c o r t e x__c e r e b r i

*** Семейство Пайнс завтракает в общей столовой Гравити Фолз. Вокруг снуют студентки в белых халатах, за столами у окна шумит с десяток санитаров и лаборантов. Стэн отошел только что. Ему нужно ответить на важный звонок. До этого нейрофизиолог был занят вычислениями на ноутбуке. Рядом с компьютером стоит тарелка с остывшей яичницей-глазуньей. Желток уже побледнел, покрылся мутной пленкой. Диппер заворожено смотрит, как на мониторе снова и снова визуализируется реакция ингибитора L-допы на дофаминный рецептор. Дядя Форд отмечает в своем журнале наблюдений (толстенной книженции. И кажется, уже второй по счету) что Сайферу решено вернуть его лекарства. - Период терапии психоанализом закончен. Пайнс-младший интересуется, что за периоды и сколько их вообще. - Мы выясняли, какие из химических процессов в мозгу пациента были недостаточны или избыточны. Следующая ступень – изучение кровеносной и желудочковых систем. Объяснения более или менее ясны. У Диппера были выходные, он не видел Билла уже два с половиной дня. - Как он? - Отказывается двигаться. Апатия, депрессия, общий упадок сил. Пайнс-младший хрустит кукурузными оладушками. Спрашивает, какие еще штуки из психиатрии будут испытаны на Сайфере. - Теплые, мать их, ванны, – отвечает Форд, - Водолечение, как один из физиологических методов воздействия, довольно эффективен, - поясняет он. *** В больнице Святого Маркуса множество потайных закутков. От операционной, в которой раньше проводили лоботомию и шокотерапию, до обширного зала с высокими окнами и тремя каменными бассейнами. Теперь, вместо своей палаты, Сайфер проводит свое время там, лежа на простыне, натянутой в большой ванной. Возле него дежурят врачи. Дипперу выпадает сидеть с пациентом сразу после завтрака. Он идет по узкому коридору. В Восточном крыле клиники все коридоры узкие и темные. Там едва-едва могут разойтись плечами двое. На входе в купальни Пайнс сталкивается с медсестрой. Она пихает перед собой железную тележку с пустыми пластиковыми стаканчиками. Женщина развозит медикаменты, назначенные пациентам. Два агента ФБР (а там, где Сайфер, этих ребят всегда полно) свистят ей вслед. - И эти люди следят за тем, чтобы пациент не удрал. Серьезная защита, что уж,– думается Пайнсу. Диппер поприветствовал Робби. Он неплохой парень, практикующий врач, который сидел с Биллом в ночную смену. Молодые люди обмениваются рукопожатиями и Робби уходит. - Удачи, мистер Пайнс. - Спасибо. Билл погружен по подбородок в темную воду. Он спит. Бледное лицо неподвижно, видны все мелкие морщинки, которые теперь расправились. И черт. Сайфер не скован. Диппер садится на кресло, стараясь не шуметь. Отмечается в журнале, лежащем на столе. Достает из кармана телефон и лезет в фейсбук. - Деревце? Билл открыл один глаз. Пристально смотрит на молодого человека. - Как вы себя чувствуете? - спрашивает наконец Пайнс. - Спокойно. Иногда не верится, что Сайфер ненормален. Опасная иллюзия адекватности, мысли о которой Дипп гонит прочь. Наступает молчание. Сайфер ерзает, поворачивается на бок. Вода стекает по его угловатым бледным плечам. Пайнсу так спокойнее – когда он не видит лица Билла. В тишине Диппер читает «Мир глазами Гарпа». Его отвлекает тихий полувздох-полухрип и плеск. Сайфер полностью под водой, она взбаламучена, по глади расходятся пузыри. Мужчина дергается, пытаясь поднять голову над поверхностью. Видимо, угол простыни отстегнулся. - Черт! Диппер падает на колени перед бадьей. Тянет Билла за плечи к себе. Тот беспомощно цепляется руками