нащупать рукой стену, она приклонилась к ней и часто задышала, будто задыхаясь. Больно не было, только страшно. Но это быстро, почти моментально, прошло, и об этом не напоминало ничего, кроме её бешено колотящегося сердца. И ощущения, что она должна быть не здесь. И как только эта мысль промелькнула в её мыслях, она впопыхах побежала туда, куда её звал шёпот в его голове.

***

Скорее по привычке, чем по какой-то другой причине, Гарри избрал окольный путь по коридору восьмого этажа, начав просматривать на ходу Карту Мародеров. В первые мгновения найти Малфоя ему не удалось, и Гарри решил, что он наверняка снова засел в Выручай-комнате, но тут же обнаружил крошечную точку, помеченную «Малфой», в мужском туалете на седьмом этаже, причем в компании не Крэбба или Гойла, а Плаксы Миртл. Гарри на миг остановился, вглядываясь в эту немыслимую парочку, а двинувшись дальше, тут же врезался в стоявшие у стены рыцарские доспехи. Громовый лязг вырвал его из забытья, он поспешил убраться подальше, пока не явился Филч, торопливо спустился по мраморной лестнице на один этаж и понесся по коридору. Добежав до туалета, он прижался ухом к двери. Слышно ничего не было. Гарри тихо-тихо открыл дверь. Спиной к нему стоял, вцепившись руками в раковину и склонив над ней светловолосую голову, Драко Малфой. — Ну не надо... — раздался из кабинки проникновенный голосок Миртл. — Не надо... Расскажи мне, что тебя мучает... Я тебе помогу... — Никто мне не поможет, — ответил, содрогаясь всем телом, Малфой. — Я не могу этого сделать... не могу... не получается... А если не сделаю поскорее, он сказал, что убьет меня. Гарри замер на месте от потрясения — он понял, что Малфой плачет, плачет по-настоящему, что по щекам его льются, стекая в грязную раковину, слезы. Малфой задыхался, давился слезами, но затем, после нового содрогания, поднял взгляд к растрескавшемуся зеркалу и увидел за своей спиной вытаращившего глаза Гарри. Резко повернувшись, Малфой выхватил волшебную палочку. Гарри инстинктивно вытащил свою. Заклятие Малфоя промазало мимо Гарри на несколько дюймов, разбив лампу на стене. Гарри метнулся в сторону и, подумав: «Левикорпус!» — взмахнул палочкой, но Малфой блокировал заклинание и поднял палочку, собираясь выпалить собственное. — Нет! Нет! Погодите! — взвизгнула Плакса Миртл, и по туалету разнеслось громкое эхо. — Стойте! СТОЙТЕ! За спиной Гарри с громким «ба-бах!» взорвалась мусорная урна; Гарри выкрикнул заклятие Обезноживания, оно ударилось в стену прямо за ухом Малфоя, отлетело и разбило туалетный бачок, на котором сидела Плакса Миртл. Миртл громко взвизгнула, все вокруг мгновенно залила вода, Гарри поскользнулся и упал, а Малфой с искаженным до неузнаваемости лицом закричал: — Круци... — СЕКТУМСЕМПРА! — бешено взмахнув палочкой, взревел с пола Гарри. Кровь выплеснулась из лица и груди Малфоя, словно их рассекли удары невидимого меча. Малфоя качнуло назад, и он с громким плеском рухнул на покрытый водой пол, выронив палочку из обмякшей правой руки. И именно к этому моменту успела прибежать Гермиона. Девушка так и не поняла, почему она должна быть здесь, что она вообще здесь, в мужском туалете, забыла, но действовала на инстинктах. — Нет… - выдохнул Гарри, скользя, вставая и направляясь к Малфою. – Нет, я же не… Увидев окровавленного Слизеринца, Гермиона тут же бросается к нему, отталкивает Гарри в сторону, доставая по пути волшебную палочку и быстро крича: — Приведи Снейпа, Гарри! Сейчас же! Поттер, будто очнувшись, тут же