Хроники Нарнии 3.Я не отдам тебя!!!

********* – Земля! – закричал впередсмотрящий. Люси, которая разговаривала на юте с Ринсом, быстро спустилась по лестнице и поспешила на полубак. По пути к ней присоединился Эдмунд и Эллис, а Каспиан, Дриниан, Питер и Рипичип были уже там. Утро выдалось холодное, небо над темно синим морем, усеянным белыми клочками пены, казалось очень бледным. Впереди, по правому борту, словно зеленый холм среди моря, виднелся ближайший из Одиноких Островов – Фелимат, а позади него возвышались серые склоны Дорна. – Дорн! Фелимат! – воскликнула Люси, хлопая в ладоши от радости. – Ах, Эдмунд, как давно мы их не видели! – Никак не пойму, – сказал Каспиан, – почему они принадлежат Нарнии. Разве король Питер завоевал их? – О, нет! – отвечал Эдмунд. – Так было еще до нас, при Белой Колдунье. – Будем причаливать к берегу, ваше величество? – спросил Дриниан. – Пожалуй, не стоит, – сказал Питер. – В наше время здесь никого не было, да и сейчас нет, судя по виду. Раньше народ жил на Дорне, а кое-кто – на Авре, это третий остров, его пока не видно. А на Фелимате пасли овец. – Значит, обогнем его, – сказал Дриниан, – и высадимся на Дорне. Придется грести. – Как жаль, что мы не побываем на Фелимате, – сказала Люси. – Мне бы хотелось побродить там. На нем так пусто… но хорошо, и трава, и клевер, и тихий, морской воздух… – Я тоже не прочь размять ноги, – согласился Каспиан. Эллис закатила глаза.– Вот что, давайте высадимся на берег и отошлем лодку обратно. Пересечем остров, а корабль подберет нас на той стороне. Ты пойдешь с нами? – спросил Каспиан у Юстэса, который появился на палубе с перевязанной рукой. – Пойду, пойду, только бы подальше от этого проклятого корыта, – сказал Юстэс. – Проклятого корыта? – переспросил Дриниан. – Ты о чем? – Во всех цивилизованных странах, – сказал Юстэс, – корабли такие большие, что и не помнишь, где ты – на суше или на море. – Тогда зачем плавать? – сказал король. – Дриниан, прикажи спустить шлюпку на воду. - Ну а ты? – спросил Каспиан у Кейт - Да, не помешало прогуляться немного. Король, Рипичип, Люси, Эдмунд, Питер, Кейт, Эллис, Люси и Юстэс: все они сели в шлюпку и поплыли к берегу. Когда они высадились, лодка поплыла обратно, а они долго смотрели ей вслед, удивляясь, каким крошечным кажется корабль. ********* Они шли вглубь острова, поднимаясь на довольно крутой, хотя и невысокий холм. На вершине, конечно, они оглянулись: корабль медленно плыл к северо-западу, сверкая на солнце, словно большой жук. Перевалив через гребень холма, они его больше не видели. Зато они увидели остров Дорн, отделенный широким проливом, а за ним, чуть слева – остров Авру. На Дорне нетрудно было рассмотреть белый городок, который назывался Узкой Гаванью. – А это кто такие? – спросил вдруг Эдмунд. В зеленой долине, куда они спускались, сидели шесть или семь вооруженных, грубоватых с виду мужчин. – Не говорите им, кто мы, – предупредил Каспиан. – Почему, ваше величество? – спросил Рипичип, который согласился, чтобы Люси несла его на плече. – Я подумал, – ответил Каспиан, – что здесь давным-давно не слышали о Нарнии. Быть может, они не считают себя нашими подданными. Тогда небезопасно называться королем. -Лучше к ним вообще не приближаться, - сказала Эллис. У неё было плохое предчувствие. – У нас есть шпаги, ваше величество! – воскликнул Рипичип.