за халат Пайнса, открывает рот, стараясь вздохнуть. Он слаб. Очень слаб, – думает Дипп. Он перехватывает мужчину подмышки, чтобы вытащить из ванной. Ошибка, Диппер. Ай-ай-ай. Бессильные руки Сайфера наливаются силой. Он обхватывает Пайнса за шею, тянет к себе и жадно целует в губы. От тошнотворного ощущения чужого языка во рту у Пайнса в горле становится щекотно. Вот-вот вырвет. Так же резко Билл отпускает свою жертву. Его костлявая рука остается на шее молодого человека. Ровно под кадыком. - А теперь глотай, сахарок. Диппер чувствует, во рту горьковатый привкус полурастворившейся таблетки. Блять. Блять. Блять. - Глотай, мразь. И Пайнс-младший делает, что говорят. По глазам бьет солнечный свет. Какого черта тут такие огромные окна. Весь мир вокруг – каменные бадьи, рассохшийся паркет, который вдавливается в колени, промокшая одежда – все злит. Нейролептики имеют успокоительное действие. Они помогают в лечении шизофрении и галюцинаций, и апатии, и всего-всего. Только важно, чтобы доза была достаточно большой. Иначе вы рискуете схлопотать атипичный эффект от медикаментов. А именно – мышечное возбуждение, гиперсексуальность, агрессия. У Сайфера намокли волосы. Склизкими прядями они облепляют череп и плечи мужчины. Тот улыбается и тянет Пайнса к себе, в темную воду. - Иди к нам, сладкий. *** Пайнс лежит на Билле. Тот гладит его по спине, по плечам. Медленно и мягко. Обнимает его. Раздвигает ноги и тянет Диппера на себя, прижимается промежностью к его паху. Сайфер болен. Для него нет понятия «сексуальная ориентация». Нет понятия «пол». Есть только звериное желание. Демон похоти в голове Билла Сайфера. Что ж. Наш мальчик умеет давать волю внутренним демонам. Диппер не сопротивляется происходящему. И не хочет сопротивляться. Билл просовывает руку между их телами, расстегивает ширинку на Пайнсовых брюках. Медикамент действует отменно, у молодого человека эрекция. - Возьми, отымей, выеби меня, - шепчут на ухо молодому человеку. Горячее дыхание щекочет шею, от пошлости сносит крышу. Сайфер сам насаживается на член. Он извивается под Пайнсом, вскидывает и роняет бедра. Паучьи пальцы обхватывают Диппера за поясницу, забираются под джемпер, короткие ногти пытаются царапать спину. Вокруг них плещется горячая темная вода, их соитие сопровождается пошлыми влажными звуками. Билл подминает под себя молодого человека. Упирается руками ему в грудь. Он имеет Пайнса своим задом, жадно стонет, плачет. Диппер испытывает забавную смесь отвращения и удовольствия. Когда Билл кончает, он начинает смеяться. Все его тело дрожит, как от судороги. Скоро к смеху примешиваются рыдания. Сайфер утыкается в Пайнса лицом и все всхлипывает и дрожит. Истерика. Эмоциональное истощение вслед за физическим. Слезы - оргазм для рассудка. Диппер не знает, что делать. Он боится шевельнуться, боится прикоснуться к человеку, который на нем лежит. Не гладить же маньяка по спинке и говорить, что все будет хорошо? Билл затихает, тихо шепчет что-то. Молодой человек вдруг чувствует, как Сайфер прихватывает зубами его за кожу чуть выше ключицы. - Ай. Больно. - Знаю. Негромкий смех-издевка. - Это на память. Чтобы не подумал, что тебе все приснилось. А сейчас ты позовешь одного из ФБРовских мальчиков и попросишь помощи. Потому что я почти захлебнулся. Диппер выглядывает в коридор. С его одежды течет на пол. Эскорт Билла смотрит бейсбольный матч на планшете. Комментатор что-то орет про невероятный удар питчера. - Мне нужна ваша помощь. Скорее, прошу, - впервые в жизни Пайнс лжет представителю закона.