Среди хладеющих трупов

Молли Молли ехала довольно долго. Она не хотела тратить деньги на такси, поэтому пешком пошла до метро. Надо сказать, что в тот день она натерла бесчисленное множество мозолей на ступнях и лодыжках. Погода в тот день была отвратительная. Моросил непонятный дождь, состоящий будто из очень маленьких и ненормально острых лезвий, которые царапали лицо, но не оставляли следов. Такое ощущение, что эти порезы, это что-то психосоматическое. Ты их как бы чувствуешь, как их на самом деле нет. Как любви прям. Вот только сравнение не очень удачное. О таком в цитатнике уж точно не напишешь. Молли незаметно улыбнулась собственным мыслям, уже забыв про ужасную погоду. Иногда нужно просто подумать о чем-нибудь веселом, или придумать шутку, как сразу забываешь про все на свете: про погоду, про обиды, про долги, из-за которых тебя посадят. Хотя, о таком, как ни крути, не забудешь. Молли вновь хихикнула. Наконец девушка села на электричку. Благо, в вагоне было не слишком много человек. Все места были заняты, кроме одного. Одно одинокое сиденье в самом конце вагона. Любимое место Молли. Девушка, с едва скрываемой улыбкой, подошла к сиденью и села. Такие мелочи здорово поднимают настроение. Она «подышала» на стекло, чтоб образовалось мутное облачко и написала там краткое «Шерлок». Засмотревшись на надпись, она кое-что поняла в тот день. Пора перестать быть влюбленной дурой. Это надоедает. Ей уже, — как-никак — тридцать лет! Ребячество давно закончилось. Шерлок всегда думал и думает, что ему стоит лишь посмотреть на Молли томным взглядом, как она тут же окажется в его постели. «Сожалею, милый — говорила девушка в мыслях, — но это закончилось». Молли сняла варежку и провела рукой по стеклу, уничтожив надпись.

***

Все еще Молли Наконец, Молли дошла до своего дома. Такой родной, с обшарпанными стенами, отклеивающимися обоями и грязными окнами. Многим он казался грязным, старым и неприятным. Но он не всегда был таким. Раньше, буквально три года назад он был самым лучшим домом, которые Молли видела в своей жизни. Но время, частые дожди, неблагоприятная погода и недостаток должного ухода слегка потрепали его. Он стал старым, но всякий раз, когда Молли смотрела на него, то видела тот прекрасный дом с бирюзовыми стенами, шоколадной крышей и розовыми ленточками над окнами. Наверное, с людьми так же. Когда она смотрит на Тома, то видит высокого парня с вечно взъерошенными русыми кудрявыми волосами и блестящими карими глазами, похожими на маленький космос. И как бы она не терла и не промывала глаза, ей не перестать видеть. Она всегда будет видеть его таким, каким он был в день их знакомства. Молли подошла к двери и, глубоко вздохнув, вошла в дом. Сбросила сапоги, куртку и длинный шарф, достающий до пола. Она на секунду замерла, вслушиваясь в разговоры на кухне. Говорила ее собственная мама, это было очевидно. Потом слышался голос Тома. А потом Шерлока. Молли, постояв так еще с минуту, оценила всю ситуацию и продумала в голове последующий диалог. Она прошла на кухню, и, не кинув ни одного взгляда на Шерлока, обняла Тома, кратко поцеловав его в щеку. — Привет, милый. А что здесь происходит? — она заглянула в глаза Шерлоку. Лишь на секунду. Чтоб насладиться. Ей нравилось это изумление и тщательно скрываемая ярость в его глазах. — Молли, милая, как хорошо, что ты пришла! — миссис Хупер подошла к дочке, натянуто улыбнувшись. — Этот человек забрался к нам в дом, и выдал себя за Тома! — Как же он посмел… — саркастично усмехнувшись, театрально изумилась Молли. — Не волнуйся, мама, это мой коллега по работе. Любит так разыгрывать людей. Да, Шерлок? — она с вызовом посмотрела на детектива. — О да. — улыбнулся Холмс, и Молли заметила, как в его глазах мелькнула злость. — Что ж, он уже уходит. — девушка, безразлично посмотрев на Шерлока, буквально увела его из кухни. — Что происходит? — детектив перешел на шепот. — Ты прекрасно знаешь, что. Ты ведь Шерлок Холмс. — спокойно говорила Молли, даже немного печально. Кажется, Шерлок никогда не бывал в таком положении. Об этом Молли сказало его лицо. — Мне хорошо с тобой, правда, но я тебе не подхожу. — Что за бред? — раздраженно бросил Шерлок. Казалось, его это действительно задело. — Я не думаю, что с тобой мне будет так же хорошо, как с Томом. Да, он не может раскрыть преступление по одним следам преступника, да, он не может рассказать все о человеке, едва посмотрев на него. Но он хороший. Очень хороший. Пусть меня и не влечет к нему так сильно, как когда-то влекло к тебе, у нас с ним нет такой ненормальной страсти. Я бы не сказала, что люблю его, но я к нему очень привязалась. Я пока хочу все обдумать, я не говорю, что все кончено. Но ты ведь не способен на нежность, не способен на… Договорить Молли не успела. Холмс заткнул ей рот требовательным поцелуем, от которого у девушки закружилась голова, а по телу пробежали мурашки. И как бы Молли не пыталась высвободиться, у не это не получалось. Она вдруг вспомнила их вчерашнюю ночь. Стоит ли говорить, что это была лучшая ночь в ее жизни? Никогда ей не было так хорошо. Кому же она сейчас врала. Вдруг Шерлок резко отстранился от нее и, невесело усмехнувшись, развернулся и ушел. Молли оцепенела. Ей безумно хотелось броситься вслед за Шерлоком, лишь бы продлить те минуты, когда они еще были вместе, но что-то не давало ей этого сделать. Она несколько минут стояла, бездумно уставившись в одну точку. Внезапно голос Тома вывел ее из этого состояния. — Молли? С тобой все в порядке? — Да, Том. Пойдем в спальню? — она улыбнулась, демонстративно пройдясь пальцами по воротнику своей рубашки. — Да, пожалуй… Знаешь, Молли, я хотел поговорить. Молли не сказала Шерлоку, что они уже полмесяца не разговаривали с Томом. После крупной ссоры они решили сделать перерыв в отношениях, и сейчас девушка надеялась, что они помирятся и займутся любовью. Ей хотелось убедиться, что она не прогадала с выбором партнера. Однако Том решил иначе. Когда они уселись на противоположные кресла, парень, слегка замявшись, начал: — Молли… У нас был с тобой небольшой перерыв в отношениях, и я был очень одинок… Я…я звонил тебе вчера вечером, хотел, чтоб ты пришла, но ты не брала трубку… — Я была… занята. — выпалила Молли, и ее щеки стали пунцовыми. — Да, наверное… Так вот тогда ко мне пришла сестра Джейма, помнишь ее? Эрика, вроде. Так вот мы с ней говорили, и я понял… Понял, что мы друг-другу не подходим. Я… я хотел бы расстаться. — Что? — все. Это был конец. Конец всему. Том что-то еще говорил, но Молли его не слушала. Молли почувствовала, что у ее мира рушатся стены. Нет, ей уже было глубоко плевать на Тома. Шерлок. Вот что волновало ее больше всего. — Я спала с Шерлоком. - резко перебила Тома Молли. - С тем парнем, который был на кухне полчаса назад. — девушка подняла глаза, усмехнувшись. — А знаешь, это была самая лучшая ночь в моей жизни. — Молли почувствовала себя воробьем, врезавшимся в стекло. Том обозвал ее как-то, Молли уже не помнила как. Он вышел из комнаты, она слышала, как он перекинулся парой слов с ее мамой, после чего та неодобрительно отозвалась в адрес дочери. А затем они оба накинули на себя верхнюю одежду и ушли. — Спасибо. — сказала Молли, обращаясь в пустоту. Теперь она может с чистой совестью разреветься.