Он пропустил слова Эллис. – Да, Рипичип, я знаю, – сказал Каспиан. – Но если бы я хотел снова завоевать эти три острова, я бы взял сюда отряд побольше. Тут они приблизились к незнакомцам, один из которых, крупный и черноволосый, крикнул: – Здорово, ребята! – Здравствуйте, – ответил Каспиан. – Есть ли наместник на Одиноких Островах? – Есть, как не быть! – отвечал мужчина. – Губернатор Гумп. Он там, в Узкой Гавани. Выпейте-ка с нами, ребята! Каспиан поблагодарил и согласился, хотя ни ему, ни его спутникам не понравились сидящие под деревом люди. Но едва они подняли чарки, как черноволосый кивнул своим приятелям и в мгновение ока всех путешественников схватили, обезоружили и связали по рукам и ногам – всех, кроме Рипичипа, который отчаянно барахтался и кусался. - Отпустите, вы подонки, - закричала Эллис и стала барахтаться. - Успокойся детка, мы ничего плохого тебе не сделаем, - сказал громила, который её держал. Эллис дергалась и пыталась вырваться, - Прекрати поганая девчонка, или тебе не сдобровать – Блямц, поосторожней с этой тварью! – сказал вожак, смотря на Рипичипа. – Смотри не попорти. За нее много дадут. – Трус и подлец! – вскричал Рипичип. – Отдай мою шпагу и отпусти мои лапы, если посмеешь! – Ничего себе! – присвистнул работорговец (а это был именно работорговец). – Да он говорящий! Вот это да!.. Будь я проклят, если за него не отвалят сотни две! – Так вот ты кто! – сказала Эллис . – Вор и работорговец! Есть чем гордиться! – Ну-ну-ну, – сказал работорговец. – Придержи-ка язык. Вы по-хорошему, – и мы по-хорошему, ясно? Такая у меня работа. Зарабатываю, как умею, а ты не суйся не в свое дело. – Куда вы нас поведете? – с трудом выговорила Люси. – В Узкую Гавань, – ответил работорговец. – Завтра там как раз базарный день. – Есть там английский консул? – спросил Юстэс. – Это чего? – удивился мужчина. Юстэс долго пытался объяснить, и еще не устал, когда работорговец прервал его: – Ладно, хватит болтать! Говорящая мышь – хорошая штука, но этот кого угодно уморит… Пошли, ребята. Всех пленных накрепко, но не больно привязали к длинной веревке и повели к берегу. Эллис не прекращала браниться. - Отпусти меня, ты поддонок, ублюдок. Убери свои грязные лапы, работорговец. Ты несносный придурок. - Слушай, может надеть на неё намордник? – спросил один у вожака - Только попробуй, я тебе все твое достоинство поотрываю. Вырву твои никчемные ноги, вставлю туда спички и скажу что так и было, ты неблагодарный кретин, - она плюнула ему в лицо, когда тот подошел к ней. - Ах ты…. - Только попробуй её тронуть, - сказал Питер, загораживая Эллис собой. - Ты посмотри. Эй, а может, девку в конце продадим, сначала немного поиграем, потом…- он не успел договорить. Эллис, которая уже была впереди Питера дала ему в пах ногой. - Забей на неё, чем скорее от них избавимся, тем лучше. Выйдя к берегу, напротив острова Дорн, путники увидели деревушку, длинную лодку у воды, а чуть подальше – старый и грязный корабль. – Так вот, ребятки, – сказал работорговец. – Поменьше шума, а то пожалеете. На борт, шагом марш! Однако в эту минуту из какого-то домика (должно быть – таверны) вышел приятный с виду человек и сказал: – Что ж это, Мопс? Опять торгуешь? Работорговец, которого и звали Мопсом, низко поклонился и подобострастно ответил: – Да, ваша светлость. – Сколько ты хочешь за этого мальчика? – спросил человек, указывая на Каспиана. – Ах, – вздохнул Мопс, – уж вы, ваша светлость, всегда высмотрите самое лучшее. Вас на мякине не проведешь. Как раз этот мальчишка мне самому понравился. Полюбил его, знаете… Сердце у меня мягкое, прямо хоть дело бросай! Однако для такого покупателя… – Назови свою цену, плут, – перебил его человек. – Я не хочу слушать про твое грязное дело. – Три сотенки, ваша светлость, три сотенки, да и то, только для вас… – Сто пятьдесят. – Ой, пожалуйста! – взмолилась Люси. – Пожалуйста, не разделяйте нас! Если бы вы только знали… – Но она тут же умолкла, увидев, что Каспиан даже сейчас не хочет открыть, кто он. – Сто пятьдесят, – повторил человек. – Понимаешь, девочка, как ни жаль, я не могу купить вас всех. Отвяжи мальчика, Мопс. И смотри, не обижай других! – Ну, что вы, ваша светлость! – воскликнул