Малыш, на улице холодно

      Локи перевёл взгляд с телефона на табло и вздохнул. Только что его рейс снова перенесли. На улице по-прежнему снежило и, если верить прогнозам погоды, так должно было быть весь Рождественский вечер и утром. Последние пять часов он торчал в этом богом забытом терминале; рейс перенесли на 45 минут, а он горел желанием уснуть лицом в дерьмовую мебельную обивку; настроение стремительно падало. Теперь было очень похоже, что домой к Рождеству он не доберётся. Он начинал сильно жалеть о спешном решении попробовать и удивить Бю и Хель.       — Чёрт, мне нужно выпить, — пробормотал он и потёр руками глаза. Женщине с четырёхлетним мальчиком, сидевшей рядом, похоже, тоже нужно было выпить; если честно, её ребёнок вёл себя намного лучше, чем взрослые мужчины и женщины, которые проявляли своё раздражение на весь терминал, когда в очередной раз объявляли об отсрочке рейса. Некоторые из них были откровенно ужасны. Был один мужчина средних лет, чьи действия можно было описать примерно так: в этот самый момент он высказывал своё недовольство измученному работнику авиалинии, который отвечал за информацию на табло. Локи схватил свои вещи — вообще, у него был с собой только рюкзак — и сбежал от потока человеческого гнева в ближайшее место, где подавали алкоголь.       Бары в аэропорту были непомерно дорогими, но отчаянные ситуации требовали отчаянного решения. Локи сел в конце бара какого-то кафе, название которого немедленно забыл, и начал изучать меню в поисках чего-нибудь самого дешёвого. Он всё так же сидел, уткнувшись лицом в меню, когда услышал глубокий богатый (знакомый?) голос:       — Что я могу Вам принести?       Локи поднял взгляд и увидел льдистые голубые глаза, трогательные ресницы, спутанные светлые волосы, убранные наверх, и самую широкую и белозубую улыбку, которую только видел. Он сглотнул. Чёрт. Улыбка чуть дрогнула. Стала чуть хмурой.       — Эй, я Вас знаю? — спросил голубоглазый.       Локи быстро опустил взгляд, избегая глаз бармена, и притворился, что перечитывает меню.       — Просто дайте мне чего-нибудь самого дешёвого, что у вас есть, спасибо, — пробормотал он.       Бармен чуть тряхнул головой, будто приводя мысли в порядок, и ответил:       — Да, конечно.       Локи смотрел, как он идёт в другой конец бара. Знакомый голос, длинные светлые волосы, щетина, божественно перекатывающиеся мышцы… Это точно был тот парень, с которым он однажды ночью познакомился в клубе. Как же его звали? Вроде бы на Т? Чёрт. Локи тогда порядочно напился.       Локи жил и учился в аспирантуре в Нью-Джерси, но любил по выходным ездить в город и хоть немного отдыхать. Он выпрямлял волосы, наносил почти восемь фунтов подводки для глаз и блеска, наряжался в перья, мех и кожу (всё искусственное, он не был монстром) и притворялся, что в двадцать с чем-то с его социальной жизнью всё хорошо. Он посмотрел на себя сейчас — неописуемые джинсы-скинни и чёрное худи, макияж отсутствует, а волосы зачёсаны назад — и молился, чтобы Голубоглазка вернулся ещё не скоро.       Не то чтобы парень не был горяч — он был, и ещё как, с паузами и мечтательными вздохами после каждой буквы. И не то чтобы он был неприятен — из того, что Локи помнил, он был абсолютно милым и обезоруживающе обаятельным. Более того — он помнил, что он и Мистер Высокий Светловолосый Красавчик делали друг другу умопомрачительные минеты в туалете клуба; затем Локи дал ему фейковый номер и смылся.       «Просто возьми своё пиво и уходи, Лафейсон, — сказал он себе. — Смотри всё время в свой телефон, не встречайся взглядом, и всё будет хорошо. Сегодня ты маленький забитый воробышек, не павлин, он тебя и не узнает. Да, и не забудь дышать».       Потому что бармен, ходячий секс, уже возвращался, и дышать становилось всё труднее. Локи тут же достал телефон и начал листать Facebook, ничего даже не читая, только бы не смотреть на это шестифутовое златовласое божество, которое осторожно поставило напротив него пинту пива.       — Держи, Локи, — сказал бармен.       Чёрт. Чёрт-чёрт-чёрт, проклятье. Всё, чего Локи хотел в этот вечер — сесть в самолёт и улететь домой, порадовать свою семью, а не торчать в чистилище перенесённого рейса и беседовать с интрижкой на одну ночь, о котором уже успел забыть.       — Извините, а Вы..? — Выражение его лица было холодным, но руки немного тряслись, а сердце неслось вскачь. Если он собирался и дальше притворяться таким дерьмом, то для этого должно быть основание, так? Хотя, на самом деле он и не врал — он и правда не помнил имени парня… — Тор? Из клуба той ночью? — Теперь уже смутился Тор, и это было странно, потому что что? — Знаю, знаю, трезвым и в свете дня я выгляжу совсем по-другому, — говорил он, ну и что? — Я пойму, если ты не захочешь со мной говорить, то есть, я знаю, что ты дал мне свой номер, но я умудрился потерять его, а потом спросил нескольких людей, знают ли они тебя, но никто так и не смог дать мне твой номер. А теперь вот ты где! Так что, хм, привет. И прости, что не перезвонил тебе.       Локи сел и подмигнул Тору, а его мозг наконец-то справился с потоком слов. Наверное, на это ушло слишком много времени, потому что Тор отворачивался.       — Извини. Я просто… оставлю тебя в покое.       Господи. Что?! Облегчение накрыло Локи будто волной, облегчение, что ему не придётся объяснять Тору про фейковый номер. Следом за этим пришла… паника? Ему вдруг захотелось, чтобы Тор не уходил. Чёрт возьми, этот парень был сексуальным и притягательным. Почему он сразу дал ему неправильный номер? «Ох, да, потому что ты, Лафейсон, жалкий кусок дерьма с обилием связей и притворными проблемами, количеством которых можно коня задушить».       — Подожди! — услышал он свой голос. Проклятие. — Привет. — Только улыбка была немного вынужденной. — Окажешь услугу, купишь мне этот напиток? — Полегче, ублюдок.       Тор рассмеялся, его улыбка была лучом солнца среди хмурых туч.       — Конечно, этот возьму на себя, — улыбнулся он. — Я вернусь через минуту, нужно принять заказы других посетителей. — Затем он, чёрт возьми, подмигнул, и это было так сально, но от того не менее горячо. «Ну-с, Лафейсон, ты попал, раз уж даже его старомодное подмигивание кажется сексуальным, а ты ещё не пьян. Просто прими своё поражение».       Локи глазел на Торову идеальную задницу, когда тот наклонился за чем-то под барной стойкой. Поражение.       — Так что привело тебя в Ла-Гвардию в самый нелётный вечер года? — спросил Тор, когда вернулся. Он вытирал полотенцем свои очень большие руки.       — Понимаешь… Рождество, семья, — туманно ответил Локи.       Тор посмотрел на него так, что Локи почувствовал себя единственным человеком в помещении. По его телу пробежали мурашки, положительные мурашки.       — Спорю, они будут очень рады увидеться с тобой, — тепло произнёс Тор. — То есть, я сам-то знаю тебя всего пару часов, но рад тебя видеть. — В животе у Локи что-то дрогнуло. Чёртов мужчина.       Он попытался скрыть волнение за долгим глотком пива.       — Если я вообще туда доберусь. Погода — полный отстой.       Тут же из динамика раздался женский голос, а по терминалу пронёсся коллективный стон.       — Вот вам, пожалуйста, — печально произнёс Локи, — отменили все рейсы. — Он закрыл лицо ладонями. — Чёрт бы побрал мою удачу, — пробормотал он. — И что мне теперь делать? — Осознание, что он не увидит свою семью, остро резануло, так же сделало и облегчение.       Тор хлопнул его по плечу.       — Посиди тут минутку, — сказал он. — Я работаю ещё час, а потом могу тебя подбросить. Где ты живёшь?       — Джерси, — хмуро ответил Локи. — В такую метель мне домой не добраться. Наверное, заночую тут на полу или ещё что…       Тор посмотрел на него своими яркими голубыми глазами.       — Поедешь ко мне, — сказал он. — Это всё, что я могу предложить. Безвозмездно. — А затем добавил, понизив голос: — Конечно, если ты хочешь. — И по спине Локи прямо к члену побежало чёртово электричество.       — Ты уверен..? — спросил Локи с показным сопротивлением.       — Тебе же лучше. Тебе не придётся в канун Рождества спать на полу в этом грязном аэропорту, — уверенно ответил Тор. — И… Я бы правда очень хотел узнать тебя лучше. Локи.       В голове у Локи вертелись миллионы причин отказаться, включая такие наиболее заезженные, как: «Я не хочу отношений», «Отношения мне нахрен не нужны» и «А вдруг ты меня топором зарубаешь?».       — Хорошо, — прошептал он пересохшим ртом.       Тор снова улыбнулся своей лучезарной улыбкой.       — Отлично.