вылетает из комнаты. Но Гермиона даже этого не замечает. Она выписывала в воздухе своей волшебной палочкой сложные пассы лечебных заклинаний, одного за другим, но ничто не помогало: стоило остановить кровь и начать залечивать саму рану, как кровь вновь начинала течь. Заклинание, которое использовал Гарри, ей было неизвестно, как и контрзаклятие к нему, но девушка всё равно пыталась помочь хоть чем-то. Парень, закашлявшись, начал задыхаться, а затем и вовсе перестал дышать. Мерлин, где учителя, когда они так нужны? — Давай, Малфой, самодовольный придурок, дыши! – пытаясь вернуть блондину возможность дышать, проговорила Грейнджер. После пятой попытки ей это удалось, Малфой задышал и открыл глаза, тут же застонав от острой боли. – Не закрывай глаза, дыши и не паникуй. Всё будет хорошо, помощь скоро придёт, Малфой. Держись. Не умирай, ты просто не имеешь права так глупо умереть. - рубашка Слизеринца была разорвана в нескольких местах так, что предплечье его руки было немного приоткрыто. Произнося очередное лечебное заклинание, девушка случайно зацепилась взглядом за его руку, да так и замерла, не произнеся до конца заклинание. С руки Слизеринца на неё смотрела Чёрная Метка. – Не может быть… - но надо отдать ей должное, она быстро взяла себя в руки, продолжив свои попытки помочь раненому. – Да давай же! Мерлин, Малфой, не смей умирать! – юноша опять начал терять сознание. – Да где же Снейп?! И именно в этот момент, будто услышав её вопрос, в комнату влетел, иначе не скажешь, профессор Снейп, полы его мантии развивались, аки крылья летучей мыши, а сам он тут же подбежал к склонившейся над Малфоем Гермионе. Осторожно, по сравнению с тем, как это сделала несколькими минутами ранее с Гарри девушка, отодвинув Гермиону, он выписал своей волшебной палочкой в воздухе несколько сложных и неизвестных Гриффиндорке пасов, едва слышно проговорив: «Вулнера Санентур». Лишь только после в третий раз произнесённого заклинания угроза для жизни Малфоя стала минимальной. Декан Слизерина помог своему студенту подняться с залитого водой пола, Драко был очень бледен, стоял как будто неуверенно, его ноги дрожали, да и самого его заметно потряхивало. — Вам нужно в больницу. Кое-какие шрамы, вероятно, останутся, но если немедленно воспользоваться бадьяном, возможно, удастся избежать даже этого. Пойдемте. – он довел Малфоя до двери, но, подойдя к ней, остановился и сказал через плечо полным холод-ной ярости голосом. – А вы оба ждите меня здесь! Оба? Только сейчас Гермиона заметила, что возле стены у входа стоит Гарри. Девушка покачала головой, с неким укором смотря на друга. Теперь вопросов от Снейпа не избежать. Поттер чувствовал, что его тошнит, причём очень сильно. Страх того, что он чуть было не свершил, грузом упал на его плечи, а укор во взгляде подруги делал только хуже. — Я не знал, что… на что способно это заклинание. – оправдываясь, произнёс он. — Знаю. – выдохнула девушка и, покачав головой, как качают головой матери на выходки своих непослушных детей, подошла и обняла своего лучшего друга. – Я знаю, правда. Но тебе не стоило использовать неизвестное тебе заклинание на Малфое. Помолчи, Гарри. Я слышала, что он хотел произнести, и я прекрасно понимаю, ты защищался. Но у защиты тоже есть свои границы. — Я понимаю, Гермиона. Но… — Мы не на передовой ещё, Гарри, а в Хогвартсе, оставь битвы на потом. Девушка разомкнула свои объятья и отошла немного назад. Оба замолчали и в тишине стали ждать беспощадной грозы в лице профессора Снейпа.