Мопс. – Кто-кто, а я свой товар не обижаю! Они мне как детки, честное слово!.. – Вполне возможно, – сурово сказал вельможа. Наступила ужасная минута. Каспиана отвязали, новый хозяин сказал ему: «Иди за мной!», Люси ударилась в слезы, Эдмунд побледнел. Эллис смотрела вслед Каспиану. Но Каспиан обернулся к ним и сказал: «Веселей, друзья! Все будет хорошо. До встречи!» – Барышня, – сказал Мопс, – не ревите, а то завтра за вас мало дадут. Чего плакать-то, а? Нечего. - Вы гнусные, жалкие людишки,- сказала Эллис, она была в бешенстве, и не могла видеть как плачет Люси, - отпустите нас немедленно, разве вы не знаете кто…- но она запнулась, Питер посмотрел на неё предостерегающим взглядом. - Успокойся детка, скоро твой черед настанет, - сказал Мопс, подойдя ближе и взяв её за подбородок. - Ты бы сначала зубы почистил, гнусный, подлый мерзавец, - и она снова плюнула ему в лицо. - Ты маленькая дрянь, - сказал Мопс и ударил Эллис. Питер хотел вмешаться, но другой работорговец перегородил ему дорогу, - тебя будет трудно продать, чем я думал. - Скотина, - прошептала Эллис сквозь выступавшие от боли слезы, но она их быстро стряхнула. Их перевезли в лодке на корабль и посадили в темный и грязный трюм, где уже сидели другие невольники. Мопс, как нетрудно понять, был пиратом, плавал между островами и хватал всех, кого только удавалось. Дети не встретили здесь ни одного знакомого: почти все невольники были с Гальмы или из Теревинфии. Сидя на соломе, они гадали, что с Каспианом, а Юстэс ругал их, словно виноваты все, кроме него. А с Каспианом было вот что. Он прошел со своим хозяином по узкому проулку на большую лужайку за деревней. Здесь вельможа обернулся и посмотрел на него. – Не бойся меня, мальчик, – сказал он. – Я тебя не обижу. Я купил тебя потому, что ты похож на одного человека. – На кого же, милорд? – На моего властелина, короля Нарнии. И тогда Каспиан решил рискнуть. – Милорд, – сказал он, – я ваш властелин, Каспиан, король Нарнии. – Однако, ты смел! – сказал мужчина. – Чем ты это докажешь? – Во-первых, вы сами меня узнали, – ответил Каспиан. – Во-вторых, я скажу вам, кто вы. Вы – один из семи лордов, которых мой дядя Мираз сослал за море и которых я ищу. Их звали Аргоз, Берн, Октезиан, Рестимар, Мавроморн… и … нет, не помню. А в-третьих, если вы дадите мне шпагу, я докажу на деле, что я Каспиан, король Нарнии, правитель Кэр-Паравела, властелин Одиноких Островов. – О, Боже! – воскликнул лорд. – Это голос его отца! Мой повелитель! Ваше величество! – и он опустился на одно колено, чтобы поцеловать руку своему королю. – Милорд, – сказал Каспиан, – нам надо потолковать о том, что творится здесь, на Островах. Но не расскажете ли вы для начала свою собственную историю? – Она проста, ваше величество, – сказал Берн. – Доплыв досюда с другими вельможами, я полюбил здешнюю девушку и понял, что дальше мне плыть не надо. Вернуться в Нарнию, где правил ваш дядя, я не мог. Я женился и с тех пор живу здесь. – А что за человек этот губернатор? Считает ли он себя нашим подданным? – На словах считает. Он вечно поминает короля и к месту и не к месту. Но вряд ли обрадуется, когда увидит здесь живого, настоящего. Если вы, ваше величество, предстанете перед ним беззащитным и безоружным, он сделает вид, что не верит вам. Ваша жизнь может оказаться в опасности. Много ли с вами людей? – Мой корабль, – сказал Каспиан, – сейчас огибает остров, и на нем тридцать вооруженных воинов. Не напасть ли нам на Мопса и не освободить ли моих друзей? – Я бы не советовал, – ответил Берн. – Если начнется сражение, из Узкой Гавани на помощь Мопсу придут два или три корабля. Мне кажется, ваше величество, губернатора надо припугнуть намеком на большое войско и самим именем короля. Тогда до битвы дело не дойдет. Гумп – изрядный