***

Шерлок

Около 21:40

Пусто… Пусто, скучно и противно. А еще ощущение, будто ты потерял что-то. Нет, не человека. Что-то внутри себя. Потерял, причем очень давно, но только сейчас спохватился. Слова Молли звенели в голове Шерлока. Нет, тут дело не в любви. Она и вправду чужда Шерлоку. Дело было в Молли. Она, из серой влюбленной мышки, превратилась во что-то невероятное. И это невероятное не понравилось детективу. Она заставила его понять, что он проиграл. Что он остался ни с чем. Однако Холмс знал, что она все равно придет. Придет, напишет, позвонит. Это же Молли. Он сам себя в этом убеждал, вертя в руках телефон. Она не может этого не сделать. Холмс давно догадался, что они с Томом в ссоре. И он пришел точно не мириться. На его плечах были длинные белесые волосы. У Молли они медные, из чего можно сделать вывод, что он обжимался с другой девушкой. Так же от него пахло духами. У Молли таких нет. Значит, он собирается порвать с ней. А раз уж собирается, то она точно придет. Придет, напишет, позвонит. Наконец, в прихожей послышался шум. Миссис Хадсон, радостно всплеснув руками, — Шерлок буквально видел, как она это делает — воскликнула: — Ах, Молли! Шерлок будет очень рад! Молли что-то пробубнила. Детектив лег на диван, сложив пальцы рук «шалашиком». Когда девушка зашла в комнату, он прежде всего критично осмотрел ее с ног до головы. Распущенные волосы, неброский, но скрывающий все недостатки, макияж, маленькое черное платье, которое, к слову, ей безумно подходило, небольшие серьги и ожерелье с небольшими синими камнями, в цвет туфлям, которые ей подарил Шерлок. Сантименты? Сантименты. Она сложила руки на груди, выжидая. — Что? — отозвался детектив, когда она продолжала сверлить его взглядом. — Ну признайся, ты ведь рад меня видеть. — Молли улыбнулась, заведя выбившуюся прядь за ухо. — Ну есть немного, — ухмыльнулся Холмс, рыком встав с дивана. Он подошел к Молли, лукаво улыбаясь. Девушка потупила глаза. Шерлок почувствовал, как учащенно бьется ее сердце. — Извини, вина нет. — с театральным сожалением заметил детектив, не отводя взгляд от прекрасных карих глаз. — Переживу. — усмехнулась Молли, сделав несколько шагов вперед. Скрестив руки на груди, она обернулась, демонстративно прикусив нижнюю губу. Шерлок, вновь подходя к девушке, сократил расстояния между их лицами до нескольких миллиметров. — Зачем нужно было надевать такую красивую одежду, если она все равно окажется на полу. — прошептал Шерлок в самое ухо девушки. Она затрепетала в его руках, отчего детектив лишь нахально улыбнулся. Холмс жадно впился в бледно-розовые губы, запустив руку в медные волосы девушки. Он прижал ее к себе, как можно ближе, чтоб почувствовать, убедиться. Убедиться, что это не сон, что она рядом. Что может быть лучше? Шерлок избавил их обоих от одежды, аккуратно сокращая расстояние между спиной девушки и мягким диваном.

Искра. Буря. Безумие.