Близкие люди.

Прошло несколько дней. Грозовыми ливнями отшумели бурные объяснения с маман, наполненные истериками, взаимными обвинениями, и закончившиеся объятьями со слезами примирения. Жизнь в доме Мироновых погрузилась в состояние относительного равновесия. Было решено, что примерно через месяц Анна переберется в Петербург, где ей снимут недорогую квартиру. Выдаст она себя за молодую вдову, против чего Анна поначалу воспротивилась, но других вариантов не было. Она начинала потихоньку успокаиваться. Нет, она не прекращала поисков Якова, но постепенно поняла, что в Затонске его, скорее всего, нет, иначе как объяснить его молчание? Анна не могла вообразить, что после всего, что между ними произошло, он повел бы себя подобным образом, она его уже достаточно хорошо знала. Все эти переживания: ревность, сомнения отошли на задний план. Она была поглощена новым своим положением, какие-то новые чувства, о существовании которых в себе она раньше не могла и помыслить, просыпались в ней. Материнский инстинкт, нежность, ответственность, да, именно ответственность за новую жизнь, которая зрела в ней, все это отвлекало ее от грустных мыслей о Якове, который снился ей каждую ночь, но уже как-то светло и без прежнего надрыва. Со времени тех бурных событий она ни разу не заходила в полицейское управление. Было просто незачем. И было больно, больно не встречать ласковый, чуть ироничный взгляд своего полицейского, больно видеть сочувствие во взглядах сотрудников отделения, которые, как ей казалось без всякого на то основания, обо всем догадывались. И все же она была несказанно обрадована, когда прогуливаясь по парку после завтрака, увидела в конце аллеи спешащего к ней Антона Андреевича. -Доброе утро, Анна Викторовна! – произнес Антон, чуть приподнимая в знак приветствия котелок, который он стал носить, подражая своему шефу,- что-то давно не видно вас в управлении. Господин полицмейстер уже интересовался вами. Мы привыкли в вашей неоценимой помощи. -Спасибо, Антон Андреевич, вы, право, льстите мне, переоценивая мои скромные возможности. А не заходила, потому что была не здорова. -А правда ли, Анна Викторовна, - тут Антон смущенно кашлянул, - что вы собираетесь покинуть нас и перебраться в Санкт-Петербург? Ходят такие слухи. Нет, я, конечно, понимаю, что такой девушке, как вы, не место в нашей глуши, но это, поверьте, очень грустно. -Да, это правда. Примерно через месяц. Наступило тягостное молчание. Казалось, Антон хочет что-то сказать и не может решиться. Наконец он вымолвил: - Простите меня, Анна Викторовна, может быть сейчас не время и не место, но скорее всего у меня уже не будет другой возможности объясниться с вами. Анна Викторовна, вы для меня…. Вы… Я люблю вас, Анна Викторовна. Я не надеюсь на взаимность, но и это я должен сказать. Я прошу вас, будьте моей женой. Анна всплеснула руками. Честно говоря, она подозревала, что нравится Антону, но не думала, что все так серьезно. -Благодарю вас за оказанную честь, но я не могу выйти за вас замуж, давайте останемся просто друзьями. -Анна Викторовна, - продолжал Антон,- простите, если я оскорбил вас своим глупым признанием. Я, конечно, понимаю, вы и я… Я недостоин вас, но поверьте, чувства мои искренни. Глаза Анны наполнились слезами. -Антон, милый Антон, не говорите так! Вы чудесный, вы не раз спасали мне жизнь, вы настоящий друг! И я не могу с вами лукавить, я скажу все, как есть. Я не могу быть вашей женой, потому что люблю другого и жду от него ребенка. - И этот другой – Яков Платонович? -Да. -Я должен был об этом догадаться, когда увидел вас тогда в коридоре гостиницы. Но Анна Викторовна, выходит, вы сейчас находитесь в сложном и бедственном положении. Может быть, вам нужна моя помощь? Я готов помогать вам и заботиться о вас. Чтобы не было пересудов, я предлагаю вам фиктивный брак, ребенка вашего я буду любить, как своего, и никогда не заикнусь о супружеских правах. -Добрый, великодушный Антон Андреевич! Спасибо вам за все! Но и это ваше предложение я не могу принять. Мое согласие вы сами потом расценили бы как предательство. Я верю, что Яков жив, и я должна быть свободной для него. Потому что знаю, что нужна ему, так же, как он нужен мне. -Как же я завидую ему! Если б меня когда-то кто-то так любил! -Все еще будет! Вы еще встретите свое счастье, я уверена, потому что вы этого достойны! И не поминайте меня лихом, как только приеду в Петербург, я напишу вам и сообщу свой адрес. Ведь если Яков объявится в Затонске, первый, кто его увидит, будете вы. -Не сомневайтесь, Анна Викторовна, я сразу же передам ему ваш адрес. -Прощайте, мой дорогой друг, - и Анна запечатлела на его щеке нежный дружеский поцелуй. «Я не одна,- думала Анна, глядя ему вслед,- какое счастье, что рядом со мной есть такие надежные и преданные люди.» И снова, и снова она повторяла про себя молитву за человека, дороже которого у нее не было никого. « Отче наш! Прости и сохрани душу грешную раба твоего Якова - мужа моего. Прости ему согрешения вольные и невольные. Храни его и оберегай на пути истинном и даруй ему здоровья и благополучия. Убереги его от смерти случайной без покаяния. Избавь его от искушения лукавого. Во имя Отца и Сына и Святого духа. Аминь.»