трус, его напугать легко. Поговорив еще немного, Каспиан и Берн спустились к берегу чуть западнее деревушки. Там Каспиан достал свой рог и затрубил. (Это не был большой волшебный Рог королевы Сьюзен – его Каспиан оставил лорду-регенту Траму). Дриниан, стоявший на вахте, ждал сигнала, тотчас узнал звук, и корабль подошел к берегу – от него отчалила шлюпка. Через несколько минут Каспиан и лорд Берн были на борту и объяснили Дриниану положение дел. Дриниан тоже предложил напасть на корабль с невольниками, но лорд Берн, как и прежде, ему возразил. – Плывите прямо, капитан, – сказал он. – На Авре мои владения. Только поднимите королевский флаг, подвесьте к бортам все щиты и велите кому только можно выйти на палубу. И вот еще что: подайте с левого борта несколько сигналов. – Кому? – удивленно спросил Дриниан. – Как кому? Остальным кораблям, конечно! Их нет, но Гумп должен подумать, что они есть. – Понятно, – сказал Дриниан, потирая руки. – Что же нам передать? «Приказываю обогнуть южную оконечность Авры и бросить якорь у… – …земель Берна», – закончил вельможа. – Превосходно! Будь у вас настоящий флот, его бы все равно не увидели из Узкой Гавани. Хотя Каспиан то и дело с грустью вспоминал о друзьях, томящихся в трюме, остаток дня прошел для него приятно. Он думал, что сейчас делает Эллис. И быстро отбросил эту мысль. Она наверное всех на уши подняла, и даже его помощь к их спасению не требуется. Повезло же все таки Питеру. Вечером (они все время шли на веслах) корабль обогнул с северо-востока остров Дорн, прошел вдоль восточного берега Авры и вошел в красивый залив у южного берега, где к самой воде спускались плодородные земли лорда Берна. На них трудились крестьяне, все – свободные; в поместье цари¬ли веселье и мир. Корабль бросил якорь, и наших героев с превеликими почестями приняли в невысоком доме с колон¬нами, выходящем окнами на залив. Хозяин, его величавая жена и веселые дочери развлекали гостей, а с наступлением темноты лорд Берн послал на соседний остров своего чело¬века и дал ему поручение, но никому об этом не сказал. *************** Когда они подошли к гавани, Каспиан увидел на пристани толпу народа, встречавшую их. «Вот зачем я посылал ночью гонца) – сказал Берн. – Все, кто собрался здесь, – честные люди и друзья мне». И едва Каспиан сошел на берег, как раздалось многоголосое «ура» и крики: «Нарния! Нарния!», «Да здравствует король!». В ту же минуту (об этом позаботился гонец) по всему городу зазвонили колокола. Каспиан приказал вынести вперед королевское знамя и тру¬бить в горн. Все мужчины обнажили мечи и торжественно двинулись по улицам, да так, что стекла задрожали, а доспехи (утро было солнечное) сверкали, и никто не мог на них глядеть. Сначала отряд приветствовали только те, кого предупредил посланец Берна – другие просто не знали, что происходит. Но вскоре к ним присоединились городские мальчишки, которые очень любят шествия и очень редко их видят. Потом на улицы высыпали мальчишки постарше, которые тоже любят шествия и прекрасно понимают, что шум и беспорядок – прекрасный повод не идти в школу. Старушки тоже повысовывали носы из дверей из окон – шутка ли, сам король, это тебе не губернатор! И молодые женщины не отставали, ибо Каспиан, Дриниан, да и все остальные были хороши собой. А потом подошли мужчины, чтобы взглянуть, на кого же смотрят женщины. Словом, когда Каспиан с отрядом подходил к воротам замка, почти весь город, громко крича, шел за ним, – и губернатор, сидевший над грудой отчетов, циркуляров и указов, услышал эти крики. Они подошли к воротам. Прозвенел рог и в воротах отворилась небольшая дверца, из нее вышел взъерошенный и заспанный стражник в грязной старой шляпе вместо шлема и с заржавленной пикой в руке. Он заморгал, глядя на сверкающие мечи и