Таблетки для горла

*** Его губы медленно приближаются к моим губам. От волнения я раскрываю рот, и его язык проникает внутрь. Время останавливается, вместо него с ускоренной частотой пульсирует моё сердце, трепетно отзываясь на влажные нетерпеливые ласки. Ещё немного глубже, и я чувствую себя невесомым… Открываю глаза. Который час? Мобильник на прикроватном столике показывает два часа ночи. Рядом со мной лежит моя девушка, а я, вместо того, чтобы спокойно спать, тесно к ней прижавшись, фантазирую о том, как Брайан Молко целует меня в губы. Когда, прощаясь, я попросил его поцеловать меня ещё раз, он приблизился, положил руки мне на плечи и медленно коснулся своими раскрытыми губами моей щеки. «До встречи» — прошептал он и удалился. А теперь мне не спится, и я раздумываю о своих истинных желаниях. Неужели мне и правда просто стыдно себе признаться, что я его хочу? Или это у него игра такая — соблазнить меня, а потом вывернуть всё так, что я сам напросился? Я запутался. И я зол. Я вышел на балкон, чтобы выпустить пар и освежиться, в тайне надеясь, что прохладный ветер развеет мои дурацкие мысли… или напомнит мне запах Брайана. Никогда ещё со мной такого не было. Обычно я твёрдо знаю, чего хочу, а тут — как волной накрыло. Я сам не понимаю, что мне нужно от этого общения. Знаю только одно — я хочу снова его увидеть. Трепет неопределённости развития наших отношений только подогревает мой интерес. Что он там говорил про страхи и желания? Ночное небо рисует мир в чёрно-белом свете. Я как будто в старом кино. Если бы я мог как ночной призрак взмахнуть крыльями, я бы полетел к Брайану. Залез бы в его номер через открытое окно, дерзко поправил бы свою растрепавшуюся причёску и с ослепительной улыбкой произнёс: «А вот и я». — Мэтт, где ты там? — слышу сонный голос из комнаты. Возвращаюсь в реальность. Ложусь в постель. Уклоняюсь от поцелуев. Ворочаюсь. Не могу заснуть. Отключаюсь. *** Утром от нашего менеджера я узнал, что в три часа дня у нас самолёт. Билеты поменяли вчера, потому что, по случаю победы MUSE сразу в двух номинациях Европейской музыкальной премии, один известный журнал захотел взять у нас в Лондоне интервью, в связи с чем пришлось вернуться раньше, чем предполагалось. Джентльменское чутьё подсказывало мне, что после нашей с Брайаном вчерашней прогулки, было бы крайне невежливо просто испариться как воздух, поэтому перед самолётом я заехал в отель, где остановился мой новый приятель, и оставил для него на ресепшене записку, наспех вложенную в рекламный конверт с красочными картинками СПА-услуг из моего отеля. Что поделать, приватность превыше всего. В записке было написано: Брайан, мне пришлось срочно вылететь в Лондон. Спасибо за прекрасный вечер. Позвони мне, когда будешь в городе. Мэттью В постскриптуме я, на всякий случай, снова указал мой номер телефона, который дал Брайану ещё во время нашей встречи в его гримёрной. Если бы в тот раз я не стушевался и попросил ответные контакты, сегодня мне бы не пришлось неловко переминаться с ноги на ногу, в попытке донести свою британскую просьбу большеглазому итальянскому ресепшионисту, который, слушая меня, то и дело хлопал ресницами — может, от того, что внимательно запоминал мою речь, а, может, оттого, что с трудом меня понимал. Так или иначе, передав письмо, я спешно направился в аэропорт, где меня уже ждали ребята из группы и моя девушка, которой я сказал, что перед вылетом встречаюсь с журналистом одного местного издания. Произнести правду у меня не хватило духа. Она бы неправильно меня поняла. Да и как можно понять «правильно»? Ты знаешь, дорогая, я тут с парнем познакомился, мы с ним гуляли весь вечер, поэтому я поздно вчера вернулся. И теперь я спешу к нему, чтобы попросить встретиться ещё раз — уж очень он меня зацепил, негодник такой. Ну, ты только не переживай, это просто дружеский интерес, у меня же всё нормально с ориентацией… А как это, нормально?