****

      Следующий час Локи провёл, лениво потягивая своё пиво и отрывками беседуя с Тором, который туда-сюда расхаживал вдоль бара. Тор жил в Куинсе, один в квартире-студии. Помимо бара аэропорта, по ночам он работал таксистом в Uber*, почему он и приобрёл машину. Да, он был одинок. Нет, на это Рождество у него не было других планов. Почему нет? Ну, если верить его друзьям, Тор был унылым холостяком и старым отшельником. С этого Локи фыркнул. Он не мог придумать Тору описание, которое подходило бы меньше, чем «унылый холостяк и старый отшельник».       Локи был отчасти снежной королевой, но от теплоты Тора он постепенно оттаивал. Он рассказал ему, как получал степень магистра лингвистики («Хитрый лингвист, да?» — сказал Тор, и у Локи шарики чуть не заехали за ролики), что жил в убогой студенческой общаге практически на территории кампуса с двумя соседями, которых на дух не переносил. Что пытался найти дом и навещать братьев после шестилетней разлуки. А если он не вспомнил о родителях — тогда это точно только его дело.       Наконец, смена Тора закончилась. Локи нервно вытер ладони о штаны и попытался притворяться спокойнее, чем он был на самом деле. Они вместе вышли из аэропорта прямо в снегопад. С ночного неба медленно падали большие снежинки. Нос Тора моментально порозовел, а снег на его волосах собирался подобно короне. Локи не мог отвести взгляд, собственно, почему он и наступил прямо на корку льда и упал, как мешок с картошкой.       Вернее, упал бы, если бы Тор не развернулся и не поймал его до смешного сильными руками. Он легко его поймал, перехватив одной рукой под плечи, а другой за талию, и держал его в воздухе так, словно Локи весил не больше пёрышка. Долгую секунду они смотрели друг на друга. Локи не дышал, потому что, чёрт возьми, не мог.       «Поздравляю, Лафейсон, это случилось. Ты влюбился, как мальчишка».       — Будь внимательнее, — сказал Тор и поставил Локи на ноги.       — Да, — задыхаясь, ответил тот.       Всю оставшуюся до машины дорогу Тор держал в своей большой тёплой руке тонкую холодную ладонь Локи.