прошамкал: – Жакрыто, жакрыто! Прием ш девяти до дешяти каждую вторую шубботу! – Шляпу долой перед королем! – прогремел лорд Берн и хлопнул стражника по плечу рукой в боевой рукавице так, что шляпа слетела сама. – А? Што шлучилссь? – начал было стражник, но никто не обратил на него внимания. Двое солдат Каспиана вбежали в дверцу и, повозившись с засовами и задвижками, которые очень заржавели, настежь распахнули ворота. Войдя в них с отрядом, Каспиан оказался во внутреннем дворике. Несколько стражников слонялись тут без дела, а другие, дожевывая что-то на бегу, выскакивали в беспорядке кто откуда. Оружие их и доспехи тоже заржавели, однако сами они все же могли бы сражаться, если бы кто-нибудь приказал или они бы знали, в чем дело. Но Каспиан не дал им опомниться. – Кто ваш начальник? – громко спросил он. – Вроде бы я, – ответил томный, щеголеватый, довольно молодой человек без доспехов. – Мы, король Нарнии, – сказал король, – хотим, чтобы наше посещение вселяло не страх, а радость. Лишь поэтому мы ничего не говорим тебе об оружии и доспехах твоих солдат. Мы прощаем тебя. Вели своим солдатам открыть бочонок вина и выпить за наше здоровье, но помни, что поутру мы увидим здесь, в замке, настоящих воинов, а не оборванных бродяг. Позаботься об этом, иначе мы разгневаемся. Начальник разинул рот от удивления, но Берн тут же крикнул: – Да здравствует король! – и солдаты, сообразившие толь¬ко, что им дадут вина, громко подхватили этот клич. Потом Каспиан приказал своим людям оставаться во дворе, а сам с Берном, Дринианом и четырьмя солдатами вошел в зал. За столом, в дальнем конце зала, окруженный секретаря¬ми, сидел губернатор Гумп. Вид у него был сердитый, волосы – некогда рыжие – почти совсем поседели. Он поглядел на вошедших и тут же снова уткнулся в бумаги, машинально проговорив: – С девяти до десяти утра каждую вторую субботу. Каспиан кивнул Берну и отошел в сторону. Берн и Дриниан подошли к столу, подхватили его с двух сторон, подняли и отшвырнули в угол. Стол опрокинулся и настоящий водопад бумаг, писем, папок, чернильниц, ручек и печатей обрушился с него на пол. Потом – не грубо, но крепко, словно железными клещами, – они схватили самого Гумпа и поставили его футах в четырех от кресла, а в кресло тут же сел Каспиан, положив себе на колени обнаженную шпагу. – Милорд, – сказал он, пристально глядя на Гумпа. – Вы встретили нас не совсем так, как мы ожидали. Мы – король Нарнии. – Мне об этом не писали, – сказал губернатор. – В протоколах тоже ничего нет. Никто ничего не говорил. Что ж это такое? Готов рассмотреть любые… – Мы решили проверить, как вы, милорд, справляетесь со своими обязанностями, – продолжал Каспиан. – Особенно нас беспокоят две вещи. Во-первых, сто пятьдесят лет мы не получаем от вас дани… – Этот вопрос мы поставим в Совете в следующем месяце, – сказал Гумп. – Если предложение будет принято, мы создадим специальную комиссию, которая подготовит доклад о финансовом положении к первому заседанию будущего года… – В нашем законе, – перебил Каспиан, – написано ясно: если дани не платят, весь накопившийся долг обязан выплатить сам губернатор. Гумп явно оживился. – Об этом не может быть и речи! – воскликнул он.-Это экономически невозможно… э-э-э… Ваше величество, по-видимому, изволит шутить. Говоря так, он думал и гадал, как бы избавиться от не¬прошенных гостей. Знай он, что у Каспиана всего-навсего одна корабельная команда, он бы, конечно, наобещал чего-нибудь, надеясь ночью окружить гостей и расправиться с ними. Но он своими глазами видел, как корабль, идущий по проливу, подавал сигналы кому-то еще. Он не знал, что корабль этот – королевский: был штиль, и королевский флаг с золотым львом не развевался по ветру. Словом, он вообразил, что Каспиан привел целый флот. Ему