***

Северус помог Драко аккуратно опуститься на больничную койку, коротко объяснил Мадам Помфри всю подоплеку случившегося, а затем собирался уже было уйти, оставив юного Малфоя на попечение опытной колдведьмы, как юноша, пользуясь тем, что Поппи пошла в подсобку за настойку Бадьяна, сбивчиво заговорил, вопреки своим прошлым словами, прося помощи: — Грейнджер… она видела… - его голос звучал тихо и хрипло. – Она знает… и может всё рассказать… — Не думаю, что мисс Грейнджер решит поделиться своими наблюдениями с кем бы то ни было. — Но… — Судя по тому, что я видел, она вряд ли решиться на подобные откровения. – по лицу Снейпа вряд ли бы кто-то понял, что он удивлён, но так оно и было. Профессор говорил тихо, почти шёпотом, так, чтобы слышал только блондин.– Мистер Малфой, если быть абсолютно честным, если бы не вмешательство мисс Грейнджер, вы могли умереть от кровопотери. И вряд ли бы она так стремилась вас спасти, чтобы потом собственноручно отправить вас своим рассказом в Азкабан. Но думаю, вам всё же стоит поговорить с ней. Только не вздумайте угрожать, зная Гриффиндорцев, для них это, как красная тряпка для быка.

***

Снейп пришёл через десять минут, прогнал Миртл, и сурово посмотрел на Гриффиндорцев. — Мисс Грейнджер, могу я узнать, что вы делали в мужском туалете? Неужели помогали своему другу нарушать школьные правила? — Она тут не причём! — Замолчите, мистер Поттер. – оборвал его Снейп. – С вами будет отдельный разговор. — Я услышала крики Миртл. – не моргнув глазом, соврала девушка. – И звуки борьбы. — И тут же, как настоящая Гриффиндорка, побежали на помощь. – холодная усмешка. – Что ж, с вами всё ясно. Поттер, я вас недооценивал. Кто мог знать, что вам известна столь Тёмная Магия. Откуда вы знаете это заклинание? — Я... прочитал о нем где-то. — Где? — Это была... библиотечная книга, – наобум выпалил Гарри. – Не помню, как она называлась. — Лжец! — сказал Снейп. Потом профессор сделал мимолётное движение волшебной палочкой, и, хотя он ничего не произносил вслух, по расфокусированному взгляду Гарри, девушка поняла, что учитель использовал на нём легименцию. Девушка не считала, что это вполне законно, но, в любом случаи, этот факт не особо беспокоил Снейпа, так что лучше всего не делать ничего, что могло ухудшить ситуацию. — Принесите мне вашу школьную сумку, — спокойно потребовал Снейп. — И все ваши учебники. Все. Принесите сюда. Гриффиндорка заметила, как её друг нервно вздрогнул. Похоже, Снейп увидел то, что хотел, понял, что всему виной учебник Принца-Полукровки. Гарри ушёл, а профессор продолжил сверлить дыру в Грейнджер. — Я надеюсь, что ваш друг вынесет хоть какой-то урок из всего этого. Вам стоит более внимательно следить за ним. Гермиона мысленно выругалась, всё-таки она не нянька ни Гарри, ни Рону. Эти двое, как и любые мальчишки, умеют выделывать всякие финты ушами, и она не может же быть всегда рядом с ними, тем более, что скоро она и вовсе перестанет быть их другом. Но спорить со Снейпом бесполезно, да и себе дороже. — Я постараюсь присматривать за Гарри, профессор. – тихо сказала девушка. – Мне жаль, что так получилось. Надеюсь, мистер Малфой полностью выздоровеет. — Не помню, чтобы вы когда-либо беспокоились об подобном. Вы никогда не были с ним друзьями. — Нельзя лишь из-за этого желать кому-то смерти. Он мог погибнуть, если бы не вы. — Вы же понимаете, что он мог бы не дожить до моего прихода, если бы не ваша помощь? — У меня не получилось ему помочь. – девушка покачала головой. — Вы не знали контрзаклятья. Без него всё равно ничего бы не вышло. Но зато мистер Малфой не умер от большой потери крови. Так что ваши попытки… были приемлемы. Десять балов Гриффиндору. – вдруг сказал профессор, вызвав изумление у девушки. – Но я бы на вашем месте не особо радовался, Поттер потратил своей выходкой куда больше баллов из копилки вашего факультета. Идите, мисс Грейнджер, скоро отбой, и, если Филч поймает вас, Гриффиндор потеряет ещё некоторое количество балов, а они у вас и так не безграничные, да и это всё-таки мужской туалет. А с вашим другом у меня будет ещё отдельный разговор. — До свидания, профессор. – сказала девушка и вышла из туалета. Да уж, ну и денёк…