****

      Поездка домой к Тору была несколько скучной. Дворники работали в полную мощность, но вряд ли они могли сделать что-то против матушки-природы. Тор вёл очень-очень медленно. Локи не хотел его отвлекать, поэтому старался помалкивать. К сожалению, так у него появилось время подумать — хотя он и так думал слишком много.       Какого чёрта он делал?       Ну, помимо очевидной стороны «Тор — тайный маньяк с топором», присутствовали так же стороны «Локи плохо удаётся быть человечным» и «Локи эмоционально замкнут», и не забудем о постоянном «Локи маниакально депрессивен и всегда всё усложняет». Боже.       Но.       Разве он не заслужил хоть немножко счастья? Даже если оно и продлится, скорее всего, одну ночь? Ведь именно сейчас он чувствовал себя донельзя напуганным и в то же время невероятно счастливым. Он не привык чувствовать себя счастливым. Это было странно.       Тор припарковался.       — Боюсь, придётся подниматься пешком на четвёртый этаж, — извинился он.       К тому времени, когда они поднялись на нужный этаж, дыхание Локи чуть сбилось. Тор же вообще не выдохся, засранец.       — Дом, милый дом, — произнёс он и пригласил Локи войти.       Его квартира-студия была от слова непросторной, зато очень уютной. На окнах висели гирлянды, а стены покрывали картины и узоры из кованого железа. Повсюду стояли горшки с цветами. Почти весь диван, кровать и небольшую кухню закрывала бессмысленно огромная и пушистая ёлка, которую Тор каким-то образом умудрился засунуть в угол. Каждый её дюйм покрывали огоньки и игрушки.       — Ты..? — произнёс Локи, указывая на дерево.       — Да, пришлось самому тащить её все четыре этажа, — печально ответил Тор.       — Тебе делать нехрен, — сказал Локи, и Тор рассмеялся. — Она очень, хм, красивая.       — Знаешь, я довольно старомоден. Заходи, заходи, — сказал Тор. — Разувайся. Вещи можешь оставить у кровати. Кстати, можешь её занять, я посплю на диване.       Локи посмотрел на него, выгнув бровь.       — Тор, по-моему, ты намного шире дивана. Не сходи с ума. Кстати, было бы неплохо посмотреть…       Тор снова рассмеялся. Локи начинал наслаждаться этим звуком.       — Я принесу напитки, — сказал Тор.       Локи рухнул на диван и потёр виски.       — Чем забористее, тем лучше, — произнёс он. — День, чёрт возьми, был долгим.       В животе порхали бабочки. Он был в квартире мужчины. В квартире Тора. Тора, который уже был близко знаком с его членом, но не с самим Локи. Тора, который хотел узнать ближе самого Локи. Боже, если он хотел выжить в эту ночь, ему нужно было намного больше алкоголя.       — Послушай, я знаю, что ты, наверное, очень сильно устал, — сказал Тор, сел на диван и протянул ему что-то, по запаху похожее на виски. — И я держу своё слово, безвозмездно. В смысле да, ты шикарный и забавный, и да, той ночью я классно с тобой оторвался, но я и сейчас с тобой развлекаюсь, и не хочу, чтобы ты чувствовал себя должным за то, что находишься тут, и…       Локи поцелуем оборвал его речь.       — Ш-ш, — прошептал он и провёл рукой по щетине Тора, большим пальцем погладил его верхнюю губу. Тор резко вдохнул и рвано выдохнул. — Давай просто посмотрим, куда ночь нас заведёт, хорошо? — пробормотал Локи скорее себе, чем Тору. Тот молча кивнул.       Локи сел обратно и сделал глоток напитка.       — «Манхэттен»? — спросил он.       — Да, — с трудом произнёс Тор и прочистил горло. — Я редко пью пиво, а виски — то, что надо. — Господи, он был прекрасен. Освещение в квартире было приглушено, на Тора падал мерцающий свет от ёлочной гирлянды. Он распустил волосы из растрёпанного пучка, с которым проходил весь вечер, и они золотыми волнами рассыпались по его плечам, как в рекламе какого-нибудь шампуня. В горле у Локи пересохло.       Твою мать.       Он осторожно наклонился и поставил свой стакан на стол. Затем забрал стакан из руки Тора и тоже поставил на стол. Тот насмешливо посмотрел на него.       — Ты слишком красив, — объяснил Локи, а затем забрался к Тору на колени и исступлённо поцеловал его.       Локи вплёл пальцы в золотые волосы Тора, провёл ногтями по коже головы. Тор застонал в поцелуй и обвил руками талию Локи. Они тёрлись друг о друга, оба были уже готовы.       — Ах, — выдохнул Локи, когда Тор прикусил мочку его уха, а затем провёл зубами по шее к ключице. Одним плавным движением он стянул с себя футболку и отбросил её в сторону. Руки Тора, большие и тёплые, были везде.       — Ты уверен? — мурлыкнул Тор, провёл руками по груди Локи к его шее, взял в ладонь его щёку.       Локи прижался поцелуем к его ладони.       — Ты не воспользуешься мною, — поклялся он. Он снова качнулся вперёд, чтобы накрыть губы Тора. — Я так хочу тебя, — произнёс он в его рот.       Господи, Тор был таким тёплым, словно горел. Его тепло приятно контрастировало с холодной кожей Локи: оно окутывало каждую обнажённую часть его тела, каким-то образом пробиралось в грудь и согревало изнутри. Снова и снова Локи хотелось растаять.       Он задрал футболку Тора, пытаясь открыть как можно больший участок кожи, тронутой загаром. Иисусе, его мышцы. Тор сорвал вещь, и Локи принялся целовать его тело, куда только мог дотянуться. Затем он соскользнул с колен Тора на пол и, глядя на него сквозь ресницы, потянул за резинку его штанов.       Член Тора высвободился, такой же большой и толстый, каким Локи его запомнил. Он провёл языком полосу от основания к кончику, затем взял головку в рот. Тор застонал и вцепился в волосы Локи. Тот двигал головой вверх и вниз, танцевал языком по чувствительной головке, а рукой двигал по стволу. Тор издавал самые восхитительные звуки, его бёдра хаотично дёргались.       В конце концов, он попытался отодвинуть Локи:       — Малыш, я скоро… — но Локи схватил его за бёдра и взял так глубоко, как только смог, и Тор бурно кончил в его глотку. — О Боже, — он почти задыхался. — Малыш, ты не был…       — Ш-ш, — произнёс Локи и поднялся поцелуями по его груди. — Я хотел. — Он ткнулся носом Тору за ухо. Тот откинулся на диван и потянул его за собой, уложив его голову себе на грудь.       — Ты невероятен, — пылко произнёс Тор.       — Ну, я могу быть невероятным, но я тут не благотворительностью занимаюсь. Теперь моя очередь, — поддел Локи и приподнялся, чтобы посмотреть на него.       Тор усмехнулся.       — Ладно, как скажешь. — Он чуть надавил большим пальцем на уголок рта Локи. Тот взял его в рот и принялся сосать и облизывать, не разрывая зрительного контакта. Тор рвано вздохнул, а затем поцеловал его. Пальцами он нашёл пуговицу штанов Локи, и вскоре они присоединились к куче одежды на полу.       Тор приподнял его и перевернул их так, что Локи лежал теперь на спине. Он был довольно высоким, поэтому пришлось приложить некоторые усилия. Локи, чёрт возьми, хихикнул, высоко, задыхаясь. Тор улыбнулся ему. Он поцеловал внутренние стороны его бёдер, затем подхватил под колени и поднял его ноги, оставляя полностью раскрытым. Локи снова забыл, как дышать.       Язык Тора нашёл его горячую и влажную дырку. Локи застонал. Тор железной хваткой держал его за ноги. Локи беспомощно дёргался, пока Тор языком приводил его в восторг. Затем он добавил к своим действиям палец. Ему было мало звука, который издал Локи. Он ввёл палец внутрь. Когда он нашёл ту точку, которую искал, Локи изогнулся аркой.       — Боже, да, пожалуйста, чёрт…       Тор облизал другую руку и начал отдрачивать ему, не переставая работать языком и пальцем. Локи стонал в такт поглаживаниям, удовольствие всё скапливалось, а затем он со стоном кончил себе на грудь.       — Чёрт… возьми… — ахнул он, тяжело дыша.       Тор поцеловал его бедро. Он свесился с дивана и поднял с пола свою футболку, вытер грудь Локи и лёг рядом — ну, почти на него.       — Весёлого Рождества, — улыбнулся он, и их носы соприкоснулись.       Локи в ответ открыто улыбнулся, и выражение его лица изменилось.       — Весёлого Рождества, — ответил он.       Поражение.