и в голову не приходило, что можно войти в Узкую Гавань с тремя десятками солдат – сам бы он в жизни такого не сделал. – И второе, – продолжал Каспиан. – Я хочу знать, почему, вопреки древним обычаям и законам наших владений, вы допускаете позорную торговлю рабами. – Как же иначе?! – сказал губернатор. – Это важнейшая отрасль экономики! Наше нынешнее процветание целиком зависит от нее. – Зачем вам рабы? – Для экспорта, ваше величество. Мы продаем их главным образом в Тархистан, но есть и другие рынки сбыта. Одинокие Острова – крупнейший центр этого промысла. – Другими словами, – сказал Каспиан, – вам самим она не нужна. Тогда объясните мне, какую выгоду получаете вы от этой торговли, если все деньги загребают такие, как Мопс? – Вы молоды, ваше величество, – сказал Гумп, пытаясь изобразить нежную отеческую улыбку, – и вам еще не понять всей сложности наших экономических проблем. Но у меня есть статистика, графики… – Молод я или не молод, – сказал Каспиан, – я, в отличие от вас, знаю работорговлю изнутри. Я не вижу, чтобы она давала Островам мясо или хлеб, пиво или вино, лес или бумагу, книги или коней, лютни или мечи, вообще что-нибудь ценное. Но если бы и давала, ее необходимо запретить. – Нельзя повернуть историю вспять, – сказал губернатор. – Вы понимаете, что такое прогресс? – Мы в Нарнии называем это подлостью, – сказал Каспиан. – Словом, работорговлю я приказываю запретить. – Я не могу взять на себя такую ответственность, – сказал Гумп. – Ну, что же, – сказал Каспиан, – другой возьмет. Лорд Берн, подойдите сюда. – И не успел губернатор понять, что происходит, как Берн опустился на одно колено и, вложив свои руки в руки короля, поклялся править Одинокими Островами в согласии с древним законом, обычаем и правом Нарнии. «Хватит с нас губернаторов», – сказал король, и Берн, правитель Островов, стал герцогом. – Что же до вас, – обратился король к Гумпу, – я прощаю вам долг, если вы и ваши люди сегодня же покинете замок, в котором отныне поселится герцог. – Нет, вы посудите сами, – вмешался один из секретарей, – чем разыгрывать тут красивые сцены, не поговорить ли по-деловому? Вопрос в том… – Вопрос в том, – перебил его герцог, – что вы предпочитаете: убраться из замка со всем своим сбродом или ждать, пока мы вас прогоним? Когда, наконец, все было улажено, Каспиан приказал подать коней, и вместе с Берном, Дринианом и несколькими солдатами поехал в город на невольничий рынок. Это был длинный приземистый сарай возле самой пристани, и происходило там то же самое, что на аукционе – на помосте стоял Мопс и хрипло кричал: – Господа! Следующий номер – двадцать три! Крестьянин из Теревинфии. Может работать в поле, а также на рудниках и на галерах. Всего двадцать пять лет! Ни одного больного зуба! Силен, как лошадь! Блямц, сними с него рубашку, пусть сами посмотрят. Какие мускулы, а? Железо! А грудь-то, грудь! Начинаем торг. Десять полумесяцев от покупателя в левом углу. Вы, наверное, шутите! Пятнадцать? Восемнадцать полумесяцев за двадцать третий номер. Кто больше? Двадцать! Благодарю вас. Двадцать полумесяцев… Тут Мопс замолчал и широко раскрыл рот, увидев, что на помост поднимаются солдаты в кольчугах. – На колени перед королем! – воскликнул герцог. За стеной, звеня подковами, ржали кони. Многие уже слышали о событиях в замке, и почти все повиновались приказу, а тех, кто не послушался, подтолкнули соседи. Кто-то даже крикнул: «Да здравствует король!» – Мопс, – сказал Каспиан, – вчера ты оскорбил короля, и по закону ты обречен, но я прощаю тебя, ибо ты не ведал, что творишь. Четверть часа тому назад торговля рабами запрещена во всех владениях Нарнии. Все рабы на этом рынке свободны. Он поднял руку, сдерживая радостные крики, и спросил: – Где мои друзья? – Эта девочка лет поменьше, и два молодых парней приятной наружности? – с заискивающей улыбкой спросил Мопс. - Да, - сказал Каспиан - Их уже продали. – Мы здесь, Каспиан, мы здесь! – закричали Люси и Эдмунд, а Рипичип пропищал из другого угла: «И я тут, ваше величество!» – Оказывается, их хозяева остались на аукционе, чтобы еще поторговаться. Питер и Кейт тоже там стояли. Не было только Юстэса и Эллис. Толпа расступилась, давая им дорогу, и они радостно встретились с молодым королем. Тут же подошли два южных купца. К югу от Нарнии и Орландии живет умный, богатый, обходительный, жестокий и древний народ. У них темные лица и длинные бороды, а носят они шелковые одежды и яркие оранжевые тюрбаны. Купцы учтиво поклонились королю, осыпая его цветистыми фразами – о родниках благоденствия, например, которым надлежит оросить сады добродетели и мудрости, – но хотели они, конечно, получить назад деньги. – Вы совершенно правы, господа, – согласился Каспиан. – Всякий, кто приобрел сегодня раба, получит свои деньги обратно. Мопс, отдай все до последнего гроша. – Ваше величество, – заскулил Мопс, – вы хотите меня разорить! – Всю жизнь ты наживался на чужих слезах, – сказал Каспиан. – А что до разорения, лучше быть нищим, чем рабом. Но где же еще один из моих друзей? – Ой! – вскричал Мопс. – Заберите его поскорее! Рад от него избавиться. Я сбавил цену до пяти полумесяцев, и все равно его никто не купил. На него даже смотреть не хотят. Блямц, приведи сюда Зануду. Когда Юстэса привели, он действительно выглядел невесело. Неприятно, когда тебя продают, но еще неприятней, когда тебя никто не покупает. Юстэс подошел к Каспиану и сказал: – Та-ак… Развлекаешься, конечно, когда другие томятся в неволе. А про консула ничего не разузнал. Да чего от тебя ждать!.. Люси подбежала к Каспиану. - Каспиан, Эллис…? - А где ещё одна девушка? – спросил Каспиан поворачиваясь к Мопсу - Аааа, эта дрянная девчонка, сейчас её выставят. - Ты мерзкий гнусный, - сказал Питер, но Каспиан остановил его - Надо ждать Питер, ждать. - Вот кстати и товар…. - Следующий номер.. двадцать восемь, - Эллис выставили вперед - Убери от меня лапы, поддонок - Смотрите какая девушка, просто прелесть, красотка, ублажает любого мужчину. Смотрите какая фигура, лицо.. Может работать целый день, для всего подойдет. Умеет убирать, готовить… - Ври дальше, ври дальше.. – сказала Эллис и рассмеялась - Начальная цена десять полумесяцев. Кто даст больше. Так… мужчина в левом углу пятнадцать полумесяцев.. - Двадцать, - выкрикнул Каспиан Эллис услышала знакомый голос, она увидела Каспиана. - Двадцать пять, - сказал мужчина, который стоял неподалеку от короля. - Лучше не торгуй с королем, все равно проиграешь, - сказал Каспиан - Это всего лишь товар, возьмите себе другую..А я хочу эту - Сорок, - сказал Каспиан - Сорок пять… -Так-с сорок пять мужчина неподалеку от короля.. - Шестьдесят - Шестьдесят пять - Восемьдесят, - крикнул Каспиан - Девяносто, - мужчина видно был упорный - Двести - Двести раз, двести два, - мужчина видимо был в замешательстве. Каспиан поднял одну бровь - Я же говорил. - Продано королю.. Иди детка к своему хозяину. - С удовольствием, - с ехидной улыбкой сказала Эллис, и стала спускаться вниз. - Эллис… - крикнула Люси и подбежала к ней, та её обняла Эллис подошла к Каспиану, посмотрела ему в глаза и резко повернувшись дала в челюсть мужчине, который хотел её купить - Ты грязная, мелкая свинья. Ты хоть знаешь кого хотел купить? Я королева Элиндор, ты гнусный червяк… Тот мужчина видно был в шоке. - В следующий раз, не связывайся с этой девушкой, вот тебе мой совет. – сказал Каспиан - Пошли отсюда, - Эллис была в бешенстве. «Все в наших отношениях меняется, что же такого случилось, может я сделала что-то не то? Может я оплошала?» думала Эллис когда они шли..